Перед глазами Алисы громоздилась огромная груда всякой всячины.

«Ну и что это такое?» Она была сыта всем этим по горло.

Все это месиво состояло из посуды и сладостей, причем невероятно грязной. Впрочем, чего еще стоило ожидать? Чайные церемонии здесь проводились годами и, судя по всему, прекращаться не собирались. Поэтому никто не убирал сладости и не мыл чашки. Но пока церемонии продолжались, новые угощения и чай появлялись снова и снова.

Алисе не раз хотелось узнать, кто же их приносит. Она внимательно наблюдала, ожидая увидеть таинственного поставщика, но стоило ей на мгновение отвлечься – и вот уже на столе красовались свежие сладости. Однажды они успели появиться в момент, пока она чихала!

Если эти кто-то могут так быстро доставлять еду, почему бы заодно и не убирать остатки? Но, по всей видимости, таинственные слуги совсем не интересовались уборкой.

На столе уже совершенно не осталось свободного места. Поэтому приходилось ставить тарелки на тарелки, а на сладости – другие сладости, чашки и чайник. Торт, ставший подставкой для чашки, оказался раздавлен, и даже когда чай разлился по столу, никто, конечно же, не стал прибираться. На столе повсюду образовались маленькие лужицы, которые постепенно расширялись, сливались и росли. Вскоре они превратились в подобие пруда или небольшого озера. В нем, откуда ни возьмись, заплавали рыбы, а за ними слетелись водоплавающие птицы, принесшие с собой семена. Те пустили корни, и вскоре все заросло водорослями, сквозь которые Алисе пришлось пробираться в поисках печенья.

– И почему это озеро не стекает со стола? – удивленно спросила Алиса.

– Потому что я проявляю предельную осторожность, – ответил ей Безумный Шляпник.

– Вода не прольется, если быть осторожным?

– Ну конечно! Вот, смотри сюда. Видишь, вода вот-вот польется с края?

– Да, еще пара секунд, и она точно начнет стекать вниз.

– В такие моменты нужно слегка приподнять скатерть. Видишь? Теперь здесь есть небольшой выступ.

– Ого, и правда!

– Чем-то напоминает плотину, поэтому вода не будет стекать.

– Но это ненадолго.

– Вовсе нет. Ты недооцениваешь мои способности. Гляди. – Шляпник быстрым и стремительным движением рук создал несколько выступов в скатерти, сдерживая воду и создавая залив.

«Хм, не то ли это озеро, где я чуть было не утонула?»

– Итак, что тебя привело на наше чаепитие? – спросил Шляпник.

– А что, я не приглашена?

– Стал бы я звать на чаепитие такую невежу, как ты?

– Неужели я настолько груба?

– Появляться на чаепитии, куда тебя не пригласили, это дурной тон.

«Понятно. Вроде бы все логично, но есть в его словах что-то странное. Что ж, с сумасшедшими людьми лучше не спорить».

– А тут случайно Додо не пробегал?

– А как же. Бегает туда-сюда с самого утра, сохнет.

– Додо же! – захихикал Мартовский Заяц. – Вот и дододит по кругу.

– Почему он промок?

– Упал в озеро. Опасные тут вещи валяются, легко споткнуться.

– Это все по твоей вине, Шляпник.

– Почему это озеро по моей вине?

– Так ведь оно же на столе.

– Озеро на столе? Ты совсем спятила?!

– Но ведь это правда…

– Озеро на столе, это же сущий кошмар! – воскликнул Мартовский Заяц, покачиваясь на надувном круге посреди столового «озера».

Алиса решила не обращать на них внимания.

– Эй, Додо, – позвала она птицу.

– Додо? Ты нашла вымершую птицу? – спросил Додо, оглядываясь по сторонам.

– Они вымерли на Земле, – ответила Алиса, – однако в Стране чудес живее всех живых.

– Но близки к вымиранию.

– Если тебе так хочется думать, то пожалуйста…

– Так и где же этот Додо?

– Скажу, когда ответишь на мои вопросы.

– Эй, осторожней там! – обратился Мартовский Заяц к Додо. – Тебя сейчас надурят!

– Что?! Где этот человек? – удивился Додо.

– Это не человек, – сказала Алиса.

– Тогда зверь?

– Птица.

– Птиц можно надурить? – Глаза Додо заблестели. – Я хочу это видеть!

– Почему?

– А ты видела когда-нибудь настолько глупую птицу?

– Может, и видела, – ответила Алиса, не сводя глаз с Додо.

– И что это за птица?

– Додо.

– Да? Как скучно. – Казалось, Додо мгновенно потерял интерес к разговору.

– Почему скучно? Это ведь Додо.

– Знаю.

– Не хочешь видеть, как обманывают Додо?

– Ага. Это же Додо. Они и так глупые, поэтому смысл за ними наблюдать?

– Почему глупые?

– Были бы умными, не вымерли бы.

– Ты прав, но вымерли ведь земные додо, а не додо из Страны чудес.

– Хочешь сказать, в отличие от земных додо, здешние довольно умны? – спросил Додо у Алисы.

– Хм, – задумалась Алиса, глядя на птицу, – мне не кажется, что здешние додо умнее тех.

– Ну вот. Так я и думал. Какая пустая трата времени, – сказал Додо, отвернувшись.

– Ладно, забудем о додо. Могу я спросить тебя кое о чем?

– Да, я пока свободен, только недолго.

– Эй, берегись! – снова обратился Мартовский Заяц к Додо. – Сейчас тебя точно надурят!

– Что?! Где этот человек, который хочет надурить? – засуетился Додо.

– Не стоит воспринимать всерьез то, что говорят зайцы.

– Эй, это уже слишком, не находишь? – запротестовал Мартовский Заяц.

– Да, это неуважительно по отношению к ним.

– Возьми свои слова назад!

– Хорошо-хорошо. Не стоит воспринимать всерьез то, что говорит Мартовский Заяц.

– Вот. Так-то лучше. Если речь только обо мне, то все в порядке, – одобряюще кивнул заяц.

– Я никогда не обращал внимания на то, что он говорит, – ответил Додо. – Спасибо. Занимательный был разговор. Пока.

– Подожди! Мы еще не закончили.

– Что еще? Снова что-то про додо?

– Нет, про доцента Табату.

Додо озадаченно взглянул на Алису:

– Доцент Табата? Знаешь его?

– Конечно знаю. А вот ты откуда его знаешь?

– Потому что я тоже живу на Земле.

– Точно. Вспомнил. Ты снилась мне. На Земле ты была…

Ари посмотрела на Шляпника и Мартовского Зайца, а они уставились на нее.

«Лучше им пока не знать».

– Поговорим об этом позже.

– Хорошо. Так о чем ты хотела спросить?

– О Грифоне.

– Грифон? Который недавно умер? Прости, но я с ним не очень близок. Вернее, мы даже не знакомы.

– Но ты знаешь его на Земле.

– Что? И кто он?

– Профессор Синодзаки.

– Кто?

– Твой бывший начальник.

– Ах да, кажется, так его звали.

– Ты не помнишь, как звали твоего босса?

– Зачем мне помнить имена людей из своих снов?

– Что ж, логично.

– Уважаемые, не хотите ли отведать цейлонского чая? – вмешался в их разговор Мартовский Заяц.

Алиса его проигнорировала.

– Что ты помнишь о Грифоне?

– Говорю же, я его совсем не знаю.

– А о профессоре Синодзаки?

– С ним я тоже никогда не виделся.

– Но ты же Табата.

– Да. Однако у меня такое чувство, будто Табата – это не я.

– Ты же помнишь, о чем он думал и что делал.

– Верно. Но я не считаю, что это был я. Как-то так.

– Похоже, у каждого человека разный уровень эмпатии между его земным «я» и «я» из Страны чудес. Кто-то ощущает единство двух этих личностей, другие же рассматривают их по отдельности. Ты из последних. Так вот, что думал Табата о профессоре Синодзаки?

– В смысле?..

– Ему не казалось, что на него взваливают слишком много работы?

– Нет. Скорее…

– Отвечай честно.

– Это что, допрос?

– Допрос?! – вскрикнул Безумный Шляпник. – Устраивать допросы – моя обязанность. Не отнимай работу у других!

– Да что происходит? – спросил Додо.

– Эта девушка пытается тебя одурачить, – сказал Мартовский Заяц.

– Одурачить меня?

– Тебя-тебя.

– Алиса, это правда? – Додо посмотрел на Алису.

– Ничего подобного. Я просто хочу узнать о тебе, то есть о Табате, побольше.

– Ты думаешь, он убийца?

– Я так не считаю. Просто уточняю возможность наличия у него мотива.

– Это означает, что ты все же его подозреваешь.

– Вовсе нет! Всего лишь рассматриваю различные варианты.

– Если бы не подозревала, то тебе бы и мысли в голову не пришло спрашивать подобное.

– Молодец, Додо! – поддержал его Мартовский Заяц.

– Это не… – перебила Алиса.

– Что, Алиса? – строго спросил Додо.

– Ты должна отвечать честно, Алиса, – сказал взявшийся из ниоткуда Билл. – Если хочешь правды, то и сама будь искренна.

– Верно… В общем, я не считаю, что нет ни малейшего шанса, что Табата виновен.

– Иными словами, ты подозреваешь меня в убийстве, – шокированно произнес Додо.

– У меня есть информация, что Табата мог быть в обиде на профессора Синодзаки.

– Табата никак не может быть преступником.

– Да. Потому что убийство произошло здесь, а не на Земле.

– То есть ты считаешь, что я убил Грифона.

– Пойми же, гипотетически это возможно!

– Эта девушка ведет следствие наобум, – заявил Безумный Шляпник. – Совершенно недопустимо!

– Тогда я вообще больше ничего не скажу, – обиделся Додо.

– Если ты невиновен, то объяснись, и я сразу перестану тебя подозревать.

– Если?! Если не виновен?! Но я ведь не виновен! Почему это звучит как предположение?!

– Вот видишь! Поверишь ей и пожалеешь! – продолжал подстрекать Додо Мартовский Заяц.

– Заяц драматизирует. Нет ничего страшного в том, чтобы дать показания. Просто расскажи правду, тогда расследование продвинется вперед, и ты больше никогда…

– Довольно. Я занят. – Додо отвернулся.

– Но, Додо…

Однако он, проигнорировав девушку, начал наматывать круги возле одного и того же места.

– Пожалуйста?! – Алиса не сдавалась и продолжала звать птицу.

– Думаю, пора закончить, – сказал ей Билл.

– Но после всех полученных подсказок…

– Никому не нравится, когда его подозревают. И ты знаешь это лучше, чем кто-либо.

– Как же нам тогда вести расследование?

– Вот для этого и существуют следователи. Главная причина, по которой у детективов плохо получается расследовать преступления, – отсутствие содействия от обычных граждан.

– Это в тебе Имори говорит?

– Не то чтобы он «говорит»… Скорее, я пытаюсь его вызвать. Но пока получается не очень.

– И почему ты так решительно настроен?

– Мне кажется, я наткнулся на несколько важных фактов, способных привести нас к настоящему преступнику.

– Правда? И на какие же?

– Не знаю.

– В смысле? Ты ведь что-то понял, не так ли?

– Пока это всего лишь чувство.

– Ничего не понимаю. Так ты понял или нет?

– В общем, разум мой затуманен.

– Теперь я еще больше запуталась.

– Понимаешь, где в глубине души Имори кричит: «Я все понял!»

– Понял что?

– Что есть человек, выболтавший факты, которые преступник узнал случайно.

– Кто это? И что за факты?

– Это лучше спросить у Имори. В любом случае это важная информация, которая может привести нас к убийце.

– Как ты можешь не знать? Ведь ты и Имори – одна и та же личность.

– Знаешь, теперь мне кажется, что мы не совсем идентичны. Скорее, связаны.

– Но связаны же?

– Да.

– Тогда спроси у него, кто преступник.

– В этом теле присутствие Имори ощущается очень смутно. Он не может толком выражать своим мысли.

– Какая досада! И что делать?

– Если во время «периода Имори» я постараюсь выцепить в сознании только выводы его рассуждений, а не сам ход мыслей, возможно, смогу запомнить. Или ты сама спросишь его.

– Я?

– Ну, не ты, а Ари Курисугава. Вы с Имори в последнее время сблизились, не так ли?

– Нет, это какое-то недоразумение.

– Как минимум так считает Имори.

– Разве это не тайна, которую Имори прячет в глубине своего сердца? Когда он вновь станет собой, то горько пожалеет о сказанном тобою.

– Значит, не стоило мне этого говорить?

– Нет. Впрочем, неважно. Ари и так уже обо всем догадывалась.

– Но это недоразумение.

– Да, оно.

– Не только для меня, но и для Имори.

– Думаю, да.

– Имори расстроится?

– Кто знает. Лучше попробуй сейчас вытащить теорию о настоящем преступнике из своего сознания.

– Было бы это так просто.

– У нас осталось очень мало времени, и я больше не могу мотаться туда-сюда между двумя мирами. Я хочу сделать все возможное, чтобы узнать, кто это сделал. Здесь и сейчас.

– Что ж, тогда… – начал Билл с озадаченным видом.

– Прошу прощения за беспокойство. – Из ниоткуда взялась Мэри Энн и прервала Ящерицу. – У меня есть послание для Билла, могу я передать его?

– Да, конечно, – ответила Алиса, отойдя немного назад.

– От кого это сообщение? – взволнованно спросил Билл.

– От Герцогини.

– Ах, прекрасно. Она на нашей стороне.

– И у нее есть алиби, – добавила Алиса.

– Если зацикливаться только на алиби, все от тебя отвернутся.

– А… Прости. Железное алиби есть лишь у тебя, Королевы и Герцогини, поэтому оно мало что значит.

– У меня?

– Ты был со мной, когда убили Грифона.

– Был ли?

– Да. Можешь больше не переживать по этому поводу.

– Итак, что за послание?

Мэри Энн передала Биллу лист бумаги.

– Что это за бумага? Она хочет, чтобы я в нее высморкался? Или подтерся ею?

– На ней написано послание от Герцогини.

– Прочитай, что там написано.

– Э-э? Ты не возражаешь?

– Я не способен прочитать столь длинный текст.

– Хоть и учишься в университете? – удивленно спросила Алиса.

– Это Имори учится. А я всего лишь ящерица и хочу, чтобы меня хвалили за то, что я вообще умею что-то читать.

– Итак, зачитываю. – Мэри Энн развернула лист бумаги. – «Дорогой Билл, у меня есть новости по твоему делу, и я хочу, чтобы ты немедленно прибыл в резиденцию Герцога. Встретимся в сарае на заднем дворе. Приходи один. Герцогиня».

– Что значит «прибыл»? – спросил Билл.

– Она хочет, чтобы ты пришел.

– Неужели она нашла какие-то улики, ведущие к настоящему убийце?

– Отлично, я тоже пойду, – заявила Алиса.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Почему?

– Она же написала «приходи один».

– Нам обязательно ее слушаться? Почему я не могу пойти с тобой?

– Герцогиня ведь наверняка подумала о том, что я захочу взять тебя с собой.

– Ну да.

– Тогда это означает, что мне не стоит приводить тебя.

– Но почему? – мрачно спросила Алиса.

– Она хочет рассказать что-то, чего тебе знать не нужно. Например, информацию, которую знает только преступник.

– Я просто притворюсь, что ничего не знаю.

– Я могу проболтаться. Если ты не будешь знать с самого начала, то риск исключен. Или, может быть, в этом случае коллективно действовать – плохая затея.

– Что ты имеешь в виду?

– Естественно, что преступник не будет сидеть сложа руки. Возможно, нам не стоит быть втроем в одном месте.

– В этом есть смысл.

– Как только я что-то узнаю, я свяжусь с тобой. И расскажу тебе. Или Имори расскажет Ари.

– Хорошо. Постарайся послать мне весточку как можно скорее.

По какой-то причине Алиса почувствовала беспокойство, глядя в спину уходящему Биллу.