Янервно мерила шагами небольшую комнатку, методично огибая при этом громоздкий деревянный стол и простые угловатые стулья, расположившиеся в центре и занимавшие добрую половину всего пространства.

– На полчаса, он опаздывает уже на полчаса, – недовольно прошипела я.

– Успокойся, дорогая, он ведь из зеленого мира, у них там непростые отношения со временем. – Координатор нашей сделки со стороны Ордена ходящих спокойно сидел на стуле, закинув ногу на ногу. Его черный, идеально отглаженный костюм едва позволял ему такую вольность, но у него получалось делать это весьма непринужденно. Я всегда восхищалась энергией мужчины и способностью держать себя в тонусе, преклонный возраст едва угадывался, несмотря на то что он разменял седьмой десяток лет еще до начала сезона пения цикад.

Причины переживать у меня были. Этот заказ оказался одним из самых сложных в моей практике, и сделать все идеально, увы, не вышло. Защита у цели была лучшей из тех, что встречались мне когда-либо, но и я себя не в лесном овраге отыскала. Лишь в самом конце, уже уходя из сна с информацией, я потеряла осторожность и умудрилась словить зацеп. На языке мира ходящих это означало, что жертва смогла запечатлеть у себя в голове мой образ и теперь при личной встрече легко опознает. Даже со спины, даже мимолетно увидев меня в толпе. А значит, предстояло как минимум недельку провести дома в ожидании, пока эффект зацепа окончательно не спадет. Поэтому мне хотелось поскорее передать результат заказчику, получить оплату и окопаться в квартирке, устроив марафон сериалов.

Впрочем, для жителя Юнцайеса подозрительнее бы выглядел приход вовремя, а опоздание менее чем на час у них вообще опозданием не считалось. Несмотря на такие различия в подходах к пунктуальности, из всех семи миров Веера зеленый был ближе всего по характеру к моему родному миру. Миру дождей и духов. Тонкий план на Индаае порождал порой крайне необычных существ, с которыми мы тысячелетиями учились существовать в мире и гармонии. Это ощущалось как медленные колебания на глади озера. Сколько его ни тревожь, со временем волны проходят, оставляя место спокойствию. В противовес древности Индаая Юнцайес был самым молодым миром, но это не мешало его жителям проявлять такую же мудрость в вопросах гармонии. Он не просто так звался зеленым. Мир победившей природы. Весьма агрессивной, надо сказать, природы. Во время путешествий туда у меня складывалось впечатление, что буквально каждая травинка жаждет моей смерти. Жители Юнцайеса выбрали путь симбиоза с подобной флорой и фауной, ловко встраивая все зеленое, шерстяное и зубастое в прогресс. Меня, как уроженку Индаая, невероятно восхищал этот мир, он казался рекой с неспешным течением в густом лесу, в нем ощущалось невероятное чувство уединения и спокойствия даже в больших городах. Пожалуй, именно здесь бы я осталась жить, если б с миром духов что-то пошло не так.

Спустя еще двадцать минут координатор в очередной раз поправил несуществующий изъян в зачесанных назад седых волосах и пробормотал:

– Однако…

Я к этому времени, кажется, прожгла взглядом дыру в ни в чем не повинной двери и готова была объявить, что ухожу, но ручка бесшумно повернулась, впуская в помещение заказчика.

Мои брови поползли наверх. Уроженца зеленого мира в мужчине выдавали лишь рыжая шевелюра, широкие скулы и своеобразная плавность движений. В остальном он как будто сделал все, чтоб скрыть происхождение. Волосы коротко острижены и уложены по последней банглаорской моде. Свободным одеждам природных цветов он предпочел классические серые брюки и жилет, открывавший голые мускулистые руки. Мужчина явно много времени проводил на тренировках, что также было очень нехарактерно для жителя Юнцайеса. Обычно они отдавали предпочтение излишней худобе и гибкости.

– Ну-с, господа, раз все в сборе, я предлагаю начать, – наш координатор сел в центре стола, указав нам на места по обе стороны от себя.

Заказчик, одарив меня широкой улыбкой, небрежным движением отодвинул стул и, приземлившись на него, закинул ногу на ногу. Я, так и не вернув ему улыбку в ответ и вообще стараясь сохранять как можно более нейтральное выражение лица, присела напротив, хотя с бо́льшим удовольствием осталась бы стоять. Мужчина выложил на стол небольшой мешочек с алмазами, а я, в свою очередь, тонкий конверт.

– А сам ходящий к нам не присоединится? – вдруг спросил он на ломаном индаайском.

Я не справилась с собой и раздраженно закатила глаза.

– Нет, я объяснял вам в прошлый раз, – представитель Ордена был сегодня само терпение и даже перешел на банглаорское наречие, которое условно считалось общим во всех мирах, в надежде, видимо, на то, что так его объяснения дойдут лучше, – ходящий передает результат птичке, – он указал на меня. – Она передает его вам, принимает оплату и, в свою очередь, передает ее исполнителю.

– Птичка, значит, – продолжил мужчина диалог на банглаорском наречии. – А они у вас всегда такие красивые?

Под столом его голень ненавязчиво нашла мою, и я быстро поджала ноги под стул. Кажется, я сегодня перестаралась с образом, стоило надеть платье скромнее и макияж сделать незаметнее.

– Это не относится к делу, – ровным голосом ответил координатор. Может, все же на успокоительных? – Прошу, – он указал на конверт, и я щелчком пальца отправила его заказчику.

Тот точным движением вскрыл его и достал небольшой лист, где было всего одно предложение: «Подтверждаю, что целевой объект входит в число искателей, а именно: является членом группировки, именуемой “Плетущие судьбы”».

Несмотря на то что статус самого молодого обитаемого мира носил Юнцайес, последним появившимся в Веере был Ньюорис. Еще какую-то сотню лет назад его попросту не существовало. Именно его создатели открыли возможность самостоятельного выращивания миров, запустив тем самым одну из масштабнейших и кровопролитнейших гонок тысячелетия – поиск изначальных частиц. Не являясь магом, я не могла полноценно осознать механику этого явления, но, как писали научно-популярные книжки, миры при появлении, по сути, расправлялись из небольшого количества сжатой энергии, которая постепенно растягивалась по пространству гораздо более тонким слоем. Однако не вся изначальная энергия равномерно распределялась по предоставленному ей месту. Такая неравномерность образовывала высококонцентрированные сгустки, называемые изначальными частицами. Теория создания гласила: собрав определенную критическую массу подобных частиц, можно было вырастить собственный мир. Что и доказали в свое время маги, создавшие Ньюорис. Этот прецедент породил несметные горы людей, мечтавших повторить подобный подвиг. Шутка ли, обрести собственный мир. Одиночкам в этой гонке не было места. Более того, как я слышала, для успешной охоты за частицами группе необходимо было иметь в составе магов каждого обитаемого мира. Такие условия со временем породили целую экосистему поиска частиц: с группировками искателей, смертельной конкуренцией и бескрайним океаном денег вокруг всего этого. Простые смертные старались держаться подальше от этих жерновов, а вот ходящие, в силу специфики деятельности, нет-нет да попадали в них. В сообществе искателей частиц невероятно ценилась анонимность, буквально каждый, кто, так или иначе, касался этого, старался скрыть личность. Поэтому совершенно неудивительно, что мой заказ заключался как раз в подтверждении личности такого вот искателя.

В число группировок, что постоянно были на слуху, входили и «Плетущие судьбы». Несмотря на известность, им упорно удавалось сохранять полную анонимность. До сегодняшнего дня.

Я смотрела на довольное лицо мужчины и понимала, что кого-то в скором будущем ожидают большие проблемы. Но меня это не особенно волновало. Свою часть сделки я выполнила.

Заказчик убрал конверт в карман жилета и передал алмазы координатору для подсчета.

– Хорошая работа, – обратился он скорее к моему спутнику, нежели ко мне. – Очень приятно было сотрудничать. Вам не кажется, что здесь стало жарковато? – а это он сказал уже мне, нарочито медленно расстегивая верхние пуговицы и обнажая внушительные грудные мышцы.

Интересно, если совсем разденется, координатор все же утратит невозмутимость?

– Да, вам не помешало бы немного остудиться, – ядовито заметила я.

Представитель Ордена бросил на меня предупреждающий взгляд. Птичкам положен строгий регламент общения, никаких переходов на личности, разговоры только о работе и, естественно, никакого эмоционального поведения с заказчиком. Хоть я и не была птичкой, но соответствовать образу все же стоило.

Мужчина собирался что-то ответить, но координатор прервал его.

– Все в порядке, – долгожданный мешочек с оплатой перешел в мои руки, и я проворно отправила его в сумочку. – На этом мы с вами прощаемся, – вежливо намекнул он наглому представителю зеленого мира об окончании встречи.

Тот не стал спорить и встал, громко отодвинув стул.

– Птичка, если вдруг захочешь приятно продолжить этот летний вечер, я буду ждать у главного входа.

Затем он, поправив волосы, быстро пересек комнату и вышел не попрощавшись. Хорошо, что мы планировали покидать здание через вход для персонала, который к тому же не был отражен на плане.

– Извини, я сегодня на взводе. – Я снова вытащила алмазы и передала представителю Ордена его долю.

– Благодаря этому вечеру я наконец дострою дом внуку, – как всегда, мягко улыбнулся он, – никаких проблем. Но в следующий раз постарайся быть сдержаннее.

Я кивнула, про себя понимая, что к следующему разу я, конечно же, забуду об этом обещании.

– Сколько ходящих до меня провалили заказ?

– Двое, – он убрал оплату в портфель и вежливо приоткрыл дверь, пропуская меня вперед, – но я сразу отдал его лучшим, увидев, что это связано с искателями.

Я ощутила удовольствие от осознания своего превосходства, и злость на то, что все вышло не так идеально, постепенно начала отступать. Мне нравилось жить в реальности, где я продолжала играючи обходить Орден.