– Я ищу убийцу Грифона, – сказала Алиса.

– То есть ты ищешь саму себя? – хихикая, спросил Безумный Шляпник.

– Нет. Я ищу не себя, а преступника.

– Ты до последнего будешь делать вид, что не убивала, – улыбнулся Мартовский Заяц.

– Вы все считаете, что я преступница?

– Ну, ты ведь убила Шалтая-Болтая, – ответил Шляпник.

– Не убивала я его.

– Взгляни правде в глаза. Есть свидетели.

– Они видели, как я толкнула Шалтая-Болтая?

– Нет. Но только ты могла оказаться рядом с ним в момент убийства. Этого доказательства достаточно.

– Меня там не было.

– Раз ты так настаиваешь, то докажи.

– Если вы уверены в моей вине, почему не арестуете?

– Мы держим тебя на крючке, – сказал Мартовский Заяц. – Вдруг всплывут улики, причастные к другому убийству.

– Что еще за другое убийство?

– Это означает другое убийство, не связанное с этим делом.

– Я знаю, что это означает. Я спрашиваю, имеете ли вы в виду убийство Грифона.

– Что?! Так ты убила его? – Глаза Мартовского Зайца расширились от удивления.

– Да нет же!

– Но ты только что сказала, что это другое убийство, – продолжал наседать Заяц.

– Что?! Она созналась? – радостно воскликнул Безумный Шляпник. – Ура! Дело раскрыто!

– Вовсе нет! Я не убивала ни Шалтая-Болтая, ни Грифона!

– Мы ходим кругами. Может, уже признаешь свою вину? – ворчливо спросил Заяц.

– Я ни за что не стану признаваться в том, чего не совершала!

– Нужно сгладить углы, – вставил Билл. – Я только что сказал сложную фразу? Круто, правда? Я же правильно все сказал?

– Правильно, но толку от этого никакого.

– Тогда ты предлагай решение, – обиженно ответил Билл.

– Дай-ка подумать, – пустилась в размышления Алиса. – Для начала нужно узнать, как выглядел Грифон в момент смерти.

– Это мы и хотели спросить у тебя, – сказал Шляпник. – Свидетелей нет, значит, детали знает только убийца.

– Я спрашиваю о состоянии тела.

– Есть разница между тем, как он выглядел в момент смерти и как выглядел уже его труп.

– Ты прав, – разочарованно произнесла Алиса. – Моя вина. Неудачно выразилась.

– Заяц, ты слышал?! – взвизгнул Шляпник. – Она созналась!

– Сколько раз еще повторять, что никого я не убивала и ни в чем не сознаюсь?

– Но ты же только что сказала, что это твоя вина!

– Сказала, но это не относится к смерти Шалтая-Болтая или Грифона.

– Что за черт? Я расстроен, – скучающим тоном сказал Мартовский Заяц.

– Лучше расскажите, что случилось с телом.

– Рассказывать особо нечего. Он лежит мертвый на пляже, – ответил Шляпник.

– Вы нашли какую-то зацепку?

– Не-а.

– Вы вообще осматривали тело?

– Да, но не очень тщательно. Это слишком хлопотно.

– Раз у вас нет желания заниматься расследованием, зачем вы за него взялись?

– Что?! Кто это взялся за расследование?

– Вы двое.

– Правда?

– А что, разве нет?

– Нет.

– Если так подумать, то вы даже не полицейские.

– Конечно нет, – сказал Мартовский Заяц. – Ты когда-нибудь видела зайца-полицейского?

– А шляпника-полицейского? – вторил ему Шляпник.

– Тогда почему вы решили взяться за дело?

– Потому что это интересно, – сказали они и приобняли друг друга за плечи.

– Что за бред? Получается, у вас вообще нет никаких полномочий! – возмущенно воскликнула Алиса. – Ну, можно хотя бы не волноваться о том, что вы меня арестуете.

– Не будь так уверена, – в трех сантиметрах от лица Алисы появился Чеширский Кот.

– Ой! Напугал! Мог бы и предупредить заранее, прежде чем появляться.

– В таком случае ты бы не испугалась.

– Для чего тебе меня пугать?

– Потому что это интересно. – Уже втроем они приобняли друг друга за плечи.

– Весело у вас! Можно к вам? – спросил Билл.

– Нельзя! – тут же ответил Шляпник.

– Почему?

– Не хочу класть руку на плечо ящерице! Мне противно!

– Как грубо. Алиса, вступись за меня!

– Мне не нужны друзья, которые так и норовят меня испугать.

– Но забавно же!

– Нельзя принимать решения, основываясь лишь на том, забавно ли что-то или нет.

– Алиса, у тебя есть проблемы куда важнее, – промолвил Чешир.

– Что случилось?

– У меня есть новости: хорошая и плохая.

– Начни с плохой.

– Ее королевское величество назначила Безумного Шляпника официальным следователем по делу о серийном убийце.

– Что?! А я?! А меня?! – закричал Мартовский Заяц.

– Тебя нет. Весной зайцы слишком суетливые, ты будешь только мешать.

– Но Шляпник ведь безумен!

– Здесь большинство безумцы, это не проблема.

– Получается, хорошая новость в том, что Мартовский Заяц не участвует в расследовании?

– Никак нет.

– Отлично. Тогда у нас остается хорошая новость. – У Алисы загорелись глаза. – Что за новость?

– Герцогиня оспорила решение ее королевского величества. Безумный Шляпник с самого начала подозревал Алису. Она сомневается, что такой человек сможет провести честное расследование.

– А Герцогиня, оказывается, неплохой человек.

– Вы с ней знакомы? – спросил Чеширский Кот.

– Со здешней Герцогиней нет, но я недавно общалась с другой Герцогиней.

– Что это означает? Расскажи поподробнее, – попросил Шляпник.

– Видите ли… – начал Билл.

– Подожди, Билл, пока не рассказывай им.

– Не слушай ее. Расскажи. – Шляпник пристально посмотрел на Алису.

Билл заколебался.

– Почему мне нельзя рассказывать, Алиса?

– Потому что я не знаю, как обернется ситуация, если ты им расскажешь.

– Расскажешь о чем? – раздраженно спросил Шляпник.

– Мы расскажем, когда придет время.

– В твоих же интересах быть честной.

– Спасибо за беспокойство. Но к делу это не имеет никакого отношения. Не переживай. Тем более тебя отстранили от должности следователя…

– Нет, не отстранили. Это Герцогиня посоветовала его отстранить. Однако ее королевское величество накричала на Герцогиню и назначила Шляпника следователем.

– И чем же эта новость хороша? – расстроенно спросила Алиса.

– Это хорошая новость для Шляпника. Он ведь всегда хотел стать следователем.

– Ура! Теперь я настоящий следователь!

– То есть, «хорошая новость и плохая новость» означало, что для Шляпника эта новость хорошая, а для меня плохая?

– Именно.

– Это ужасно. Тогда это плохая новость и плохая новость!

– Звучит как-то не очень, – обиженно ответил Чеширский Кот.

– Я тоже так думаю, – согласился Билл, – «плохая и хорошая новости» звучит куда лучше.

– Все, не хочу больше об этом думать! Шляпник, я признаю тебя в роли следователя.

– Так ты сдаешься?

– Ты хочешь, чтобы я сдалась?

– Верно.

– Хорошо. Но позволь мне сперва кое-что спросить.

– Если я отвечу, ты сдашься?

– Зависит от твоего ответа.

– Что ты хочешь узнать?

– То, что спрашивала до этого. О состоянии тела Грифона.

– Я уже отвечал на твой вопрос. Это просто мертвое тело. Ничего особенного.

– Так не бывает с трупами. Как и с живыми людьми. Попытайся вспомнить. Заметил ли ты что-нибудь?

– Ну, раз ты настаиваешь… – Шляпник потер подбородок рукой. – Устриц.

– Что с устрицами?

– Они были у него во рту.

– Разве он не умер из-за того, что съел устриц? Странно, что они остались у него во рту. Или он продолжал их есть до тех пор, пока яд не убил его? Сколько же он съел?

– Честно говоря, он умер не из-за того, что съел их. Их запихнули ему в горло в большом количестве, поэтому он задохнулся и погиб.

– Кто-то узнал об этом при вскрытии?

– Нет. Мне рассказали.

– Мертвый Грифон?

– Не говори глупостей. Мертвые люди не разговаривают.

– Грифон не человек, – заметил Мартовский Заяц.

– Значит, все-таки был свидетель.

– Скорее не свидетель, а оружие.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Не волнуйся. Он, наверное, тоже не понимает, о чем говорит, – сказал Заяц.

– Я понимаю, о чем говорю! – разозлился Безумный Шляпник. – Но я не знаю, о чем думает она!

– Так кто же дал показания? Это очень важный свидетель.

– Вовсе нет, он бесполезен.

– Кто он?

– Он, – сказал Шляпник и достал из кармана маленький сгусток. С него на землю стекала слизь.

– Что это?

– Устрица. Грифон пытался проглотить их целиком, но задохнулся и умер. Смотри, кое-какая часть раковины уцелела. И пока он отчаянно пытался разгрызть их, эта осталась в живых и рассказала нам о произошедшем.

– И что она рассказала?

– Грифона обманули. Кто-то сказал ему: «Если набить рот устрицами и разом проглотить их, то это будет самое вкусное блюдо в твоей жизни».

– Кто сказал?

– Устрица.

– Нет, кто сказал это Грифону?

– Сказал что?

– Если набить рот устрицами и разом проглотить их, то это будет самое вкусное блюдо в твоей жизни.

– Правда? Спасибо, что рассказала, Алиса, – поблагодарил Билл. – Попробую в следующий раз.

– Не надо, Билл. Ты умрешь.

– Что?! Как это?

– Все понятно. Алиса, ты знала, что если проглотить целую горсть устриц разом, то непременно умрешь. Об этом мог знать только убийца, – сказал Шляпник, делая заметки.

– Это любой знает!

– Не-а. Грифон и глупая ящерица, например, этого не знали, – сказал Чеширский Кот.

– Что?! Глупая ящерица? Где? – спросил Билл, оглядываясь в поисках.

– Забудь про ящерицу. Кто рассказал об этом Грифону?

– Не знаю.

– Почему ты не спросил?

– Это не в моих правилах.

– Если бы спросил, то сразу бы узнал, кто преступник.

– А мне и не нужно было спрашивать, я ведь думал, что это ты.

– Эх… Если бы только устрица была жива, я бы ее спросила.

– Ну так спроси, – сказал Шляпник и протянул устрицу, лежащую у него на ладони.

– Мертвые люди ведь не разговаривают.

– Мертвые устрицы, – поправил Мартовский Заяц.

– Она не мертвая. Она жива, – сказал Шляпник.

– Что? Как это? – спросил Билл.

– Она все еще дышит.

– Не может быть… – У Алисы перехватило дыхание. – Устрица, ты можешь говорить?

– Да, Алиса, могу, – ответила Устрица.

– Ты видела убийцу?

– Да, Алиса, видела, – грустно проговорила Устрица.

– Ты знаешь этого человека?

– Да, Алиса, знаю.

– Знаешь его имя?

– Да, Алиса, знаю.

– Скажи нам его.

– Алиса…

– Разрешите мне съесть эту устрицу! – Билл беззастенчиво засосал устрицу прямо из ладони Безумного Шляпника.

Алиса ошеломленно посмотрела на Билла, не понимая, что только что произошло. Изо рта у того потекла жидкость.

– М-м-м. Вкуснятина! – довольно заявил Билл.

– Билл, что ты наделал?! – закричала Алиса.

– Я? Я съел сырую устрицу. Обожаю их.

– Что ты делаешь! – раздраженно вскрикнул Шляпник, вытирая руку о штаны. – Не облизывай мою руку! Она теперь вся липкая!

– Она и так была липкая, – парировал Билл.

– Да? Тогда прости, – искренне извинился Шляпник.

– Она ведь собиралась назвать имя преступника, – сокрушалась Алиса.

– Она уже его назвала. Я слышал, – сказал Шляпник, – Устрица сказала «Алиса» перед тем, как ее съели.

– Это не имя преступника.

– Ты ведь попросила ее назвать имя убийцы. Она ответила «Алиса».

– Это был не ответ, а обращение ко мне. После этого она бы назвала имя настоящего преступника.

– Ты можешь это доказать?

– Ну…

– Мертвые устрицы не разговаривают, – сказал Билл. – Кстати, а где у них рот?

– О чем ты? Ты понимаешь, насколько ужасную вещь ты только что совершил?! – Алису била мелкая дрожь.

– Что я сделал?

– Он не хотел убивать, – стала умолять Алиса Шляпника. – Вы же знаете Билла.

– Что ты имеешь в виду? – озадаченно спросил он.

– Ты ведь обвинишь Билла в убийстве?

Шляпник взглянул на Мартовского Зайца и Чеширского Кота.

– Кто-нибудь знает, о чем говорит Алиса?

Мартовский Заяц поднял лапу:

– Она сказала: «Ты ведь обвинишь Билла в убийстве?»

– Знаю. Но почему она так сказала?

– В этом-то и дело. Алиса думает, что ты обвинишь Билла в убийстве.

– Это я знаю. Я не это имел в виду. Почему она так подумала?

Мартовский Заяц задумался, а затем пожал плечами:

– Не знаю. Не быстрее ли будет спросить это у нее?

– Достойный ответ, – кивнул Шляпник. – Как тебе такое в голову вообще пришло, Алиса?

– Но он ведь убил устрицу у всех на глазах.

– Вернее, съел?

– Да, съел.

– Если будут арестовывать только за то, что ты съел устрицу, то в мире ничего нельзя будет есть.

– Верно, но она ведь понимала человеческий язык…

– Что еще за человеческий язык? Не зазналась ли ты случаем? – спросил Мартовский Заяц.

– Вот-вот. Тем более люди здесь в меньшинстве, – поддержал его Билл.

– То есть по большей части здесь говорят животные.

– Как грубо. Ты отдаешь предпочтение только животным? – начала возмущаться тигровая лилия под ногами у Алисы.

– Точно, растения ведь тоже умеют разговаривать. Получается, можно есть даже то, что умеет говорить?

– Именно. Если бы за это арестовывали, нас бы давно всех пересажали.

– Выходит, Билл невиновен?

– Конечно, он ведь ничего не сделал, – заявил Шляпник.

– Это хорошо, – выдохнула Алиса. – Но плохо то, что устрица умерла.

– Тебе следует руководствоваться здравым смыслом, – услышала рядом с собой Алиса: перед ней возник Чеширский Кот. – Съесть – не значит совершить преступление.