– Сэм, подержишь поросенка, пока мы переходим улицу? – Анита взяла извивающуюся пуку из рук Беллы и передала ее Сэму.

– МааааааааААААаааааммммм. – Белла дулась всю дорогу до Маунт Клауда до тех пор, пока не смогла снова нести поросенка в своих руках. – А как мы его назовем?

– Мы не будем давать ему имя, – сказал папа.

«Из всех непродуманных идей Бабули оставить Белле поросенка пуки даже на минуту была, возможно, худшей», – подумал Сэм.

– Нам очень скоро надо будет вернуть поросенка, – вслух сказал он. – Проект уже почти закончился. – По крайней мере, он так предполагал.

Сэм точно знал, что должен достать страницы из словаря, найти Бабулю и починить библиотеку, чтобы Локхарты не расстраивались. И ни один из этих планов не включал в себя Беллу, у которой останется жить поросенок.

Сэм знал, что пука была здесь только потому, что Бабуле надо было пробраться через портал, чтобы найти Звездинку. Как только она вернется на болотистые земли, она заберет обоих пук с собой. По крайней мере, он на это надеялся.

– Должен признаться, этот поросенок казался гораздо крупнее, когда бегал по дому, – сказала Анита. – Правда, в последнее время у меня много забот в голове. Могло и привидеться. – Она посмотрела на Сэма, словно это именно он занимал ее мысли в последнее время. Сэм решил, что, возможно, так оно и было. – Увидимся дома!

– Давай поговорим об этом с мисс Мэллой. – Мистер Калвер свернул с тротуара, и Белла, Сэм и поросенок последовали за ним.

Мисс Мэллой помахала им с порога.

– Здравствуй, Джеймс. Привет, Сэм, привет, Белла!

Кажется, ей было уже лучше. Сэм обрадовался этому. Он должен был так много ей рассказать. Но папа Сэма едва поздоровался.

– Почему родителей не предупредили об этом поросячьем проекте?

– Мне так жаль, – мисс Мэллой обмахивала себя и перевела на Сэма взгляд, подняв брови, – все произошло спонтанно, и возможность принять участие в проекте была предоставлена всего нескольким конкретным ученикам. Забота о животном учит ценить поступки больше, чем слова.

– Что ж, думаю, это важный урок, – сказал мистер Калвер. – Как долго этот, эм, поросенок пробудет у нас?

Казалось, брови мисс Мэллой не могли подняться еще выше.

– Вы говорили, что поросенок пробудет день-два у каждого из нас. Так что мой проект почти закончился.

Мисс Мэллой с облегчением улыбнулась.

– Да, именно так. Джеймс, ты не будешь против, если я переговорю с Сэмом о его проекте, раз он уже тут? Потом я сразу отправлю его домой. Белла, ты не против присмотреть до тех пор за поросенком?

Белла улыбнулась, показав отсутствие зубов, и поскакала домой. Мистер Калвер пошел следом за ней, качая головой.

– Фух, едва пронесло, – сказал Сэм. Затем он поднял глаза и встретился взглядом с самым суровым выражением лица своей учительницы.

– Сэм, во-первых, больше никакой лжи. А во-вторых… откуда у тебя боглинская свинья?

Сэм действительно задолжал ей ответов, но не то чтобы они у него были.

– Ну, Бабуля – та, что постарше…

– Ты разговаривал с ними? – с тревогой воскликнула мисс Мэллой, и ее голос эхом разнесся по двору. Сэм заметил, как его отец остановился у двери дома и обернулся на них, но они с мисс Мэллой помахали ему рукой, и мистер Калвер вошел внутрь.

– Да, они хорошие! В основном. Думаю, они слегка путают, что кому принадлежит. – Сэм очень хотел, чтобы боглины понравились его учительнице, потому что он верил, что они вернут их слова. – Вы знали…

– Сэм! Подожди. Я не думаю, что встречи с боглинами – это хорошая идея. Мы найдем другое решение для проблем с директором Вейном и с Мэйсон. Директор – приверженец стандартов, и слова очень много значат для него, как и для меня, но мы найдем выход. А что касается миссис Локхарт… – Мисс Мэллой со значением посмотрела на Сэма. Он вздохнул.

– Я ничего не смогу сделать с миссис Локхарт, пока не исправлю все на болотистых землях. – Мисс Мэллой точно не понравится история про болотистые земли.

И это было плохо, потому что Сэму нужна была ее помощь. Более того, ему нужен был словарь мисс Мэллой. Сэм вдохнул поглубже и начал рассказывать мисс Мэллой про слово Беллы и то, как он его вернул. Он даже немного рассказал про старателей.

– И вот боглинам надо… – начал Сэм, но мисс Мэллой перебила его.

– Боглины продолжают ходить туда-обратно? Сэм, мне претит мысль, что нам, возможно придется убрать уличную библиотеку. Но мы не должны допустить возвращения боглинов. Это опасно!

«Как же сделать так, чтобы она поняла?» – Сэм скрестил пальцы на удачу и попробовал еще раз.

– Я очень хочу сперва вернуть свои слова, а они пообещали. – Правда заключалась в том, что Сэму вроде нравился Тольвер и он хотел помочь Бабуле. Так же, как хотел помочь мисс Мэллой. – То, что я вернул слово Беллы, доказывает, что я смогу это сделать. Плюс это хороший способ действительно все исправить, правильно?

– Нет, Сэм, неправильно. А что, если ты пострадаешь? Или кто-то еще пострадает? Я не могу разрешить тебе продолжать этим заниматься. – Ее было не убедить.

Голос Сэма стал скрипучим из-за нарастающей паники.

– Вы думаете, со мной все будет в порядке, если я не смогу произнести ____ или ____ или хотя бы____ до конца моих дней?

Сэм не мог устоять на месте, когда думал об этом. Последние два дня были действительно очень тяжелыми.

Выражение лица мисс Мэллой изменилось. Она медленно покачала головой из стороны в сторону, взгляд стал мягким.

– Чем я могу тебе помочь?

– Если я достану вещи из их списка, то они остановят старателей и тогда смогут принести нам наши слова. Они пообещали.

– А ты считаешь, что обещаниям боглинов можно верить? – Мисс Мэллой с сомнением нахмурилась.

По правде говоря, еще недавно Сэм так не думал. Но все изменилось, когда он увидел расстроенную до слез Бабулю. Ей нужна была помощь. И пока что она была верна своему слову. Сэм тоже мог бы сдержать свое.

– Да.

Мисс Мэллой отвернулась и промокнула нос платочком. «Она что, плачет?» Но когда она снова повернулась к Сэму, на ее лице играла улыбка. С ней все было в порядке.

– Тогда мы позаботимся, чтобы они получили все, что им надо. А еще я постараюсь помочь тебе в починке библиотеки. Итак. Что там у них по списку?

– Им нужны страницы из особого словаря… из большого. Как в вашем классе.

Мисс Мэллой побледнела.

– Это… Сэм, ты не можешь просто взять и вырвать страницы из Оксфордского словаря английского языка. Он очень дорогой. И он даже не школьный, я специально приношу его для моих уроков.

Ох.

– Я понимаю. – Плечи Сэма поникли. Ну, значит, все. Только если… – А в школьной библиотеке есть такой? Мы можем спросить у директора Вейна?

– Боюсь, нет. – Пальцы мисс Мэллой скручивали и раскручивали носовой платочек, который она буквально недавно использовала, чтобы промокнуть нос. Качели на крыльце заскрипели цепями. – Ему это совсем не понравится.

Тень пересекла газон между домами мисс Мэллой и Локхартов. Над их головами стали снова собираться облака, и на тротуар упала пара капель дождя.

Мисс Мэллой вздохнула и, задумавшись, смахнула каплю со своей юбки, после чего снова очень тяжело вздохнула.

– Что ж, хорошо. – Она встала с качелей. – Словарь заменить можно, а людей нельзя. Сейчас вернусь.

Сэм ждал ее в неуютной тишине на крыльце, думая о болотистых землях и о старателях, забравших Тольвера. Люди действительно были важнее слов. Это было истиной для всех.

Верхушка уличной библиотеки виднелась над изгородью. По газону рядом с домом мисс Мэллой пронеслись еще тени, и Сэм услышал тихое хрю. Там, под навесом крыльца, где Сэм не мог их рассмотреть, не высунувшись через перила, были Бабуля и Звездинка.

– Вот ты где! – сказала Бабуля. – Нам пришлось уворачиваться от множества людей! – В одной руке она держала опрыскиватель для растений Локхартов, он немного походил на водяной пистолет, прикрученный к пластиковой бутылке из-под воды, на которой черным маркером было написано «Локхарт», а во второй руке у нее была бита отца. На плече висела корзина, а поводок Звездинки был обмотан вокруг ее запястья.

– Вы не можете просто брать… – начал Сэм, но присмотрелся к корзине Бабули. На дне лежала скрученная ленточка. – Что это?

Бабуля усмехнулась и загородила собой корзину.

– Проклятие. Небольшое. Просто на всякий случай. Юная леди, игравшая в догонялки, вряд ли будет скучать по нему, я более чем уверена.

– Вы говорили, что проклятия опасны. Они не подходят для топлива. – Сэм перегнулся через перила сильнее.

Бабуля кивнула.

– Они точно могут сбежать. Ты достал то, что нам надо?

Сэм посмотрел сквозь прозрачную дверь в коридор, но мисс Мэллой пока не вернулась.

– Она беспокоится. Она не хочет, чтобы я пострадал или попал в беду. Но она поможет нам.

Бабуля покачала головой.

– Весьма разумно. Плюс, готова спорить, она все еще злится на меня, даже спустя все это время.

– Ну конечно! – зло прошептал Сэм. – Вы не представляете, как тяжело жить даже без одного слова, Бабуля.

Они замолчали, когда мисс Мэллой снова вышла на порог. Она положила большую синюю книгу на качели и вздохнула.

– Я люблю этот словарь. – Она открыла книгу с конца и зажала страницу между пальцами. Но остановилась. – Как думаешь, Сэм, какие слова они хотят?

Бабуля исчезла в тот же момент, как вернулась мисс Мэллой. Сэм заглянул под порог, но не увидел нигде ни Бабули, ни пуки. Поэтому он просто предположил:

– Что-то сильное. Что-то, с чем можно драться?

– Слова борьбы. Хорошо. Много хороших слов начинаются на «Раз». Разбить, разделить, разрушить… – Мисс Мэллой перелистнула на букву Р и быстрым движением вырвала пять страниц, словно не смогла бы вынести, если бы ей пришлось делать это медленно. – Вот, Сэм, возьми.

– Спасибо, мисс Мэллой.

– Держи меня в курсе, ладно? Я не хочу, чтобы ты или библиотека пострадали еще сильнее, хорошо? – Она положила руку на словарь.

– Да, мисс Мэллой. – Он снова перегнулся через порог и поискал взглядом Бабулю со Звездинкой, но их и след простыл. – Все отлично, просто замечательно.

– Только, пожалуйста, будь осторожен! – Мисс Мэллой потянулась к Сэму, словно желая затащить его обратно.

Сэм выпрямился и стряхнул деревянную пыль от перил со своей футболки. В его груди все сжалось от встревоженного вида мисс Мэллой.

Сэм нахмурился, сложил страницы и убрал их в свою сумку. Он хотел убедить двух боглинов перестать воровать слова, но, если они откажутся, тогда им с мисс Мэллой придется принять меры.

– Когда все закончится, нам надо будет заблокировать заднюю стенку в библиотеке.

Мисс Мэллой нахмурилась, глядя на шоппер в руках Сэма.

– Возможно, ты прав. Я помню, как мой папа запечатал дупло в дереве. Как раз после происшествия. – И тут ее лицо засветилось. – Ох! Он сделал это сразу после того, как я потеряла свое слово. Может, он все-таки поверил мне. Хотя бы чуть-чуть.

«Так вот почему Бабуля так долго не могла вернуться. А если они не могли к нам попасть, возможно, поэтому у них и не хватает топлива для лодки, – размышлял Сэм. – Они не могли прийти, пока мистер Локхарт не установил уличную библиотеку».

Пока Сэм обдумывал эту идею, к уличной библиотеке подошла подруга Мэйсон, Джина, со своим младшим братом. Она подняла мальчика. Тот достал книжку с ярко-желтой обложкой и радостно захихикал.

– А что произошло, когда ваш отец запечатал дерево? – спросил Сэм у мисс Мэллой. – Ваши друзья стали оставлять записки в другом месте?

Мисс Мэллой отрицательно мотнула головой.

– Мы просто перестали это делать.

Сэм не хотел, чтобы все, кроме боглинов, перестали пользоваться уличной библиотекой. И он был уверен, что мисс Мэллой тоже этого не хотела.

– Может, мы сможем их уговорить больше сюда не приходить, – наконец произнес он. – Нам надо решить вопрос только с этими двумя боглинами. И в любом случае это ненадолго.

Сэм начал спускаться по ступенькам, высматривая Бабулю.

– Надеюсь, что ты прав, Сэм, – сказала мисс Мэллой. – Только сделай мне одолжение: постарайся не попадаться миссис Локхарт на глаза, пока все это не закончится, будь добр. Она очень расстроена.

Даже несмотря на капли дождя, падающие с неба все чаще и чаще, садовая шляпа миссис Локхарт виднелась за изгородью. Она подпрыгивала вверх и вниз, пока миссис Локхарт утрамбовывала землю у основания библиотеки.

Сэм быстро шел, надеясь, что он сможет последовать совету мисс Мэллой. Он заметил маленькую черную видеокамеру, которую миссис Локхарт установила в тюльпанах и направила на ящик, до того, как увидел, что миссис Локхарт поджидает его.

– Я не представляю, почему библиотека все время ломается, Сэм, – сказала она. Ударение, которое она сделала на имени Сэма, с другой стороны, давало понять, что у нее полным-полно представлений в голове и все они связаны с ним. – А у тебя есть идеи? Потому что ты был рядом и «приводил библиотеку в порядок» так же часто, как библиотека ломалась. Ты и твоя эта подружка Мэйсон. Я уже и не знаю, что буду делать, если мне придется снова сажать тут цветы.

В прошлый раз, когда Сэм растоптал ее цветы, она определенно разозлилась еще больше из-за того, что он слишком быстро извинился. На этот раз такой проблемы не возникнет.

Возможно, слишком частое использование этого слова ослабило его.

Сэм помотал головой, чтобы прояснить мысли. Он не мог тут задерживаться, разговаривая с миссис Локхарт. Он должен был найти Бабулю и предупредить ее о камере.

– Может, это погода, как говорила мисс Мэллой? Или дикое животное?

«Например, большая белая свинья», – подумал Сэм, но вслух этого не произнес.

– Что бы это ни было, в этот раз они натворили дел. Но мы их поймаем. – Миссис Локхарт смахнула капли дождя со своей руки. – Самое время разойтись по домам, – наконец произнесла она. – Я подниму этот вопрос в понедельник на встрече. А пока мы увидим, зафиксирует ли что-нибудь камера. – Она помахала рукой рядом с библиотекой, и внутри линз загорелся красный огонек. – Видел? Реагирует на движение! Передай своим родителям, что я надеюсь увидеть их в понедельник!

– Обязательно, – сказал Сэм. Он понимал раздражение миссис Локхарт, даже если не мог сказать ей об этом. Раз за разом чинить что-то, что отказывалось чиниться, действительно порядком бесило.

Но камера станет проблемой.

Словно в ответ на его мысли, в доме через улицу раздался визг поросенка.

«Ага. Большая проблема».

Белла ждала Сэма на крыльце.

– Фэм, я поговорила с фе… с боглином, – крайне серьезно прошептала она, широко раскрыв глаза.

Все крыльцо было в грязных пятнах земли из опрокинутого горшка с цветком. Везде виднелись следы поросячьих копыт. Анита смеялась, разговаривая с кем-то по телефону и вытирая стол тряпкой.

– А потом свинья сбежала вниз по лестнице, и я вообще не знала, что с этим делать. – Она вытерла глаза. – Эй, Сэм, вот метла.

Сэм взял метлу и снова развернулся к Белле.

– Серьезно? – Ручка метлы стала очень скользкой, потому что ладони Сэма начали потеть. – Белл, это не смешно.

– Бабуля очень милая. Она извинилафь за то, фто взяла мое флово.

– Она ведь больше ничего у тебя не забрала?

Хвостики Беллы почти хлестнули Сэма по лицу, когда она замотала головой.

– Она обещала, больфе не брать. Ефли я пообещаю никуда за ней не ходить. Ефе она фказала, фто ты должен ф ней фтретиться завтра утром.

Не сегодня? А как же камера? Сэм застонал. Боглины легко могли становиться невидимыми и не попадаться в кадр, но Сэм-то этого не умел.

– Она видела камеру и хочет наложить на нее заклинание. Но оно работает, только когда фолныфко встает.

– Ужин! – позвал папа. – Без свиней, пожалуйста!

Белла вприпрыжку отправилась на кухню, а Сэм взглядом окинул весь дом, проверяя его на наличие боглинов, но ни одного не увидел. В кухне звенели столовые приборы – это Белла помогала накрыть на стол.

– Интересный этот эксперимент с поросенком, – сказал папа. – Только давай твоя младшая сестра не будет делать всю работу за тебя, хорошо?

– Обещаю, пап. Как прошел обед? – спросил Сэм, пытаясь сменить тему. – Ну, не считая свиньи? – Сэму нравилось, когда папа разговаривал с ним как со взрослым, понимающим все. Но за последнюю пару дней им не выдавалось такой возможности.

– Хорошо. Нам действительно надо было сесть и отдохнуть. Сложная неделя выдалась. Знаешь, как иногда бывает. – Папа вздохнул. – А следующая неделя с этим собранием будет еще длиннее.

Анита принесла оставшиеся сэндвичи. Соус пропитал хлеб, и сыр расплавился. Еда согрела желудок Сэма, и он наконец смог расслабиться. Они вместе наблюдали, как светлячки стали заполнять их задний двор.

Белла провела языком по вылезающему коренному зубу.

– А когда я фмогу опять нормально разговаривать?

– Придется подождать столько, сколько понадобится, Белл, – сказал папа. – Ты привыкнешь.

Сэм задумался, действительно ли Белла сможет привыкнуть. Он вот так и не привык к тому, что не может произнести слова, которые у него украли боглины. Зубы Беллы снова вырастут. Его слова уже нет.

После ужина Сэм застелил кровать на диванчике, что стоял на крыльце, потому что родители не разрешили заводить поросенка в дом.

Когда Сэм проснулся, весь покрытый росой, поросенок тыкался пятачком в его пальцы.

О нет! Неужели он пропустил рассвет? И заклинание Бабули?

Нет, не пропустил. Свет был нежно-розовым.

Сэм схватил поросенка и свой шоппер, после чего быстро написал родителям записку, что ушел с друзьями работать над библиотекой. Он тихо прикрыл за собой входную дверь и побежал вниз по улице. Когда Сэм добрался до уличной библиотеки, солнце уже вставало. Сэм увидел камеру и помахал рукой перед объективом.

Линза камеры была покрыта каплями росы, и благодаря этому внутри не загорелся красный огонек. Заклинание Бабули сработало. Но появилась другая проблема.

Мэйсон стояла, опершись на ствол дуба. Ее волосы были убраны в тугую косу, на лице застыло суровое выражение, а руки она сложила на груди.

– Я так и знала. Это ты ломаешь библиотеку. У тебя большие неприятности, Сэм.

А по другую сторону библиотечной двери замерли, сжавшись, явно паникующие Бабуля и свинка.

Мэйсон начала яростно расхаживать из стороны в сторону.

– То есть ты пытаешься завалить нашу оценку за летний проект. Почему? – сказала Мэйсон. – Неужели ты так сильно на меня злишься?

Сэм покачал головой.

– Это не так! Я пытаюсь все исправить, Мэйсон! Честно!

– Тренер Локхарт сказал папе, что они планируют заколотить библиотеку, и тогда мы провалим наш проект, потому что нам не за чем будет присматривать. А сделают это, потому что ты ломаешь ее.

– Мэйсон, я уверен, что мисс Мэллой пойм…

– Она, может, и поймет. А миссис Локхарт нет. Она сказала, что видела меня, Джину и тебя тут. Что мы что-то делали с библиотекой. Она только не знает, кто главный виновник. Поэтому неприятности теперь и У НАС, Сэм!

За спиной у Мэйсон Бабуля махала руками, чтобы привлечь внимание Сэма. Ее губы шевелились, но из-за закрытых дверей ничего не было слышно. Потом она показала на камеру. Заклинание. Его действие скоро закончится.

– Сэм! – Мэйсон сделала шаг, вставая между Сэмом и дверкой. – Ты слышишь, что я тебе говорю? Я не хочу оказаться в беде из-за того, что сделал ты.

Сэм понимал. Но он не мог сказать об этом Мэйсон, потому что ему надо было, чтобы она ушла.

Бабуля начала доставать из своей сумки бейсбольную биту. Она что, собирается забрать слова у Мэйсон, чтобы она замолчала? Сэм не мог этого допустить.

Сквозь листья дерева стали пробиваться лучи солнца, и волшебная роса на объективе камеры начала испаряться. У них не осталось времени.

Мог ли Сэм сказать Мэйсон что-нибудь злое, чтобы она ушла? Сэм так уже делал и чувствовал себя после этого ужасно. Но он не хотел, чтобы Бабуля воровала слова Мэйсон или проклинала ее. Но он и не хотел, чтобы они попались в кадр. Поэтому он стоял и молчал, что злило Мэйсон еще больше.

Мэйсон обошла библиотеку кругом, внимательно рассматривая со всех сторон.

– Если ты не пытаешься сорвать наш проект, значит, происходит что-то странное.

Еще недавно Сэм рассказал бы Мэйсон, насколько все действительно было странным.

А сегодня? Сегодня Мэйсон рассказала бы все Джине, и они бы начали шушукаться о том, что Сэм странный, что у него глупые идеи и ужасная фантазия. А еще, что он ничего не смыслит в математике и придумывает истории про странных боглинов. Нет, спасибо.

– Ну то есть ты же был внутри библиотеки! Как ты вообще поместился там? – Кажется, у Мэйсон опускались руки.

И опустились бы, если бы Бабуля не открыла дверцу уличной библиотеки.

– Уходи! – Она махнула в сторону Мэйсон битой, ставшей из-за магии пуки гораздо меньше в размере. Сидя в тени и размахивая руками, Бабуля очень походила на огромного разговаривающего жука.

Мэйсон подскочила. Вероятно, ее крайне пугала мысль о гигантских жуках в библиотеке.

– Что? КТО?

Одно долгое мгновение Мэйсон, Сэм и Бабуля смотрели друг на друга. Но тут Бабуля схватила Сэма за футболку.

– Мне нужен твой друг! – крикнула она вместо объяснений.

Последняя капля волшебной росы на линзе камеры высохла.

Бабуля и Звездинка потянули Сэма сквозь библиотеку. Сэм не успел даже ухватиться за что-нибудь. И он бы провалился прямиком за Бабулей, если бы Мэйсон тоже не ухватилась за его футболку и резинку от шорт.

– Вы его не заберете!

И именно так Мэйсон Макгарги оказалась втянута боглинами вместе с Сэмом в уличную библиотеку.

Оказавшись на другой стороне, в луже на маленьком островке боглинов, прямо рядом с почтовой лодкой, Мэйсон пнула Сэма в колено.

– СЛЕЗЬ с меня!

Она отпихнула свинью со своего пути. От волос Мэйсон валил пар, а на лице высохли светлые пятна грязи. Она с трудом поднялась на ноги и осмотрелась.

– Где мы?

Ветер дул над болотами, поднимая мелкие волны на воде. Дверь в дом была выломана, и по всему острову были разбросаны вещи. Следов старателей нигде не было, но южнее виднелся парящий город.

– Это, – наконец произнес Сэм, – болотистые земли.

Мэйсон уронила книгу, которую все это время держала под мышкой, и раскрыла в удивлении рот.

Мягкий ветерок с тихим шелестом раскачивал камыши на болоте. Вдалеке туда-сюда курсировали по небу корабли, отбрасывая тени на парящий город. Поросенок вывернулся из рук Бабули и начал тыкать пятачком Мэйсон в лодыжку. Мэйсон рассеянно подняла его на руки.

– Боглины, – сказала Мэйсон.

– Да! И самые лучшие из нас, по крайней мере те, что не злые, живут здесь, на болоте. – Бабуля с гордым видом отряхнулась.

– Вы воруете детей! – прошептала Мэйсон.

– Учитывая последние события, я понимаю, как ты пришла к такому выводу, – начала Бабуля. – Но на самом деле нет, мы собираем в основном слова, иногда другие вещи. – Бабуля снова засунула биту обратно в сумку и поставила корзину на лавочку.

Сэм передал ей свой шоппер, в котором лежали вырванные из словаря листы. Бабуля внимательно изучала содержимое, бормоча что-то себе под нос. Сэм закусил губу.

«Интересно, она сдержит обещания Тольвера? Сейчас, все получив? Мисс Мэллой разочаруется во мне, если не сдержит. Она ведь вчера сказала мне, что боглинам нельзя верить».

Бабуля, прищурившись, читала.

– Думаю, эти слова подойдут. Всего пять страниц, зато слова просто отличные. Они подойдут для наших планов. И чтобы вернуть твои слова.

– А бита? – спросил Сэм. Все-таки она принадлежала его отцу.

Бабуля усмехнулась и погладила биту.

– Вокруг нас ошивались старатели, и я хотела иметь при себе что-то более внушительное, чем мой старый ивовый прутик. – Глаза Бабули практически скрылись в морщинках, когда она улыбнулась Сэму. – Я верну тебе биту, обещаю.

Мэйсон уставилась на Бабулю.

– Бита? Старатели?.. Сэм, это все слишком странно. Я хочу вернуться домой. Сейчас же, – сказала Мэйсон. – У нас… У меня сегодня игра.

– Мы вернем тебя домой, как только сможем, обещаю, – сказала Бабуля. – Но мы с Сэмом должны спасти моего внука. Если не хочешь к нам присоединиться, можешь остаться одна здесь, на острове, до тех пор, пока мы не вернем внука. Выбирай.

Мэйсон открывала и закрывала рот, словно она хотела попросить еще пару вариантов для выбора, но не знала, как это сделать.

– Старатели забрали Тольвера, – сказал Сэм в надежде переубедить ее. – Он мой боглинский друг. Они поместили его на воздушный корабль и заставляют добывать горячий воздух.

«Боглинский друг», – одними губами произнесла Мэйсон, ее брови поползли вверх. «Горячий воздух». Сэм так и представил себе, как в будущем Мэйсон хихикает с Джиной за его спиной в школе. Он закрыл глаза и приготовился к тому, что Мэйсон начнет его сейчас дразнить.

– И когда мы вернем моего внука, мы сможем забрать слова Сэма, – добавила Бабуля.

– Слова Сэма? – переспросила Мэйсон с нажимом. – Что вы имеете в виду? Что он действительно не может сказать «Извини»?

Мэйсон впилась взглядом в Сэма, словно призывая его попытаться соврать.

– Это правда, – наконец произнес Сэм.

– Так вот кто ломал нашу библиотеку в щепки? – Мэйсон показала на Бабулю.

Сэм кивнул, потеряв дар речи от неожиданности, ведь Мэйсон не смеялась над ним.

– Боглины против старателей. Прямо как в фильме. – Мэйсон окинула остров долгим взглядом. – Думаю, нам надо вернуть твои слова, Сэм. Но после этого сразу домой.

Бабуля хлопнула в ладоши.

– Так. Тогда помогите мне спустить лодку на воду. – Бабуля явно старалась не напрягать руку, так что и Сэм и Мэйсон пришли ей на помощь. Бабуля забралась в лодку и махнула ребятам, приглашая присоединиться. Но Мэйсон замялась.

– Так какой у нас план? – спросила она.

Бабуля вздохнула.

– Обычно планы составляет Тольвер. – Она вытащила из корзины блестящее слово, которое украла на бейсбольном поле. – Я подумывала использовать это.

Сэм вспомнил, что Тольвер рассказывал ему про старателей.

– Вы сможете этим сбить корабль? – Он осмотрел небо, гадая, имела ли она в виду «прямо сейчас», но горизонт был чист.

– Корабль? – Мэйсон начала осматривать болота.

– Здесь корабли летают, – сказал Сэм.

В этот раз Мэйсон почти не удивилась. Кажется, она начала привыкать к странностям.

– Возможно, – сказала Бабуля. – Но я не хотела бы получить отдачу, а проклятия часто этим грешат.

– Может, все-таки попробуем? – сказал Сэм. – Как только корабль будет сбит, Тольвер сбежит, а мы сможем отправиться домой. – План Сэма походил на ту ловушку для боглинов, что он мастерил дома. Ну или хотя бы на план ловушки.

– Это может привлечь еще больше старателей, – покачала головой Бабуля. – И хоть мне не нравится эта идея, думаю, нам надо попытаться с ними сторговаться. Проклятия – довольно ценные слова. Старатели могут отдать мне Тольвера за такое. Когда мы были в Хранилище, я узнала, что мой старый друг – на борту Отклонения, там же, где и Тольвер, и это может поспособствовать сделке. Но сперва нам надо найти корабль. Мы не можем просто сидеть и ждать. – Бабуля посмотрела в небо, потом перевела взгляд на мелкие волны у лодки.

– Хорошо, – не сказав больше ни слова, Мэйсон забралась в лодку, – значит, мы можем быть героями, как в кино.

Как только Сэм устроился, они начали грести. Лодку сильно болтало – они не очень хорошо с ней управлялись. Бабуля только указывала направление, куда им стоило двигаться, – прямо в открытые воды.

– Мой друг – изобретатель. Это тот, кто знает, как работают заклинания, и на их основании создает механизмы. Как я когда-то, – сказала Бабуля. – Кажется, старатели призвали его, и, со слов людей, он был не слишком доволен этим. Так что, если мы найдем корабль и сможем убедить его нам помочь, у нас будет дополнительное преимущество в переговорах.

– Ну а когда Тольвер будет у нас? – нахмурилась Мэйсон.

– Мы сразу отправимся в Хранилище за вашими словами, – уверенно заявила Бабуля.

– А если они не захотят торговаться?

– Ну тогда мне придется использовать и слова, которые ты мне принес, и проклятие, и вообще все, что смогу придумать, – сказала Бабуля. – В нашем мире в словах заключено много силы. Словами из словаря корабль, конечно, не заправить, но для другой магии они вполне сгодятся. Редкий боглин сегодня знает, как такое делается, но я-то помню. – Она снова изучила страницы. – Думаю, здесь хватит на раз-делывающий спрей, потому что все слова схожи по смыслу. Это пригодится на случай, если старатели откажутся от переговоров. Еще у меня осталось немного заклинания наваждения. Я верну Тольвера, чего бы мне это ни стоило. А теперь хватит спорить со мной и вперед!

– Так мы и не спорим, – запротестовала Мэйсон. – Просто хороший план должен выдерживать вопросы. – Тем не менее она вернулась к веслам, и лодка двинулась быстрее.

– И то правда. – Бабуля встала на нос лодки и начала рвать один из листов словаря мисс Мэллой на мелкие кусочки. Сэм поморщился, представив, что сказала бы его учительница, если бы увидела это.

Мэйсон было трудно грести вместе с Сэмом, поэтому он очень старался ей помочь, но это только сильнее сбивало с ритма. Лодка петляла по болотам, а Бабуля раскладывала слова, бормоча каждое себе под нос – развернуть, разгрузить, разблокировать, расформировать, разрабатывать, – одновременно размахивая над ними битой. После этого Бабуля засунула слова в опрыскиватель для растений. Когда они полностью растворились, она приступила к следующей странице. Наконец Бабуля набрала полное ведро воды из болота и залила ее в опрыскиватель, который она утащила из садовой корзины миссис Локхарт.

– Ваша учительница впечатляет, – пробормотала Бабуля.

Сэму все-таки удалось найти хороший ритм, даже несмотря на боль в шее от того, что он все время высматривал в небе корабли, несмотря на боль в плечах и тревогу, бурлящую у него внутри. Они с Мэйсон направили лодку мимо островов, а Бабуля заканчивала свое заклинание.

Когда последнее слово исчезло в бутылке, Бабуля добавила туда еще воды и трясла емкость до тех пор, пока серая вода не стала блестеть. Бабуля пшикнула жидкостью на свою биту. Сэм затаил дыхание, но бита не сломалась.

– Средство работает только на предметах с множеством деталек, – Бабуля подмигнула ему, – например как лодка. – Она подбородком указала на горизонт, и Сэм увидел темные облака, которые вполне могли оказаться воздушным кораблем.

Они гребли, пока Бабуля не сказала им: «Стоп!» Руки Сэма пульсировали, а Мэйсон так сильно потела, что волосы прилипли к ее щекам. Они оба были покрыты соленой испариной. Лодку несло по течению под облачным небом. Мэйсон опустила палец в воду. По отраженным облакам пробежала рябь.

– Обещаю, – сказал Сэм, повернувшись к Мэйсон, – как только я верну свои слова, я все исправлю. И может…

– «Может» что. – В глазах Мэйсон снова появилось сомнение, когда осознание их приключения вновь обрушилось на нее.

– Может, мы снова сможем быть друзьями. – Сэм произнес эту фразу очень быстро, словно пластырь содрал.

Мэйсон посмотрела на Сэма, потом на болота, следом на облака. И снова на Сэма.

– Увидим.

– А вот и они, – прошептала Бабуля. Она указала на огромную темную тень, которая приближалась к ним, закрывая собой солнце.

– Положи это к себе, – сказала Бабуля и передала ему опрыскиватель. Они прислонила биту к плечу. Чем ближе была тень, тем меньше она походила на облако, а больше – на корабль старателей.

И только тогда Сэм с беспокойством понял, что в почтовой лодке было еще кое-что, что Бабуля могла обменять на Тольвера. Например, он сам и Мэйсон.