Где, блядь, Лисса?

Я проверяю телефон в четвёртый раз за столько же минут, мой большой палец зависает над экраном, словно сообщения могут волшебным образом перестроиться. Ничего. Какого чёрта здесь происходит?

Разве мы не договорились встретиться здесь после того, как поспим пару часов?

Узел раздражения затягивается в моём животе. — Джонс. — Молодой агент поднимает взгляд от ноутбука с удивлением. — Ты не видел агента Лиссу?

— Нет, сэр. Со вчерашнего позднего вечера.

Конечно, нет. Я провожу рукой по влажным волосам, в голове проносятся варианты. Блядь, она проспала или... нет... чёрт. Она же не отправилась охотиться на этого психопата в одиночку, правда? Я уже знаю ответ, прежде чем вопрос успевает сорваться с губ.

Кого я, блядь, обманываю, конечно, отправилась. Скарлетт Лисса никогда не встречала правила, которое не согнула бы, если считала, что награда оправдывает риск. Это одновременно и раздражающее, и завораживающее её качество. Если она нашла зацепку, она не станет ждать подкрепления. Она пойдёт по следу одна, потому что поймать ПЕПЕЛЬНОГО ТВОРЦА самостоятельно гарантирует ей заголовки, награды и прямую линию в кабинет директора. Эту упрямую, амбициозную заразу не обуздать. И всё же... каким-то образом это делает её ещё более невыносимой и одновременно более невозможной для игнорирования.

В моём сознании непрошено возникает образ Скарлетт, стоящей в моём кабинете. Вызывающая. Всегда полная сознания собственного превосходства. Её острые глаза цвета мокко бросают мне вызов, пока она носит чёрный облегающий костюм, безупречно скроенный по её сенсационным изгибам, и те чертовски сексуальные туфли на её изящных ногах. Её длинные тёмные волосы распущены, а не собраны сзади — редкое зрелище, и они так и просятся, чтобы мои пальцы запутались в их глубине.

Я представляю, как вторгаюсь в её личное пространство ровно настолько, чтобы стереть самодовольство с её холодного, строгого лица. Проверяя, как долго она будет сверлить меня взглядом, прежде чем её дыхание выдаст её. Она никогда не подчинится, она будет бороться. Чёрт, она, вероятно, нанесёт первый удар, и я буду наслаждаться каждой секундой. Может быть, если мне очень повезёт, она даже будет царапаться и кусаться, как дикий зверь. Боже, как бы я хотел почувствовать, как её острые зубы и когти впиваются в мою плоть. Расцарапает ли она кожу и будет ли смаковать мою кровь? Застонет ли она, если попробует меня на вкус?

В моём воображении я сжимаю рукой её шею, заставляя её дыхание сбиться, а глаза широко раскрыться от шока, прежде чем заставить её тело перегнуться через мой стол. Моя грубая хватка удерживает её на месте, пока другая рука задирает её юбку-карандаш выше бёдер и срывает с неё трусики. Я раздвигаю её ноги своими, открывая её для моего жадного взгляда. Моя большая рука с силой опускается на её бледную плоть, пока я шлёпаю её, мать её, со всей силы. Нежная кожа мгновенно становится багровой и теплеет под моими прикосновениями. Я слегка отодвигаюсь, чтобы полюбоваться своей работой, но знаю, что этого недостаточно. Её хриплое дыхание, вскрики боли и стоны, полные возбуждения, наполняют мои уши, пока я сжимаю одну восхитительную полусферу, затем другую, теперь используя хватку на её шее, чтобы не дать ей сдвинуться ни на дюйм со стола.

— Вот так, детка, подчинись мне, и я заставлю тебя чувствовать себя так чертовски хорошо. — Я наклоняюсь над её спиной, позволяя ей почувствовать мой длинный, твёрдый член, прижимающийся к её плоти, и лижу её лицо, прежде чем прикусываю её щёку. Я позволяю своему носу скользить по её коже, глубоко вдыхая её аромат — шалфей, лимон с оттенком белого мускуса. Блядь, я бы съел её прямо сейчас. — Ты примешь меня всего в эту красивую, розовую киску. Я наполню тебя до краёв, и если ты будешь хорошей девочкой, я, возможно, даже позволю тебе кончить, Скарлетт, но только если ты угодишь мне.

Я расстёгиваю пуговицу на брюках и дёргаю вниз молнию, освобождая свой ноющий член. Набухший тёмно-бордовый кончик прижимается к её тёплой плоти, и мы оба издаём стон. Я проталкиваюсь между её ягодицами, позволяя длине моего члена двигаться вверх и вниз, покрывая её моей смазкой. Она изо всех сил пытается сбросить меня, но я придавливаю своё гораздо более крупное тело к её, распластывая её по поверхности стола. — Ты будешь кричать для меня, а, Скарлетт? Может быть, ты будешь умолять меня оседлать тебя, как моего собственного призового коня, маленькая лисичка.

Я приставляю головку моего члена к её кольцу мышц, и она мгновенно замирает подо мной. Я слегка ослабляю хватку на её шее, позволяя ей вдохнуть воздух в лёгкие. — Нееет... — кричит она, но толкает свою задницу навстречу моему телу, так что мой член начинает проникать в её тугую дырочку. Блядь, да.

— Тебе когда-нибудь трахали задницу, Скарлетт, или моему члену суждено стать первым? — Я наклоняюсь вперёд и прижимаюсь губами к её челюсти, проводя щетиной по её нежной коже. — Скажи мне правду, маленькая лисичка, я собираюсь туда, куда не ступала нога ни одного мужчины, или ты тайная шлюшка, которая любит, когда заполняют все её дырочки?

— Пошёл... ты... — рычит она, вечно своенравная маленькая сучка, и это вырывает смешок из моих губ.

— О, детка, я собираюсь. Более того, я собираюсь трахать твою киску так сильно, что ты будешь чувствовать меня несколько дней, а если не будешь осторожна, я прослежу, чтобы я трахнул и этот твой дерзкий ротик. — Я смещаю бёдра, вытаскивая свой член из её тугой дырочки и прижимаясь к её набухшему клитору. Раз, два, а на третий раз я врываюсь в её киску, заставляя её принять меня до самого основания, вдавливая свой таз в её задницу.

— Таааак... блядь... тесно, — цежу я сквозь стиснутые зубы, давая ей мгновение, чтобы привыкнуть к моей длинной, толстой длине, прежде чем отвожу его до самой головки и снова и снова вонзаюсь в неё. Её сладкая влага покрывает мой член от основания до кончика, и уголок моей губы приподнимается в усмешке от осознания, что она хочет этого не меньше меня. Звуки хлопков нашей кожи друг о друга громки и непристойны и соперничают с отчаянными всхлипами Скарлетт. Стол начинает двигаться и скрежетать по линолеуму в такт моим толчкам. — Вот так, детка, ты так хорошо меня принимаешь. Моя идеальная шлюха.

Её киска сжимается и сдавливает меня, заставляя мои глаза закатиться, когда её тело начинает толкаться навстречу мне, призывая трахать её быстрее и жёстче. — Хорошая девочка, принимаешь всё, что я могу тебе дать. Я наполню тебя до краёв своей спермой, и ты встанешь на колени и поблагодаришь меня, вылизывая мой член, Скарлетт.

Хлопок двери вырывает меня из моих грязных мыслей, и я возвращаюсь в реальность, оглядывая стремительно наполняющийся офис в замешательстве. — Блядь, — проглатываю я стон и незаметно поправляю свой твёрдый, ноющий член. Равные части разочарования и заворожённости проходят сквозь меня от этого прерывания. Господи Иисусе, что, блядь, со мной не так? Я сжимаю челюсть так сильно, что она начинает болеть. Эта женщина становится грёбаным профессиональным риском. Мне нужно обрести хоть какое-то подобие контроля, иначе я рискну своей карьерой из-за неё, а это было бы нелепо. Ни одна киска не стоит того, даже Скарлетт.

Мой телефон вибрирует в ладони, прежде чем я успеваю углубиться в опасное направление своих мыслей, и вырывает меня из моей одержимости всем, что связано с красивой киской Скарлетт. На экране высвечивается: Доктор Стивенс.

— Гарнье, — рычу я в телефон, и хрипотца в моём голосе удивляет даже меня. Я наполовину раздражён тем, что реальность осмелилась и имела наглость прервать мои грёзы, и наполовину облегчён, потому что знаю, что они ни к чему не приведут, кроме боли в яйцах и ярости.

— Кажется, я что-то нашёл. — Возбуждение в голосе Стивенса чисто рассекает туман в моей голове и разгоняет все блудные мысли о трахе Скарлетт Лиссы. — Тебе нужно спуститься в морг.

Мой пульс выравнивается, а пальцы сжимают телефон почти до хруста. — Это Пепельный Творец?

Наступает короткая пауза, в которой я слышу только тяжёлые вздохи Стивенса. — Думаю, тебе стоит увидеть это самому.

Я не жду ни слова, заканчивая звонок и уже двигаясь к выходу, не оглядываясь. Что бы ни нашёл Стивенс, это достаточно важно, чтобы вырвать его из привычной отстранённой профессиональности. Уже одно это заставляет все мои инстинкты насторожиться и посылает разряд возбуждения по моему телу. Засовывая телефон в карман, я позволяю одной мысли закрепиться.

Если Скарлетт действительно отправилась в одиночку по следу этого убийцы... Тогда впервые с начала этого расследования я беспокоюсь не о том, что она пропустит арест. Я беспокоюсь, что Пепельный Творец уже нашёл её.

Блядь. Где ты, Скарлетт?