Не совсем понимая, зачем это нужно Ольге (может, её о чём-то Архангел попросил?), я проследила взглядом за тем, как она спокойно подошла к доске и прихватила её с собой, после чего гостья первой прошла в нужную ей сторону и вошла в соседнюю комнату, которая действительно оказалась гостиной.

Комната была большой, светлой. С двумя широкими диванами, стоящими буквой «Г», и парой кресел, резным чайным столиком и фигурной полкой, где стояла керамическая вазочка и какие-то фигурки, с ковром на полу и картиной на стене. С красиво подвязанными шторами. Это делало комнату невероятно уютной и одновременно слегка напрягало.

— Присаживайся, куда тебе будет удобно, — предложила мне Ольга, словно именно я тут была гостьей, а она хозяйкой. А когда я села в кресло, то поставила доску ближе ко мне, вручая мелки. Сама села на ближайший диван. — Итак, начну с главного. На момент смерти мне было двадцать девять, я погибла от бомбежки под Саратовом. До этого работала школьным психологом, — она коротко усмехнулась, — так что не удивляйся, если тебе покажется, что я тебя «лечу». Это не так, но у меня… кхм, своего рода профдеформация. К тому же тут мне дали схожую ветку развития. Но это так, для общей информации. Архангел уже рассказал мне твою предысторию и я согласна с ним, это всё очень странно и нетипично — то, что с тобой происходит. Обычно система более лояльна к новорожденным химерам и дает своего рода подсказки и поблажки, а то и полноценные задания, чтобы помочь добраться до других людей. Даже мне удалось сделать это всего за сутки и лишь раз на меня попыталась напасть свинья, но я отлупила её палкой и она отстала.

На этом Ольга чуть прикрыла глаза и рассмеялась, словно вспомнила что-то забавное.

— Хотя было довольно страшно, если подумать. Это сейчас кажется забавным приключением, а тогда у меня была часовая истерика, если не дольше. Хорошо хоть в принципе понимала суть подобных компьютерных игр, и смогла взять себя в руки. Но сейчас давай поговорим о тебе.

Женщина уставилась на меня так пристально, что мне стало неуютно.

— Архангел рассказал мне, что ты… кхм, условно бессмертна. Я никому не скажу. Это вопрос профессиональной этики. И я понимаю, какие чувства тебя могут раздирать. Особенно в свете того, как твоё тело подвергается принудительной мутации, причём… не самого приятного внешнего вида. Скажи, тебя это сильно угнетает?

Не совсем понимая… точнее совсем не понимая, зачем ей это знать, я чуть наклонила голову набок. Это принудительная психотерапия что ли? Так я не заказывала!

— Не хочешь говорить? — догадалась Ольга и я медленно кивнула. — Я понимаю. Тебе сложно довериться. Тем более мне, ведь ты совсем меня не знаешь. Но я правда хочу помочь. Ты не одна такая. С особенностями. Просто у тебя они приняли… м-м, скажем так, вид, который виден. Но поверь, внутри каждой химеры происходят самые разные и порой не всегда приятные изменения. Мы все живем с этим и как-то справляемся. Иногда не очень… — она вздохнула. — Просто знай, если тебе захочется выговориться, ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Выговориться… Смешно.

Выразительно вздохнув, я всё же взяла в руки мел и написала:

«Я не могу выговориться. А писать — долго и не то. Не передает чувств, интонации. Бесит»

— Понимаю, — Ольга с сочувствием вздохнула. — Но хотя бы так. Я буду пробовать помочь тебе хотя бы разговорами. Архангел сказал, что ты считаешь себя монстром. Но ты ведь понимаешь, что это всё субъективно? Внешность — это всего лишь внешность. Это как пострадать при пожаре и выжить, но остаться в шрамах. Но внутри-то ты сама. Ты спокойная, внимательная. Интересная. Добрая…

Вот тут я фыркнула. Откуда ей знать, что я «добрая»?

— Я вижу, — улыбнулась Ольга, словно услышав мои мысли. — Психология — это не только про таблетки и по душам поболтать, это и мимика, и жесты. Ты отдала свои волосы Юле, а ведь могла и запретить. Мелочь, но всё равно маркер поведения и внутреннего содержания. А ещё Анна рассказывала, как ты её благодаришь за еду. Да и в целом в тебе ощущается спокойная зрелая личность. Мы, химеры, это очень остро чувствуем. Не как Архангел, у него это умение возведено в абсолют, но всё же лучше людей. А у меня тоже от ветки развития свои бонусы. В общем, что я хочу сказать?

Она уставилась на меня с загадочной улыбкой.

— Ты хорошенькая.

У меня явно очень выразительно вытянулось лицо, потому что она рассмеялась, но потом посерьезнела и кивнула.

— Правда. Я не лгу. Да, у тебя звероморфные черты лица и восемь глаз, но это… Скажем так, это как в мультике про зачарованную принцессу. Её превратили в лягушку, но даже лягушкой она хорошенькая. Смотрела мультик про Шрека?

Пришлось напрячь память, чтобы вообще понять, о чем она говорит. И я медленно кивнула.

— Вот! Он огр. Вроде бы жуткий, да? Но обаятельный. И заколдованная принцесса там тоже была. Днем — огр, а ночью — человек. Но при этом даже в виде огра её рисовали милашкой. Понимаешь? Вот и у тебя. Нет ничего отвратительного или действительно мерзкого. Это скорее… кхм, изюминка внешности.

Я выразительно прикрыла глаза ладонью и покачала головой. Нет, не верю.

— Но я серьезно! Да, сейчас ты мне не веришь, но это факт. Поверь, если бы было иначе, окружающие бы до сих пор от тебя шарахались. Но разве это так? Вспомни сама. Анна от тебя в восторге, Юляша щебечет. Глеб, — она хитро усмехнулась, — на руках носит. Чем не аргумент, м?

Ну-у-у, как бы-ы-ы… ладно. Аргумент.

Сама я об этом в таком контексте не думала.

Кстати, о Глебе!

И я, пока не передумала, быстро написала:

«Глеб женат?»

Прочитав немного корявые буквы (я почему-то разволновалась), Ольга загадочно улыбнулась.

— Нет, Глеб не женат. И даже не в любовниках. Кстати, об этом. Архангел просил меня осветить этот вопрос максимально подробно. Ты ведь уже в курсе, что тут на одну женщину как минимум четверо мужчин?

Кивнула.

— Раньше было ещё хуже. Я не знаю, почему, но девочек рождается мало. И это ты ещё учитывай, что мужчины гибнут на вылазках. Но именно благодаря Архангелу и какому-то его полумагическому прибору, который он выторговал у таурианцев, нам удается проверить пару перед тем, как они поженятся. Именно этот прибор способен показать процент совместимости в плане детей. Я не буду сейчас лезть в дебри, сама в них сильно не разбираюсь, так что просто поверь на слово: далеко не каждая женщина может родить от первого попавшегося мужчины. Возьмем для примера Машу, Сережу, Колю и Петю. Если Маша выйдет замуж за Сережу, то никогда не родит. У них нулевая совместимость. При этом оба фертильны и в парах с другими такой проблемы не будет. Всё дело в личной совместимости. Если Маша выберет Колю, то сможет рожать от него хоть каждый год, но только мальчиков. Это… не плохо. Но и не сильно хорошо. Потому что, если таких пар будет много, то через пару поколений девочки просто вымрут, как вид. А вот если Маша выберет Петю, то рождение мальчиков и девочек будет если не пятьдесят на пятьдесят, то хотя бы два к одному. Понимаешь?

Ачешуенно…

Я медленно кивнула, хотя, если бы могла, высказалась бы тысячью слов. Это действительно было слишком сложно даже просто для понимания. Но в целом не невозможно.

А ведь в жизни именно так и происходит. Просто никто не оформлял это в исследование и не подтверждал фактами.

— Вот! И у Архангела есть такой прибор, который показывает оптимальную совместимость между людьми. А теперь мы переходим к главному! Химеры сами чуют своего оптимального партнера. Причём он будет оптимален во всём. В каждой такой паре, которая создается независимо от мнения и желания остальных, прибор показывает максимально высокий результат.

Так! Стоп!

Я выставила вперёд руку и снова взялась за доску.

«В паре химер это притяжение чувствуют оба?»

— Вот знаешь, сложный вопрос, — не торопилась с чётким ответом Ольга. — Обычно, да. Но у меня очень узкий круг… кхм, подозреваемых, — она рассмеялась. — В нашем посёлке всего сорок три химеры, из них дюжина уже рождённые здесь. И только половина нашли свою пару, причём преимущественно среди людей. Девушек химер всего пятеро, ты шестая. Причём ни я, ни Валя свою пару ещё не встретили. — Она поморщилась и со вздохом пожала плечами. — К счастью, отчаиваться рано. Если мои догадки верны, то срок жизни химер раза в три дольше, чем у людей. Так что ещё лет пятьдесят можно не отчаиваться. Но и так, — она иронично хмыкнула, — у меня есть любовник. Это Павел, ты знаешь его. Это не любовь, скорее тёплая привязанность, причём мы понимаем это оба, но обоих это устраивает. Одной, знаешь, в принципе тяжело.

Я кивнула, невольно вспомнив своего бывшего и следующие ужасные недели не жизни, а существования. Да уж, одной тяжело, особенно когда не ждешь от, казалось бы, близкого человека настолько вероломного предательства…

— Кстати, о любовниках! — Ольга выставила палец вверх, привлекая к нему моё внимание. — Тут это норма. Не скажу, что всеми желаемая, всё-таки ревность никто не отменял, но местные воспитаны с этим понятием и для них это не так шокирующе, как для нас. Причём любовник тут скорее идет в контексте второго мужа с ограниченными правами по части рождения общих детей. Но бывают и исключения, тут всё строго индивидуально. В общем, всё сложно, но можно. Но опять же, я много общалась с мужчинами-химерами и вот что тебе скажу — они такое не потерпят. Мы все дети своей эпохи и для нас это дикость. Просто перестроить психику и воспитание по щелчку пальцев невозможно. Так что, если ты приглядишь себе мужа среди химер, имей в виду: любовника он не потерпит. Но если вдруг ты влюбишься в человека, то знай, он не будет против, если ты однажды сообщишь ему, что завела себе любовника. Понятно?

Медленно кивнула, потому что ответить на это мне было нечего. И впрямь шокирующая информация… Но, наверное, всё логично, да? Пусть лучше будет любовник, чем неудовлетворенный маньяк-насильник.

Да уж… такое переваривать и переваривать!

— В общем, как-то так, — через пару минут улыбнулась Ольга, видимо, решив, что я достаточно осмыслила всё, что она уже рассказала. — Если захочешь поболтать, приходи в гости, буду рада. Я живу на соседней улице, дом под номером четыре-девять, табличку очень хорошо видно. Живем с Пашей, нам так удобнее. Я с десяти утра и где-то до трех обычно в школе, потом дома. У тебя сейчас есть ко мне вопросы?

Немного подумав, причём пришлось серьезно напрячься, кивнула и написала:

«Тут есть противозачаточные? А если я не хочу мужа, но хочу любовника, мне надо спрашивать разрешения? Дома тут полагаются только парам или я могу рассчитывать на дом? Как это происходит?»

— Так, — усмехнулась Ольга. — Давай по порядку. Противозачаточные тут в виде травяных настоек для мужчин. Только так. Причам скажу сразу, они тут в этом плане невероятно ответственные. Пока сама официально не заявишь, что хочешь замуж и ребенка, никто принуждать не будет. Женщин тут берегут. Не сказала бы, что преклоняются и боготворят, но заботятся. Нас мало, мы, так сказать, ценный ресурс. И лишний раз подвергать нас стрессу никто не вправе, это почти закон. Рожать тут рекомендуется не чаще одного раза в три года. Архангел следит за этим лично. При мне осечек не было, но раньше бывало всякое и, поверь, далеко не всегда выживали и дети, и матери. Так что местные на него практически молятся. Разрешения на любовника спрашивать не надо, это только твоё дело. Но с замужеством уже сложнее — пара должна получить официальное одобрение и разрешение у Арха. Опять же только после тестирования на приборе совместимости. Понятно, что сердцу не прикажешь и всё такое, но лучше сразу знать, что там будет по части детей, чем разочароваться в дальнейшем. Согласись.

Я с умным видом кивнула.

— Да, дома тут полагаются либо парам, либо ценным специалистам. Мне почти сразу дали, как узнали, что я учитель, — она усмехнулась. — Но первый месяц жила тут, пока Арх меня в чувство приводил и рассказывал, что и как. Он вообще классный мужик. Хотя и с прибабахом немного. Но кто из нас без него? Мужчины, если долго не могут найти пару, живут или в общей казарме, или при мастерских, там тоже есть общие дома. Кто-то получает отдельный, но только если ему это реально надо. Но мало кто так выбирает. Обычно в пустой дом заезжают молодожены, причём перед этим всем посёлком помогаем привести его в порядок. Сейчас пустует порядка тридцати домов. Они на своего рода консервации. Так что, если очень хочется, то можешь подать заявку, но я, если честно, не рекомендую. Свой дом — это реально морока. Причём учитывая местный климат, то тут хотя бы топить его по ночам не надо. Были б зимы, я бы точно чокнулась. Мне ещё повезло, что Пашка рукастый и никогда не отказывает, если о чем прошу. Да и мастера местные тоже никогда не против помочь. Я тут уважаемая дама, — она легкомысленно рассмеялась. — Родители учеников то и дело подкармливают, приходится на тренировки ходить, чтобы жирком не зарасти. Так что… Живи тут, это реально удобнее. Или тебе неуютно?

Я неопределенно дернула плечом, пока не рискнув сообщать Ольге об интересе Архангела. Не та эта тема, о которой я хочу общаться с психологом. Хотя…

«Почему Архангела так зовут? Это слишком странно.»

— О, я не знаю, — развела руками Ольга. — Никто не знает, как звали его раньше. Мне он тоже не открылся. Мне кажется, это что-то глубоко личное. Из тех времен, когда его исследовали в лаборатории таурианцев. Суть не знает никто, но все знают, что он там был. И его волосы и глаза, как и уникальные способности — это всё произошло там. Я зову его Арх и он не против. Тебя это… задевает? Ты верующая?

Я? Хах!

Из моего горла вырвался лающий бульк, но я всё равно написала:

«Нет. Я атеистка. Особенно в свете происходящего. Просто это слишком странно. Похоже на манию величия».

И замерла, ожидая, что на это скажет Ольга.

— Ну, знаешь… — она подозрительно облизнула губы, — может быть. Да, похоже. Но поверь, кем бы он сам себя ни считал, посёлок видит от него только хорошее. Даже если он объявит себя вторым Наполеоном, Цезарем или Мессией, его суть не изменится. Он действительно невероятно грамотный управленец и желает людям добра.

Людям, да…

Вздохнув, я не рискнула развивать тему, предпочтя написать:

«Спасибо за разговор. С тобой приятно общаться. Скажи, а если я захочу заняться рукоделием, чтобы не скучать по вечерам, где можно купить всё необходимое?»

— Купить? — Ольга странно рассмеялась. — О, нет, дорогая. Тут сейчас в принципе нет такого слова «купить». Как и денег. Бумажные банкноты обнулились в первый же год новой эпохи. Драгоценные металлы изъяли таурианцы. Наш максимум — это железо и по мелочи медь-олово, да алюминий. Но тратить его на монеты — кощунство. У нас сейчас полностью натуральное хозяйство и план. Каждому жителю посёлка, кто работает, полагается бытовой минимум, за этим строго следит Архангел. Если хочется чего-то уникального — делай сам. Если хочется вязать или вышивать, то нужно подойти к старшей мастерице и она выделит пряжи, тканей, ниток и прочего. В зависимости от того, что ты вообще хочешь. Ты вообще умеешь это делать или сначала учиться надо?

«В школе научили. Я всё помню. Хотела вышить узор на платье и связать что-нибудь. Тут бывает холодно? Шарфы, шапки нужны?»

— О, нет. Так сильно холодно не бывает. Давай так… — она задумалась. — Я подойду завтра так же перед ужином и покажу, что у меня есть из вязаных вещей. Сама глянешь. Заодно принесу тебе всё для рукоделия. Договорились?

Я интенсивно закивала и Ольга по доброму улыбнулась.

— Вот и хорошо. Знаешь, я рада, что ты добралась до нас. Ты славная. Искренне надеюсь, что Арх решит твою проблему. Но даже так, знай, ты хорошенькая. И у тебя всё обязательно будет хорошо. Я уверена.

Подмигнув напоследок, Ольга попрощалась и ушла, ну а я, подхватив доску с мелками, вернулась на кухню, где Анна уже накрывала на стол. Арх ещё не подошел, так что можно было немного выдохнуть и просто присесть на стульчик, наблюдая за ловкими действиями Анны.

А ведь она действительно очень быстро перестала меня бояться…

Может я действительно не ужас-ужас, а просто… фурри?

Или как там в интернете называли звероподобных мультяшных девочек?