У Кейдена скрутило живот, и он вдруг почувствовал себя очень уязвимым.
Я буду следить за тобой…
– Ты в порядке? – спросил папа.
– Что? А, да. В полном. Абсолютном.
Кейден не мог сказать отцу, что призрак брата только что был здесь. Папа до сих пор думает, что Эйден все еще где-то в этом мире, живой и невредимый. Он не видел, как щупальца рвали его плоть, не слышал его криков, когда Эйден провалился в разрыв между мирами.
Кейден подумал о существах, которые подкрадывались к Эйдену со спины, вспомнил, что одно из них как будто проскользнуло мимо него – то, у которого не было глаз, зато зубов хватало в избытке. Кейден перевел взгляд на другую сторону улицы, на дом Рэй, и мысленно вновь увидел, как искалеченная Брэнди тянет руки к ее лицу. На ум ему снова пришел недавний сон, и с холодной ясностью, на уровне интуиции он ощутил, что Рэй в скором времени ждет нечто ужасное.
Не он один сейчас в опасности.
– Папа, – медленно произнес он.
– Да?
– Как думаешь, существа из других измерений способны полностью переместиться в наше?
– Конечно, – ответил отец. – Призраки. Полтергейсты. Демоны. Все они – межпространственные сущности, которые желают оставить отпечаток своей энергии на нашем плане существования.
– Но у них нет тела. – Кейден знал, что наиболее сильные призраки могут управлять потоками энергии вокруг себя, даже при отсутствии собственной физической оболочки, и порой этого достаточно, чтобы травмировать или даже убить живого человека. Но Кейден сомневался, что они способны извлечь глаза.
– А, ты имеешь в виду, способен ли кто-либо физически пересечь барьер.– Отец почесал подбородок, размышляя.– Да, думаю, что могут, – сказал он наконец. – Но для этого потребуется некая жертва или аналогичный мощный выплеск силы. И хозяин должен быть на этой стороне.
– Хозяин? Какой еще хозяин?
– Так называют либо того, кто сознательно призовет сюда эту сущность и предоставит ей в распоряжение свое тело…
– Как у одержимых, – вставил Кейден.
– Именно. Либо этот человек просто уязвимый, и тогда он становится хозяином неосознанно. Наверняка можно сказать, что сущности необходим какой-нибудь физический якорь в этом измерении. Именно поэтому я всегда говорю, что нельзя разрешать детям играть с доской Уиджа. Они станут легкой добычей, если не будут знать все тонкости подобных ритуалов. На их зов может явиться что угодно. А если ты уже пригласил к себе кого-то, выпроводить его будет намного труднее. Стандартные изгоняющие формулы и заклинания не сработают.
– А что сработает?
– Сначала необходимо оторвать сущность от физического якоря, а затем – отправить ее туда, откуда она явилась. Это единственный способ заставить ее уйти по-настоящему. Можно, конечно, переместить в другое место, но в таком случае энергия все равно останется в нашем измерении и будет ждать своего часа. – Папа потер виски. – Почему ты спрашиваешь?
– Просто интересно.
Папа пристально посмотрел на Кейдена. Тот не убирал защиту и не выпускал эмоции, и после долгой паузы отец кивнул.
– Понятно. Я пойду в дом, посмотрю, как там мамин сеанс, может, даже получится сегодня поужинать пораньше. Как тебе такой план?
– Отлично, пап, – ответил Кейден. – Я скоро присоединюсь к тебе.
Когда отец ушел, Кейден остался на качелях один и принялся лихорадочно размышлять. Если нечто выбралось наружу до того, как он запечатал проход за Эйденом, то ему теперь и изгонять сущность обратно. А это значит, что нужно отрезать ее от физического якоря и только потом отправить в другое измерение.
К сожалению, ему даже неизвестно, откуда именно это создание явилось. Он почти ничего не знал о том, что конкретно Эйден делал и куда отправился. Но он знал, откуда можно почерпнуть необходимые сведения: из маминой Книги Теней.
Книга Теней – это мамин личный гримуар. Она получила ее от своей матери, та получила ее от бабушки, бабушка – от прабабушки, и так далее на протяжении многих поколений. Кейден не знал, кто был первым владельцем книги: мама всегда держала ее на запоре и под защитой. Больше никому не позволялось заглядывать туда.
И конечно же, Эйдену позарез надо было ее прочитать. Кейден прекрасно помнил, как эта мысль не давала брату покоя. Все началось вскоре после того, как ему исполнилось тринадцать. Эйден вместе с мамой отправился на вызов, а потом она сказала ему, что по силе и мастерству он уже догнал всех ее знакомых взрослых практиков.
– Значит ли это, что мне можно прочитать книгу? – спросил Эйден. Уточнений не требовалось: он спрашивал у мамы про Книгу Теней с тех самых пор, как пару лет назад увидел, как она что-то туда записывала. Обычно она просто отказывала, но на этот раз разозлилась.
– Нет, – сказала она. – Последний раз говорю: ты сможешь прочитать ее, когда будешь готов возглавить наш семейный бизнес.
– А если я уже готов?
– Ты будешь готов, когда я скажу. И больше я об этом слышать не хочу. – Ее лицо приобрело свирепое, даже немного пугающее выражение. На памяти Кейдена это был один из тех редких случаев, когда мама кричала на брата.
Следующие несколько недель Эйден ходил насупленный, все время торчал в своей комнате и почти ни с кем не разговаривал. Перепадами настроения он страдал всегда, поэтому поначалу никто ничего странного не заметил. Но прежде ему достаточно было подуться несколько дней, чтобы мама сдалась и выполнила любое его желание, и тогда Эйден вновь начинал излучать радость и самодовольство. На этот раз все было по-другому. Когда Эйден отказался выходить из комнаты и с кем-либо разговаривать, мама просто пожала плечами и оставила его в покое.
И тогда он перестал есть вместе со всеми. Мама все равно не уступала. «Не умрет же он с голоду», – только это она и сказала. Однако Кейден забеспокоился, когда прошел один день, а потом второй. На третий он не выдержал, набил карманы едой и прокрался в комнату брата.
Он обнаружил, что Эйден по-прежнему жив и кипит от злости. Несколько злаковых батончиков, банан и пачку чипсов он проглотил ровно за две минуты. А потом начал ходить по комнате, туда-сюда, туда-сюда, – Эйден всегда так делал, когда напряженно размышлял о чем-либо.
– Это несправедливо, – сказал он. – Я уже готов, я знаю, что готов.
– Мама же сказала, что когда-нибудь разрешит тебе прочитать книгу, – заметил Кейден.
– Ага, когда я буду старый и дряхлый. Я хочу прочитать ее сейчас. И я ее заполучу. На своих условиях, а не на маминых.
А Эйден всегда делал то, что говорил. Всегда.
Мама держала книгу в тайнике, под защитой самых мощных заклинаний. От них кожа буквально слезла бы с пальцев или кровь пошла бы из глаз и носа. И это только первичные охранные заклятия. Тех, кто их обойдет, поджидало кое-что похуже, от чего не отделаться парой капель крови и кусочком кожи. Кейден не представлял, как Эйден проберется через все эти ловушки.
В конце концов Эйден начал выходить из комнаты. Постепенно он снова стал ужинать вместе с семьей, а о книге больше не заговаривал. Но с этого дня Кейден почувствовал, что у брата внутри что-то поменялось. Он как будто пребывал в постоянном напряжении, в нервном трепете, словно струна, которую натянули слишком туго.
И спустя три года Эйден преуспел. За месяц до своего исчезновения он по секрету рассказал Кейдену, что прочитал книгу.
– Это больше, чем ты можешь себе представить, – сказал он, и глаза его горели волнением, которого Кейден никогда прежде не видел.
– Что именно? – спросил Кейден.
– Этот мир. Вселенная. Все. – Эйден рассмеялся. – Я всегда знал, что есть иное измерение. Место силы. И теперь я знаю, как до него добраться.
Кейден поерзал на качелях, воспоминания словно обрели плоть и вес и душили его. Если Эйден узнал о другом измерении из маминой книги, значит, и Кейден сможет это сделать. И может быть, тогда он поймет, как отправить ту тварь обратно.
Пока еще не поздно.