Мерцающие лампы бара, в котором я оказалась, окрашивали кожу и волосы то в ярко-синий, то в насыщенный розовый. Это было своеобразное место: здесь сочетались футуристично-кислотный неоновый свет и винтажная барная стойка из цельного куска дерева. Страшно было подумать, что сейчас плескалось в моем бокале, поэтому я просто пила и не задавала настолько сложных вопросов. Какая разница, что вливать в себя в чужом сне. На посетителях и окружении я тоже старалась не концентрироваться. При таком высоком уровне защиты жертвы любой лишний взгляд мог все разрушить. Те, кто находится во снах, должны принимать обстановку как данность.

При краже информации я почти всегда пользовалась тем, что я – девушка, ведь на роль жертвы обычно выпадали мужчины. Этот раз не стал исключением. Я сидела на коленях своей цели в тонкой летней рубашке и в незаконно короткой юбке, настолько короткой, что в реальности, кажется, такие даже не шьют. Мы играли в правду или действие с некоторыми корректировками в правилах. Пока он будет выбирать только правду, я буду выбирать только действие.

Мужчина выжидающе приподнял бровь. Его левая рука давно уже расположилась у меня на бедре, удерживая от падения, а в правой все еще находился… Хм-м… Ну пусть будет коктейль.

Я наклонилась ближе и, слегка касаясь губами его уха, прошептала:

– Действие.

Кончики его волос невесомо щекотали мой нос. Нас окутывал едва уловимый запах влажной листвы, и я ощущала себя в руках жертвы, словно в нежном тягучем тумане. Приходилось то и дело напоминать себе, что он, вообще-то, моя работа.

– Я хочу, чтобы ты избавилась от трусиков.

Меня бросило в жар. Выпитый алкоголь тоже давал о себе знать. Я не очень хорошо понимала, какие механизмы заставляли мозг думать, что он пьянеет во сне, но эффект был вполне себе ощутимый.

– Считай, что их нет. – В реальности мне бы пришлось идти в грязный туалет бара и, громко ругаясь в попытках удержаться на высоких каблуках, снимать данный элемент одежды. Во сне я могла позволить себе избежать всех этих действий.

Мужчина поставил стакан на стол, а затем его рука почти моментально оказалась у меня под юбкой.

– Эй! – я сжала ноги и перехватила нагло рвущуюся к самому чувствительному месту конечность. – Об этом разговора не было.

– Ну, я же должен проверить, – его, казалось, нисколько не смутила моя реакция.

– С внешней стороны, – продиктовала условие я.

Рука чуть сместилась. Мужчина медленно провел пальцами вверх по бедру, до пояса юбки и удовлетворенно кивнул. Каждое прикосновение волновало мое тело, словно первые капли дождя рушили идеальную гладь спокойного озера. Меня пугала и одновременно возбуждала мысль, что его пальцы окажутся слишком близко и он осознает, насколько сильно я его хочу.

– Не жалеешь, что я не выбираю действия?

Сосредоточиться в такой атмосфере было крайне сложно, тем более что в этот раз жертва вызывала у меня целый ураган эмоций.

– Ты и без моих на то разрешений прекрасно действуешь, – ответила я, намекая на то, что его рука так и осталась у меня под юбкой.

– Тогда правда, – растянулись в улыбке тонкие губы.

– Ты ведь искатель? – на самом деле он еще даже не начал ничего сливать мне, но с утверждений заходить было гораздо эффективнее. – А как называется твоя группировка?

– Команда, – поправил он, не заметив подвоха, – мне не нравится слово «группировка». Оно такое пошлое и совершенно не отражает дух нашего дела. Мы назвали себя «Плетущие судьбы».

– Звучит весьма внушительно, в этом есть какой-то смысл?

– Ты слышала о теории нитей?

– Смутно. Она ведь о том, что изначальная энергия, из которой происходят миры, на самом деле существует в виде каких-то нитей?

– Не совсем. – Я ощутила, как он начал задумчиво водить пальцами по моему бедру. – Энергия – это энергия. Нити направляют ее колебания. Если уж совсем все упростить, согласно данной теории, маги управляют именно нитями, а не потоками энергии. – Мужчина хитро улыбнулся. – Не могу поверить, что ты вытащила из меня целых два ответа.

Я виновато покачала головой, показывая, что признаю его правоту и готова играть дальше.

– А ты не жалеешь, что я не выбираю правду? – руки как-то сами собой погрузились в его темные волосы, нежно пропуская их сквозь пальцы.

Он не спешил с ответом, прикрыв глаза и наслаждаясь моей лаской.

– Ты все расскажешь мне после. – Он одарил меня прямым выразительным взглядом, давая понять, на какое окончание нашего вечера рассчитывает.

– Действие, – прошептала я. Низ живота скрутило приятной судорогой в ожидании его ответа.

– Поцелуй меня.

После предыдущего запроса я ожидала чего-то более кардинального, поэтому внутренне даже немного выдохнула.

Склонившись ниже, я нежно коснулась его губ своими, слегка провела кончиком языка по зубам. Он притянул меня и углубил поцелуй, а его рука тем временем, воспользовавшись ситуацией и плавно огладив бедро, оказалась у меня между ног, там, где по плану должны были находиться те самые трусики. Я прерывисто застонала ему в губы и прижалась всем телом, неосознанно стремясь быть ближе. Этого хватило, чтоб слетели все остатки его контроля. Он резко подхватил меня под бедра и усадил на стол. Шею обожгли жадные поцелуи, сбивая мое дыхание и заставляя забыть, где и с кем я нахожусь. Его пальцы нетерпеливо проникли в лоно, вырывая из меня тихие стоны. Я бессильно вцепилась ему в плечи и уткнулась носом в ключицу, пытаясь сохранить в себе какие-то остатки самообладания. Пора было сваливать. Это не должно было дойти до секса. Не здесь. Не во сне. Усилием воли я попыталась изменить реальность вокруг, но мужчина крепко держал сон. Обкладывая всеми известными проклятиями того, кто выстроил моей жертве такую защиту, я закусила губу и отвоевала себе еще немного не замутненного возбуждением сознания. За его спиной в пару мгновений сплелся заготовленный заранее образ, ставший сегодня недовольным охранником.

– Какого лунда вы тут затеяли? – зло воскликнул сей персонаж и дернул моего несостоявшегося любовника за плечо, вынуждая его выпустить меня из объятий. Еще усилие, и охранник превратился в сексуальную брюнетку в откровенном кожаном платье. Она призывно легла на стол, с которого только что незаметно соскользнула я. Замена сработала отлично, и мужчина заглотил наживку. Тем временем я медленно растворяла себя в толпе, стараясь не делать резких движений. Жертва должна сама полностью переключиться и вытеснить мой образ из сознания. И это произошло, почти произошло. В последний момент Джун поднял на меня взгляд и улыбнулся.

* * *

Я проснулась от невыносимой жары. Мало того что внутри меня все горело после сна, который повторялся с завидным постоянством почти каждую ночь и в точности отражал мой последний заказ. Так еще и тот, кто перенес спящую меня с террасы в комнату, догадался заботливо укрыть пледом, отчего сейчас я просто обливалась потом. Сам по себе сон не удивил ничем, ходящие регулярно видели сновидения по сюжетам выполненных заказов. Поэтому очень важным правилом являлось никогда не ходить в чужие сны с собственной кровати. Иногда только по месту, где очнулся, можно было понять, свой ли сон ты сегодня смотрел.

Я в спешке открыла окно, но утренней прохлады не последовало. Ортанская погода не признавала слова «умеренно», и удушливая летняя жара здесь не спадала даже ночью. Холодный душ немного улучшил ситуацию, но одеться мне, увы, предстояло во вчерашние штаны и футболку.

Воспоминания о том, что день назад мне не хотелось неделю безвылазно сидеть в квартире, сейчас казались такими глупыми и далекими. Этим утром я бы многое отдала, чтоб оказаться в ней и закрыть дверь на все замки. Там были мои замечательные вещи, и никто не заставлял подписывать подозрительные контракты. От мысли о предстоящем в тело снова вернулась неприятная тяжесть. Пугал и сам факт ментального вмешательства, и неотвратимость задания, которое за ним последует. Хоть вчера меня и постарались заверить, будто причиной моего похищения была исключительно конспирация, верилось в это с трудом. Веками искатели доверяли тайны Ордену, а значит, в этот раз ставки слишком высоки.

К моменту, как я привела себя в порядок и вышла на лестницу, рассвет только начал окрашивать гостиную в оранжевые тона. Неожиданно, на кухне уже вовсю хозяйствовал Во’он. Из всей восьмерки именно этот персонаж пугал меня больше всех. Во время первой встречи я идентифицировала его как безусловного лидера искателей, но вчерашний день показал, что все несколько сложнее.

Спускаться тут же расхотелось. В голове возникла тысяча и одна причина, почему мне немедленно нужно обратно в комнату, и я уже почти развернулась, чтоб сделать это, когда он заметил меня и кивком указал на стол. Я решила, что ему уж точно не буду показывать страх, и побег отменился. Неторопливо приблизившись, я присела на свое вчерашнее место в ожидании очередных угроз или, например, допроса.

– А ты рано, – он пару секунд задержал на мне взгляд и продолжил готовить: – Всегда так встаешь?

– Только если ночью не было работы. – Похоже, прямо сейчас допрос не намечался. Тот, кого я раньше называла Ястребом, был больше увлечен готовкой. Фартуком он, в отличие от Сексуального Огня, пренебрег, зато прихватил не слишком длинные волосы в небольшой забавно торчащий хвостик.

– Разве вы не спите во время работы? – Кажется, мне удалось заинтересовать его настолько, что он отвлекся от нарезания какой-то подозрительной прозрачной штуки.

– Сплю, но после подобного сна обычно требуется еще несколько часов отдыха. – Наш диалог был таким кухонно нормальным, что вчерашние угрозы казались наваждением.

– Как много сна, – задумчиво протянул он и вернулся к готовке. – Если ты не ешь ортанскую кухню, то я могу что-нибудь заказать, – донеслось откуда-то из-за холодильника.

Лишь закрыв его, Во’он поймал мой полный экзистенциального ужаса взгляд.

– Ах да, я забыл.

– Дам шанс твоей интерпретации, – успокоила его я, – повезло, что ваш заклинатель воспитывался не на Индаае.

– Да, но узнать насколько, мы сможем только сейчас. – Во’он, погрузил все, что кропотливо нарезал до этого, в большой сотейник и щедро присыпал солью.

Я заинтересованно наблюдала за его действиями. Ортанская кухня обычно была крайне пресной, но он, похоже, старался адаптировать ее под всех жителей дома.

– Признаться, я даже не задумывался об этом его преимуществе, – усмехнувшись, продолжил он. – Родители Мина переехали в Банглаор сразу после его рождения. Он как раз просто жить не может без доставок.

Дальше мы сидели молча, ортанец увлеченно готовил, а я размышляла о том, что же такого им может быть от меня нужно. Пожалуй, я разочаруюсь, если это будет что-то из моих стандартных заказов. Разочаруюсь, но вздохну с облегчением.

Ходящие не были магами, как это могло показаться. У нас была лишь одна способность: отделять сознание от тела и проникать в сны людей, но ее с лихвой хватало, чтоб жить и не бедствовать на Индаае или, например, угодить на виселицу здесь, на Ортане. Ремесло ходящих, так или иначе, преследовалось во всех обитаемых мирах Веера, кроме моего, в котором просто закрывали глаза на Орден за немаленький процент в казну. Вряд ли, конечно, именно поэтому, но рождались ходящие только в мире дождей и духов. Кто-то продолжал считать нас странным проявлением магии, хотя как раз с энергией мира мы взаимодействовать не могли никак, а именно с этой характеристики в любом учебнике начиналось описание мага. Были теории на тему влияния какого-то вида духов. Но истина в этом случае не лежала не то что посередине, даже рядом не валялась.

Из раздумий меня вырвал тихий скрип ступеней – это, зевая, со второго этажа, спускались близнецы. Северный Ветер приветственно махнул мне, а Южный просто улыбнулся. Создавалось ощущение, что все мы тут одна дружная семья и мне уж точно не стоило волноваться о будущем.

– Есть еще время размяться да завтрака? – спросил Северный Ветер.

– Да, – кивнул Во’он. – Минут пятнадцать.

А затем громко, заставив меня подскочить на стуле, крикнул:

– Завтрак пятнадцать минут!

– Я бы пропустил. – Южный Ветер плюхнулся на стул рядом со мной.

– Ты думаешь, тебе не перескажут, если будет что-то интересное? – Его брат уже выжидающе приоткрыл наружную дверь.

– У нас всех разное понятие об интересном. – Парень подобрал ноги, показывая, что выходить он сейчас никуда не планирует.

– Я составлю тебе компанию. – Одна из дверей на первом этаже открылась, и оттуда вышел Сексуальный Огонь, в очередной пижаме, которую в зеленом мире называли повседневной одеждой. Длинные волосы сегодня свободно лежали на его плечах, и я в очередной раз испытала укол зависти. Он быстрым шагом пересек гостиную, подхватил руку Северного Ветра и утащил его за собой на улицу.

Следом из комнаты, неспешно потягиваясь, вышел второй представитель зеленого мира. Он тренировкой, очевидно, не соблазнился и присел напротив. Сегодня его внушительные мускулы на удивление прикрывала обтягивающая майка. Прикрывала, но совершенно не скрывала.

– Как спалось? – внезапно обратился мужчина ко мне.

– Жарко, – я не успела собраться с мыслями и выдала первые ощущения от сна.

– Да, летом тут самое настоящее пекло. Я вот предпочитаю спать голым, – поделился он со мной, без сомнений, нужной информацией.

Во’он уже расставил на столе тарелки и разложил приборы, когда вторая дверь, ведущая из гостиной в спальни, открылась, и оттуда вышли Ручейки. Тихий сразу присел за стол, а Бурный, вооружившись вилкой, напал на завтрак, все еще скворчащий на плите.

– Ты сегодня даже не проспал? – Ортанец недовольно глянул на происходящее безобразие, но останавливать не стал.

– Он тоже решил не доверять вашему представлению об интересном, – улыбнулся Южный Ветер.

Парень оторвался от тарелки с едой и обернулся, оперевшись на кухонный стол и вызвав еще один недовольный взгляд сегодняшнего повара.

– Я могу поспорить, тут еще никто не спросил как тебя зовут. Я Мин. – Он протянул руку через стол, чем привел меня в легкое замешательство.

– Кара, – представилась я и, наконец вспомнив, что на Банглаоре принято пожимать руки при знакомстве, протянула свою.

– Теперь придется прекратить звать тебя птичкой, – хихикнул любитель спать без одежды, – Хан. – Он тоже протянул мне руку, но вместо того чтобы пожать, поцеловал запястье.

Я тут же отметила для себя, что ни рук, ни ног, ни тем более других важных вещей доверять ему больше не буду.

– Так она, судя по всему, и не птичка, – ортанец посмотрел на меня изучающим взглядом. – Я Волтер, но тут все зовут меня Во’он.

Это разрешило засевшую у меня в голове с вечера загадку про такое странное для мира оранжевого солнца имя. Кажется, здесь никто не пользовался полными именами. Я тоже этого не любила.

– Кан, – Тихий Ручеек просто кивнул мне. Очевидно, он не был приверженцем нарушения личных границ.

– Эйрик, – представился Южный Ветер, – а мой брат – Марк.

– А… – Я едва не забылась и не спросила, как же зовут Сексуального Огня. Вряд ли он, конечно, обидится на такое прозвище, но до этого лучше не доводить.

– Ан-Ён, – ответил Хан, – только про полное не спрашивай, его никто из нас тут не выговорит.

– А свое полное ты выговариваешь? – хихикнула я.

– Не всегда, – ответил он серьезно, оставив меня размышлять, была ли это шутка или у него действительно есть с этим проблемы. У жителей Юнцайеса была традиция называть детей так, чтоб только самые близкие люди, вроде семьи и партнеров, могли произнести их имена правильно. Считалось, что это убережет человека от сглаза и чужих дурных мыслей.

– А можно вопрос? – Эйрик, кажется, по праву мог считаться самым любопытным в этой компании.

– Да, – неуверенно протянула я, еще не решив, хочу ли я отвечать на какие-то лишние вопросы.

Он немного помолчал, а затем спросил:

– Почему ты сама пришла на встречу, а не сделала, как принято в вашем Ордене?

– Потому что в Ордене она не состоит. – Джун, как и в прошлый раз, застал меня врасплох. Сердце пропустило удар, а по позвоночнику пробежали мурашки. Эффекту от зацепа уже было бы неплохо начать проходить. Хотя, конечно, сны, подобные утреннему, этому точно не способствовали.

Мужчина присел на свободное место рядом и развернулся ко мне. Сегодня волосы не спадали на его лицо: он убрал их, перетянув цветастой повязкой со сложным орнаментом.

– Я ведь прав?

– Да, – поворот диалога мне крайне не понравился. – Как ты понял? – слова давались тяжело. Осознавал ли Джун, что уже только этой информацией способен шантажировать меня до конца жизни. По негласному договору с правительством Индаая, ходящие могли использовать способности, только будучи под контролем Ордена. С теми, кто не желал подчиняться, разговор был обычно весьма короткий и весьма смертельный. Я надеялась, что у меня такого разговора в жизни никогда не случится.

– Сложил два и два. – Джун внимательно смотрел за моей реакцией на его объяснение. – Тот мужик из Ордена предложил нам тебя не в первую очередь и при этом задрал цену в два раза. Ты отдала ему ровно половину, хотя вначале он упомянул, что берет себе всего двадцать процентов. Извини, мы проверили твою сумочку на предмет магических меток, – тут же оправдался он, заметив мой свирепый взгляд. – Ну и деньги за заказ ты пришла забирать сама, хотя в беседе рассказывала Хану, что в Ордене очень жесткие правила.

Я, как всегда в подобные минуты, поджала ноги и обхватила колени. Моя анонимность не то что дала трещину – она с грохотом разлетелась на мелкие осколки. С этим определенно придется что-то делать, но об этом я подумаю как-нибудь не сегодня.

Во’он тем временем разложил не совсем традиционный ортанский завтрак по тарелкам, а с улицы подтянулись Сексуальный Огонь и Северный Ветер.

– Мы решили познакомиться поближе. – Хан притянул к себе тарелку и уже с набитым ртом продолжил: – Это Кара.

Марк лишь кивнул и присел за стол, Ан-Ён приземлился рядом с Ханом и уточнил:

– Насколько?

– Несколько ближе, чем стоило, на мой взгляд. – Минутный страх постепенно уступал место злости. Злости в первую очередь на себя – за неосторожность и пренебрежение своими же правилами, которых я клятвенно обещала придерживаться. Когда все годами идет хорошо, начинаешь расслабляться и чувствовать собственную неуязвимость, именно в этот момент реальностью очень больно прилетает по голове. Моя вот до сих пор ныла после вчерашнего.

– Успокойся. – Во’он последним сел за стол. – Нам нет дела до твоих отношений с Орденом. В это мы точно лезть не будем.

Джун перевел взгляд на него, а затем снова внимательно впился в меня глазами. Я решила, что продолжать прямо сейчас возмущаться не слишком продуктивно и, лишь недовольно хмыкнув в ответ, приступила наконец к еде. Она, надо сказать, оказалась вполне ничего, ортанской кухне очень шли соль и специи. Разговоров за завтраком почти не было слышно, то ли утро так влияло на парней, то ли они не решались обсуждать что-либо важное при мне.

Когда Во’он принялся убирать тарелки, легкость обстановки окончательно меня покинула, руки снова предательски задрожали, от волнения резко нахлынула тошнота, и я пожалела, что поела.

Искатели рассредоточились по кухне как могли. Мин снова присел на край стола, а Во’он, как и вчера, оказался за моей спиной. Джун же развернул стул, снова сев ко мне лицом, и заговорил:

– Ты примерно представляешь, в чем заключается поиск частиц?

– В том, чтоб найти и захапать себе? – проявила я просто чудеса осведомленности.

– Да, и в этом тоже, – усмехнулся он, – колебания энергии, ведущие к частицам, проследить не так уж и сложно для тех, кто задался такой целью. Самая трудоемкая и опасная часть, как ты выразилась, захапать ее. На это как раз тратится прорва времени и сил.

– То есть вы осведомлены, где находятся частицы, но не знаете, как их взять? – подытожила я.

Мое представление о процессе поиска переворачивалось с ног на голову.

– Да, выдрать кусок энергии из мира не самый тривиальный процесс. Мы изучаем и разрабатываем варианты подобраться сразу к нескольким частицам. Но вот одна из них считается лакомым кусочком, она самая крупная из известных. А еще именно вокруг нее ходит одна легенда. Три сотни лет назад некий очень сильный маг пытался спасти мир от неминуемой гибели. Он смог самостоятельно вырвать частицу из ткани мироздания, а затем перенес и вплел ее в ткань своего. План провалился, частица не повела себя, как он предполагал, и не закрыла уже образовавшиеся дыры. Но она так и осталась на том месте. А у мага остались знания о том, как ее подчинить.

Мой мозг в стрессовой ситуации активно поглощал и обрабатывал все, что ему говорят.

Умирающий мир?

Тарнум.

Мертвый мир, пространство которого медленно растворялось в небытие. Живого там не осталось почти ничего, да и живым делать там было нечего. Если ты не маг, то, скорее всего, не продержишься на безжизненных полях Тарнума и часа. Исследователи предполагали, что еще сотня-другая лет и мир окончательно растворится, оставшись лишь воспоминанием, чернилами на страницах бесчисленных книг о нем.

Сильный маг?

Вероятно, речь идет о последнем его правителе.

– Мы сейчас о Мертвом Короле говорим?

Мертвый Король – последний король погибающего Тарнума. Его могила, пожалуй, основная достопримечательность мира, помимо иссушенной умирающей земли, конечно. Но посетителей у такой достопримечательности маловато.

– Да, – кивнул Джун, – Мертвый Король, вероятно, знает, где найти и как подчинить одну из частиц, но не торопится делиться.

В теле возникло странное ощущение невесомости, в голове смешались чувства страха и ледяного спокойствия. Последний некромант хранил не только тайну укрощения частицы, у него было их куда больше. Еще в бытность ребенком ко мне в руки попал старый дневник прадеда, из которого становилось понятно: современные ходящие – лишь жалкая тень прошлого. Мой предок считал, что мы едва не переломили ход войны в пользу Тарнума. Если его теория была верна хотя бы отчасти, это объясняло и желание иных миров уничтожить ходящих, и желание Индаая сохранить Орден в качестве определенного рода страховки. Ключ к утраченным знаниям, по мнению прадеда, был скрыт в сознании последнего мага Тарнума. Еще тогда я подумала, что эти тайны многого стоят. Даже те крупицы, которые мне удалось почерпнуть из дневника, позволяли утирать нос ходящим из Ордена. Но размышлять о возможности когда-нибудь добраться до знаний Короля – это одно. И совсем другое – ее получить. Мало кто из обычных людей, да даже из магов, может самостоятельно пройти до гробницы, а мои похитители определенно способны на такое.

Прежде чем делиться своими мыслями, стоило понять всю глубину осведомленности моих будущих заказчиков.

– Он же мертвый, – настало время прикинуться дурочкой, потому что, простым смертным знать больше и не полагалось.

– Слышала ли ты выражение Сон Мертвого Короля? Легенды гласят, что получив смертельное ранение в битве, он попытался провести ритуал перерождения, но не смог совершить его верно и пробудиться. Теперь его сознание навсегда заперто в спящем теле.

– Не повезло мужику. – Я поморщилась, даже во второй раз эта история вызывала у меня жуткие мурашки, лучше уж смерть, – и все же, мне кажется, сон здесь больше фигура речи, нежели описание его состояния, а легенды – всего лишь страшные сказки.

– Да, мы тоже так думали, – глаза Джуна загорелись огнем, и я осознала, что он делает очень большую ставку на этот план. – А потом нашли одно старое исследование, где выдвигается теория о том, что данное состояние имеет много общего с обычным человеческим сном.

Я нервно закусила губу. Книжки мы на ночь читаем очень похожие.

– И вы, гении, решили, что любой ходящий сможет вломиться в его сон? – мне вдруг захотелось немного поиздеваться и отомстить за страдания последних двух дней, прежде чем дать ответ.

– Он же спит, – вклинился в разговор Хан, – во сне ты можешь пробраться в его мысли и украсть нужное.

– А еще он мертвый, не дышит, и не факт, что видит какие-то сны, – сомнения получилось выразить весьма натурально.

– Значит, ты считаешь, что это невозможно? – подал голос Во’он.

– Этого я не говорила.

– Так ты возьмешься или нет? – Ортанец положил руки на спинку моего стула. Его растущее недовольство ощущалось даже без зрительного контакта.

– А у меня есть возможность отказаться? – Я повернула голову к нему, стараясь при этом не упускать Джуна из поля зрения.

– Нет, но мы составили договор так, что если подписавший действительно не видит способа выполнить задание, то контракт не будет с него за это спрашивать, – раздраженно объяснил Во’он.

– Тогда давайте ваш контракт. – Мне показалось, будто я услышала за спиной тихий рык, а вот Джун неожиданно для меня рассмеялся.

– А ты хороша, – успокоившись, сказал он, чем вызвал очередной всплеск активности бабочек в моем животе.

Артефакт с договором лег передо мной буквально через пару минут. Это были листы плотной бумаги, скрепленные между собой тонким серебряным стержнем с чернеными узорами. На кухне воцарилась звенящая тишина, в которой я пыталась вдумчиво прочесть каждую строчку. Этому значительно мешало колено Джуна, которое уже слегка касалось моего, заставляя все мысли крутиться только вокруг данного участка тела, а еще мешал Во’он, следивший за всем из-за моего плеча. Между этими двумя я ощущала себя словно между льдом и пламенем, что, конечно же, отвратительно влияло на способность сосредоточиться.

Текст был составлен на отличном индаайском наречии и продублирован на банглаорском – не придраться. Первым пунктом шли требования о неразглашении. Нельзя было совсем никому и ничего. В секрете должен держаться даже сам факт выполнения мной какого-либо заказа в это время. Не очень-то и хотелось что-то кому-то рассказывать. Этот пункт был самым ожидаемым и простым для меня.

Смириться со вторым оказалось сложнее.

– Что значит находиться на вашей территории или под вашим контролем все время выполнения заказа? – Я подняла глаза на Джуна.

– Значит, ты будешь жить здесь, а если и выходить куда-то, то только с сопровождением, – ответил за него Во’он.

Кажется, все происходящее было карой за предательство моей чудесной квартиры.

– Для успешности предприятия нам не обязательно жить вместе.

– Это для твоей же безопасности в том числе. Индаай слишком просматриваемый мир. Ты же не хочешь, чтоб кто-либо связал тебя с искателями? – Марк внезапно, впервые за все время подал голос, и хотя он говорил спокойно и без нажима, спорить под давлением с трех сторон как-то расхотелось. В конце концов, это ненадолго. Я тяжело вздохнула и перешла к следующему пункту.

Он был самым объемным, и его я перечитала раза три, прежде чем сдаться и признать, что понимаю там, кажется, одно слово из пяти. Точнее, мое понимание заканчивалось в тот момент, в который начиналось подробное описание конкретной информации, что необходимо выкрасть. Я не считала себя таким уж новичком в теоретической магии, но это был какой-то заоблачный уровень сложности. Впрочем, непосредственно на мою способность выполнить заказ это не влияло и никак не мешало мне подписать контракт. Придется просто прочесть пару умных книжек.

Четвертый пункт относился к заказчику в лице всех восьмерых участников команды и гласил, что я получу всю необходимую помощь, которая может мне понадобиться при выполнении заказа. Интересно, входит ли сюда ежедневная готовка? Чутье подсказывало – вряд ли.

За пятый также нес ответственность заказчик. Там значилась весьма немаленькая сумма, раз в десять превышающая мой обычный гонорар. Сколько же богатых родственников у них скончалось?

Условием окончательного закрытия контракта было получение заказчиком частицы. Это было хоть и не слишком удобно, но весьма логично и справедливо, особенно учитывая сумму.

Не думая больше, я занесла руку над контрактом. Она все еще тряслась, но уже гораздо меньше. Поставив аккуратную подпись, которая была больше формальностью, я принялась наблюдать, как магия заставляет сиять один за другим его пункты. Когда сияние дошло до третьего, искатели заметно выдохнули.

– Отлично. – Джун оставил размашистый автограф со своей стороны. – Когда можем начинать?

– Сперва мне надо домой, забрать оттуда одежду и книги. А потом… – Я задумалась и решила, что все карты сразу раскрывать все же не стоит. – Потом я готова буду сказать, сколько времени и других средств мне потребуется.

– Хорошо. – Во’он жестом прервал все начинающиеся вопросы в группе. – Тогда обсуждения плана сдвигаем на вечер.

– Ан-Ён, Хан, – Джун кивнул на меня. – Под вашу ответственность.

– Так что, мы сегодня к тебе? – Тот, кого я когда-то звала Наглым Огнем, тут же подхватил меня под руку.

Ответить было нечего, я действительно направлялась к себе в компании двух мужчин, чего и с одним-то очень давно не случалось.

– Кан, – взгляд Джуна стал на пару секунд будто стеклянным. – Портал открывай по той же линии, она еще не затянулась.

Скорость, с которой все вокруг завертелось после подписания, подействовала на меня как ледяной душ. Я вдруг осознала, что уже достаточно скоро могу оказаться в холодной сырой гробнице рядом с полутрупом, к которому придется залезть в голову. Но это будут проблемы будущей меня, а сегодняшняя Кара с восхищением наблюдала за открытием нелегального портала, и это зрелище хоть раз в жизни да стоило увидеть. Кан какое-то время просто стоял посреди комнаты, напряженно всматриваясь в пустоту, затем резким движением выхватил будто из воздуха светящуюся глубоким фиолетовым цветом нить, вытянул ее на себя и легким движением руки запустил по ней вибрации. Сначала амплитуда была едва заметной, но спустя пару минут она разрослась до человеческого роста, образуя провал в пространстве, очень похожий на обычный стационарный портал.

– Вдохни поглубже, – прошептал мне на ухо Хан и потянул меня за собой в открывшееся окно.