На следующий день, самый жаркий за все лето, Сэм и Мэйсон вместе отправились в младшую школу, не встретив по пути ни одной свиньи.

Ни Гилфиллана, счастливо похрапывающего в комнате Беллы, несмотря на все усилия родителей Сэма оставить пуку на веранде. Ни огромных металлических словесных хряков. Сэм знал, что они рыскают по округе. Он слышал их клацанья. Но они оставались невидимыми.

Они прошли мимо дуба и отстроенной уличной библиотеки. Прошлым вечером родители Сэма вместе с Бабулей починили библиотеку, пока Сэм с Мэйсон обсуждали детали ловушки. Библиотека выглядела значительно лучше, даже несмотря на трещины на боку и пятна высыхающей краски.

У библиотеки, в шляпе с огромными полями от солнца, стояла миссис Локхарт, держа в руках камеру. Она проводила Сэма и Мэйсон взглядом, поджав губы, словно хотела им что-то сказать, но еще не решила, что именно.

Ребята помахали ей рукой и ускорили шаг, чтобы как можно скорее скрыться за углом.

– Что ты будешь делать у директора Вейна, Сэм? – спросила Мэйсон.

– Было бы отлично, если бы открытки, которые сделала для меня Белла, были бы у меня на руках, – произнес Сэм, пожевав губу.

– Прости за это, – сказал Тольвер. Сэм не видел его, но, судя по звукам, он шел где-то рядом. – Но мы же теперь квиты?

– Даже не близко, – рассмеялась Мэйсон. Они перешли улицу, и Мэйсон достала список необходимых инструментов из рюкзака Сэма. – Только дай знать, если придумаешь еще что-то, что нам пригодится. Мы с твоей мамой пойдем в магазин хозтоваров, как только он откроется. А после этого если хочешь, чтобы я пришла и тоже поговорила с директором, то я приду.

– Я уже говорил, Мэйсон, ты не будешь врать ради меня. – Сэм не собирался позволить подруге тоже попасть в беду.

– Знаю. Но он слишком зациклен на словах, а не на извинении как таковом. Я думаю, это глупо. Это ведь огромная разница. – Щеки Мэйсон порозовели от злости.

– Ну, когда мы избавимся от старателей, все наладится, – сказал Сэм. Он посмотрел в сторону, где предположительно стоял Тольвер. – Верно?

– Абсолютно точно, – ответил тот. – Ну, идем в школу? Там должно быть множество необдуманных слов. В мусорках так уж точно. – Сэм отрицательно покачал головой. Тольвер рассмеялся. – Я должен был попытаться. Нам, знаешь, тоже нужен горячий воздух, чтобы вернуться домой, как и старателям.

– Возможно, тебе стоит подождать снаружи, – твердо предложила Мэйсон. – До тех пор, пока мисс Мэллой не даст добро, хорошо?

Сэм остановился и подождал, пока Тольвер усядется на ступени младшей школы с тихим шорохом, бормоча:

– Ладно, ла-а-а-адно.

И после этого Сэм в полном одиночестве поплелся к дверям и налетел на директора Вейна.

Несмотря на повисшую в воздухе жару, он был одет в костюм. И в галстук-бабочку, затянутый на его шее так сильно, что, казалось, звезды на галстуке расползлись.

– Здравствуй, Сэм. Хочешь что-нибудь мне сказать?

– Я пыталась с ним поговорить, Сэм. – Из кабинета директора вышла явно раздраженная мисс Мэллой. – Но директор настаивает, чтобы все было сделано строго по всем правилам.

«И каковы же эти правила? Сказать ___ можно сотней разных способов», – подумал Сэм, а вслух произнес:

– Я работаю над этим, директор Вейн. Но я хотел бы, чтобы вы знали, что я действительно расстроен случившимся. – Сэм репетировал эту фразу дома с папой за завтраком, до того, как мистер Калвер отправился в офис, чтобы попытаться там все исправить.

– Это не извинение, Сэм, – медленно покачал головой директор Вейн, – даже не простое «простите». Я дал тебе предостаточно вариантов. – Он вздохнул. – Слова, Сэм. Слова важны. Ты можешь показать миру, что готов измениться словами и поступками.

– Думаю, Сэм преуспел во втором, – запротестовала мисс Мэллой. – Сегодня он пришел в школу с Мэйсон, и я…

Директор Вейн поднял руку, и щеки мисс Мэллой запылали от ярости. Пальцы Сэма сжались вокруг запасной ленточки. Почему директор Вейн был таким злым?

Директор открыл дверь в свой кабинет.

– Я буду здесь весь день. Но тебе стоит знать, Сэм, что, пока ты медлишь, это плохо отражается не только на тебе, но и на мисс Мэллой. У меня складывается впечатление, что я делаю вашу работу за вас, мисс Мэллой. Могли бы и сказать «спасибо».

Мисс Мэллой сжала губы в тонкую линию. Она тоже не произносила того, что от нее требовал директор. «Интересно», – подумал Сэм.

Как только директор закрыл дверь кабинета, мисс Мэллой схватила Сэма за локоть и потащила вниз по удушливому школьному коридору в их класс.

– Тольвер снаружи?

– Наверно? – произнес Сэм. Он был уверен, что, несмотря на все свое театральное поведение, Тольвер все-таки проскользнул вслед за ним в школу.

– Мне нужна его помощь. На столе директора Вейна появилось устройство, которого не было на прошлой неделе. И оно очень похоже на те механизмы на корабле старателей, что ты описывал. Все в бронзе, с трубочками и какими-то проводами, торчащими из него.

– Звучит плохо, – появился из воздуха Тольвер.

– Тольвер, я видел, как друг твоей бабушки, – понизил голос Сэм, – Джулиус, на борту Откоса разрабатывал что-то похожее. Если старатели прослушивают директора, то собрание пройдет еще хуже, чем мы предполагали.

Но, произнося это вслух, Сэм осознал, что старатели не обкрадывали директора Вейна в поисках новых слов. Их механизм расположился на его столе. А этот галстук, который заметил Сэм сегодня утром, со звездами? Он уже видел его раньше. На Отклонении. В руках капитана Беллфонта, когда он примерял бабочку перед зеркалом.

– А что, если директор работает вместе со старателями?

– Ты же не думаешь… – На лице мисс Мэллой проступил ужас. – Я сейчас вернусь и поговорю с ним.

– Вы не можете так рисковать. – Тольвер выставил перед ней руку, преграждая путь. – Он может все рассказать старателям, и мы потеряем свое единственное преимущество – эффект неожиданности.

– Значит, я должна оповестить школьный совет.

В кабинете мисс Мэллой с тихим жужжанием включился внутренний телефон. Когда они вошли, на нем уже горела красная лампочка, но сейчас она светилась зеленым.

– Мисс Мэллой? – произнес в динамике громкой связи директор Вейн. Его голос наполнил кабинет напряжением. – Школьный совет прибудет на сегодняшнее собрание. Не могли бы вы обеспечить им теплый прием?

Глаза мисс Мэллой расширились. Она нашла карандаш и написала на чистом листе бумаги: «Думаю, он нас подслушивает». Ее рука дрожала, когда она выводила эти слова. Сэм приложил палец к губам, чтобы показать учительнице, что все понял. Тольвер повторил жест.

– И если подумать, Сэм, – продолжил директор Вейн. Динамик посвистывал, потому что он поднес лицо слишком близко к микрофону. – Мне также понадобится твоя помощь – и твоих друзей. Собрание перенесли на два часа дня из-за некоторых сильных волнений нашего сообщества. Твой отец предложил, чтобы ты помог обустроить зал.

– Хорошо, – сказал Сэм.

– Спасибо, – директор Вейн отключился.

Мисс Мэллой, Сэм и Тольвер остались молча сидеть в душном жарком кабинете.

«Только не это. В два часа, а не в четыре», – подумал Сэм.

– Сэм, – в голосе мисс Мэллой звучало отчаяние, – думаешь, нам хватит времени?

Сэм задумчиво поиграл карандашом, а затем написал: «До этого все мои планы оказывались абсолютно провальными. Я хочу, чтобы этот сработал. Тольвер, найди Мэйсон и Аниту. И приведи Беллу с Бабулей».

Тольвер стал невидимым и выбрался из окна. Однако еще не скошенная трава не скрывала его следы, и Сэм смог проследить его путь через поле к магазину хозтоваров. Он очень надеялся, что Тольвер успеет всех вовремя найти.

Чтобы план сработал, им предстоит работать всем вместе.

– Мне действительно нравилось здесь преподавать, – вслух произнесла мисс Мэллой с нервной улыбкой на губах.

Сэм так хотел хоть как-то подбодрить учительницу.

Но вместо этого они стали в полной тишине разрабатывать стратегию, проверяя и перепроверяя планы ловушек для гоблинов, которые Сэм и Мэйсон усовершенствовали накануне вечером.

Появившиеся Тольвер и Мэйсон забрались в класс через окно. Мисс Мэллой указала на телефон и приложила палец к губам.

– Белла с Анитой, – прошептал Тольвер. – Они в зале.

«Ты где-нибудь видел старателей?» – написал Сэм на своем обрывке бумаги.

Боглин кивнул, его темные глаза были широко распахнуты. Он взял у Сэма карандаш и лист бумаги.

«За мусорными баками рядом с железнодорожной станцией был спрятан словесный хряк. Может, они отправились в город?»

Только не это. Только не снова в офис папы.

– Нам надо предупредить папу, – сказал Сэм вслух.

«Сэм, – написала мисс Мэллой, – Маунт Клауд наверняка не единственный маленький городок, в котором гоблины добывали слова». – Она посмотрела на Тольвера поверх очков.

«Не думаю, что они могли далеко уйти. – Тольвер выглядел смущенным. – Они использовали почти все свое топливо во время погони, не так ли? Они тоже застряли, – быстро написал он. – Мы нечасто тут застреваем. Такое случается только в последнее время».

Но прежде чем Сэм успел что-то написать в ответ, в кабинете появилась Бабуля и легонько стукнула их обоих дубовым прутом. Она взяла карандаш и написала: «Мальчики. Это очень серьезный вопрос. Мы не вернемся, пока не решим все здесь».

– Хорошо, Бабуль. – Тольвер опустил голову.

– Да, Бабуля, – сказал Сэм, чувствуя себя безмерно виноватым, пока не увидел, как мисс Мэллой подмигивает Бабуле.

«За дело», – написала Мэйсон.

Двери школьного актового зала, расположенного дальше по коридору от кабинета мисс Мэллой, были распахнуты настежь. Годом ранее помещение было модернизировано, в нем установили кондиционер и специальную сцену с люком, который позволял хору появляться и исчезать во время выступлений.

Сэм, Мэйсон, Тольвер и мисс Мэллой медленно прошли по коридору в зал. Внутри Сэм почувствовал прохладу от кондиционера. Мэйсон поежилась.

На сцене стояли Анита с Беллой и смотрели на люк. Анита достала отвертку из своего пояса с инструментами.

– Я тут кое-что поправлю. Не хочешь помочь? – подмигнула Анита.

Она показала Сэму и Мэйсон, как настроить компьютерные весы на полу таким образом, чтобы они опускались при достижении определенного веса, и заколебалась.

– Вы рассчитывали вес с приманкой или только на боглинов?

– Приманки у нас еще нет, – сказала Мэйсон. – Как только достанем, прибавим вес ко вчерашним расчетам, и все будет в порядке, если боглинов будет ровно двадцать и они не притащат за собой словесных хряков.

«Если» получалось очень большим. Сэм очень надеялся, что они все верно рассчитали.

– Сэм, а как ты собираешься заманить их на сцену? – Анита обвела взглядом зрительный зал и прошептала: – Они уже здесь?

– Нет, – покачала головой Бабуля. – Я… отвлекла их на пару часов.

– Хорошо, – сказал Сэм.

– Как? – спросила Мэйсон, сузив глаза.

– Я вывела из строя их словесного хряка, а Гилфиллан прошелся по словопроводам, что мы нашли. Теперь они гоняются за свинкой по всему району, – объяснила Бабуля, слегка смутившись.

– А я это видела, – сказала Белла. – Фмотрелось так, фловно торнадо профолся по улице. Все муфорные баки пофнофило.

– Я надеюсь только, что они будут держаться подальше от уличной библиотеки. Мы же только починили ее, – прикрыла глаза мисс Мэллой.

Сэм тоже на это надеялся. От всей души.

Как только Анита подготовила люк и установила видеомонитор, как просил директор Вейн, они сделали перерыв, чтобы пообедать. Анита принесла остатки курицы с испорченного пикника и большой термос с холодным лимонадом.

– Нам не хватает только наживки в ловушке, – произнесла Мэйсон, проглотив угощение.

– И лучше бы наша наживка была что надо, – пробормотал Тольвер, роющийся в мусорных ведрах в поисках забытых ненужных слов.

– Так и будет, – улыбнулась мисс Мэллой.

– А что это? – спросила Мэйсон. – Один из нас?

– Нет. Никто из нас не будет приманкой, – сказала мисс Мэллой, – у меня кое-что другое на уме: старые сочинения. Там неверно использованные слова обведены красными чернилами. За последние несколько лет у меня накопились целые ящики бумаги в школьном архиве в подвале.

– А можно я их заберу, когда мы со всем разберемся? – В глазах Тольвера загорелся огонек.

Мисс Мэллой закатила глаза, старательно игнорируя вопрос Тольвера, но затем она нахмурилась.

– Проблема только в том, что ключи от архива в кабинете директора.

– Мы с Сэмом их достанем, мисс Мэллой! – сказала Мэйсон. – У меня есть отличная идея.

– Ты не можешь, – сказал Сэм. – Я тебе не дам это сделать.

Мэйсон неслась к кабинету директора Вейна, и Сэму приходилось практически бежать, чтобы не отстать.

– Ты же знаешь, что на самом деле ты не можешь меня остановить, да?

– А если ты потеряешь свои слова? Что, если их заберет механизм старателей? – Сэм не мог позволить этому случиться. Только не с его друзьями.

– Сэм, когда первая помощница доставала меня из трюма, она кое-что сказала. Я сперва подумала, что она просто радуется вашему удачному набегу, но теперь я так не считаю.

– Что конкретно она сказала? – нахмурился Сэм.

– Она сказала, что существует множество потенциальных ресурсов, которые до сих пор не используются, но новые изобретения Джулиуса сделают всех богатыми. Она надеялась когда-нибудь обзавестись собственным кораблем.

«У старателей одна мечта на всех, – вдруг понял Сэм. – И чтобы эта мечта исполнилась, нужно очень много горячего воздуха».

Если у старателей будет возможность, они, конечно, не ограничатся парой сумок, под завязку набитых словами. Они будут возвращаться.

«А я им не позволю».

– Я все равно не хочу, чтобы ты рисковала своими словами, Мэйсон. Это должен быть я. Да притормози ты!

– Дело не в словах, Сэм. Мы должны спасти Маунт Клауд! И, возможно, еще пару городков. Парой слов вполне можно пожертвовать, – улыбнулась Мэйсон.

Но она не знала, каково это – все выходные провести без пары очень важных слов. Она не представляла, сколько это может доставить проблем. Только со слов. Сэм не хотел, чтобы она пережила это на своем опыте.

Они уже почти подошли к кабинету.

Дверь была открыта. Внутри кто-то громко и напыщенно разговаривал с директором.

– Только представь, Вейн, как было бы здорово, если б дети не ругались на поле. А как улучшится качество игры! Вот этот механизм, – Сэм и Мэйсон услышали тихий механический стук, – как раз способен все это сделать!

Голос принадлежал капитану Гири.

– Мне нужны доказательства, – сказал директор Вейн. – Я возился с этой штукой все утро, и она так и не заработала.

Беллфонт, сидящий рядом с капитаном Гири, щелчком включил механизм и затем выключил. Сэм услышал, как бронзовая штучка сделала тихое «Врррр» и затихла. Каждый раз, когда механизм включался, внутренний телефон реагировал на него.

– Мы принесем его на ваше сегодняшнее собрание. Ты сможешь воочию наблюдать, как мы протестируем механизм, и насладиться результатом. А потом мы научим тебя им пользоваться. Если кто-то попытается тебе перечить или перебить, ты сразу увидишь всю мощь этого изобретения.

– Они же не могут сделать это? – прошептала Мэйсон, широко раскрыв глаза.

– На собрании речь пойдет о благоустройстве и стандартизации, – запротестовал директор. – А не об ограничении учеников в их способах выражать себя.

– Библиотеки и табло, мы в курсе. Мы вчера все прекрасно слышали, – сказала капитан Гири. – Я знаю, как тут все устроено, и ты сам сказал, что нужны родительские взносы. Нельзя, чтобы дети вмешивались в твое выступление. Вот и все. Просто приведи нам достаточно детей, которые неправильно используют слова, и мы докажем тебе ценность нашего механизма.

– Он даже сможет, – усмехнулся Беллфонт, – забирать искренние слова, если сделать правильные настройки. Только в качестве эксперимента, конечно же. Мои ученые крайне умелы.

– Пока что вы меня не убедили, – нахмурился директор Вейн. – Но если вы ограничитесь теми хулиганами, что ломают библиотеку Локхартов и доставляют неприятности, я не буду против.

Сэм и Мэйсон спрятались за столом секретаря, когда капитаны старателей вышли из офиса директора. В этот раз они оба были одеты в костюмы. И обувь. А еще от них ничем не пахло. Если не присматриваться, трудно было бы догадаться, что это на самом деле были боглины.

Когда они услышали, как закрылись входные двери школы, Мэйсон встала, за ней последовал Сэм.

Директор Вейн сидел, уставившись в пустоту. Механизм, что до этого лежал на его столе, исчез.

– А было бы неплохо, – пробормотал он.

Мэйсон уверенно постучала по косяку двери. Директор подскочил и произнес:

– Минуточку!

– Мэйсон, НЕТ!

– Просто доверься мне, Сэм. – Мэйсон слегка ущипнула его руку. – И подыгрывай, ладно?

– Хорошо, – прошептал Сэм, поняв, что действительно доверяет ей.

Директор Вейн подошел к двери.

– У меня сейчас важная встреча, ребята. Если я вам очень нужен, я могу подойти к вам через пару минут.

Но и Сэм, и Мэйсон оба знали, что никакой встречи не было. Но директор же не догадывался об этом.

– Сэр, нам очень жаль вас прерывать, – сказала Мэйсон. – Но нам надо, чтобы вы сейчас пошли с нами. Директор Вейн, мисс Мэллой потеряла голос. – Мэйсон ткнула локтем Сэма, и он добавил:

– Она все пытается что-то сказать, но изо рта не выходит ни звука. Это началось сегодня утром, когда вы говорили по громкой связи. А сейчас стало еще хуже.

– Мы не знали, можем ли мы отвести ее в больницу? – сказала Мэйсон.

Сэм начал восхищаться Мэйсон еще больше. Она просто непревзойденно подбирала нужные слова прямо на ходу.

У них за спиной послышалось тихое шуршание. Тольвер все слышал, и теперь боглин бежал в актовый зал, чтобы рассказать мисс Мэйсон, что ей предстоит делать.

– Нет, никакой больницы, – нахмурился директор Вейн. Он смотрел на точку на столе, где раньше лежал механизм. – Этого не должно было произойти. Может, у нее ларингит?

Мэйсон и Сэм оба отрицательно покачали головой.

Директор Вейн с трудом сдерживался, чтобы не броситься бежать по коридору. Они наблюдали, как он ускорял шаг, поправлял галстук или прическу, замедлял шаг, затем снова ускорялся. И так до самого зала.

А в это время Мэйсон обошла стол директора с другой стороны и нашла ключи от подвал в верхнем ящике.

– Миссия выполнена!

– Мэйсон, – сказал Сэм, – нам надо еще найти этот механизм. До собрания.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты слышала, что они сказали? Он думает, что мы те дети, кто ломает библиотеку Локхартов.

– Ну он в чем-то прав, – заметила она.

– Мэйсон, директор Вейн готов отдать наши слова боглинам. Навсегда. Все начнется на собрании. Нам надо всех предупредить. – Сэм посмотрел на часы на стене. Времени было в обрез.