10 июня 1833 года в Новом Орлеане, штат Луизиана, в семье испанского торговца и дочери французского солдата наполеоновской армии родилась девочка — Гарриет Вуд, будущая Полин Кушман. Свое детство она провела вместе с шестью братьями в «Городе-полумесяце», «Большой простоте» и «Беззаботном городе»[3], территория которого была открыта испанцами в начале XVI века, а в 1680 году город захватили французы, взявшиеся за освоения земель южных провинций долины Миссисипи. Порт Нового Орлеана, от которого город и ведет свое официальное название, был заложен в 1718 году и назывался Нувель Орлеан.

Гарриет росла на стыке культур — здесь причудливым образом смешивались французские традиции с североамериканской протестантской культурой и обычаями Черного континента. Французские и испанские креолы, американские переселенцы из Виргинии и Кентукки, чернокожие рабы с более поздними переселенцами из Африки или французской части Вест-Индии жили, заключая официальные браки, совершая адюльтеры, воспитывая детей, — в общем, взаимодействовали, замешивая новую межкультурную американскую смесь.

В начале 40-х годов первым сословием города считали себя креолы, старательно оберегавшие французские обычаи и традиции. Среди привилегированных числились также богатые торговцы и дельцы, к которым в основном относились занимавшиеся внутренней и внешней торговлей испанцы, французы, шотландцы и ирландцы. Но после отмены рабства привилегированность чернокожих креолов закончилась. Равные права, прописанные на бумаге, к сожалению, привели к еще более жесткой расовой дискриминации, и уважаемые, богатые креолы Нового Орлеана были низведены до положения обычных афроамериканцев.

Когда Гарриет была в подростковом возрасте, ее семья покинула Новый Орлеан и переехала в Гранд-Рапидс, штат Мичиган. Девочке пришлось оставить столь любимые ею суету на пристанях и волнение на рынке. После города, полного жизни, красок, цветов и запахов, Гарриет покажется, что она оказалась в пустыне. 50–60-е годы XIX века в Мичигане начинает зарождаться промышленное производство, и переезд семьи Вудов был связан с возможностью больших заработков. Отец Гарриет открывает торговый пункт для обмена товарами с индейцами. Постепенно самыми близкими друзьями для нее становятся индейские девочки ее возраста. Гарриет даже принимают в племя и дают ей имя Веселый Бриз. Она учится управлять каноэ, охотиться и выслеживать животных в лесу и растет доброй и отзывчивой. Дом ее родителей всегда открыт для нуждающихся, в том числе и индейцев.

Здесь же, в Гранд-Рапидсе, среди торговцев и промышленников, коллег своего отца, она впервые слышит о театрах Нью-Йорка. Эти разговоры просто потрясают девочку, и Гарриет понимает, что это та жизнь, которую она хотела бы вести.

В 1851 году, как только Гарриет исполнилось 18 лет, она отправляется делать карьеру актрисы в Нью-Йорк. Перед столь ответственным шагом она на некоторое время вернулась в Новый Орлеан, где впервые и вышла на сцену, где поняла, что театральная жизнь — это та судьба, о которой она мечтала. Гарриет присоединилась ненадолго к труппе актеров Нового Орлеана.

В Нью-Йорке Гарриет Вуд продолжила свою театральную карьеру. Ее красота, талант и уравновешенность дали ей возможность получить сразу несколько ролей в нью-йоркских театрах. Здесь же она приняла свое сценическое имя — Полин Кушман, в честь своего кумира — актрисы Шарлотты Кушман[4].

В начале 50-х годов нью-йоркское шоу отправляется на гастроли по южным штатам страны. Ослепительная красота Полин пленяет не только мужчин, но и женщин. Она исполняет и мужские, и женские роли, как и ее кумир, Шарлотта Кушман. В нее влюбляется один из музыкантов оркестра, сопровождающего шоу. 7 февраля 1853 года Полин Кушман выходит замуж за музыканта Чарльза Дикинсона. Новобрачные переезжают в Кливленд, штат Огайо, на родину мужа, где Чарльз устраивается работать учителем музыки. В браке рождаются двое детей — Чарльз-младший (1858) и дочь Ида (1860). Но счастью Полин не суждено было длиться долго. В конце октября 1862 году ее мужа забирают в армию северян[5], на войну[6]. Он был зачислен в качестве музыканта в 41-й пехотный полк Огайо, где через некоторое время заразился дизентерией, которой страдали многие солдаты во время кампании Шайло[7].

Один из участников кампании позже вспоминал: «Мы стояли лагерем на поле боя Шайло в течение месяца после битвы, и у нас не было ничего, кроме грязной воды, чтобы пить. Да и еда была не из лучших, состоящая в основном из сырой свинины и крекеров, так как нам не разрешалось разжигать костры большую часть времени. У нас не было ни палаток, ни кухонной утвари… Кофе в зернах мы разжевывали, и дождь шел почти каждую ночь».

Попав в госпиталь, Чарльз был выписан 9 июня 1862 года, и отправлен домой в Кливленд.

Когда Чарльз Дикинсон приехал домой, он весил всего 120 фунтов (примерно 55 кг). Впоследствии Полин рассказывала, что, когда ее муж «вернулся домой из армии, он был в очень плохом состоянии, полная развалина…». На руках у Полин было двое маленьких детей, так что ухаживать за Чарльзом приходилось его матери и сестрам. В доме было много комнат, но все боялись заразить детей, поэтому Полин видела мужа не часто и издалека. Вся семья надеялась, что он поправится, но надежда таяла с каждым днем. Чарльзу Дикинсону было не суждено вылечиться, и в конце 1862 года он скончался. Полин писала: «Он умер через несколько минут после полуночи и был похоронен поздно вечером того же дня. Я не присутствовала в момент его смерти — была по каким-то делам в Кливленде, — но на похороны я успела».

После смерти мужа Полин с детьми осталась без средств к существованию. Ей необходимо было вернуться к своей профессии. Малолетних Чарльза и Иду она оставила на временное попечение родителям мужа, а сама вернулась на сцену.

Возвращение Полин Кушман на театральную сцену состоялось в самом большом городе штата Кентукки Луисвилле, где она играла одну из главных ролей в спектакле «Семь сестер».

Во время войны Севера и Юга штат Кентукки хоть и был рабовладельческим, но предпочел сохранить лояльность Союзу, так же как и еще двадцать два штата, включая Делавэр, Миссури и Мэриленд.

Играя на сцене в «Семи сестрах», Полин Кушман обратила на себя внимание сочувствующих Конфедерации, которые предложили триста долларов (по тем временам огромная сумма!), чтобы она произнесла на банкете после выступления тост в честь президента конфедератов (Юга) Джефферсона Дэвиса[8]. Полин тайно сообщила об этом предложении агентам Союза (Севера). Военачальники Союза ухватились за редкую возможность внедрить в ряды врагов своего лазутчика, и Полин решилась не только хорошо подзаработать, но и послужить своей стране, за которую погиб ее муж. Она должна была согласиться и тем самым войти в доверие к конфедератам.

После одного из спектаклей, где собрался весь высший свет города и приезжие военные, Полин, как одна из чествуемых актрис, подняла бокал с вином и в полной тишине произнесла тост: «За Джефферсона Дэвиса и южную Конфедерацию! Пусть Юг навсегда сохранит свою честь и свои права!» Шокированная тишина приветствовала ее, а через мгновение в зале поднялся неимоверный шум. Все сторонники Юга притихли (их было не слишком много), зато северяне повскакивали с мест и кричали оскорбления в сторону Полин и южан. Получилось то, на что рассчитывали тайные агенты Севера: северяне возненавидели Полин Кушман, а южане, наоборот, — полюбили. Слухи о смелости актрисы быстро дошли до армии южан. Можно сказать, что план «внедрения» шпиона прошел отлично. Но в первые секунды, стоя перед беснующимся залом, глядя на презрительные лица режиссера и коллег-актеров, Полин охватило пронзительное желание сказать им правду, но этого она не сделает даже тогда, когда солдаты Союза придут арестовывать ее, чтобы выпроводить на земли Конфедерации.

Руководители театральной труппы, всецело поддерживающие Авраама Линкольна и Союз (Север), с позором уволили Полин Кушман. Она была уволена из труппы, но мгновенно стала знаменитостью у южан.

Актриса тут же получила роль всей своей жизни! После того как Полин был арестована, она получила задание от полковника армейской полиции Союза Уильяма Трейсдейла перейти на сторону Конфедерации и постараться внедриться в ряды южан. Отправляя Полин на задание, полковник Трейсдейл сказал: «Мисс Кушман, все, что вы уже сделали, это ничто по сравнению с тем, что вам предстоит сделать… Я много слышал о вашей смелости, вашей преданности и необыкновенных актерских качествах, но то, что я хочу, чтобы вы теперь сделали, потребует быстроты интеллекта, физической силы и мужества солдата».

Первым заданием Полин были разведка и доклад о состоянии обороны конфедератов в центральной части штата Теннесси[9]. Миссия обещала быть очень опасной, а провал неизбежно привел бы Полин к смерти, но ее это не устрашило.

Полин Кушман была публично выдворена с союзных земель под предлогом сочувствия южанам. Из этого «выселения» было организовано целое шоу, и актриса оказалась в тылу врага. Чтобы проникнуть в ряды армии конфедератов ей необходима была причина, которая очень удачно нашлась. Один из братьев Полин присоединился к армии Юга. Но только актриса знала, что ее брат не столько поддерживал конфедератов, сколько бунтовал против старших офицеров Союза, с которыми что-то не поделил. И вот, «разыскивая заблудшего брата» (отличное прикрытие!), которого не видела уже несколько лет, Полин отправляется на позиции армии Юга.

Красота, обаяние, талант и ум Полин Кушман позволили ей в считаные дни стать любимицей офицеров и солдат южной армии. Большинство офицеров рвались сами сопровождать ее вдоль линии фронта и построенных фортификационных сооружений. Именно это и нужно было Полин. Хотя полковник Трейсдейл и предостерегал ее от письменной фиксации данных, требовал, чтобы она все запоминала, Полин тщательно зарисовывала расположения укреплений армий Юга и прятала рисунки в сапоге.

Полин пользовалась своим актерским талантом там, где не помогали ни ее красота, ни ум. Она переодевалась молодым солдатом Конфедерации или мальчиком-помощником, которые в то время сотнями сопровождали армии Севера и Юга, чтобы пробраться в те места, куда женщинам вход был запрещен (например, в салуны, где можно было найти дам лишь легкого поведения, или бильярдные салоны, куда женщин вообще не пускали). В мужской одежде Полин была незаметна и могла услышать разные разговоры, которые наверняка при ней как при женщине в других обстоятельствах вестись не могли.

Ночами Полин Кушнер выбиралась из лагеря, вспоминая свое «индейское» детство, она разведывала сельскую местность в поисках более точных данных расположения вражеских войск.

Когда необходимые сведения о войсках в штате Теннеси и генерале Брэгге Брэкстоне[10] были собраны, Полин решила выбираться из лагеря противника, но была заподозрена в шпионаже. В сопровождении и под охраной кавалерийского разъезда во главе с генералом Джоном Хантом Морганом[11], который должен был доставить ее к генералу Натану Бедфорду Форресту[12], Полин продвигалась в глубь территории Юга. Охваченная паникой, она совершила неудачную попытку побега, что еще более усугубило ее положение — невиновные не бегут.

После попытки побега Полин обыскали и нашли зарисовки фортификационных сооружений, планы размещения армии конфедератов и несколько документов, которые ей посчастливилось украсть. Хотя оба генерала, Морган и Форрест, относились к ней вежливо, Полин совершенно ясно поняла, что не должна пытаться бежать снова. Натаниэль Форрест сказал Полине: «Времени на расследование вашего дела у меня сейчас нет. Быстро решить его я не могу, поэтому отправлю вас в штаб генерала Брэгга Брэкстона, в Шелбивилль. Если вам удастся доказать свою верность Югу, то вы всегда можете рассчитывать на любую мою помощь. Но если честно, то это вряд ли возможно при тех уликах, которые мы нашли. Соответственно, вам нужно готовиться только к худшему. Вы можете рассчитывать только на повешение».

Естественно, проведя допрос и увидев улики, генерал Брэкстон не поверил ни одному слову пытавшейся оправдать себя Полин, и она предстала перед судом как шпионка Союза.

После суда в течение десяти дней Полин Кушман ждала своего приговора. Она была признана виновной и приговорена к смертной казне через повешение. Но в ужасных тюремных условиях Полин серьезно заболела (или это была ее восхитительная игра!), и казнь отложили. Это и спасло ей жизнь.

В конце 1862 года командующим федеральной Кумберлендской армией на Западе был назначен генерал Уильям Роузкранс[13], который начал наступление на южан и 27 июня 1863 года, после двух дней боев, освободил Шелбивилль от конфедератов. Отступая генерал Брэкстон хотел забрать с собой пленников, среди которых была и Полин Кушман, но сочувствующий шпионке врач сказал, что она серьезно больна и, скорее всего, умрет в дороге. Актрису оставили в доме гражданского врача, и через несколько часов она оказалась среди друзей.

Полин доставили к железной дороге в личной карете генерала Гордона Грейнджера, оттуда она отправилась прямо в Нэшвилл, к своему куратору Уильяму Трейсдейлу.

Союз принял Полин как героя, и даже «Нью-Йорк Таймс» в большой статье отметила ее подвиг: «Не многие смогли нанести такой ущерб конфедератам, как это сделала Полин Кушман!»

В качестве признания заслуг перед Союзом генерал Гордон Грейнджер и Джеймс А. Гарфилд[14] присвоили Полин Кушман почетное звание майора кавалерии.

Жизнь Полин Кушман после войны была полна трагедий и сердечной боли. Она потеряла обоих своих детей — Чарльз-младший утонул в реке, а дочь Ида умерла от горячки через год после смерти брата. Свой последний приют они нашли рядом со своим отцом на семейном кладбище в Огайо. В последующие годы Полин пыталась найти свое счастье в семейной жизни, но, видимо, ей это было не суждено.

Сразу после своего освобождения войсками генерала Роузкранса и прибытия в Нэшвилл Полин стала думать о продолжении своей актерской карьеры. В длительной поездке на Север Полин выступает на сцене в форме армейского майора, рассказывая историю своих приключений. На этих выступлениях ей удалось заработать немало денег. К концу войны она может позволить себе создать собственный передвижной театр.

С 1865 по 1867 год Полин Кушман путешествует вместе с ирландским комиком Джеймсом М. Уордом, выступая дуэтом на американском Западе.

В 1867 году Полин играет на сценах разных театров по всей стране.

В 1872 году Кушман отправляется в Сан-Франциско, где выходит замуж, но через некоторое время снова становится вдовой. Следующие пять лет она работает в районе Санта-Крус, выступая с миниатюрами среди работников лесозаготовительных предприятий.

В начале 1879 года Полин Кушман выходит замуж за вдовца Иеремию Фрайера, познакомившись с ним и его дочерью Эммой во Флоренции, штат Аризона. Некоторое время семья путешествуют в собственном дилижансе, пока не останавливается в округе Пинал, штат Аризона, где Иеремию Фрайера избирают шерифом. В 1890 году, после трагической смерти Эммы, супруги Фрайер расходятся. Полин Фрайер возвращается в Сан-Франциско, где начинаются ее страдания, связанные со здоровьем. Бурная юность и молодость, полная опасностей и приключений, оставили свой след — ревматизм и артрит начинают преследовать женщину. Единственное, что ей помогает от боли, — это морфий или опиум.

Бедность и наркотическая зависимость заставляют Полин обратиться к государству в надежде на помощь. В итоге ей выплачивают федеральную пенсию за военную службу ее первого мужа, составившую в общей сложности около 1000 долларов.

Красота покинула больную Полин, здоровье ушло вместе с молодостью, настало время нескончаемой депрессии. Она осталась одна, переживя своих детей и двух мужей, расставшись с третьим в силу обстоятельств. Полин коротала свои последние дни в пансионе Сан-Франциско, работая швеей и уборщицей. Большую часть заработанных денег ей приходилось тратить на доступные в ту пору обезболивающие — опиум или морфий.

В ночь на 1 декабря 1893 года Полин Кушман Дикинсон Фихтнер Фрайер умерла от передозировки наркотиков в возрасте 60 лет. После ее смерти долго ходили слухи о самоубийстве, что, как выяснилось, оказалось неправдой.

Последние почести герою, последние аплодисменты актрисе и последний салют патриоту были отданы Полин Кушман почетным караулом Калифорнийской дивизии армии США, женщинами из Корпуса милосердия и жителями города на Национальном военном кладбище Сан-Франциско, где она похоронена среди офицеров.

До сих пор на ее могильном камне можно прочесть надпись: «Полин К. Фрайер — разведчик Союза», а саму могилу покрывают, как снег, мелкие белые цветы.

Во время Гражданской войны и армия Севера, и армия Юга использовали много полевых агентов. Среди них были и мужчины и женщины, большинство из них действовали под разными именами. Это связано с тем, что характер их работы был тайным, немногие записи плохо сохранились или намеренно уничтожены, и о жизни этих героев ничего не известно.