– Я слышала, профессор Синодзаки умер, – сказала Рио.

– Получается, он был Грифоном? – спросила Ари. Девушки сидели в углу аудитории и перешептывались.

– Я уверена в этом на девяносто девять процентов, время их смерти совпадает.

– Какова причина смерти?

– Кажется, отравление устрицами, – сказала Рио.

– Кто-то специально это сделал?

– Вряд ли, хотя кто знает. Вдруг кто-то намеренно накормил его испорченными устрицами.

– Странно. Ведь рядом с устрицами был Морж.

– Но съел устриц-то Грифон.

– Разве Лже-Черепаха и Морж не свидетели?

– Они во время беседы выяснили, что у них много общего, поэтому оставили Грифона и пошли выпить.

– Что у них может быть общего?

– Тот день не был их днем рождения.

Ари вздохнула.

– А почему Грифон не пошел с ними?

– К сожалению, тот день был его днем рождения.

– Значит, он умер в свой день рождения. Какой невезучий.

– Алисе тоже не повезло, – сказала Рио.

– Почему?

– Помимо убийства Шалтая-Болтая, ее еще и обвинили в убийстве Грифона.

– Но у нее есть алиби.

К ним подсел Имори.

– Привет. Курисугава, ты сегодня какая-то сонная.

– Болтала вчера допоздна.

– Тебе стоит сократить ночные гулянки.

– Не было никаких гулянок. Я была дома.

– Что? Я думал, ты живешь одна. Ты на работу ездишь из дома? Или от парня? Стоп… Да ладно! Только не говори, что ты замужем… – расстроенно пробормотал Имори.

– Я живу одна.

– Значит, у тебя вчера был гость.

– Нет. Я разговаривала с семьей, – покачала головой Ари.

– Ты же только что сказала, что живешь одна.

– Хамби моя семья.

– Ты про своего хомяка?

– Да.

– Сколько часов ты с ним разговаривала?

– Не знаю, около двух или трех.

– И всегда ты так?

– Что?

– Болтаешь со своим хомяком.

– Каждый день.

– Мы сейчас не в Стране чудес? Это точно реальность? – уточнил Имори.

– Хватит дурака валять! – обиделась Ари. – На тебя вообще положиться нельзя, и из-за этого у нас теперь проблемы!

– Нельзя положиться? На меня?

– Почему ты не сказал, что я все время была с тобой?

– Ты о чем?

– О смерти Грифона!

– Это я знаю. Невезучий зверь.

– Профессор Синодзаки тоже умер.

– Я слышал. Причина смерти та же.

– Грифон был аватаром профессора.

– Учитывая обстоятельства, скорее всего, так и есть.

– Это может быть серия убийств, совершенных одним и тем же человеком.

– Детективы тоже так считают.

– Под детективами ты имеешь в виду Безумного Шляпника?

– И Мартовского Зайца.

– Извините, что перебиваю, – вмешалась Рио, – но мне пора на занятия, так что я пойду.

– Хорошо. Если заметишь что-то еще, дай знать.

– Конечно, – ответила Рио и вышла из аудитории.

– И кто же, по мнению Шляпника, убийца? – вернулась к разговору Ари.

– Конечно же Алиса. Ее подозревают в убийстве Шалтая-Болтая, так что и в этот раз она главная подозреваемая.

– Но у меня идеальное алиби.

– Если это так, значит, виновен кто-то другой.

– Но ты же сам можешь подтвердить мое алиби.

– Нет. Я из реального мира и не могу подтвердить то, что произошло в Стране чудес. Это может сделать только мой аватар, Ящерица Билл.

– Тогда это ответственность твоего аватара.

– Какая ответственность?

– Билл ручается за Алису.

– Ты о чем?

– В день убийства Грифона Алиса с Биллом были на побережье.

– Я плохо помню.

– И они видели там Грифона.

– Это помню. Кажется, там еще были Лже-Черепаха и Морж. Я слышал, что они дали одинаковые показания: на побережье в тот день они видели Грифона, Алису, Билла и детей-устриц.

– Может, нам нужно опросить и детей-устриц?

– Это невозможно. Их съел Грифон.

Алиса потерла лоб рукой:

– Бедняжки. Заведут ли дело?

– За что? За поедание устриц? Не смеши, – фыркнул Имори, – ты, похоже, совсем в готовке не смыслишь.

– Но ведь должна быть связь между детьми-устрицами и кем-то в этом мире, кто умер, съев их.

– Их съел Синодзаки. И что?

– Алиса вместе с Биллом отправились домой к Белому Кролику.

– Эту часть я помню смутно.

– Смутно?

– Да. Смутно.

– Поверить не могу! Что значит «смутно»?

– То и значит. Не стоит недооценивать Билла. С памятью у него большие проблемы.

– …В общем, они пришли к Белому Кролику и поговорили с ним.

– Это помню.

– Затем явились Безумный Шляпник и Мартовский Заяц и сказали, что Грифона убили.

– Это тоже помню.

– Ну, идеальное же?

– Что именно?

– Алиби!

– Разве?

– А разве нет? И Алиса, и Билл видели Грифона живым. И далее все время были вместе, пока им не сообщили о его смерти. Алиса никак не могла его убить.

– Все время были вместе, говоришь? Правда?

– Честное слово.

– Хм, – пробормотал Имори, легонько похлопав себя по лбу. – Они вроде и правда были вместе, а вроде и нет.

– Как это?

– То есть я помню, как они видели Грифона на побережье и как были дома у Белого Кролика. Но я не уверен, что было между этими двумя событиями.

– Они вместе шли по лесу к дому Кролика, что же еще?

– Это да, но ведь могло быть и иначе. Алиса могла сказать Биллу «увидимся в доме Белого Кролика», и они разошлись по разным дорогам.

– У тебя сохранились такие воспоминания?

– Нет, – покачал головой Имори.

– Тогда этого никак не могло произойти.

– Не уверен. Билл невероятно глуп, он всегда что-то упускает.

– Не знаю, получится ли у меня раскрыть дело с таким человеком, как ты.

– Не волнуйся. Я не так глуп, как Билл.

– Но у тебя нет ничего, что могло бы послужить алиби?

– Кэн Имори существует лишь в реальном мире.

– Тогда и толку от тебя никакого.

– Возможно. Однако я расскажу одну вещь, которая, вероятно, тебя утешит.

– Какую же?

– Предположим, Билл может обеспечить Алисе алиби. Но это не особо ей поможет.

– Почему?

– Все знают, что Билл дурак, поэтому его показания не воспримут всерьез.

– Спасибо за неважное утешение.

– Всегда пожалуйста.

– Раз уж показания Билла в любом случае бесполезны, пойдем в лабораторию Синодзаки и поищем улики там.

* * *

– Я в самом деле не знаю, что и делать! – сказала доцент Тосико Хирояма, нахмурив брови. – Кто бы мог подумать, что Синодзаки скончается так внезапно!

– Завтра мы должны присутствовать на похоронах. Также нам нужно подготовиться к конференции, которая состоится в следующем месяце, – ответил ей доцент Дзюндзи Табата, просматривая свои заметки.

– Боже мой! Сначала похороны, затем конференция. – Брови Хироямы опускались все ниже и ниже.

– Похороны и конференция – разные вещи. Мы не члены его семьи, поэтому достаточно будет надеть траурный костюм и принести поминальное подношение.

– Вот как? Значит, с похоронами проблем не возникнет.

– Проблема в конференции. Синодзаки был приглашенным спикером на этой конференции.

– Что же делать? Отказаться? Или отправить выступить кого-то другого?

– Пригласили ведь именно его, поэтому не думаю, что стоит отправлять кого-то другого. Почему бы не связаться с организаторами конференции?

– Как, думаешь, они ответят?

– Кто знает. Возможно, они пригласят кого-то того же уровня, что и Синодзаки, а может, попросят нас выступить вместо него.

– Как быть, если они попросят замену?

– Тогда выступите вы, профессор Хирояма.

– Я? Что же мне делать?!

– Успокойтесь. Синодзаки наверняка подготовил материалы в Power Point. Давайте спросим его ассистента, Кумияму.

– А если не подготовил?

– Он уже отправил предварительный вариант, так почему бы не составить презентацию на его основе?

– И кто же ей займется?

– Думаю, Кумияма возьмет ее на себя, если мы подготовим план и структуру.

– И кто все это придумает?

– Я думаю, будет лучше, если это сделаете вы.

– Что? – Хирояма моргнула.

– Вы же подготовите?

– Ох… Да. Это хорошая мысль. Но, видишь ли, я занята.

Ари прокашлялась.

– Точно. Подготовьте черновик, а я внесу правки.

Кажется, Хирояма не заметила Ари.

– Апчхи! – громко чихнул Имори.

Хирояма бросила на него косой взгляд. Однако она вовсе не выглядела обеспокоенной.

– Так кто свяжется с организаторами? Ты? Или Кумияма?

– Апчхи! А-а-апчхи! – Имори чихнул два раза подряд.

Хирояма замолчала. А затем посмотрела прямо на Имори.

– Что с тобой? Простуда?

– Может, кто-то меня сейчас обсуждает, – с улыбкой ответил Имори.

– Смотри не зарази меня. У меня куча дел, – сказала она и обратилась к Табате: – Это четверокурсник? Аспирант?

– Не знаю.

– Как это не знаешь? Ты не знаешь, кто работает в твоей лаборатории?

– Они не из лаборатории Синодзаки.

– Что? Нет? Эти… двое? – Хирояма, кажется, впервые заметила Ари. – Кто вы?

– Это Курисугава из лаборатории Накадзава. А я Имори из лаборатории Исидзука.

– Ах, точно. Ты студент нашего факультета. Пришел повидаться с другом?

– Нет. Я хотел спросить вас о Синодзаки.

– Он умер.

– Я знаю.

– Больше мне нечего сказать.

– Вы знаете причину его смерти?

– Я слышала, он переел устриц.

– Профессор, – прервал ее Табата, – он не просто переел их. Они были отравлены.

– Вы не заметили ничего странного?

– Что ты имеешь в виду?

– Случайно ли ему достались эти устрицы?

– Что-то я не понимаю, о чем ты толкуешь.

– Кто-то мог специально накормить его ими?

– Ты имеешь в виду, насильно ли его накормили испортившимися устрицами? Не исключено, но в таком случае его бы просто вырвало. Да и кому понадобилось нападать на него?

– Это не нападение, а убийство.

– Убийство?! Накормить устрицами – убийство?! Вряд ли бы такое изощренное преступление прокатило.

– Это слишком ненадежный план, – ответил Табата, который тоже не верил в слова Имори.

– В это и правда трудно поверить, – уверенно заявил Имори. – Здесь, может быть, подобное и правда невозможно, но в другом месте вполне.

– Если не здесь, то где?

– А вы как думаете? – спросил Имори, заглянув в глаза Хирояме.

– Откуда мне знать? – ответила та и уставилась на Имори в ответ.

– Просто предположите.

– Должно быть, в другой стране. Где есть суеверная примета об устрицах… Подождите, я не обязана участвовать в вашей викторине!

– Я Ящерица Билл. Ну, это говорит вам о чем-нибудь?

На секунду лицо Хироямы побледнело.

– Что? Ящерица? Это викторина? Или нелепый розыгрыш? Я занятой человек! Если это розыгрыш, то обратитесь к кому-нибудь другому!

– Подождите, пожалуйста, – вмешался тут Табата. – Удивительно! Я вспомнил кое-что странное.

– Что именно? – спросила Ари.

– Додо.

– Ты заикаешься? – поинтересовалась Хирояма.

– Нет, это мое имя.

– Тебя зовут Табата Додо?

– Нет же. Меня зовут Додо не здесь, а в другом месте.

– В другой стране?

– Что вы воду льете? – спросила Ари.

– Кто тут льет воду? – начала раздражаться Хирояма.

– Уже никто, – ответил Табата. – Нет, это просто сон.

– Тогда откуда мы все это знаем? – заметил Имори.

– Это тоже сон.

– Никакой это не сон, – пробурчала Хирояма, – по крайней мере, не твой. Возможно, это мой сон. Хотя нет. Как только ты замечаешь, что ты во сне, то сразу просыпаешься.

– Между людьми нашего мира и существами из Страны чудес есть связь. Мы называем это «феноменом аватара». Табата, Синодзаки был Грифоном. Вернее сказать, что его аватар в Стране чудес был Грифоном.

– Поверить не могу. У вас есть доказательства?

– Доказательств… нет. Только наши воспоминания.

– Хочешь сказать, что твой сон – это реальность, а мой сон – это доказательства? – фыркнула Хирояма.

– Вы можете не верить, но если внимательно нас выслушаете, то сами все поймете…

– Подождите! – вскрикнула Хирояма, и ее глаза заблестели, словно ее осенило. – Я вспомнила!

– Страну чудес?

– Не то чтобы… Скорее, сон. В жизни я не испытывала ничего подобного.

– Что за сон?

– Я плохо помню, но, кажется, в нем я была баронессой или графиней.

– Герцогиней! – в один голос воскликнули Имори, Ари и Табата.

– Точно, Герцогиней.

– И у вас был ребенок, – сказала Ари.

– Не говори ерунды! Я не замужем. И детей у меня нет.

– Я не про вас, а про Герцогиню.

– Ах, ты про сон. Ребенок… Кстати, что-то подобное вспоминаю, да.

– Но на самом деле это поросенок.

– Поросенок?!

– Вы многое помните, – заметил Имори.

– Правда ли помню? Наверное, я вспомнила это, разговаривая с вами.

– Тогда в следующий раз поговорим в Стране чудес.

– Не нужно. Ты ведь Билл, да?

– Да.

– А Табата – Додо?

– Да.

– А кто эта девушка?

– Алиса.

– Да разве станет Герцогиня разговаривать с такой странной компанией?

– Учитывая наши отношения здесь, то вполне.

– Нет. Мы должны уважать иерархию Страны чудес. Иначе Королева не так поймет.

– Вы беспокоитесь о Королеве?

– Конечно. Она ведь мой враг.

– А она, скорее всего, видит в вас всего лишь подданную.

– Это не так. Она втайне восхищается мной.

– Откуда вам это известно?

– Как откуда? Я ведь Герцогиня.

– Так вы признаете это?

– Да, признаю. Хотя я по-прежнему считаю, что это просто-напросто галлюцинации.

– Давайте все же предположим, что Страна чудес реальна.

– Для чего?

– Мы хотим узнать причину смерти Грифона.

– Насчет Грифона не знаю, но Синодзаки умер из-за болезни. И это точно.

– Это как-то связано с Одзи?

– Одзи? Кто это?

– Докторант-исследователь, погибший недавно.

– Ах, помню-помню.

– Одзи был Шалтаем-Болтаем.

– Яйцо? Я слышала, его убили.

– Скорее всего, это правда.

– А преступник… – Хирояма взглянула на Ари. – Ходят слухи, что это Алиса.

– И ее подозревают даже в убийстве Грифона, – кивнула Ари.

– Его убийство и правда вызывает подозрения. Она ведь уже убила одного человека… вернее, существо.

– Алиса никого не убивала, – покачала головой Ари.

– Ты можешь это доказать?

– Сейчас нет, поэтому мы и проводим расследование.

– В этом нет никакого смысла. Одзи погиб в результате несчастного случая, а Синодзаки скончался из-за болезни. Здесь нет ничего криминального.

– В нашем мире да, – вступил в разговор Имори. – Однако в Стране чудес все по-другому.

– Тогда и расследование проводить нужно в Стране чудес. Вряд ли в этом мире существуют доказательства преступления из сна.

– Это не просто сон. Он имеет материальную форму.

– И как она проявляется?

– В наших воспоминаниях.

– Воспоминаниях? Я же сказала, что нужны веские улики, а не сомнительные воспоминания.

– Свидетельские показания – одна из форм улик.

– Ты когда-нибудь слышал, чтобы «воспоминания о сне» считались доказательством в суде?

– Ну…

– В ваших словах действительно есть смысл, и ваша гипотеза вызывает интерес. Но сон есть сон. Что бы вы там ни помнили, это никак не связано с реальностью. Поэтому забудьте обо всем и живите настоящим.

– Предлагаете взять и все забыть?

– А что еще остается? Мне обвинить тебя в убийстве в мире сновидений? – сказала Хирояма, обращаясь к Ари.

– Я не преступница.

– Конечно нет. Но это неважно. Речь ведь идет о сказочной стране.

– Это не значит, что они не имеют отношения к реальности, – парировал Имори. – Одзи и Шалтай-Болтай, Синодзаки и Грифон. Их смерти связаны.

– Вы просто подгоняете факты. Довольно сомнительно, что эти две пары могут быть как-то связаны друг с другом.

– По крайней мере, связь Одзи и Шалтая-Болтая очевидна.

– Как ты это понял?

– Он сам мне сказал.

– Он умер. Мертвецы не разговаривают. И, судя по твоим словам, ты только строишь догадки о смерти Синодзаки.

– Это действительно всего лишь догадки… – согласился Имори, прикусив губу.

– Вот видишь.

– Но, если Алису казнят за два убийства, жизнь Курисугавы будет в опасности.

– Мне все равно. Если бы это произошло в реальности, то могло бы иметь какое-то значение, но никто не воспримет убийство во сне всерьез. А теперь уходите, у меня встреча с Табатой.

– Хирояма, подождите, – вмешался Табата, – они ведь попросили им помочь, как вы можете так легко отказать? Жизнь этой девушки в опасности!

– Вот и сделай с этим что-нибудь! Естественно, после того, как выполнишь мою работу. Она на первом месте. А потом делай что хочешь.

– Тогда встретимся после пяти часов и поговорим, – ответил Табата.

– Нет уж, раз у тебя есть время и силы, то помоги мне. Я занята похоронами и конференцией.

– Но вы же сказали, что я могу быть свободен после того, как сделаю вашу работу…

– У меня целый ворох дел. По крайней мере, до конференции в следующем месяце. Но и после нее меня ждет куча всего.

– Тогда я не смогу им помочь…

– Верно. А теперь займись хотя бы документацией.

– Погодите! – внезапно закричала Ари. – Это и вас касается, Герцогиня!

– Здесь я не Герцогиня.

– Королева поручила вам ухаживать за садом.

– Я делала это не по ее приказу. Я просто оказала ей услугу.

– И все же вы довели все до того, что в саду произошло убийство.

– Это ко мне не имеет никакого отношения.

– Но Королева, вероятно, так не думает.

– Что?!

– Она может обвинить вас в безответственности. И прикажет отрубить вам голову.

– Это просто ее любимое выражение. Никому на самом деле еще не отрубали голову.

– То есть вы спокойно примете выговор?

– Хм… Не будет никаких выговоров. Ругать друзей неправильно. Хотя она может пожаловаться… Что ж, это удручает, – сказала Хирояма, наморщив лоб.

– Если вы поможете нам в расследовании и мы раскроем дело, то скажем, что это ваша заслуга.

– Правда? – Хирояма заметно расслабилась. – В таком случае не вижу проблемы в небольшой беседе.

– Если у вас нет времени в этом мире, то мы послушаем вас в другом.

– Однако связь Герцогини с людьми низкого ранга вызовет подозрения у Королевы. Давайте поговорим здесь. Но на этом все. Повторять одно и то же у меня нет ни малейшего желания.

– Конечно, как скажете, – согласилась Ари. – Имори, давай.

– Что? Почему я?

– Как бы грустно это ни звучало, но твои аналитические и интуитивные способности лучше моих. Поэтому я считаю, что говорить должен ты.

– Скажи ты это Биллу, он бы с ума сошел от радости.

– Я бы такого ему никогда не сказала. И просить бы его не стала. Потому что толку от него ноль.

Имори пожал плечами.

– Итак, профессор, я хотел бы задать вам несколько вопросов. Вы не замечали ничего подозрительного в поведении Синодзаки в последнее время?

– Вроде бы нет. Ну, разве что он немного потолстел.

– А ведь Синодзаки страдал ожирением.

– У него были большие проблемы с лишним весом. Если бы не устрицы, то у него в будущем наверняка бы случился инсульт или инфаркт. Если сравнивать с Одзи, то Синодзаки больше был похож на Шалтая-Болтая.

– Телосложение и характер не всегда совпадают с аватаром. Одзи с Шалтаем-Болтаем имели общие черты, однако Грифон и Синодзаки нет.

– Ты тоже не похож на Билла.

– Спасибо. Сочту это за комплимент. Итак, следующий вопрос. Синодзаки говорил что-нибудь об Одзи?

– Ничего особенного. Верно, Табата?

– Хм, я тоже ничего такого не припоминаю.

– Понятно. А вы были знакомы с Грифоном и Шалтаем-Болтаем в другом мире?

– С Грифоном я никогда не общалась. С Шалтаем-Болтаем мы виделись пару раз, но не разговаривали. Если нужно было что-то передать, я делала это через Белого Кролика.

– Вы близки с Белым Кроликом?

– Не сказать, что близки. Я точно не помню, как относилась к нему, но считаю, что слуга из него неплохой. Правда, он довольно забывчив.

– Разве он не бесполезен из-за своей забывчивости?

– Мэри Энн присматривает за ним, поэтому все в порядке. Она смышленая.

– Есть ли среди ваших знакомых люди, которые являются жителями Страны чудес?

Хирояма покачала головой:

– Нет. Хотя, возможно, я не рассматривала их в таком ключе.

– Хотите увидеться с Белым Кроликом в этом мире?

– Категорически нет.

– Почему? Вы ведь в хороших отношениях с ним в Стране чудес.

– Отношения в разных мирах могут отличаться. Например, в Стране чудес мы хозяйка и слуга, а здесь можем оказаться друзьями. Как тогда общаться? Но если мы не так близки, как с вами, то проблем не возникнет.

– Вы согласны работать с нами над расследованием?

– Нет. Я очень занята. И мне нет дела до убийств во снах.

– А что насчет Герцогини?

– Вы ведь сказали, что расскажете Королеве о том, что Герцогиня хорошо постаралась, когда раскроете дело? Вы обещали.

– Вы же понимаете, что Герцогиня – это вы?

– Не я, а, скорее, мое продолжение. У меня есть ее воспоминания, но наши сознания не едины.

– Вы помните что-либо еще?

Хирояма слегка качнула головой:

– Нет, это все.

– Если вспомните что-нибудь, сообщите нам?

– Нет. У меня нет на это времени. К тому же я вряд ли что-либо вспомню.

– Хорошо. Тогда на этом закончим. Можем ли мы связаться с вами, если выясним новые сведения о деле?

– Что ж, я не против. Можете связаться. Лучше по электронной почте. Терпеть не могу телефонные звонки.