Я смотрю, как она смотрит на свою закуску с выражением полного ужаса. Не совсем та реакция, на которую я надеялся, после того как сказал ей, что хочу доставить ей удовольствие и переспать с ней. Её тёмные глаза цвета мокко затенены, а брови нахмурены, словно она отчаянно пытается придумать другой вариант, кроме того, который я ей предложил.

Ты ожидал, что она упадёт к твоим ногам от восторга или, возможно, раздвинет ноги прямо здесь, за столом, идиот?

Нет, но я надеялся, что она не будет так против этого варианта. То, как она мгновенно отшатнулась от меня, стало ударом по моей гордости. Я знаю, по правде говоря, я неплохо выгляжу, и она была права, когда сказала, что у меня нет недостатка в компании, если я захочу. Проблема в том, что я не хочу. Никто не вызывал моего интереса долгое время, пока не появились Пепельный Творец и моя маленькая Сорвиголова.

Может, тебе стоит переспать с кем-то другим, желательно с тем, кто ещё дышит. Тогда ты не был бы так одержим этой цыпочкой, которая может посадить тебя за решётку до конца жизни.

ЗАТКНИСЬ, БЛЯДЬ! Я сжимаю руки под столом в жалкой попытке не дать себе выплеснуть гнев, швырнуть всё на пол, схватить Скарлетт и заставить её уйти со мной. Нож для стейка, который официант поставил передо мной, дразнит меня видениями того, как я приставляю остриё к её красивой шее, пока она сопротивляется мне. Мне нужно взять себя в руки, пока я не сделал или не сказал что-то, что нельзя будет отменить.

Её маленькая сумочка снова вибрирует на столе, но она так погружена в свои мысли, что, похоже, не замечает этого. Интересно, это её напарник-пизда пытается до неё дозвониться. Я точно знаю, что новых тел не появлялось с момента обнаружения последнего. Моя рука тянется через стол, я незаметно сталкиваю её сумочку на пол и ногой задвигаю её под стол к себе. Я не позволю ему испортить мне это. Она моя, и я намерен наслаждаться каждой её частью.

Она не согласилась трахаться с тобой, Ксавьер. Она может и не согласиться. Ты недооцениваешь её на свой страх и риск.

Она согласится. Моя Сорвиголова понимает, как играется в эту игру. Она не в том положении, чтобы отказываться от предложения, которое может приблизить её к Пепельному Творцу, даже если она не осознаёт, что это не то, чего она на самом деле хочет. Я уловил её выражение лица, когда я признался в правде о том, почему Пепельный Творец убивает мужчин. Она нисколько не удивилась, и на одно короткое мгновение позволила своей маске соскользнуть, и я увидел не только принятие того, почему происходят убийства, но и одобрение. Её работа и долг говорят ей, что она должна остановить Пепельного Творца, но её сердце и разум не убеждены в этом.

У нас со Скарлетт так много общего; мы оба родом из мира, который знает тьму, бедность и боль. Мы знаем, что монстры реальны и ходят среди нас. Мы те, кто выжил после того, что пыталось сломать нас. Это делает нас не только равными, но и родственными душами, даже если она ещё не знает об этом.

— Как? — Она прочищает горло и встречается со мной взглядом. — Как вы обнаружили эту связь?

Это должно быть интересно.

Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоить нервы. Мне нужно быть осторожным. Одно неверное слово — и кто-то такой наблюдательный и проницательный, как Скарлетт, может заподозрить мою причастность к Пепельному Творцу. Я хочу, чтобы она обнаружила это сама со временем, после того как я уже сделаю её своей. Её телефон снова вибрирует в сумочке, на этот раз у меня под ногой, и мне хочется с силой наступить на него и раздавить.

Упрямый ублюдок, не так ли? Может, тебе стоит перерезать ему грёбаное горло, Ксавьер? Это заставит его замолчать навсегда.

Я решаю использовать версию правды. — Я обученный репортёр, Скарлетт, и мы копаем до тех пор, пока не находим то, что ищем. Начали появляться улики, на которые, казалось, никто не обращал внимания, и это привело меня к Пепельному Творцу.

— Он оставляет вам подсказки? — спрашивает она, и её голос звучит нерешительно, и я заставляю себя не ухмыляться. О, милая Сорвиголова, тебе нравятся подсказки, которые я тебе оставляю?

Прежде чем я успеваю ответить, нахальный официант приближается к нашему столику с нашими основными блюдами и бросает на нас огорчённый взгляд из-за нетронутой икры. Приятель, не знаю, чему ты расстроен. Я тот, кому придётся платить за это дерьмо.

Мы оба молчим, пока он ставит перед нами дорогую говядину, и я понимаю, что внезапно умираю от голода, и не только от желания попробовать Скарлетт. Она ковыряется в еде, но я с точностью отрезаю идеальный кусок мяса и отправляю его в рот со стоном. Лёгкая усмешка появляется на её лице, прежде чем она тоже откусывает кусочек, и её выражение меняется на удовольствие. — Вкусно, правда? — Я вытираю рот салфеткой и замечаю, как она краснеет.

— Отвечая на ваш вопрос, да, в некотором смысле я считаю, что Пепельный Творец оставляет мне подсказки. В этих преступлениях есть своего рода artistry, красота среди смерти и пепла. Я думаю, вам просто нужно её искать.

— Красота в убийстве? — спрашивает она с приподнятой бровью, откусывая ещё один кусок, и меня наполняет удовлетворение от того, что она наслаждается едой.

— Красота есть во всём, Скарлетт, даже во тьме и зле. Зло существует не только для того, чтобы развращать или разрушать. Его единственная цель, я считаю, — поддерживать баланс. Тот баланс, который нужен миру, иначе он погрузился бы в полный хаос.

— То есть вы говорите, что миру нужен кто-то вроде Пепельного Творца? Вы звучите почти как последователь, Ксавьер. Может, вы член фан-клуба Пепельного Творца?

Я кладу нож и вилку и откидываюсь на спинку стула, встречая её любопытный взгляд. — Может, побудем немного честными друг с другом, Скарлетт? Без игр, без язвительных ответов, просто правда. — Она кивает и отпивает вина, и я на мгновение заворожён тем, как её горло движется вверх и вниз. Мои пальцы чешутся обхватить её нежную плоть и услышать, как она ахнет, когда я перехвачу её дыхание.

— Если бы вас не сдерживала ваша присяга и закон, которому вы служите, стали бы вы на самом деле пытаться остановить Пепельного Творца, зная то, что знаете сейчас? Я видел вашу реакцию на мои слова. Вы уже установили связь. Вы знаете, что они делают то, что вы не хотите или не можете делать.

— Закон служит своей цели. Несмотря на моё желание видеть, как каждый педофил и обидчик женщин платит за свои преступления, я не одобряю самосуд.

Я фыркаю от её абсолютной ерунды. — Правда, которую мы оба хорошо знаем, которую мы видим каждый день, заключается в том, что закон проваливается гораздо чаще, чем защищает кого-либо. То, что делает здесь Пепельный Творец, — это не слепой самосуд. В этом есть метод и практичность. Никто, кроме преступников, не страдает, Скарлетт. Почему бы не дать Пепельному Творцу немного больше свободы и посмотреть, сколько этих грязных демонов можно отправить обратно в ад? — Её глаза сужаются от моего заявления, и я чувствую, как воздух вокруг нас меняется, наполняясь напряжением.

О, чёрт, ты только что облажался, Ксавьер. Ты выдал себя, мальчик.