Наревевшись до соплей и першения в горле, я притихла и лишь какое-то время спустя смогла сфокусироваться на реальности. Я лежала в комнате. Средних размеров, светлая, пустая.

Совсем рядом слышались приглушенные голоса, причём не сразу, но я различила знакомую тональность. Кажется, одной из женщин была Анна. Был кто-то ещё, но по голосу я опознать не смогла, тем более по ощущениям они находились в соседней комнате.

Кое-как сев, потому что умудрилась реветь лежа на полу, сжавшись в комок, я с очень большим трудом встала и, пошатываясь от слабости, причём в том числе душевной, которая ощущалась чёрной ледяной дырой вместо внутренностей, вышла в прихожую.

Ага…

Свернула туда, откуда доносились голоса, и замерла на пороге. Это была кухня, но её опознала я только по печке в углу. Другой мебели в комнате не было.

Женщины, а их было трое, причём по имени я знала только Анну, при виде меня настороженно притихли, а потом именно Анна тихонько спросила:

— Успокоилась, горемычная? Или травок каких заварить? Ты смотри, у меня в запасах и пустырник есть, и валерьяночка. Надо?

Подумав, кивнула. Надо. Очень надо. Сама я уже не справляюсь.

— Ты моя девочка… — женщина подошла ближе и неожиданно привлекла меня к себе, аккуратно погладив по спине. — Ну не печалься ты так. Всё наладится. Вот увидишь. Познакомься пока, это Рита и Наташа, соседки твои из домов напротив. Архангел их попросил в комнатах прибраться. Пыль протереть, да по мелочи. Мебели в законсервированных домах нет, за этим мы с тобой отдельно сходим, как в себя придешь. Сама решишь, какую кровать, какой стол и стулья. Да же?

Я судорожно кивнула. Да, это очень важно — самой решать, что мне надо.

Очень важно!

— Ну вот и молодец. Присядь пока, я за травками схожу и досочку прихвачу. А ты пока подумай, что тебе надо. Дом не самый большой, но тебе одной хватит. Тут три жилых комнаты: спальня, гостиная и мастерская под рукоделие всякое. Кухню сама видишь, туалет рядышком.

Она махнула рукой куда-то мне за спину.

— Спальня с кладовкой под всякое наверху, на мансарде. Остальное всё внизу. Давай, умойся сходи, а я пока за пустырничком сбегаю.

Придерживая меня, как тяжело больную, Анна помогла дойти до санузла, который оказался практически один в один, как на втором этаже в доме Арха, только бочка для воды была практически пустой. Вода плескалась буквально на донышке.

— Тц! Запамятовала! — с досадой всплеснула руками женщина. — Погодь, принесу немного воды. Её тут с колонки качать нужно, потом покажу. А бочки у нас с подогревом, за что главе нашему огромное спасибо. Стой тут, я сейчас.

Даже не думая возражать и сопротивляться, я послушно дождалась, когда Анна принесет мне полведра воды, чтобы я смогла умыться и высморкаться, а потом снова уйдет. В ванной мне больше делать было нечего, так что я тоже вышла из этой комнаты и осмотрелась. Как Анна и перечислила, внизу были две большие комнаты, а ещё кухня с небольшим чуланом и санузел. Сбоку справа располагалась лестница, ведущая наверх, и я, крепко держась за перила, сползала и туда.

Спальня тоже оказалась большой, причём с двумя окнами — справа и слева. Одно выходило на крыльцо и на улицу, второе — на небольшой задний двор, где не росло ничего, только трава. И это хорошо, сама я в садоводстве полный ноль.

Рита с Наташей уже ушли, не мешая мне задумчиво шарахаться по дому, но я всё равно отметила, что уборка была качественной: нигде ни пылинки и пахнет свежестью.

Вниз я спустилась почти одновременно с приходом Анны, причём она несла не только мою доску с мелками, но и очередную корзинку, где я унюхала пирожки. И когда только успела? Настоящая супер женщина!

— Держи, Маюшка, — мне вручили керамическую кружку, откуда густо пахло успокоительными травами. — Пей. Вот тут в мешочке ещё на пару раз. Будет нужда, сама заваривай: на кружку — ложку, достаточно. И пирожков тебе на день собрала. Обед уже скоро, пока с остальным разберемся — и вечер подкрадется. Перекуси да пойдем. Вот эти с картошкой, вот эти с фаршем, а вот эти с яйцами и зелёным лучком.

Не знаю почему, но у меня снова запершило в горле и защипало в носу. Никто обо мне так не заботился тут, как она! Протяжно швыркнув носом, я всё-таки сумела сдержаться, первым делом до дна выпив успокоительный отвар, а потом присела прямо на пол и начала писать, что надумала из мебели.

В гостиную: диван и чайный столик. Пока больше не надо. В спальню: кровать, стул, шкаф, комод. В мастерскую: длинный стол, удобный стул и вместительные стеллажи, чтобы можно было разложить не только рукоделие, но и деревянные заготовки под всякое. На кухню: шкафы под посуду и продукты, разделочную поверхность, тумбу под раковину, стол и парочку стульев. Больше мне не надо. Гости мне не нужны. Максимум, кого я приглашу добровольно, это Анна и Юля.

Дописав, показала своё сочинение Анне и она рассудительно кивнула, хотя и добавила:

— Лавочку ещё в прихожую можно, лишней не будет. Ну а так вроде всё упомнила. Кушать будешь или сразу пойдем?

Подумав, мотнула головой. Нет, никакого аппетита.

Не став настаивать, Анна взмахнула рукой и мы отправились обустраивать мой быт. Дело это было не быстрое. Сначала мы добрались до плотницкого склада, которым заведовал Валерий Иванович, и вместе с ним я прошлась по помещению, лично показав пальцем на вещи, которые хочу. Анна шла рядом и вслух перечисляла, что и куда в итоге встанет.

— А дом-то какой?

— На третьей улице, седьмой.

— А-а, знаю. Сейчас мужиков позову, часика за два доставим. Даже не сомневайтесь!

— И дрова не забудьте!

— С вами забудешь, — рассмеялся плотник. — Всё привезем, не переживайте.

После мебельного склада мы отправились в посудный, где Анна лично набрала для меня всякого: от котелков и сковородок до кружек-мисок, вилок-ложек, досок и ножей. Это тоже мы не стали забирать сразу, пока что лишь отложив в сторонку. Полина Ильинична, дама в возрасте, заверила, что сейчас всё аккуратно уложит по корзинам и в течение часа всё принесут мальчишки.

Затем мы наведались к Михалычу и там набрали свежего текстиля, включая даже фартук и тряпки для пыли и пола. Ведра, тазик и швабру тоже взяли у него.

Это мы унесли домой уже сами, причём Анна безо всяких просьб помогала нести, потому что я сама могла нормально лишь ковылять. И вроде бы немного расходилась, но всё равно ощущала себя избитой и переломанной уткой, ковыляя, хромая и стискивая зубы каждый раз, когда надо было шевелиться.

Последним складом, куда мы отправились, был продуктовый. Им заведовал могучий мужчина с чёрной бородой и таким пронзительным взглядом, что я враз ощутила себя мелкой бестолковкой, но Анна вела себя с ним бойко и доброжелательно, а сам Митрофан Филиппович выдал нам всё чётко по списку, который висел тут же — на стене склада.

Мне, как взрослой особи женского пола, полагалось на неделю три кило самых разных овощей, полтора кило фруктов, два кило крупы, два мяса и так далее. Так как в доме в принципе по продуктам был голяк, овощей мне выдали с запасом, чтобы не получилось «две картошки, морковка, лук», а чуть больше и разнообразнее. Не забыла Анна и про масло, и про соль-специи, и про яйца, и про многое другое. Сахара тут не было, местные подслащивали чай и выпечку медом, так что и баночку с медом мне тоже дали.

Получилось несколько корзин, но их нам просто так не отдали, крикнув двух крепких мужчин, которые всё это донесли до моего дома.

Следующие несколько часов прошли в приятной домашней суете. И даже как-то боль в мышцах на задний план отступила!

Со склада привезли мебель и Анна ловко командовала мужиками, которые беспрекословно её слушались, таская всё, что нужно, по местам. Шторы тоже они мне вешали, как и таскали воду из колонки. Сама Анна показала мне, как правильно топить печь, и на что в принципе обращать внимание. Где хранить дрова, а где готовую еду, чтобы сразу не прокисла. Оказывается, на кухне имелся полноценный погреб, куда можно было спускать те же яйца, мясо и овощи, чтобы не переживать за их сохранность.

— Ну… — выдохнула она шумно, когда всё было разложено и развешано по местам, а мы с ней попили чаю с её пирожками. — Как-то так. Ты не бойся за помощью обращаться, слышишь? На обед-ужин заглядывай, я всегда с запасом готовлю. Уж на тебя-то котлеток всегда наделаю, мне несложно. И пирожков настряпаю, и рагу натушу. Договорились?

Было ужасно неловко, но я кивнула, после чего Анна ушла, надавав ещё кучу житейских советов, а я, наконец, осталась одна.

И шумно выдохнула…

Что ж… Здравствуй, взрослая жизнь, да?

Тихонько хмыкнув, помыла кружки и накрыла остатки пирожков полотенцем, чтобы не черствели. После этого поднялась наверх, в спальню, и аккуратно разложила-развесила одежду. Книги отправились на комод. Корзину с рукоделием отнесла вниз, в свою будущую мастерскую.

Ещё раз прошлась по комнатам, отмечая, что в гостиной пустовато и по идее не помешали бы ещё два кресла, картина и ковер, но… Зачем мне вообще гостиная? Захочется общения, сама пойду в гости к той же Юле. Так всем будет проще.

Снова захандрилось, подступила апатия. Хотелось просто свернуться клубочком, спрятаться под одеялом и уснуть. И чтобы когда проснулась, всё оказалось сном.

Всё.

Но нет, это всё правда. И не получится ни спрятаться, ни сделать вид, что этого нет.

А значит… Подобрала сопли, Майя!

И работать!

Отрывисто кивнув сама себе, я не поленилась взять доску с мелком, чтобы обсудить с мастером возможность поработать в том числе на дому, вышла из дома и внимательно изучила его снаружи, чтобы в принципе понять, где теперь живу, и не ошибиться.

Снаружи дом был кирпичным, добротным, как и всё в этом посёлке. На углу висела деревянная табличка «3–7». Судя по всему, мой новый адрес. Четко оформленного палисадника не было, какой-то простенький самосев из одуванчиков и то ли колокольчиков, то ли чего-то подобного. Зато имелась полноценная ограда, но забор не сплошной, а штакетник чуть выше метра, причём со всех сторон.

Не поленилась, обошла дом, чтобы проверить, как обстоят дела на заднем дворе, и чуть поморщилась. Сам задний двор был меньше, чем у Арха, и соседние участки просматривались только так. Да уж… Топлесс не позагорать!

А с другой стороны, зачем он мне вообще нужен? Разве что иногда на травке полежать.

Коротко хмыкнув, я отправилась в мастерскую по месту своей работы, кивком поздоровалась с Валерием Ивановичем и, не теряя времени, сначала написала ему на доске благодарность за мебель и рабочих, а потом поинтересовалась, можно ли сделать на дверях задвижки, потому что я специально глянула все до единой двери и нашла внутренний запор лишь на входной, причём довольно мощный. А хотелось бы ещё в санузле и спальне!

— А зачем? — озадачился мужчина.

Я тоже уставилась на него с удивлением, не понимая, почему я вообще должна объяснять элементарные вещи, но он с интересом ждал ответа и я, подумав, написала:

«Мне некомфортно без них».

— А-а… — протянул, но, кажется, решил, что я привередничаю. — Ладно, сделаем. Как закончим работу, вместе сходим, гляну.

Вот и договорились!

Повеселев, написала дальше, что хотела бы набрать работы и домой, чтобы было чем заняться по вечерам, если вдруг заскучаю, но при этом мне нужны свои резцы, чтобы не носить эти туда-сюда. И вообще, мне уже резчика первого уровня дали. Так что точно буду тут работать!

— О, это хорошая новость. Ты пока садись, присматривайся, что сегодня делать будешь, а я к кузнецам схожу, задание дам. Давай-давай, не стесняйся. Всё в твоих руках, девонька.

И я села работать. Сложно сказать, сколько прошло времени, но несколько часов точно, ведь пришла я после обеда, но до конца рабочего дня я успела вырезать всего две фигурки — ёжика и сову, причём сегодня на этом работа не закончилась: вернувшийся от кузнецов мастер начал рассказывать и показывать, каким маслом стоит покрывать такие игрушки, чтобы они долго не темнели, не гнили и в принципе были приятного золотистого цвета.

— Ну тут, конечно, всё от случая зависит, — посмеивался он в процессе рассказа. — Детишки, бывают, заиграются — и тютю, нет больше фигурки. Рёв стоит на всю улицу, но дело уже сделано. А масло мы с тобой на следующей неделе варить будем. Всё от и до расскажу и покажу, запоминай. Будет тебе на будущее наука.

Я сосредоточенно кивнула, а потом написала на своей доске просьбу сделать ещё парочку таких досок. Одну, чтобы тут поставить, а вторую, поменьше, про запас. Вдруг куда пойду? Будет удобно носить с собой.

— Сделаю. Сам уже об этом думал. Тяжело, конечно, что в общении ты так ограничена. Но руки не опускаешь, молодец.

Потихоньку за этими разговорами закончился день, и мастер, прихватив сумку с инструментами и заготовками, отправился вместе со мной ко мне домой. Там быстро осмотрел и санузел, и спальню, и в два счета приделал в туалете просто «барашек», причём на деревянный чопик, перед этим просверлив дырочку ручным сверлом, потому что дверь открывалась наружу, а вот в спальне дверь открывалась внутрь и барашек бы тут не подошел. Тут Валерий Иванович приколотил задвижку. Не самую большую и, подозреваю, не самую крепкую, но она хотя бы даст понять окружающим, что я против проникновения на частную территорию.

А вообще по уму можно просто запирать входную дверь.

И почему я не подумала об этом сразу?

В общем, как только мастер ушел, я заперлась, ведь гостей не ждала и ни с кем общаться сегодня в принципе не планировала, а потом подступилась к печке и с горем пополам, но всё же сумела её растопить, благо Анна провела мне чёткий инструктаж и спички тут были, причём очень удобные — длинные.

Так как повар из меня был не ахти, от силы на троечку, я мудрить не стала и просто потушила мяса с луком, морковью и зеленью, сварила картошки и сразу кашу на утро, чтобы разнообразить своё меню. С утра я точно не смогу это всё быстро раскочегарить, так что проще приготовить еду с вечера.

За выпечку я браться в принципе не стала, не с моими когтями. Их я, кстати, пока передумала отрезать. Паранойя или нет, но мне не хотелось больше оставаться беззащитной.

Этот мир не для слабых.

Пока готовила, размышляла о том, что как бы ни было мне тяжело, ни в коем случае нельзя бросать тренировки. Категорически! Через месяц, два, три — но я должна стать достаточно сильной, чтобы начать снова ходить в джунгли и убивать.

Убивать тварей за опыт!

Я помню слова Арха о том, как для меня важно поднимать характеристику «химероген». Очень хорошо помню. Но для этого мне надо поднять как минимум четыре уровня.

Или четыре раза умереть.

Вот как-то даже и не знаю… Что быстрее и выгоднее?

Шучу. Конечно же, поднимать уровни! Ещё неизвестно, в кого я снова мутирую, если меня убьет какая-нибудь кракозябра! Шипы? Шерсть? Хобот? Копыта? Спасибо, обойдусь!

Вот если бы можно было выбирать мутацию… Я бы точно выбрала крылья! Сто процентов! Причём именно кожаные, как у летучей мыши. За ними и ухаживать проще, и эстетически симпатичнее. По крайней мере в моём понимании. А ещё я бы не отказалась от острого зрения, идеального слуха и чуткого обоняния.

Интересно, местные охотники уже составили базу тварей, за которых дают хороший опыт на каждом уровне? Допустим, сейчас более или менее оптимально убивать только гиен. Свиней и макак уже бессмысленно. Динозавров опасно. Сами кого хочешь грохнут.

Кто ещё есть более или менее подходящий? И где именно они обитают? Мне бы кратенький гайд по монстрам окрестностей… Вдруг я вообще просто тупо теряю время, тратя его на ерунду? Глупые бабские разборки, кому достанется местный Властелин. Нелепые придирки от этого самого Властелина. Попытка Ольги залезть в душу и вывернуть её наизнанку… Зачем?

Да, они хотят, как лучше. Но как лучше для меня или для них?

Разница есть.

А ещё эта Вивиан…

Скривившись, усилием воли заставила себя о ней не думать. Она для меня никто. Пустое место.

А мне надо сосредоточиться на том, чтобы просто жить и становиться сильнее.

Остальное вторично.