Светильник в покоях я зажигать не стал. Скинул сапоги, растянулся на покрывале и уставился в тёмный потолок. Сон не шёл, да я его и не звал. В голове снова и снова всплывали строки задания, и с каждым прочтением от них накатывало всё больше злости и эмоций. Столько раздражителей за сутки… Одни радуют, другие разочаровывают, третьи бесят.

Хотелось уснуть и отключиться, чтобы ни о чём не думать. Но куда там с моими желаниями, когда у Системы появляются свои в отношении меня.

Сжал кулак так, что костяшки затрещали и задрожала рука. Выплеснуть бы весь этот негатив, вернуть себе холодную голову. Но как же тяжело это сделать!

Система! Значит, вот так ты решила сыграть⁈ Хочешь, чтобы я ради отца снял голову существу, от которого шарахаются даже местные боги? Они не рискуют сходиться в открытую, потому что боятся потерять силу и положение, статус и могущество, боятся, что их место займёт тот, кто на эту битву не явится! Или ещё хрен знает, по какой причине тянут и ждут! А я ведь помню, что им силы даны как раз для того, чтобы урезонивать тех ублюдков, что рушат баланс и даже близко не могут относиться к категории простых смертных! А мне, значит, по-твоему, в самый раз идти и убивать этого монстра, способного зажать молнию в пространстве, да⁈

Хорошо… Ладно. Отлично! Раз хочешь, ты это получишь. Никто и не собирался отказываться. Охота на Альфу, так охота на Альфу! Она и так входила в мои планы без всяких условий. Только раз уж ты выставила всё подобным образом, то потом изволь объяснить мне всю эту чертовщину.

Я только нашёл свою семью! Только ощутил прелесть жизни и радость домашнего тепла! И почти сразу мне пришлось проводить сестру! Это её выбор, и я его принял. Но принять и согласиться — далеко не одно и то же. Я недоволен, что именно она несёт этот крест и бремя!

Теперь очередь отца… Ушёл, неизвестно куда и неизвестно зачем, и мне опять его искать. Я даже понять не могу, жив ли он!

Ладно, ставь свои невыполнимые условия… Мне не впервой иметь с ними дело. Но, если тебе дорог твой Клинок, готовь вразумительный ответ. Я человек, а не машина! Играть на моих чувствах я не позволю никому. Даже тебе!

Система молчала. Ни строки перед глазами, ни знака. Алиса выбралась из души, устроилась рядом и положила голову мне на плечо. Без острот, без вопросов. Просто легла под боком, давая тепло и мерно посапывая в ухо. Есть ночи, когда этого достаточно.

Я так и кипел от собственного бессилия, пока под утро не провалился в сон. Но вскоре меня разбудил Граф. Пора было отправляться к драконидам.

В портальный зал я спустился на рассвете, и свободного места там не было. Провожать делегацию собрались орки при оружии, Архонты со свитами, мой отряд целиком. Голоса сливались в сплошной гул, какой можно услышать в любой толпе.

Одно место я выбил для своего делегата, одно — для представителя Совета Домена. Другие два достались оркам.

Я огляделся: мои стояли сонные. Я не говорил им, кто именно пойдёт на встречу вместе со мной, потому что был не в том состоянии, чтобы решать. Сейчас же, когда эмоции чуть улеглись, понял, кто именно мне нужен в напарники.

Герда обнаружилась ближе всех к арке. Божество Дракории за ночь так и не сменило насест. Валькирия держалась прямо, хотя переминалась с ноги на ногу чаще обычного.

— Он дёргает хвостом во сне, — пожаловалась она шёпотом, стоило мне подойти. — Всю ночь. А хвост у него длинный, отбил мне все мышцы.

— Спины? — с интересом уточнил Ратмир.

— Если бы! Ниже… — слегка смущаясь, произнесла она втрое тише обычного.

— Зато какой опыт. Не каждому выпадает такая честь… — задумчиво осмотрел отбитую длинным хвостом пятую точку командир дружины.

Болдур ждать не стал и поднял руку, гася разговоры. Первыми своих объявили орки.

Ургаш вышел вперёд под одобрительный рёв сородичей. Не удивлён: Ирташ за его спиной пережил осаду и стоит до сих пор, а такая рекомендация весит больше любых титулов. Да и статус Искателя степь кому попало не выдаёт.

Второго я видел чуть ли не впервые. Орк на полголовы выше коменданта, в тёмном пластинчатом доспехе и с секирой за спиной. Для своих габаритов он двигался на удивление тихо. Ургаш подвёл его ко мне сам.

— Знакомься, Алекс. Гронхок, вождь. Он вчера на совете не был, пришёл, только когда мы выбрались. Мы с ним ходили в походы, когда у меня ещё оба уха были целы. Двадцать шесть кампаний за плечами. Сражения он после первой сотни считать бросил.

— Сбился, — поправил Гронхок и протянул мне ладонь.

— Сбился он, как же… Скажи ещё, что забыл, как тебя чествовали дракониды на турнире новичков десять лет назад.

Я с интересом поглядел на коллегу, протягивая руку в ответ.

— Лучше не вспоминать. Проиграть в финале… Я год прийти в себя не мог, — махнул он лапищей и пожал мою руку.

— Главное, что они тебя до сих пор должны помнить. Шуму много ты тогда наделал. Скольких их претендентов выбил на своём пути!

— Да ладно, не чемпиону Дракории рассказывай о том, что я там когда-то у них показал, — смущённо произнёс орк, давая понять, что обо мне он знает побольше, чем я о нём.

Орки за их спинами застучали древками копий о камень, провожая своих делегатов честью. Я же мысленно снял перед степью шляпу. Она отправляет не просто ветерана со статусом Искателя, она отправляет лицо, которое Дракория помнит по собственным аренам. Кто-то этой ночью хорошо подумал головой.

Домен своего делегата тоже определил. Болдур коротко объявил решение Совета, и вперёд шагнул Леман. Выбор понятный: глава Жироны свои земли не унаследовал, а выгрыз; пограничье приучило его к войне, а суровые предгорья и ветер сделали его несгибаемым. При этом за ним давно ходит слава удачливого, а удача в чужой столице стоит не меньше стали. Выбор был достойный. Кто именно пойдёт, решали всем Советом, так что возражать я даже не собирался.

Второго от нас называл я и тянуть с этим сюрпризом не стал.

— Имирэн. Со мной идёт Имирэн.

Зал притих, а отряд уставился на меня.

— Эльф? — нахмурился Граф первым. — Алекс, не лучше ли человека послать?..

— Не лучше. Нас и так двое людей, а с добавлением эльфа, тем более такого, наше собрание становится куда солиднее. Покажем дракорийцам, что дети леса тоже воюют, пусть и скромными добровольцами.

Я не стал развивать свою мысль, но был совершенно уверен в своём решении. Для Дракории мы всё ещё маленькая страна со скромной армией. И притащить с собой эльфа, причём такого, — это послание императору Эйрахону: будете показывать свой большой аппетит — мы свернём вектор дружбы в сторону заморских эльфов. Конечно, аппетит у Дракории никуда не денется, но это поможет империю слегка урезонить. К тому же конкретно с этим эльфом Дракория знакома.

— А меня, значит, опять оставляют, — фыркнула Герда. — Я, между прочим, всю ночь…

Договорить ей не дали. Божество Дракории открыло глаза, зевнуло во всю маленькую пасть, стекло с её плеч на пол и в пару текучих движений взобралось по Имирэну, улеглось у него на плечах и снова прикрыло глаза.

— Ну знаете! — всплеснула руками Герда. — Я его всю ночь таскала, а повышение получает эльф⁈

— Служба неблагодарная, — вздохнул Мэд.

Алиса вышла из моей души, посмотрела на устроившегося бога и взяла меня под руку.

— К твоей шее пусть даже не примеряется. Место занято.

— Само собой… — с улыбкой ответил я Лисоньке.

Пока делегация выстраивалась перед аркой, я в который раз прокрутил в голове саму схему визита. Обычно владыки, правители и парламентёры так не путешествуют. Дракониды привыкли прибывать на левиатоках, с эскортом и знамёнами, орки для внушения приводят под чужие стены орду, и оба способа работают безотказно. Но портал не пропустит ни воздушный корабль, ни три сотни тысяч личной армии царя. Идущий через портал приходит малым числом и остаётся куда беззащитнее, и с этим риском сейчас смирились все, включая Дира.

Дракониды при этом рискуют не меньше нашего. Координаты, вшитые в рунные цепи портального зала, в любой державе считаются государственной тайной, и чужим правителям их не сообщают даже под союзные клятвы. Но Эйрахон сообщил. И после совета ему, скорее всего, придётся эти координаты менять, а это означает полную перестройку зала. Работа долгая и дорогая даже по имперским меркам. Похоже, цену нынешней войны в Дракории понимают весьма неплохо.

Болдур на прощание длинных речей разводить не стал:

— Слушайте, запоминайте, лишнего не обещайте. — Он по очереди пожал руку каждому из нас. — Остальное решите на месте. Алекс, буду ждать. Надеюсь, с добрыми вестями. Дракория любой ценой должна оказаться нашим помощником в этой войне, иначе мы рискуем разориться через три месяца.

Шаманы закончили настройку, рунные цепочки со свитка легли в дуги арки, и портал вспыхнул белым светом. Я кивнул своим на прощание и шагнул в свет следом за Ургашем.

По ту сторону нас ждали. Кольцо гвардейцев с копьями наперевес, начищенная броня, ни одного лишнего движения. Строй разомкнулся не сразу. Сперва старший дождался, пока Ургаш представится. Узнав, что прибыл я, сместился в сторону и приветливо, даже учтиво, поклонился мне. Очень показательно. В нашей делегации меня считают главным, тогда как остальные — просто спутники.

Нас, тем не менее, переписали. Учли, кто прибыл и какие титулы да регалии каждый носит. На эльфе, как я и ожидал, задержались, удивлённо почёсывая морды. Хранителя священной рощи из соседнего эльфийского государства, выглядящего совсем не по-эльфийски, они не ожидали здесь увидеть. Даже уточнили: он тоже прибыл как гость, ведущий войну с армией безголовых или просто делегат? Имирэн в ответ поднял бровь и уточнил, что его ответ вообще меняет.

В итоге сказал, что сопровождает меня и представляет свой народ, который не остался в стороне от чужой беды. То, что эльфов в процентном соотношении и процента не наберётся, он говорить не стал и правильно сделал. Важен сам факт.

Перед ним даже извинились, что для драконидов — небывалая редкость, после чего нас провели по короткой галерее во внутренний двор. Мы задержались на открытой террасе по пути. Вернее, я задержался, увидев врезающуюся в память картинку, которую просто не мог проигнорировать.

— Санхандир. Так называется эта крепость. С древнего наречия означает «раскалённое железо», — пояснил сопровождающий.

Это была не просто крепость, а, как и Ратибор, полноценный город-крепость, что поднимался по горному отрогу, и каждый ярус в одиночку тянул на отдельную твердыню. Я такого даже в кино не видел… Стены из тёмного камня были такой толщины, что по ним свободно разъехались бы две повозки. Кладку прошивали рунные цепи, и сделаны они не для красоты: воздух над стеной плотнел, выдавая слой защитного купола. Причём не одного. Я сразу захотел прикинуть, выдержат ли они лучи из ружей пастухов.

Между ярусами вились широкие дороги, по которым ползли вереницы повозок. На верхних площадках темнели механизмы под чехлами, и, что именно там пряталось, оставалось гадать. Но гадать не хотелось. Хотелось однажды посмотреть на это в работе. Желательно со стороны.

Я бывал в Дракории и кое-что успел повидать. Аматир запомнился причальными мачтами и торговой суетой, Драко Палацо слепил позолотой и церемониями. Столичные красоты работали как витрина: они показывали гостю богатство империи. Санхандир же показывал другое. Здесь империя не хвасталась, здесь она собиралась воевать. И от этой разницы по спине пробегал холодок пополам с огоньком уважения внутри.

Ниже террасы, между вторым и третьим кольцом стен, раскинулись мастерские и дома, а за дальним кольцом стен были видны военные лагеря. Ряды палаток уходили вдаль ровными линиями, между ними двигались колонны солдат. Посчитать, сколько здесь всех, я не смог бы даже примерно. А потом я поднял голову и хмыкнул. Империя и впрямь умеет удивлять…

Над Санхандиром висел флот. Десяток тяжёлых левиатоков стоял в небе у причальных мачт, и даже с такого расстояния в обводах угадывался имперский класс. Между ними и мачтами сновали суда поменьше, но все как один тоже солидные, готовые к войне.

Вздохнул, с теплом вспоминая полюбившуюся и отданную своими же руками «Стрелу Ветра». Тогда один левиаток казался мне чудом инженерии. Сейчас над одной крепостью их висело больше, чем я видел за всё то путешествие по Дракории.

Алиса возникла рядом без единого звука.

— Тут много собралось… — она взяла меня за локоть, и по её пальцам я почувствовал дрожь.

— Кого?

— Богов… Драконы или драконоподобные божества — отсюда я их не различу. Они повсюду: в небе, под городом, на кораблях. Стольких разом я ещё не ощущала.

— Больше, чем в столице?

— Столица теперь кажется мне тихим местом. Сейчас на мне разом больше пятидесяти чужих взглядов…

Я оглянулся на своих. Держать лица получалось не у всех. Леман застыл у парапета, забыл, как дышать. Гронхок провёл ладонью по рукояти секиры да так руку с неё и не убрал. Ургаш выдохнул что-то на орочьем себе под нос. Имирэн молчал, а божество на его плечах приподняло голову и разглядывало родное небо.

Нам навстречу вышел драконид в чёрном мундире с серебряной оторочкой. Немолодой, со старым рубцом поперёк чешуи на скуле. Он ударил кулаком по нагруднику.

— Досхан, комендант Санхандира. Император поручил мне встретить делегацию востока. Покои готовы, совет соберут по прибытии всех сторон. Император прибудет в любой момент, будьте готовы. Для гарнизона честь принимать на этих стенах чемпиона Дракории.

По рядам гвардии за его спиной прокатилось движение, и в заднем ряду кто-то из местных стражей зашикал: мол, я так и знал, что это он.

— Благодарю за радушный приём, — кивнул я и осмотрел нашу скромную делегацию.

Выводы и без «Глубокого анализа» напрашивались. Император не изображает участие в войне. Легионы и флот в такой сборке ради галочки не выкатывают. Срыв полыхнул на орочьих землях, восточнее имперского рубежа, и Эйрахон намерен убедиться, что зараза не перекинется через его границу. И уж тем более ему мешают многочисленные колонны легионов Часовых, которым плевать, по чьим землям они шагают, чьих подданных убивают ради энергии и чьи города разбирают на запчасти.

Уверен, он постарается выторговать — а то и силой забрать — у нашего так вовремя созданного альянса столько преференций, сколько сумеет унести, начиная с трофейного железа и заканчивая землями. Право у него на это, если честно, есть: такую военную машину легко не собрать.

И ведь как всё «удачно» совпало… Только мы разгребли проблемы и договорились между тремя цивилизациями, как пришли изменения и вместе с ними новый ворох бед. И у этой безголовой проблемы оказалось в руках оружие, что пробудило Часовых. Они всегда являются туда, где высокие технологии начинают ломать баланс мира. По крайней мере на этом континенте. На других, как я понимаю, есть свои такие же «Часовые».

В общем, наш мир докатился до черты. И никто не думал, что она так близко…

— Совпадение или нет, как думаешь? — шепнул я в сторону собственной тени.

— А чего тут думать? — отозвалась Алиса сразу. — Для нас это неважно. Это очередной выбор и очередной вызов. Мы должны лишь принять его и показать всё, на что способны. Иди вперёд, делегат мой.

— И то верно.

Я посмотрел на свои доспехи и понял, что, несмотря на всю их уникальность и приковывающий взгляд дизайн, они не подходят. Закрыл на мгновение глаза и представил другой облик, чуть более торжественный, подходящий для подобных ситуаций. Форма «Лидер». И пусть все видят, что пришёл не просто какой-то человек из маленькой далёкой страны.

Доспехи расплылись и перетекли в новую форму. За спиной — плащ со знаменем кабанов, на груди — оттиск благородного, мудрого лиса, которым, я, надеюсь, когда-нибудь стану.

Благословение разлилось по четырём соратникам, и я, коротко на них глянув, шагнул вперёд:

— За мной, воины.