– Профессор Хирояма! – Ари помахала рукой, заметив женщину на станции.

Перед Хироямой стояли двое парней-подростков в потрепанной одежде. С первого взгляда казалось, что они с ней знакомы. Мальчишки как раз брали купюры из рук Хироямы.

Подростки мельком взглянули на Ари, сплюнули на землю и быстро ретировались.

– Вы меня спасли! – Хирояма, облегченно выдохнув, поспешила к Ари.

– Что-то случилось?

Они зашагали в сторону университета.

– Эти двое внезапно пристали ко мне. Начали угрожать: «Если жизнь дорога – плати».

– И вы отдали им деньги?

– Я не хотела, чтобы меня ранили или ненароком убили. Сил сопротивляться у меня не было, и позвать на помощь тоже было некого.

– Кажется, они сбежали, заметив меня.

– Скорее, они сбежали, добившись своей цели. Неужели в наши дни вот так прямо вымогают деньги?

– Обычно они просят их одолжить. – Ари задумалась. – Меня беспокоит фраза «если жизнь дорога – плати».

– Что ты имеешь в виду?

– Это как-то связано с серией убийств.

– Не может быть. По-моему, простое совпадение. В настоящем мире было совершено только одно убийство.

– Но это не значит, что они никак не могут быть связаны с реальным убийцей. Вдруг это предупреждение?

– Ты слишком накручиваешь. Зачем им в таком случае требовать деньги?

– Что, если это прикрытие?

– Это можно продолжать до бесконечности. В любом случае я собираюсь сообщить об этом инциденте в полицию. После того как их задержат… вернее, арестуют, вероятно, мы что-то узнаем.

– Думаете? Не уверена, что подростки согласятся разговаривать с жертвой, – раздосадованно сказала Ари. – Кстати, как себя сейчас ведет Табата?

– А что с ним? Что-то случилось?

– Я спросила его напрямую.

– Табату?

– Нет, Додо. Точнее, Алиса спросила.

– И что же ты сказала? «Ты – убийца?»

– Нет, конечно. Я спросила, что он думает о профессоре Синодзаки.

– И что он ответил?

– Ничего особенного.

– Ну еще бы. Если задавать вопросы о мотиве напрямую, естественно, он подумает, будто его считают преступником.

– Но Алиса задавала эти вопросы в рамках расследования.

– А ты это объяснила Додо?

– Да.

– И он перестал тебе отвечать.

– Понимаете?

– Да. Это абсолютно нормальная реакция.

– Тогда это все меняет. Как думаете, мне стоит извиниться перед ним, чтобы он дал правильные показания?

– Вряд ли это поможет, скорее наоборот. Он только больше замкнется в себе.

– Понятно. Я, конечно, еще посоветуюсь с Имори насчет этой ситуации…

– Что?! – взвизгнула Хирояма.

– Что-то не так?

– Ты еще ничего не слышала про Имори?

«У меня плохое предчувствие. Хотела бы я притвориться, что не слышала этого. Но не могу».

– Нет. Ничего. С ним что-то произошло?

– Надо будет проверить, что произошло с Биллом, но, по крайней мере, в настоящем мире все говорят, что с ним произошел несчастный случай.

– Что случилось? – Ари почувствовала, как у нее подкашиваются ноги.

– Я сама точно не знаю. Но слышала, что он попал в аварию.

– Кто вам об этом сказал?

– Табата.

– Откуда он знает?

– Мы говорили с ним, – раздался голос, когда они проходили мимо университетских ворот.

Ари обернулась и увидела инспектора Танимару вместе с офицером Нисинакадзимой.

– Имори сильно ранен?

– Раны у него серьезные, – ответил Нисинакадзима.

– Но его жизни ничего ведь не угрожает, да?

– Кто тебе сказал?

– Никто. Я просто предположила.

– Какие у тебя доказательства?

– Никаких. Это просто мои мысли.

– Вот как? – Нисинакадзима почесал голову. – Инспектор, у вас есть вопросы?

– Прежде чем задавать вопросы ей, мы должны ответить на ее.

– Понятно. Хорошо. – Нисинакадзима хотел было что-то сказать, но внезапно замер, глядя на Ари.

– Нисинакадзима, в чем дело?

– Не могу, – ответил он. Казалось, парень вот-вот заплачет. – Я не могу.

– В таком случае я начну, – со спокойным видом сказал Танимару. – Но позволь сперва задать тебе один вопрос.

– Сколько вопросов вы еще собираетесь мне задать, прежде чем ответить на мои?

– Всего один. Хотя я могу задать еще парочку, но сначала ответь на этот: в каких ты отношениях с Имори? Вы встречаетесь, помолвлены или что-то такое?

Ари ненадолго задумалась и покачала головой:

– Ничего из этого.

– Вы просто друзья?

– Скорее, мы чуть больше, чем знакомые, и чуть меньше, чем друзья.

– Значит, тебе абсолютно все равно, что с ним произошло?

– Разве не в порядке вещей беспокоиться о своих друзьях или знакомых, попавших в беду? Да что с вами такое?! – В голосе Ари зазвучало раздражение.

– Все-таки непросто вот так показывать ей, – пробормотал себе под нос инспектор.

– Да, – согласился Нисинакадзима. – Покажем фото?

Танимару молча кивнул. Нисинакадзима достал из кармана снимок:

– В таком состоянии его нашли.

Сначала девушка не поняла, что перед ней. На фотографии было изображено какое-то непонятное красное существо в человеческой одежде.

Присмотревшись повнимательнее, она разглядела неровности на алой поверхности. Три выступа – два глаза и рот – напоминали лицо, прямо как на фото с призраками.

«Нет, это, скорее… Череп? Ведь эти выступы могли быть зубами, а редкая пыль – остатками волос?»

Впрочем, для таких выводов требовалось недюжинное воображение. При беглом взгляде на фотографию существо походило на неудачную поделку из красной глины, которую слепил ребенок, пытаясь изобразить страшного монстра.

– И что это такое?

– Похоже, все-таки придется объяснить, – грустно сказал Нисинакадзима.

– Да, не каждый поймет, что тут изображено, – сказал инспектор. – Поясни им, Нисинакадзима.

– Итак, – отстраненно глядя на девушку, начал он. – Узнаешь эту одежду на фотографии?

Ари посмотрела на ярко-красную одежду.

– У меня нет таких красных вещей.

– Это не твоя одежда, и она не красная.

– Тогда что это?

– Одежда Имори.

– Я не понимаю, о чем вы.

– Что непонятного в двух словах? О-деж-да И-мо-ри.

– Дело не в словах.

– Тогда что тебе непонятно?

– Как связаны ваши слова и фотография. Это ведь красный цвет.

– Да, красный.

– Значит, это красная одежда.

– Ну, сейчас она, вероятно, и красная. Но изначально была голубой.

– Выходит, ее покрасили в красный?

– Да! Именно! Она окрашена.

– А красный… – внезапно Ари осенило. – Это кровь?

– Да.

– Но чья? Нет, подождите, только не говорите…

– Это кровь Имори.

– Ох… – невольно вырвалось у Ари.

«Значит, он и правда сильно пострадал».

– В каком состоянии он сейчас?

Нисинакадзима смущенно почесал указательным пальцем переносицу, затем несколько раз ткнул в красное пятно на фотографии.

– Это что, красная глина?

– Нет, это не глина.

– Тогда что?

«Сколько можно морочить мне голову? Говори уже!»

– Лицо.

– Что?!

– Это лицо.

– Его слепили из красной глины?

– Я же уже сказал, что это не глина.

– Но что тогда?

– В основном разорванные мышечные ткани. И остатки жира… Вот эта часть – хрящ, это зубы, а это похоже на кусок мозга.

– Хотите сказать, кто-то слепил лицо Имори из красной глины?

– Сколько раз тебе еще нужно повторить, что это не глина?

«Тогда что?»

«Нет. Лучше не говори…»

– Это Имори. Точнее, то, что осталось от его лица.

– Лица?..

– Ну, когда нет кожи, жира, глазных яблок и мышцы частично отсутствуют, то лицом это уже особо не назовешь.

«Ни глаз, ни носа, никакой мимики».

– Это же шутка… Да?

– Стал бы я так дурно шутить?

«Нет! Нет-нет-нет!»

Ари хотела закричать, но звука не было. Слышались лишь прерывистые выдохи. Ноги девушки подкосились, и она рухнула на землю.

– В общем, вот. Для трупа состояние довольно плачевное.

– Трупа? – Ари тупо повторила его слова.

«Чьего трупа?»

– Да. Это уже труп. К счастью.

– К счастью?

«К чьему счастью?»

– В таком состоянии смерть предпочтительнее, чем жизнь.

Ари вырвала фотографию из рук Нисинакадзимы.

Красная глина медленно начала приобретать форму, превращаясь в искалеченное человеческое лицо.

Кожа была содрана, мышцы разорваны в клочья, от глазных яблок остались лишь вмятины, носовые полости зияли, обнажая входы в пазухи, а между глазницей и носовой полостью была дыра, которой там явно быть не должно. Сквозь нее проглядывала рыхлая ткань.

Буэ! Из горла девушки вырвался хлюпающий всплеск.

– Эй, аккуратнее.

– Что?

– Не заляпай фотографию.

«Ясно. Меня вырвало. Но почему? Я больна?»

– Простите. – Ари зажала рот рукой. Между ее пальцами выскользнули остатки пищи и шлепнулись на землю.

– Инспектор, что делать? Ее сильно тошнит.

– Хм. Картина и правда слишком жестокая. Я думал, она крепкая девчонка, но, видимо, не настолько.

«Жестокая? Ах, теперь понятно. Мне стало плохо из-за смерти Имори. Я не больна. Но почему я не заметила, что меня вырвало? Должно быть, это настолько ужасающая новость, что мое сознание отказалось ее принимать. Зато среагировало мое подсознание».

«Что же делать? Остаться в неведении? Нет. Бесполезно. Я уже начала понимать…»

– Все в порядк… Буэ!

– Нет, не в порядке. Тебя снова вырвало, – с отвращением сказал Нисинакадзима.

– Скоро рвать будет… нечем.

– Ага. И останется один желудочный сок.

– Что, черт возьми… случилось? Его убили?

– Нет. Несчастный случай. По крайней мере, в этом мире.

– А что произошло… в другом?

– Пока неизвестно. Об этом мы узнаем, когда проснемся завтра утром.

– Что за… несчастный случай?

– Ого. И правда, больше рвать нечем. Я думал, что-то еще осталось.

– Расскажите… пожалуйста.

– Он был пьян, – сказал Нисинакадзима, достал из кармана салфетку и принялся вытирать фотографию. – Напился до беспамятства и заснул возле обочины.

– Были свидетели?

– Нет. Это всего лишь предположение. Затем он проснулся, и его вырвало… Прямо как тебя сейчас.

– И что дальше? Он умер от удушья? Но тогда он бы не был в таком состоянии…

– Верно. Он умер не от этого. Имори был сильно пьян, но не задохнулся.

– Тогда что произошло?

– Бродячие собаки.

– Что?

– В наши дни это большая редкость. Но, видимо, они еще не все исчезли. Одну из них вчера, кажется, забрали в приют.

– Забрали в приют?

– Ну, заботиться о ней, конечно, никто не будет. Если хозяин не найдется, то ее усыпят, – читал свои заметки из блокнота парень. – Собака была вся в крови, хотя сама она и не была ранена, поэтому нашедшие ее люди обратились в полицию. Тогда мы решили, что она, должна быть, кого-то укусила. Так мы и нашли Имори.

– На него напала собака?

– Не совсем. Ее привлек запах рвоты, и она сгрызла лицо Имори.

– Он бы не позволил так просто дать… сгрызть свое лицо.

– Конечно. Но, к сожалению, он был в состоянии сильного алкогольного опьянения. Возможно, он даже и не понял, что с ним произошло, и отключился от шока и потери большого количества крови.

– Это убийство?

– Несчастный случай.

– Да разве бывают такие несчастные случаи?!

– Бывают. Имори ведь так умер.

– Его убили.

– Нет. Это несчастный случай.

– А доказательства у вас есть?

– Доказательств того, что это убийство или самоубийство, у нас нет. Значит, это несчастный случай.

– Звучит неубедительно.

– Это плохо. Но вы и не обязаны с нами соглашаться.

– Я тоже считаю данное происшествие странным, – подала голос Хирояма.

– А вы, простите, кто? – обратился к ней инспектор Танимару.

– Хирояма. Я доцент этого университета.

– Профессор Хирояма… Где-то я слышал это имя.

– Я сотрудник лаборатории Синодзаки.

– Ах, точно. Тот, что скончался от пищевого отравления…

– Это тоже было убийство.

– Да ладно, не может быть! Правда?

– Правда.

– У вас есть доказательства?

– Да. О них нам рассказала Курисугава.

– Курисугава, и какие же у вас доказательства?

– Никаких.

– Так значит, это просто предположение?

– Нет, это факт.

– Тогда у нас серьезные проблемы…

– Хватит уже притворяться! Вы ведь и сами все понимаете.

– Хорошо. Предположим, чисто гипотетически…

– Это не гипотезы.

– Хочешь сказать, ты веришь в это без объективных доказательств?

– Именно так.

– Но это лишь твое субъективное мнение.

– Что же делать, если это явление невозможно объяснить объективно?

– Без доказательств полиция не сможет действовать.

– То есть вы нам не поможете?

– Я этого не говорил. Но в данной ситуации защитить вас будет непросто.

– И как мне быть? Молча ждать, пока меня убьют?

– Тебя преследуют?

– В ее случае обстоятельства немного другие, – ответила за нее Хирояма.

– Обстоятельства?

Ари лишь покачала головой, глядя на Хирояму, но, казалось, та этого совсем не заметила.

– Да. Думаю, она не является прямой мишенью. Однако нынешняя ситуация для нее смертельно опасна.

– Что вы имеете в виду? Неужели…

– Точно! – закричал Нисинакадзима. – Эта девушка – Алиса! Главная подозреваемая по делу об убийствах.

– Вот как? – Глаза инспектора Танимару заблестели.

– Могу я кое-что спросить? – обратился Нисинакадзима к Ари. – Вы точно не убийца?

– Абсолютно точно.

– Но, судя по косвенным уликам, к вам больше всего вопросов. Вас видели во время убийства Шалтая-Болтая, к тому же у вас нет алиби ни на одно из последующих убийств. А еще Белый Кролик и Билл. Они в последнее время всегда были с вами. И, вероятно, могли что-то знать, поскольку вы работали вместе.

– Получается, Белого Кролика и Билла убили, потому что у них есть улики против этой девушки?

– Если так рассуждать, то выходит, она и есть убийца, – недовольно пробормотал Нисинакадзима.

– Нет. Это ты все время говорил о ней в таком ключе.

– В каком ключе?

– Будто она преступница. Курисугава, прошу прощения.

– Все в порядке. Меня и правда подозревают.

– Итак, что будем делать, инспектор? Понаблюдаем за ней?

– Не вижу в этом смысла. В первую очередь, убийства произошли в другом мире. Ах, ты только ничего такого не подумай! Я не говорю, что ты убийца.

– Там за вами следят, поэтому все будет хорошо, – сказал Нисинакадзима.

– Если бы вы следили за мной во время убийства Шалтая-Болтая, то вы бы не посмели заподозрить меня в последующих убийствах…

– Нам и в голову прийти не могло, что это будет серия убийств. Простите.

– Так что в итоге? Она убийца? Или убийца кто-то другой? – обеспокоенно спросила Хирояма.

– Мы не можем сказать наверняка.

– Если эта девушка и в самом деле убийца… И если у меня есть доказательства ее вины, то…

– Вас могут убить, – закончил фразу Нисинакадзима.

– Этого ни за что не случится, не волнуйтесь, – сказала Ари.

– А что, если это не она убийца, а кто-то другой? – спросила Хирояма.

– Вас бы убил настоящий преступник, чтобы ее подставить.

– Подождите, что вы имеете в виду?

– То, что только что сказал.

– Это же нелепо! Я всего лишь выслушала их двоих, вот и все.

– Их двоих? – уточнил Танимару.

– Эту девушку и парня, что умер сегодня.

– Они говорили с вами?

– Да. Они внезапно пришли в лабораторию и рассказали мне о связи убийств в реальном мире и Стране чудес.

– Понятно. Значит, вы занимались собственным расследованием.

– Чтобы защитить себя.

– Но вы же не профессиональные следователи.

– Разве можно доверять следователям?

– Мне придется попросить вас довериться нам.

– Нет. Вы не смогли спасти Рио и Имори.

– Если бы вы помогли нам, то, возможно, мы бы спасли их.

– Даже если бы мы хотели помочь, нам нечего вам рассказать.

– Правда? Должна же быть причина, по которой убили Имори. Говорил ли он о чем-нибудь, связанном с преступником?

– Нет.

– Тогда Билл мог сказать что-то. Есть идеи?

– Ну, он сказал что-то вроде: «Кажется, я заметил важный факт, ведущий к настоящему убийце».

– Что?! И что это за факт?

– Я не знаю.

– Как вы могли упустить самое важное?

– Я все хотела спросить его, но Билл никак не мог вспомнить.

– То есть Имори обо всем догадался?

– Да. Но его теория была слишком запутанной для Билла.

– Дело дрянь, – сказал Нисинакадзима. Лицо его не выражало никаких эмоций.

– Может быть, настоящий преступник прознал о том, что Имори обнаружил о нем какие-то важные факты? – спросил Танимару.

– Я ухожу! – внезапно вскрикнула Хирояма, которая, казалось, вот-вот расплачется. – Курисугава, прости. Но мне страшно. Такими темпами и меня могут убить.

– Опасность не исчезнет, пока мы не поймаем настоящего убийцу, – обратился к ней Танимару.

– Верно. Но я ничего не могу с этим поделать.

– Вы можете нам помочь.

– Я правда ничего не знаю!

– Вы можете вспомнить что-нибудь. Об этом мире или о Стране чудес.

– К слову, я кое-что не рассказала Курисугаве.

– О чем?

– Нет, не хочу говорить.

– Почему?

– Потому что это может навредить убийце.

– Если это так, то я бы хотела выслушать вас.

– Нет уж! Уже четыре человека погибли. Откуда вам знать, что я не следующая?

– Вижу, вы в растерянности. Когда мы поймаем убийцу, вашей жизни ничего не будет угрожать.

– В реальном мире его все равно не поймать.

– Возможно, однако, если мы выясним, кто преступник, то сможем принять соответствующие меры. К тому же раз в Стране чудес случаются убийства, то и аресты там возможны.

– Ну арестуют тебя во сне и что с того?

– Что ж, конечно, это сон, но…

– Простите, могу я идти? Я больше не намерена принимать участие в этом деле.

– Понятно. Хорошо. Если передумаете, свяжитесь с нами.

– Я не передумаю. …И, Курисугава…

– Д-да? – удивившись, что ее внезапно окликнули, Ари заволновалась.

– Мне очень жаль. Не думаю, что смогу помочь в поисках настоящего преступника, но, когда дело будет раскрыто, пожалуйста, приходи ко мне в лабораторию.

– Да, мне тоже очень жаль, что я втянула вас в эту историю и напугала.

Доцент Хирояма, оглядываясь по сторонам, перешла на быстрый шаг и поспешно удалилась.

– Ну и что нам теперь делать? – Инспектор Танимару, казалось, находился в полном замешательстве.

– О чем вы беспокоитесь?

– О том, как поступить с вами. Можем ли мы отпустить ее?

– Намекаете на риск побега или сокрытия улик? – спросил Нисинакадзима.

– Опять обращаетесь со мной как с преступницей? – возмутилась Ари.

– Это лишь один из возможных вариантов, – уклончиво ответил он.

– Меня больше беспокоит то, что она может оказаться не убийцей, чем наоборот, – пробормотал Танимару.

– Но почему, инспектор? Думаете, ее убьют?

– Вряд ли. Убийца хочет подставить ее, поэтому смерть этой девушки ему невыгодна.

– Тогда она в безопасности. Почему вы переживаете?

– Я беспокоюсь за жизнь окружающих. Профессор Хирояма уже высказала свои мысли.

– То есть она в опасности?

– Верно. Она состоит в близких отношениях с Курисугавой.

– Нет, мы особо не близки, – поспешила заверить Ари. – Мы виделись с ней всего пару раз.

– Дело не в том, насколько вы близки. А в том, как это видят окружающие вас люди.

– В Стране чудес мы вообще практически незнакомы. Встречались не больше двух раз.

– Хм. Вы и там знакомы?

– Нет. Я бы сказала, мы бывшие знакомые. Я уже давно не видела ее там.

– И кто она?

– Я бы не хотела это говорить.

– Почему же?

– Я боюсь вашей реакции, когда вы узнаете. Не хотелось бы, чтобы вы сдерживали ее в том мире.

– Обещаю, этого не будет.

«Что же делать? Если они выступят против нас, то профессор Хирояма может пострадать. С другой стороны, если подружиться с ними, то это поможет создать прочную защиту для всех, включая Хирояму».

– Она Герцогиня.

– Правда? – спросил Нисинакадзима, делая заметки в своем блокноте.

– Да.

– Герцогиня, значит? – грустно повторил инспектор.

– А что в этом такого? – спросила Ари.

– Ну, пожалуй, есть в этом свои минусы.

– Да? Не думаю, что все настолько плохо, – сказал Нисинакадзима.

– Что же делать-то? – пробормотал Танияма.

– Вы правда так обеспокоены тем, что Хирояма Герцогиня?

– Как бы тебе сказать… – начал инспектор. – Она довольно… влиятельная особа в тех краях.

– Да-да. Очень влиятельная, – подтвердил Нисинакадзима.

– Что в этом плохого? – переспросила Ари.

– Не то чтобы это плохо… Но есть проблема, – обеспокоенно ответил инспектор. – Что думаешь, Нисинакадзима?

– Я считаю, стоит поступить следующим образом: вместо допроса Герцогини в Стране чудес лучше расспросить профессора Хирояму в настоящем мире.

– Да, разумное предложение, – согласился инспектор.

– Значит, вы будете ее допрашивать и в нашем мире? – спросила Ари.

– Придется. Подобное проигнорировать мы не можем, – недовольно пробурчал инспектор Танимару.

– Я думала, вы оставите ее в покое.

– Было бы все так просто… – вздохнул Танимару. – Но пока придется повременить и понаблюдать.

– Согласен. Давайте подождем и посмотрим, как все сложится, – согласился Нисинакадзима.

«Ну что за люди? Боятся пойти против власти?» Ари почувствовала еще большее разочарование.