ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Тео

К тому времени, как я выхожу из своей комнаты, в казармах отряда становится тихо — уже поздно, и почти все сегодня вечером в баре. Очевидно, Брук обнаружила какую-то ошибку в своей программе и захотела ее исправить, так что мне было чертовски скучно сидеть в своей комнате и ждать ее сообщения о том, что она готова уйти. Как только я получил ее сообщение, то практически побежал к двери.

Я мог бы найти комнату Брук с закрытыми глазами, учитывая, насколько сильна связь между супругами. Я уже чувствую ее запах по ту сторону двери, когда поднимаю руку, чтобы постучать, засовываю руки в карманы спортивных шорт и отступаю назад.

Я слышу ее шаги, когда она подходит к двери, и мое сердцебиение учащается. Затем она открывает ее, приветствуя меня ослепительной улыбкой.

— Это было быстро, — замечает она, уперев руку в бедро. — На этот раз ты проверил прогноз погоды?

Ее слова даже не доходят до меня, потому что я слишком занят, разглядывая ее. Я окидываю взглядом ее тело — от черных спортивных туфель до голых загорелых ног, от крошечных черных шортиков для бега, которые открывают такой невероятный вид на эти длинные ноги, до серой футболки с надписью «Иностранка», скрывающей ее идеальные маленькие сиськи, от ее длинных светлых волос, свободно спадающих на плечи, до этих поразительных голубых глаз, не прикрытых очками. Даже одетая, моя девушка чертовски сексуальна — мне практически приходится отрывать челюсть от пола, когда я встречаюсь с ней взглядом.

Она вопросительно выгибает бровь, а я просто смотрю на нее в ответ. О чем она спрашивала?

— Ты планируешь снова попасть в шторм, не так ли? — дразнит Брук.

Я хихикаю, качая головой.

Да, именно об этом она и спросила. О погоде.

— В прошлый раз все закончилось не так плохо, — ухмыляюсь я, вспоминая, как жарко было с ней принимать душ, даже находясь в противоположных концах раздевалки.

Брук закатывает глаза, слегка подталкивая меня, и выходит из своей комнаты, закрывая за собой дверь.

Мы начинаем спускаться по коридору, и я почти инстинктивно кладу руку ей на поясницу, ведя ее рядом с собой.

— Мы собираемся снова пройти тем же маршрутом? — спрашивает она, когда мы подходим к двойным дверям, чтобы покинуть комплекс, и каждый из нас толкает одну из них.

— Я думал, мы попробуем что-нибудь другое, — говорю я. Она даже не подозревает, что у меня припасен трюк для нашей сегодняшней ночной прогулки и у меня практически кружится голова от предвкушения.

После того, как мы проходим через ворота комплекса, я беру Брук за руку, чтобы повести ее по лесной тропинке.

— Ты уверен, что не против никуда не ходить? — спрашивает она, переплетая свои пальцы с моими, пока мы идем бок о бок.

Честно говоря, я не против немного прогулять бар, если это значит, что я смогу потусоваться с Брук. Я чувствую, что поход в бар с ней в любом случае был бы верным путем к катастрофе, учитывая мою историю с несколькими женщинами, которые часто посещают это место.

— Конечно. Я бы предпочел кое-что сделать с тобой. — Я одариваю ее своей самой очаровательной улыбкой, и даже в темноте, клянусь, вижу, как на ее щеках появляется румянец.

— Мне бы не помешало выпить после такой недели, — криво усмехается она.

— Мы могли бы пойти выпить, — пожимаю я плечами. — Все равно могли бы, бар недалеко.

Брук фыркает. — Ага, и просто войти туда вместе, держась за руки?

— Почему бы и нет?

Она слегка качает головой. — Что подумают люди?

— Пш-ш-ш, они ничего об этом не подумают, — усмехаюсь я. — Это был бы не первый раз, когда я появлюсь там с цыпочкой под руку.

Я жалею о своих словах, как только они слетают с моих губ, проклиная свой рот за то, что он двигается быстрее моего мозга. Я бросаю взгляд на Брук, а она просто закусывает губу, уставившись в землю. Она высвобождает свою руку из моей.

Я немедленно переадресовываю, пытаясь спасти разговор. — Почему тебя вообще волнует, что думают люди?

— Я бы предпочла держаться подальше от мельницы слухов, — ворчит она.

Я выдыхаю, пока мы несколько минут идем в тишине, ругая себя за мой комментарий, который изменил ее настроение.

— Послушай, малыш, я понимаю, почему ты не хочешь, чтобы люди знали о супружеских узах, пока мы не решим, собираемся ли мы их скреплять, но разве мы не можем хотя бы сказать людям, что встречаемся? — спрашиваю я, мое настроение меняется вместе с ее. Это еще один трюк этой чертовой связи? — Я не хочу, чтобы другие парни вынюхивали то, что принадлежит мне. — Низкое рычание зарождается в моей груди при мысли о том, что другой парень, черт возьми, смотрит на мою женщину.

— Ты можешь отбросить всю эту затею с альфой-собственником, — ворчит Брук. — У тебя нет на меня прав.

— Скажи это моему волку.

— Ну, а как насчет всех девушек, которые всегда вешаются на тебя? — спрашивает она резким тоном.

Я качаю головой. — Я не хочу ни одну из этих девушек.

— Почему, потому что они у тебя уже были? — с горечью спрашивает она.

Ой.

— Ну и кто теперь ведет себя как собственник? — Я смотрю на нее, а она просто закатывает глаза, топая по дорожке.

Примерно через минуту я вздыхаю, снова беру ее за руку и резко останавливаюсь. — Послушай, мы можем начать все сначала? Прости за то, что я сказал, это было дерьмово. Я не хочу, чтобы это испортило вечер.

Я подхожу ближе к ней, кладу руки ей на талию, смотрю в эти глаза цвета океана. — Пожалуйста?

Брук вздыхает, кладя ладони мне на грудь и пристально глядя на меня. — Да, хорошо, — шепчет она.

Ее язык проводит по нижней губе, чтобы увлажнить ее, и мои глаза следуют за этим движением. Я наклоняюсь, прижимаюсь губами к ее губам, краду быстрый поцелуй. Когда я отстраняюсь, на ее губах появляется застенчивая улыбка, говорящая мне, что мы вернулись в нужное русло.

Я улыбаюсь в ответ, снова становясь рядом с ней и беря ее за руку. — Давай.

Мы вместе неторопливо спускаемся по тропе, и вскоре я слышу слабый звук текущей воды. Мы уже близко — и мне интересно, поняла ли она это тоже; знает ли она, куда мы направляемся. Это место находится недалеко от комплекса, и многие члены команды знают о нем.

Я сворачиваю с тропы на небольшое ответвление, таща Брук за собой за руку. Она узкая, поэтому нам приходится двигаться гуськом.

— Куда мы направляемся? — смеется она, следуя моему примеру, и звук ее смеха и волнение в ее голосе согревают меня изнутри.

— Вот увидишь, — говорю я через плечо, ориентируясь по неровной местности и продолжая сжимать ее руку у себя за спиной.

Звук текущей воды становится громче по мере того, как мы спускаемся с небольшого холма. Я ныряю под низко свисающую ветку, и в поле зрения появляется отверстие для купания, когда я выныриваю обратно с другой стороны. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как Брук хватается свободной рукой за ветку над головой, спускается рядом со мной и осматривается.

Над нами возвышается скалистый гребень, по которому стекает тонкий водопад, образуя широкий, глубокий бассейн с водой. В темноте и при мягком освещении луной это место выглядит почти волшебно. Я слышу, как Брук неглубоко вздыхает, ее рука сжимается в моей, когда она поднимает другую к моему бицепсу.

— Это прекрасно, — выдыхает она, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

Я не могу сдержать улыбку, которая расползается по моему лицу. — Ты не против поплавать? — Спрашиваю я, поднимая брови.

Взгляд Брук нервно перебегает на прорубь для купания, затем снова на меня. — Что? — хрипло спрашивает она, отпуская меня и делая шаг назад.

Я хихикаю, проводя рукой по волосам. — Ну же, малыш, — уговариваю я, хватаясь за край своей футболки и стаскивая ее над головой. — Поживи немного.

Брук

У меня перехватывает дыхание, когда Тео снимает рубашку и бросает ее на землю. Каждый раз, когда я вижу его тело, это как в первый раз — оно настолько прекрасно, что даже кажется ненастоящим, бугрящимся с трудом заработанными мышцами. Лунный свет танцует на четко очерченных впадинах и изгибах его широких плеч, широкой груди, пресса. Мой живот наполняется толпой бабочек.

Он отворачивается от меня и шагает к краю бассейна с водой, мои глаза наслаждаются его бугрящимися мышцами спины. Затем он скидывает туфли и стягивает шорты — и мой взгляд устремляется прямо к его заднице. Мое тело нагревается, когда я смотрю, как он делает шаг вниз, опускается в воду, ныряет вперед. Он плещется в нескольких футах от меня, вставая по пояс, вода покрывается рябью вокруг его торса, когда он поднимает испачканную чернилами руку, чтобы откинуть волосы назад, и поворачивается ко мне лицом.

— Да ладно, ты же не собираешься заставить меня плавать одного? — спрашивает он с очаровательной улыбкой на губах.

Я не в силах сопротивляться. Я начинаю снимать туфли, мои глаза все еще прикованы к нему. Я привыкла быть обнаженной — нагота нормальна для оборотней, но по какой-то причине я вдруг чувствую себя неловко, как будто мое тело не подходит для близости с этим великолепным мужчиной. Я тереблю подол своей футболки, колеблясь.

Тео, должно быть, чувствует мой дискомфорт, потому что слегка кивает мне, разворачивается и подплывает ближе к водопаду. Пока он поворачивается ко мне спиной, я быстро снимаю рубашку, затем спортивный лифчик. Я бросаю их на землю, затем стягиваю шорты и трусики вместе, вылезаю из них и рысцой подхожу к кромке воды, быстро опускаясь в нее.

Я выдыхаю легкое дуновение воздуха, когда прохладная вода касается моей кожи, не готовая к холоду. Звук привлекает внимание Тео, и он начинает разворачиваться, поэтому я бросаюсь вперед, погружаясь в воду по плечи.

Он подплывает ко мне с дьявольским выражением в глазах, как у хищника, выслеживающего добычу. Как только я оказываюсь в пределах его досягаемости, он хватает меня за талию, притягивая ближе, когда я тихонько вскрикиваю.

— Почему ты хочешь спрятаться от меня? — спрашивает он, притягивая меня спиной к своей груди и кладя подбородок мне на плечо.

— Что ты имеешь в виду?

Он вздыхает, и я чувствую его теплое дыхание возле своего уха. — Твое тело. Почему ты не хочешь, чтобы я его видел?

Дрожь пробегает по мне, и я не знаю, из-за холода воды или из-за ощущения его руки на моей талии, его груди у меня за спиной.

— Я не знаю, — лгу я. Слова вертятся у меня на кончике языка, но не уверена, смогу ли заставить себя произнести их. Если я не могу обнажить перед ним даже свое тело, как я могу обнажить свою душу?

Тео кладет другую руку мне на талию, разворачивая лицом к себе. — Нет, хочешь, — говорит он, его голос шелковисто-ровный. — Расскажи мне.

Эти карие глаза вызывают во мне желание поделиться всеми моими самыми сокровенными истинами, всеми моими самыми оберегаемыми секретами. Я обвиваю руками его шею, позволяя своему телу невесомо парить в воде напротив него.

— Потому что… — шепчу я. — Я видела некоторых девушек, с которыми ты был, Тео. И я… — Я тяжело сглатываю, глядя в воду. — Я не такая красивая, как они.

Тео крепче сжимает мою талию. — Ты, блядь, издеваешься?

Мои глаза поднимаются, чтобы встретиться с его взглядом.

— Ты такая красивая, Брук, — заявляет он, наклоняя голову вперед, чтобы прижаться своим лбом к моему. — Ты сногсшибательна. Черт возьми, ты так красива, что иногда на тебя больно смотреть. Все в тебе прекрасно: твой разум, твое лицо, твое тело… — Он прерывисто дышит. — Я понятия не имею, почему судьба свела тебя с таким парнем, как я, но я чувствую себя таким чертовски везучим.

Мне кажется, что мое сердце разбивается вдребезги и в то же время крепче сжимается — у Тео есть невероятный способ заставить меня почувствовать, что меня видят и слышат, как будто я самое важное существо в его вселенной.

Я приподнимаю подбородок, прижимаясь губами к его губам. Мои глаза закрываются, когда я чувствую, как его губы прижимаются к моим, возвращая поцелуй — сначала нежно, затем сильнее, лихорадочно. Вода плещется между нами, когда я прижимаюсь грудью к его груди, обхватываю ногами его талию, поддаваясь ощущениям искр между нашими губами, жара, разливающегося по моему телу.

Язык Тео находит мой, его руки скользят вниз по моей талии, под ягодицы. Он сжимает мои щеки обеими руками, и я прижимаюсь к нему бедрами, дрожь пробегает по мне, когда я чувствую его твердость у своего живота.

Я не знаю, что на меня нашло. Как будто все эти новые ощущения открыли ту часть меня, о существовании которой я и не подозревала. Я растворяюсь в этом моменте, в ощущении наших тел, переплетенных в прохладной воде. Губы Тео начинают двигаться вниз по линии моего подбородка к шее, и я откидываю голову назад, тихий стон срывается с моих губ, когда я провожу рукой от его шеи вниз по груди, между нашими телами. Я чувствую твердость его груди, пресса, а затем… его члена.

Тело Тео дергается, когда мои пальцы касаются кончика, его губы отрываются от моей шеи, когда его голова откидывается назад, и он моргает, глядя на меня со странной смесью замешательства и желания.

— Брук, — выдыхает он, когда я провожу кончиками пальцев вниз по его стволу, обхватывая рукой его толстый член. Он одновременно твердый, как скала, и огромный — я даже не могу полностью обхватить его рукой.

Я никогда не делала этого раньше, но знаю суть. Я медленно провожу рукой по всей его длине, затем возвращаюсь обратно, глядя на него глазами, полными вожделения.

Гортанный звук срывается с губ Тео, когда он хватает меня за запястье, убирая мою руку со своего члена. Затем он подхватывает меня одной рукой под ягодицу, другой обхватывает за спину, нащупывает опору на дне и вытаскивает меня из воды. Я обхватываю его ногами и прижимаюсь губами к его губам, чувствуя, как он начинает шагать по воде, неся меня.

Я хватаю его за спину, жадно целую, когда он опускает меня на дальний край проруби для купания, прерывая поцелуй, чтобы сделать небольшой шаг назад и посмотреть на меня.

Никто не смотрит на меня так, как Тео. Его взгляд задерживается на моей шее, ключице, обнаженной груди. Я не знаю, то ли это прилив уверенности от того, как он смотрит на меня, то ли явное желание к этому мужчине разливается по моему телу, но я внезапно чувствую себя сексуальной, дикой. Пока он обводит взглядом мое тело, я упираюсь ладонями в мох позади себя, выгибаю спину и выпячиваю грудь вперед, медленно позволяя коленям развестись.

В глазах Тео появляются медные отблески, когда я раздвигаю их еще шире, его пристальный взгляд останавливается на моих самых интимных местах. Мой собственный взгляд скользит по его мускулистой груди к эрекции, покачивающейся над водой и указывающей в мою сторону.

Ухмылка расползается по моим губам, когда я поднимаю руку, согнув палец, чтобы снова поманить его к себе. Вода плещется, когда он бросается вперед, хватает меня за талию и прижимается своими губами к моим в жестком, оставляющем синяки поцелуе. Его руки скользят вверх, обхватывая мои груди, затем он начинает грубо мять их, двигаясь ртом вниз, чтобы прикусить мою шею.

Я запрокидываю голову, хватая ртом воздух. — Тео!

Тео

То, как мое имя срывается с губ Брук со вздохом, — это почти чересчур. Я чувствую, что нахожусь в неистовстве, как будто не могу насытиться ею, когда потираю большими пальцами ее сладкие маленькие соски, твердеющие в ответ на мои прикосновения. Я прикасаюсь ртом к одному из них, перекатывая его между зубами, пока обхватываю ладонью ее другую грудь. Ее сиськи чертовски идеальны — все в ней идеально.

— Хорошая девочка — Брук чертовски непослушна, и я так чертовски возбужден, что чувствую, что могу кончить, просто прикоснувшись к ней. Она так отзывчива на каждое прикосновение, каждую ласку, как будто ее тело создано для того, чтобы доставлять мне удовольствие. Она подавляет стон, когда я перемещаюсь к другому соску, провожу кончиками пальцев вниз по ее животу, слегка проводя ими по коже.

Я знаю, что она неопытна, поэтому колеблюсь, убираю руку и провожу пальцами по внутренней стороне ее бедра, неуверенный, как далеко я могу зайти в этом. Затем Брук обвивает руками мою шею, заглядывая в мои глаза, ее собственные затуманились от вожделения.

— Прикоснись ко мне, — выдыхает она.

Твою мать. Мой член дергается, и я чуть не задыхаюсь. Слышать эти слова из уст Брук кажется таким неправильным… и все же такими чертовски верными. Я провожу кончиками пальцев к верхушке ее бедер, где ее горячая маленькая киска раскрыта и ждет меня.

— Вот так? — Бормочу я, обводя пальцем круги вокруг ее клитора.

— Да, — выдыхает она, впиваясь ногтями мне в плечи и откидывая голову назад. — О да, да, да…

В моей груди зарождается рычание, когда я приступаю к работе, обнимаю ее за талию и ввожу палец в маленькую тугую киску Брук, двигая им туда-сюда, пока потираю большим пальцем ее маленький твердый клитор. Я наблюдаю, как ее тело извивается, грудь поднимается и опускается, хриплые стоны удовольствия срываются с ее губ. Она прижимается своей киской к моей руке, пока я трахаю ее пальцем, как будто она не может насытиться. Я наклоняю его вперед, ища ее точку G, продолжая терзать ее чувствительный клитор большим пальцем. Она такая чертовски тугая — я могу только представить, каково будет ощущать ее киску, обернутую вокруг моего члена.

Ее дыхание становится все более затрудненным, и могу сказать, что она близка к оргазму. Ее крики становятся более неистовыми, ее ногти впиваются в кожу моей спины.

— Тео! О боже, это так приятно… о-о-о-о… — Хнычет Брук, ее спина выгибается под моей рукой, а тело напрягается.

— Вот и все, детка, — бормочу я, пристально наблюдая за ней. — Кончи для меня, красавица.

— Фууууук! — кричит она, дергая бедрами, когда срывается на грань оргазма. Вид ее такой дикой и раскованной в муках кульминации и ощущение, как ее киска сжимается вокруг моего пальца, заставляют меня быть готовым к взрыву — я продолжаю трахать ее пальцами одной руки, убирая другую с талии, чтобы сжать свой член в кулаке. Тремя толчками позже у меня перед глазами взрываются звезды, и я кончаю вместе с ней, выпуская свой груз на ладонь.

В лесу тихо, если не считать журчания водопада и нашего прерывистого дыхания. Я убираю руку с промежности Брук, ополаскивая обе руки в воде, в то время как мои глаза остаются прикованными к ней. Я в полном восторге от этой девушки — она чертовски невероятна. Я поднимаю руки из воды, скольжу ими вверх по ее ногам, по бедрам, к талии. Я наклоняюсь вперед, запечатлевая поцелуй на ее дрожащих губах.

Я отстраняюсь, чтобы снова посмотреть на нее, и она краснеет, поднимая руку, чтобы прикрыть грудь.

— Не-а. — Я качаю головой, убирая ее руку. — Больше не прячься от меня. Ты идеальна.

Румянец Брук становится еще ярче, на ее губах появляется улыбка.

Я снова протягиваю руку, чтобы обхватить ее груди, слегка сжимая их, прежде чем скользнуть руками по бокам от ее талии. — Так чертовски сексуально, — рычу я. — Моя.