Чтобы сэкономить время, мы с Куинн решили долететь до Кассии.

Смотреть на мир сверху — захватывающее зрелище, и я не единственный, кто так считает. Когда Куинн прижимается ко мне, она не прячет лицо у меня на шее. Вместо этого она оглядывается через плечо, рассматривая земли, которые теперь стали её домом.

Я ещё не говорил ей, но мы с Дэймоном планируем вновь объединить Царство Снов и Царство Ночи. Он по-прежнему останется королём, однако наши народы смогут свободно перемещаться между двумя государствами, пользуясь правами граждан обеих стран. Наши ресурсы будут не обмениваться, а объединяться.

Вместе мы станем сильнее.

Когда мы пролетаем над районом гномов, Куинн улыбается мне. Я не могу удержаться от ответной улыбки.

— Да, мы обязательно когда-нибудь туда съездим, — говорю я прежде, чем она успевает о чём-либо попросить. — Думаю, после того как мы всё уладим, нам понадобится праздничное путешествие.

Она буквально сияет. Её глаза расширяются, а улыбка становится такой широкой, какой только может быть.

— Я бы с удовольствием.

Счастье переполняет её сердце, и на мгновение все наши проблемы отходят на второй план.

Сейчас я рядом со своей суженой.

Она жива.

Она здорова.

И у нас есть будущее.

— Я люблю тебя, — выдыхаю я, когда наши взгляды встречаются.

— И я люблю тебя.

Приподнявшись, она сокращает расстояние между нами и касается моих губ своими.

Я думал, что любоваться пейзажем важно.

Теперь уже нет.

Нет ничего прекраснее, чем чувствовать объятия своей второй половинки.

Закрыв глаза, я действую почти на автопилоте: целую её и одновременно слежу за направлением полёта.

Я понимаю, что мы уже близко, когда слышу, как на ветру развевается флаг Царства Снов.

Неохотно отрываюсь от губ Куинн.

— Дворец Дэймона значительно меньше твоего, — замечает она, когда мы стремительно спускаемся к мосту.

— Пусть тебя не обманывают размеры, — говорю я, не в силах отвести взгляд от её восхищённого выражения лица. Мне нравится наблюдать за ней, когда она открывает для себя мой мир.

Наш мир.

— Это место ценнее замка в Делаверии. У Дэймона и его родителей изысканный вкус. Всё здесь построено из камня, добытого в Метеоритных горах.

У Куинн от изумления приоткрывается рот.

— Поэтому он светится?

Я перевожу взгляд на дворец и понимаю, что свет, за которым я следовал, исходил вовсе не от ламп, фонарей или канделябров.

Светится сам замок.

Каждый прямоугольный каменный блок словно подсвечен изнутри, и я поражаюсь его красоте.

Я бывал на этом мосту бесчисленное количество раз.

Провёл здесь сотни ночей.

Я чувствовал под руками шероховатость стен и прохладу каменного пола под ногами.

Но никогда не представлял себе дворец таким.

Он похож на угасающую звезду.

Внутреннее убранство, вероятно, не менее впечатляющее, и мне не терпится увидеть его собственными глазами.

Охранники у главных ворот трубят в знакомые рога, оповещая Дэймона о моём прибытии. В конце они добавляют ещё несколько нот, сообщая, что я прибыл не один.

— Киаран!

Едва мы переступаем порог главного входа, как Дэймон направляется к нам.

Я узнаю его голос, но видеть его — это что-то совершенно нереальное.

Его тёмно-русые волосы спускаются чуть ниже плеч. Телосложением он почти не отличается от меня, хотя на несколько сантиметров ниже ростом. На его обнажённом торсе нет ни одной татуировки.

Я никогда не спрашивал, как он выглядит.

Мы оба считали себя слишком мужественными для игры под названием «потрогай моё лицо».

Женщины называют его красавчиком.

И они не ошибаются.

Черты его лица мягче, чем у его отца.

— Нам нужно поговорить. — Принюхавшись, Дэймон слегка наклоняет голову в нашу сторону. — Привет, Куинн. Рад, что ты вернулась.

— Я тоже. Уверена, вся Валора ужасно по мне скучала, — саркастично отвечает Куинн.

Лицо Дэймона становится серьёзным.

— Ты даже не представляешь. Киаран временами был совершенно невыносим. Ужасная компания.

— Эй, я был не настолько плох, — возражаю я, хотя прекрасно понимаю, что он прав.

— Ты разгромил мой тронный зал. Сломал стол, шесть стульев и два зеркала.

Куинн смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Серьёзно, Киаран?

Я не могу ей ответить, потому что мои мысли заняты словом «зеркала».

До сих пор я даже не задумывался о том, как выгляжу. Куинн говорит, что я привлекателен, но мне необходимо увидеть себя собственными глазами.

— Зеркало! — выпаливаю я, внезапно охваченный непреодолимым желанием увидеть своё отражение. — Мне нужно зеркало!

— Прежде чем ты начнёшь всё крушить, должен знать, что у нас большая проблема. — Дэймон бежит следом, пока я несусь через столовую.

Осматривая стены, я ищу любую отражающую поверхность.

Картины.

Гобелены.

Но зеркал нет.

Я останавливаюсь возле серебряного чайника, однако, когда наклоняюсь, моё лицо искажается, принимая нелепо округлую форму.

Я прохожу через кухню к лестнице, ведущей в комнаты прислуги.

Держа Куинн за руку, я практически тащу её за собой. Она не протестует.

Она понимает, насколько это важно.

— Ага!

Наконец я замечаю зеркало в полный рост в конце коридора второго этажа.

— Киаран! — кричит Дэймон. — Это серьёзно. У меня новости. Зелла прислала фею-посланницу, но сообщение предназначено лично тебе, и она ничего не скажет без твоего присутствия.

Я поднимаю палец.

— Удержи эту мысль всего на две минуты.

Отпустив руку Куинн, я подхожу к зеркалу.

И не узнаю себя.

Я почти ожидал увидеть по ту сторону мальчишку.

В последний раз, когда я стоял перед зеркалом, я был ребёнком.

Ниже ростом.

Худее.

Моложе.

С более гладкой кожей.

Проводя рукой по подбородку, я ощущаю жёсткую щетину и наблюдаю, как движется кожа под пальцами.

Скулы стали выше.

Челюсть — более угловатой.

Нос — крупнее.

Я расправляю плечи и напрягаю мышцы.

Поворачиваюсь боком, чтобы оценить, как выглядит моя задница в кожаных штанах.

Куинн права.

По любым стандартам я красавчик.

— Чем бы ты сейчас ни занимался, у нас нет на это времени, — раздражённо огрызается Дэймон, прерывая моё тщательное изучение собственной персоны.

— Хорошо.

Я поворачиваюсь к нему.

— Что происходит?

— Пусть Джемма сама расскажет.

В этот момент передо мной пролетает фея и рассыпается облаком искр.

Крылья.

Волосы.

Одежда.

Всё синее.

Я одновременно поражён и немного встревожен тем, что даже не заметил её присутствия.

Не услышал взмахов крыльев.

Не почувствовал движения воздуха.

Я настолько поглощён тем, что вижу, что перестаю обращать внимание на остальные чувства.

Это плохо.

Я не могу позволить зрению вытеснить всё остальное.

Именно остальные чувства защищали меня, направляли и помогали выжить все эти годы.

Куинн с восхищением разглядывает крошечную фею.

Во время путешествия мы пролетали мимо нескольких лесов фей, однако наше присутствие их не заинтересовало.

Многие феи считают себя отдельными от королевств.

Они не выполняют наши поручения без достойной платы, обычно требуя золото или драгоценные камни для своих крошечных домиков.

И мы хорошо платим за возможность разносить вести по всей Валоре за считаные часы.

— Она такая красивая, — зачарованно говорит Куинн. — Я никогда не видела ни одну из них так близко. Её крылья двигаются почти как у колибри.

— Я здесь. Прямо здесь, — фыркает фея высоким пронзительным голосом. — Не нужно говорить обо мне так, словно меня нет в комнате.

— Простите, — тут же отвечает Куинн, принимая заслуженный выговор.

Феи славятся своим дерзким характером, но я не позволю отчитывать Куинн за обычное замечание.

Я мгновенно напрягаюсь и бросаю на нарушительницу спокойствия тяжёлый взгляд.

— Если бы мне так сильно не нужно было твоё сообщение, я бы уже отправил тебя обратно за грубость по отношению к моей супруге.

Потрясённая, фея отлетает назад на несколько сантиметров, осознав, что я её вижу.

Приподняв бровь, я киваю.

— Именно.

— Простите меня, король Ночи. — Она склоняет голову. — Мне сказали, что ваша супруга погибла.

— И всё же... — начинаю я возражать, но Куинн меня перебивает.

— Как вас зовут?

— Джемма.

— Вы, должно быть, ужасно устали после стольких часов полёта.

— Да, — надувает губы Джемма, мгновенно выжимая из Куинн сочувствие.

— Если вам нужно место, где можно отдохнуть, у меня есть два отличных плеча.

Куинн смотрит на меня и шёпотом спрашивает:

— Или это оскорбительно?

— Нет, — отвечает Джемма и тихонько хихикает. — Я всем расскажу, что сидела на плече королевы.

Она нисколько не стесняется воспользоваться предложением Куинн. Дважды облетев вокруг нас, фея приземляется на её правое плечо, чопорно закидывает ногу на ногу и смотрит в мою сторону.

— Мне нужно, чтобы вы пообещали: со мной ничего плохого не случится. Если про меня узнают, она меня убьёт.

— Кто? — спрашиваю я. — Принцесса Гиа?

— Да.

— Конечно, мы обеспечим тебе безопасность, — отвечаю я, заранее предлагая убежище в замке Дэймона и не сомневаясь, что он не станет возражать. — И твой риск не останется без награды.

— А моя семья?

— Убежище получит каждый, кто в нём нуждается, — вставляет Дэймон. — А теперь, ради всего святого, расскажи уже, что происходит.

— У меня есть сообщение от королевы Зеллы, — официальным тоном объявляет Джемма.

Затем её голос меняется, становясь точной копией голоса моей матери.

— Быстрее возвращайся домой, сынок. Гиа сошла с ума. Она заключила торговые соглашения с Царством Дня. Некоторых наших женщин отправили к их мужчинам против их воли. Гномов и троллей заставили добывать Дневную воду. Некоторые из них... дети, Киаран.

Раздаётся всхлип.

Затем она продолжает:

— Твой отец отправился за ними. Договор больше не действует, и я боюсь, что нас ждёт война. Будь осторожен, когда прибудешь в Делаверию. Силы Гии... высвободились.

Ну что ж, забудьте обо всём остальном.

Я уже давно не слышал, чтобы моя мать говорила настолько взволнованно.

Куинн сжимает моё предплечье и смотрит на меня с тревогой.

Я знаю, как много для неё значат наш народ.

Особенно гномы.

— Я должен всё исправить. Быстро. — Я снова перевожу взгляд на Джемму. — Джемма, у тебя хватит сил передать ещё одно сообщение в цитадель Элустрии?

— Четыре рубина...

— Хорошо.

— И двенадцать изумрудов.

Я рычу.

Она уже переходит все границы.

— Хорошо. Лети к Ториусу. Передай ему следующее: «Ториус и Кай, я должен извиниться перед вами. Если вы ещё не знаете, что происходит в Делаверии, то знайте — нам необходимо встретиться там как можно скорее. Приведите подкрепление».

Когда я заканчиваю и киваю Джемме, давая понять, что сообщение окончено, она срывается с места так быстро, что я едва успеваю её разглядеть.

Присвистнув, Дэймон проводит рукой по волосам.

— Это низко. Даже для Гии.

— Всё гораздо хуже. — Нуждаясь в опоре, я обнимаю свою суженую сзади. — Это Гиа пыталась убить Куинн.

— Твоя родная сестра, — тихо произносит Дэймон, качая головой. — Наверное, я должен был догадаться. Такое уже случалось раньше.

Я понимаю, о чём он говорит.

О размолвке между нашими отцами.

О смертельном бое между Заридом и Зедом.

Королевские семьи фейри Валоры никогда не отличались хорошей историей, когда дело касалось власти и жадности.

— Интересно, на что именно она обменяла наши ресурсы. — Дэймон задумчиво хмурится, проходя несколько шагов вперёд, а затем оборачивается. — Король Зарид давно этого добивался. Наши женщины стоили бы ему очень дорого.

Меня особенно зацепили две детали из сообщения Джеммы.

Дневная вода.

И высвобождение сил.

— Готов поспорить на свой лучший топор, что речь идёт о дистиллированной Дневной воде. — Взяв Куинн за руку, я направляюсь по коридору. — Дэймон, ты едешь с нами в Делаверию?

Подбежав ближе, он улыбается.

— Ни за что на свете не пропустил бы такое. Кроме того, это значит, что ты останешься мне должен. А ты знаешь, как сильно я люблю чужие долги.

Улыбка исчезает.

— Но как мы туда доберёмся?

— Быстрее всего лететь, — отвечаю я. — Если хорошо постараемся, будем на месте уже к закату.

Успокаивающе сжав пальцы Куинн, я похлопываю себя по груди, пока мы спускаемся по лестнице.

— Мы можем воспользоваться переноской. Пристегнём тебя ко мне на время полёта.

— Тебе не будет тяжело проделать такой путь с лишним весом? — Она явно беспокоится обо мне, и это неожиданно трогательно.

— Ты вовсе не тяжёлая.

— И всё же я буду тебя замедлять. А к тому времени, как мы доберёмся туда, ты окончательно вымотаешься.

Она права.

Но разве у нас есть выбор?

Мы проходим через просторную кухню, когда Дэймон вдруг говорит:

— Она может полететь на моём ручном грифоне.

Я резко оборачиваюсь к нему и склоняю голову набок.

— У тебя нет грифона.

— Почему? Есть. Он у меня с самого младенчества.

Повар, помешивающий в кастрюле дымящийся суп на плите, поднимает голову, подтверждая его слова, а пекарь, разминающий тесто на разделочной доске, согласно кивает.

— Как я мог этого не знать? — спрашиваю я, вспоминая, сколько времени провёл здесь, ни о чём не подозревая.

Дэймон пожимает плечами.

— Ты никогда не был в моей конюшне. Слушай, Талон абсолютно безопасен. Мои родители часто летали на нём, и он ни разу никого не сбросил.

Я украдкой бросаю взгляд на Куинн и замечаю её комично расширившиеся глаза.

— Что скажешь?

С трудом сглотнув, она слегка бледнеет и тоненько произносит:

— Конечно. Его зовут Талон... то есть буквально Коготь. И ты говоришь, что он никого не сбрасывал. Очень обнадёживающее сочетание.

Уловив сарказм, я усмехаюсь.

— В любой момент, если захочешь лететь со мной, просто скажи.

— А что, если я упаду?

— Я поймаю тебя, любимая. Всегда.

Куинн буквально тает от этих слов, и я никогда не устану восхищаться любовью и доверием, сияющими в её глазах.

— Хорошо. — Дэймон хлопает в ладоши. — Тогда вперёд. Я искал повод надрать задницу Гии ещё с тех пор, как она отрезала мне волосы, пока я спал.

— Это случилось, когда тебе было семнадцать. — Я следую за ним через задний выход, ближайший к конюшне. — Ты до сих пор не можешь это пережить?

— Ты же знаешь, как важны для меня мои волосы.

Я закатываю глаза и смотрю на Куинн. Она прикрывает рот рукой, сдерживая смех.

— Я всё слышу, — раздражённо бормочет Дэймон.

Этот парень действительно относится к своим волосам с почти маниакальным трепетом.

Когда мы выходим на улицу, воздух оказывается прохладным, но ветра почти нет. Идеальная ночь для полёта.

В детстве мои крылья были развиты слабо, и мне не хватало сил улететь далеко. Это будет первый раз, когда я увижу всё Царство Ночи с высоты: горы, деревни, леса фей.

От предвкушения по телу пробегает дрожь, когда мы останавливаемся возле каменной хозяйственной постройки.

— О, Дэймон, кстати... как же здорово наконец-то тебя увидеть.

— Увидеть меня? — Его лицо бледнеет, когда до него доходит смысл моих слов. — Я знал, что с тобой что-то не так! Почему? Как?

— Куинн, — объясняю я, не скрывая гордости в голосе. — Она больше, чем просто девушка, в которую я влюбился. Она моя суженая.

— Человек?.. — Дэймон выглядит не менее озадаченным, чем были мы сами, когда узнали правду.

— В основном, — отвечает ему Куинн. — Оказывается, у одной из моих прародительниц был роман с фейри.

Выдохнув, Дэймон потирает челюсть.

— А я-то думал, что мои родители были безумцами.

Я поворачиваюсь к Куинн.

— Король Сайлас и королева Тейя отправились в мир людей около шестисот лет назад в поисках суженой Дэймона. Они были уверены, что найдут её именно там, и поклялись не возвращаться, пока не добьются своего.

Улыбка медленно сходит с губ Куинн, когда она смотрит на моего кузена.

— Наверное, тебе очень тяжело, Дэймон. Быть здесь совсем одному.

— Так и есть, — соглашается он, открывая деревянную дверь конюшни.

В нос тут же ударяет запах сена и животных, хотя теперь он кажется не таким сильным, как раньше, когда я был слеп.

— У меня отличный персонал. Они всегда были мне верны, но это не то же самое, что иметь рядом семью. Я каждый день переживаю за родителей. Их невозможно было переубедить, но, возможно, они всё-таки были правы.

Он от души хлопает меня по плечу.

— И всё же здорово, что этот парень был рядом. Даже если всё это время он был угрюмым придурком.

Нас прерывают тяжёлый вздох, скрежет и пронзительный визг.

Куинн подпрыгивает на месте.

Дэймон расплывается в улыбке.

— Это Талон.