Наверх мы слегка припозднились, как ни спешили. На втором ярусе с лестницы уже сыпалась первая волна. В жёлтом свете полос впереди шли прыгуны, за ними — мелкие шары, а под потолком, цепляясь за светильники, уже шелестели летяги. Весь квартал шёл к нам на тепло и на шум. Пятиться нельзя. За спиной три яруса и терминал, и с каждым шагом вниз эти твари ближе к нему. Убивать их не проблема. Проблема в том, чтобы протолкаться сквозь эту массу наверх, к воротам, и не пропустить никого мимо себя. Чем ближе к входу, тем легче вести оборону. И проще контролировать небо.

— Строй на марш! Бряч, Герда, ко мне! — Ратмир занял середину пролёта. — Граф, щиты!

Казначей вытряхнул из кольца два щита, и Брячедум с Гердой разобрали их на ходу. Гном взял молот в одну руку, а щитом закрыл себя с головой. Герда затянула ремни на левом предплечье и схватила топор одной рукой, сила позволяла. Ратмир поднял свой щит.

— Граф, Алекс, работаете через нас. Мэд, идёшь первым, отвлекаешь внимание. Но не отрывайся далеко и не рискуй. Чуть что, двигай обратно!

Мэд в полном облике уже стоял на ступень выше всех и рыкнул в ответ. Первый прыгун сиганул через строй, и Зиркс снял его в полёте метким ударом стальной руки в вытянутую челюсть. Второго Герда развалила пополам с одного маха. Граф пустил тьму сквозь щели строя, и передние шары зашипели, разъедаясь. Я жёг летяг на потолке. Они вспыхивали и падали на головы прыгунам, а Маша с Шаэлисс за строем резали всё, что просачивалось между щитами. «Приговор» резал монстров только так, кинжалы дроу работали тихо.

— Шаг! — Ратмир двинул строй вверх.

Мы поднимались ступень за ступенью, и на каждой оставалась гора трупов. Мэд шёл первым, таранил грудью, рвал когтями. На нём повисли три прыгуна, и он размазал их об стену. Минуты за три мы вышли на первый ярус, и от ворот на нас покатилась вторая волна.

Самое страшное, что с площади протискивалась голова червя. Здоровая, размером с бочку. Глаз нет, зато зубов в круглой пасти аж три ряда. Метра три этой громадины уже протиснулись.

[До завершения эвакуации: 09:10.]

— Червя топором не рубить! — напомнил Ратмир Герде, и та огрызнулась, что помнит. — Вася, метку на башку!

— Есть метка, — повёл Вася взглядом, и голову червя окутал тусклым, но заметный контур.

— Мэд! Отвлеки червя! Всё на Мэда!

Последнее Ратмир говорил не нам, а себе, раскидывая бонусы и усиления. Оборотень рванул к воротам, а у меня в статусе одна за другой пошли строки. Мелькали они и раньше, и я ощущал только лёгкую прибавку к Силе или к Скорости, а вчитываться было некогда. Сейчас, между двумя молниями прочитал из любопытства. Что ж, ситуация не выглядит критической.

[Наложен эффект благословения «Слово командира». Наложил: Ратмир. Время действия: 00:12. Эффект: команда слышна сквозь любой шум, Скорость на время выполнения приказа повышается на 10 %.]

[Наложен эффект благословения «Прикрытая спина». Наложил: Ратмир. Время действия: 00:41. Эффект: в двух шагах от щита командира урон с флангов и тыла снижен на 15 %.]

[Наложен эффект благословения «Держаться!». Наложил: Ратмир. Время действия: 00:41. Эффект: пока командир стоит, устойчивость к сбиванию с ног и оглушению в строю +20 %.]

[Наложен эффект благословения «Общий счёт». Наложил: Ратмир. Время действия: 00:20. Эффект: каждое убийство любым бойцом отряда даёт отряду +1 % к урону, до 10 %.]

Дальше шло «Плечом к плечу», а за ним ещё строки, только читать дальше смысла не было: и так понятно, в чём особенность его Пути. Комплексное усиление, много небольших бонусов и парочка солидных. Сила выросла на десять процентов, Выносливость — на пятнадцать. Скорость — на все двадцать. Да, ненадолго. Но всё равно приятно и полезно, когда идёт активная мясорубка.

[Наложен эффект благословения «Ставка на одного». Наложил: Ратмир. Цель: Мэд. Эффект: все благословения командира переданы одному бойцу и удвоены. Остальные бонусы сняты.]

Строки погасли, прибавка ушла из тела, но я не жалел.

Голова червя дотянулась до Мэда и впилась ему в плечо присоской. Оборотень стал враспор, дёрнул, но пасть держала, зубы ушли под шерсть, и по плечу потекло.

Отдирать червя Мэд не стал. Свободной лапой с горящими когтями полоснул ниже пасти — там, где голова переходила в тело, — и червь лопнул. Слизь ударила во все стороны, залила прыгунов у прохода и шары за ними, и всё зашипело и задымилось. Мэд тоже чадил вместе с ними и рвал тех, кто ещё дёргался.

И до нас долетели брызги… Три щита приняли их, никого не задело.

Пока твари у ворот дожаривались в слизи, Имирэн вышел из строя, полоснул ножом по ладони и прижал её к бетону. Кровь ушла в трещины, и у входа полезли корни. Обычные тёмные корни толщиной в руку сплелись в проёме за несколько секунд и закрыли его от пола до свода.

— Стебли с площади не проще было? — кивнул Ратмир в сторону выхода.

— Этой дряни я даже касаться не буду, — держал Имирэн ладонь на полу. — Две минуты на стену. Потом новую. И резерв маны не бездонный, создаю на пределе сил. Твари вырывают с корнем. Добейте остальных и займите позиции…

Двух минут нам хватило. Мы добили всех, кто успел пройти внутрь, и перестроились в воротном тамбуре, между внешними и внутренними створами. С той стороны в корни вгрызались. Стена дрожала, лопались отдельные ветки, и эльф тут же выращивал новые и с каждой бледнел всё сильнее.

Герда с Брячедумом успели поспорить, кто встанет в проходе первым: гном напирал на молот, валькирия — на рост. В итоге Ратмир поставил обоих и закрыл вопрос.

— Стрелки, занимайте удобные для ведения огня позиции позади, тут много укрытий и баррикад. Давайте, ребята, в темпе! Вася, Имирэн, Зиркс, огонь по всем тварям. Щиты удерживают строй. Алекс, корни едва держат. Может, лёд? Как ты рассказывал…

— Сделаю, — шагнул я вперёд.

Чем хороша магия, так это тем, что нет необходимости искать в окружающем пространстве достаточное количество жидкости и стягивать её. Посредником и строительными компонентами выступает мана. И вот я создал ледяную преграду на всю ширь дыры перед нами, сменяя корни Имирэна. Пробка встала плотно. Твари с той стороны заскребли. Заскрежетало так, что свело зубы. Изо ртов пошёл пар.

Брячедум глотнул из фляги и протянул настойку бледному эльфу. Тот не стал отнекиваться. Хлебнул и сразу покраснел.

[До завершения эвакуации: 06:40.]

Лёд лопнул раньше, чем я рассчитывал. Снаружи зашипело, по пробке пошли трещины, и она просела внутрь кусками, а следом в тамбур хлынул пар. Я хотел было восстановить пробку, но понял, что дело это бесполезное. Тварь, что пробила лёд, сможет сделать это ещё раз. Всё же пробку тут не получится сделать такой же большой, как при закрытии Срыва. Но я всё равно удивился. Пожалуй, покину комплекс и узнаю, кто это настолько сильный тут нашёлся.

Ратмир заорал: «Огонь!» — и стрелки дали залп в проём по набегающим и скользящим по сгораемому льду тварям. Граф поднял с пола каменную плиту в половину проёма, Герда с Брячедумом подтащили к ней остатки баррикад. Я нырнул в тень и вышел снаружи, чтобы посмотреть, кто там такой настырный.

За воротами, шагах в ста, между мёртвыми машинами стояла тварь, каких я тут ещё не видел. Туловище у неё было от мясного шара, размером с дом, и из него в нашу сторону тянулись пять червячьих шей с пастями. Из боков и на шеях, как на жгутах, торчали шары поменьше, дёргались и пульсировали, как паразиты. Тварь мотнула боком, шар оторвался от жгута и полетел в ворота. Он ударил в остатки льда и растёкся кислотой. Лёд, который в степи выдержал безголовых, здесь снесли мясным шаром, накачанным кислотой…

Я вернулся и нашёл взглядом Ратмира.

— Если эта дрянь подойдёт вплотную и устроит штурм, худо будет всем. Половина времени прошла. Командир, дай приказ. Я выйду и уберу её.

Ратмир глянул в щель, сверился с таймером и кивнул:

— Иди. Мы держим периметр.

Я протиснулся в щель между плитой и створом, ушёл вверх над площадью и ударил молнией по ближней шее с дистанции. Червь обуглился до половины, и тварь взревела всеми пятью пастями. И не умерла… Живучести в ней оказалось до обидного много.

Вторую молнию пустил в тело, следом фаербол, морозные болты веером по шеям, и с каждым ударом от туши отваливались куски, но тварь лишь поднималась выше. Оказалось, это не всё тело, а только «голова»: остальная часть в канализации сидела.

Из-под земли, разворачивая асфальт на полквартала, вставало то, чего я с крыш не видел. Из-под кожисто-мясных наростов на боках выползали черви — те самые, что взрывались и устраивали едкий хаос при контакте с нашим оружием.

Так вот кто их тут плодит. Все черви на улицах и стенах города вышли отсюда.

«В ней остаток божественности, — вдруг сказала Алиса из глубины души. — Не бог, даже не аватар. Этот след я и чуяла в первый день. Она когда-то наткнулась на то, что осталось от здешнего покровителя, и сожрала. Отсюда и рост».

Покровитель этого мира закончил закуской… Впрочем, судя по городу, он так ничего и не спас.

Тварь выдохнула из всех пастей тяжёлый зелёный пар, и тот потянулся вверх ко мне. Яды на мне не работают, а вот обзора пар меня лишил напрочь. Я сместился выше.

Шары на жгутах лопались один за другим, кислота летела веером. Две шеи с лопнувшими шарами оторвались от тела и метнулись ко мне снизу обе разом. Скорости им не хватило, так что прошли мимо и хлопнулись на асфальт. А я начал методичную работу, сжигая запасы маны из парящего возле меня Маношара. Молнией по шее, пока не переломится или не взорвётся, огонь — в место перелома, чтобы шея не срослась.

Шея за шеей, голова за головой… Червяков взрывал острыми ледяными кинжалами и воздушными лезвиями, не давая им набрать скорость и добраться ни до входа в подземный комплекс, ни до меня.

На тварь ушло минуты три и до неприличия много маны. Я едва не опустошил все резервы. Благо энергия быстро пополнялась.

Разрушительная, хоть и скоротечная, битва разворотила всю площадь и половину монстров на ней. Но я чувствовал, что это ещё не конец…

Низкий гул с запада я услышал на подлёте к входу, и приближался он быстрее, чем в прошлый раз. Два аппарата шли рядом, и от первого отделилась точка. Пошла вниз по прямой. Ракета или бомба — без разницы, потому что цель одна. И там за пробитым льдом стоят мои.

Активировал «Ауру Хроноса». Мир замедлился, точка поползла. Я рванул назад, и с первого же метра понял, что не успеваю. Мне до ворот оставалось двести шагов, ей — полсотни. Я облажался. Ушёл драться с тварью и пропустил более опасного врага…

Над входом полыхнул тёмный купол с прожилками света. Он накрыл вход от створа до мёртвых машин, и что-то вроде ракеты столкнулось с ним. Взрыв вышел в сторону площади, купол лопнул вместе с ракетой, и волной смело всё, что ещё толпилось у ворот.

Я отпустил «Ауру» и опустился к створам. Из проёма вышел Аттид и поднял палец вверх. За ним, пригибаясь под сводом, вылез Мэд всё ещё в зверином облике. Он удерживал двумя лапами обелиск — два метра довольно грубо сложенного бетона и железа со знаками на гранях. Походный алтарь или что-то такое. Собрал его Аттид, надо думать, в дежурке втихую, пока мы замуровывали проходы, и вручил Мэду, чтобы тот вынес его и прикрыл всех.

«Так и знала, что эта ленивая жопа никогда не выкладывается, — фыркнула Алиса. — Прикидывается слабеньким, а сам вон что может».

«С ним поговорим дома».

Второй летательный аппарат уже заходил на вираж, и точка под ним пока не отделилась. Из «Длани» в ладонь лёг ствол энергетов. Грани налились белым от энергии молнии, и луч ушёл вверх раньше, чем я толком прицелился. И всё равно попал в корпус. Аппарат вздрогнул и начал заваливаться вниз. Пошёл к дальнему краю площади. Я полетел туда же, оглядывая по пути поле битвы.

Твари ещё есть, и много, но они чуть вдалеке, а мои ребята уже высыпали наружу и готовятся дать им бой. Я раскидал десяток светлячков по мрачной площади, позволяя своим открыть огонь по приближающимся монстрам.

Краем глаза, пока самолёт заходил на грубую посадку где-то за площадью, я заметил, как ожили и повернулись железки. Стволы умершей линии обороны задирались вслед аппарату, щёлкали, свистели, скрипели, но ни один не стрелял. Из десятка — всего два, но оба были в строю. Столько лет они следят за небом и пытаются сбить свои цели, да только боеприпасы некому подвезти.

Аппарат грохнулся на асфальт брюхом, проскрёб полсотни метров и замер. Ни взрыва, ни огня. Шума не больше, чем от камня с крыши. Я подошёл ближе. Корпус остался целым, луч прошёл под крылом, срезал что-то из тяг и задел один из двигателей внутри. Он планировал до последнего и почти сел, хотя аэродинамику я ему сломал.

Стекло кабины разбилось об асфальт, и я заметил в кресле скелет. Из затылка в панель уходили штекеры. Три штуки. Кабели не сгнили. Машина давно летала сама, по протоколу и приказу, а оператор — вернее, то, что от него осталось, — сидел подключённым и ничего уже не решал. Автопилот, надо полагать… И остальные аппараты, видимо, летают так же.

Стало немного грустно. И не за него одного… На панели под треснувшим стеклом держалась фотография: женщина в платье, с клювом, крылья сложены за спиной, перья и хохолок на голове. Силуэт угадывался с трудом. Я вынул её из-под стекла и убрал. Очередное напоминание на старость лет.

Потом я посмотрел на сам аппарат.

— Оно же единое целое, так? — И я выставил руку.

Потянулся мысленно, попытался убрать в «Длань», и, к моему удивлению, корпус ушёл. На асфальте остались осколки стекла, вырванная стойка шасси и след от брюха.

Местные срослись со своими машинами и воевали до последнего… Каждая сторона считала виноватой другую и обязана была её уничтожить. Грызня тех, кто этот мир населял, уничтожила сам мир и поставила его на прокорм мутантам.

[До завершения эвакуации: 01:40.]

К воротам я вернулся по воздуху. Отряд стрелял через пробитый проём. Граф перезарядился и вёл магические баталии с мини-версиями колобков. Он разрезал, они срастались, он жёг, чтобы не успели, — и так по кругу. Герда рубилась в ближнем бою, Брячедум прикрывал её слева, Вася вешал метки, Имирэн бил по ним из лука, Зиркс стрелял лапой из-за плеча Ратмира. Один отвлекал, двое добивали. Работа шла полным ходом.

[До завершения эвакуации: 01:00.]

Я встал в строй рядом с Гердой и последнюю минуту провёл как все, честно воюя своими руками. Убивал всё, что лезло. Таймер дошёл до нуля, и вокруг нас поднялось силовое поле. Площадь за ним пошла рябью, и через миг мы появились внутри нашего павоза, в тишине.

[Эвакуация вычислительного массива завершена. Испытание пройдено. Ведётся настройка следующего испытания. Время ожидания: 1:34:00. Отряд может отдохнуть, разобрать трофеи и получить награды.]

На столе стояли зелья, целый ряд, и перед каждым из нас материализовалась шкатулка. Брячедум к своей не притронулся. Он первым делом тряхнул флягу, послушал и простонал:

— Кончилась… Придётся новую брать. — И пошёл к Графу.

Тот достал из кольца новую флягу не глядя, и гном ушёл с ней к стене, так и не притронувшись к своей шкатулке.

Дальше началась бодрая суматоха. Даже я бы сказал, радостная. Нас никто не гнал, и каждый мог оценить находки, наслаждаясь моментом. Все открывали шкатулки, вытаскивали награды, и довольные улыбки осветили небольшую комнату.

— Жетон, — Ратмир подбросил монету, и та растворилась. — «Прикрытая спина» усилена. Двадцать процентов! Очень неплохо… — Он покрутил в руках зелье и выпил его. — Прочность связок увеличилась! Ох, прощай, растянутая лодыжка! Система хоть раз по делу что-то выдала!

— Камень усиления. — Маша поднесла его к «Приговору», но тот не отозвался. Она хмыкнула, приложила к пистолету, и рукоять коротко вспыхнула. — Ладно, стреляем дальше. — Жетон она подбросила. — «Чувство выхода». Теперь я всегда знаю, где в замкнутом пространстве ближайший выход и источник свежего воздуха.

Герда щёлкнула монету пальцем вверх и зачитала:

— «Второе дыхание стража»: при сильной усталости увеличивается на тридцать процентов восстановление Выносливости.

Пожала плечами и открыла зелье прочности костей. Вася сунулся к ней с зельем прочности кожи и предложил обмен. Герде было всё равно, так что она с ходу согласилась.

— Ха! Я получил новую фишку! «Удачная рука»! — ткнул Вася в невидимое окно. — Метательное оружие летит точнее и на двадцать процентов больше урона наносит. Гранаты в том числе!

— Гранаты у тебя закончились, — напомнила Герда и отвернулась.

— Дома сделаю, — отмахнулся тот.

Имирэн прочитал вслух:

— «Корень сквозь камень»…

Судя по описанию, корни у него теперь по прочности как сталь будут. И острые. Даже камень разрежут. Он и раньше это мог сделать, но это жрало много сил. В прошлой битве из-за этого он быстро выдохся. Теперь будет попроще ему. Совпало так или проделки Системы — я не знал, но способность очень даже полезная для его Пути. Кстати, мне бы такое, наверное, тоже пригодилось бы…

Мэд ещё не до конца вернул человеческий облик. Шерсть ещё сходила с плеч, и монету он подбросил лапой.

— «Шкура патриарха». Кислота и яд в зверином облике действуют на треть слабее, — прочитал он и поглядел на свои руки, которые, наконец, больше не дымили.

Аттид открыл шкатулку без спешки.

— Усилитель походного алтаря… Легендарный. Повышает одно свойство на пятьдесят процентов. Неплохо… — Он присел в кресло и посмотрел задумчиво на жетон в своих руках. — Как в те времена, когда я был простым авантюристом… Даст ли он мне что-то? Или усилит божественный бонус?

Применять его он не спешил, а мне, между прочим, было интересно. И Лисоньке тоже.

Зиркс держал усилитель в стальных пальцах и говорил сам с собой. Тоже артефакт усиления, подходящий под руку. Что именно за улучшение, он так и не сказал, а визуально не поймёшь. И жетон тоже получил, так что стал капельку сильнее. Он довольно шмыгнул носом и завалился в кресло, выискивая глазами Графа. Явно хочет поковыряться в находках.

Шаэлисс сидела в стороне. Свою монету она пустила в воздух, прочитала про себя и надолго замолчала. Но вскоре всё же произнесла:

— «Своя воля». Сопротивление божественному и ментальному принуждению повышено на двадцать процентов. — Дроу подняла глаза на меня: — Система видит всё, в чём мы нуждаемся. Иногда даже то, что мы сами не осознаём…

Брячедум вернулся к столу с полной флягой и только теперь открыл шкатулку.

— «Глаз кузнеца»… — Гном вчитался и присвистнул: — Вижу трещины и слабые места в броне и механизмах. Могу маной расплавить или подлатать мелкие повреждения в металле. Неплохо! — хлопнул он ладонью по столу.

Граф достал из шкатулки сферу и читал её описание дольше всех. Я подошёл и тоже полюбопытствовал. Интересный ему выпал легендарный артефакт…

Сфера развития магического искусства. Она растит все три подхарактеристики Маглио при ношении, и может быть активирована. При активации съедает весь запас маны без остатка, а внутри показывает владельцу работу уменьшенных версий комбинированных заклинаний, какие он придумает. Получается такая безопасная зона для испытаний.

— Ну всё… Это точно знак! — произнёс он с восторгом в глазах.

— Знак чего? — уточнил я.

— Что моя мысль, моя идея… Что они верные. Правильные. Мой Путь именно к этому и ведёт! Я даже инструмент получил подходящий, решающий проблему, что могла бы появиться лет через десять-двадцать!

— Так что за идея-то? — заинтригованно произнёс я.

— Я просто… Ну… Давай потом. Мне надо разобрать добычу. Я ещё не до конца продумал все нюансы.

Большой разговор с прошлой остановки в павозе он отложил ещё раз… Ну, как знает.

Я открыл свои награды. Внутри лежали два жетона и усилитель. Алисе шкатулки не досталось, и она появилась рядом со мной во плоти, положила подбородок мне на плечо и принялась изучать содержимое…

[Вы обрели Жетон Прогресса, но он рассчитан на избранных с классическим вариантом Статуса. Доступно альтернативное применение. Вы можете использовать Жетон привычным образом и получить случайную награду либо отменить её получение и пополнить запасы Эфира.

Жетон прогресса активирован. Доступен вариант усиления: Прочность кожных покровов +10 %.

Альтернатива: 50 капель Эфира.]

Прикинул с ходу выгоду. Десять процентов прочности по курсу стоят сто капель. Мне предлагают полтинник на руки или сотню в кожу. Не вижу смысла отказываться от того, что я и так периодически усиливаю по полному курсу.

[Прочность кожных покровов увеличена на 10 %.]

— Кожа, значит, — произнесла Алиса мне в ухо. — Тебя уже кусать бесполезно…

Второй жетон предложил схожую альтернативу, только теперь можно было повысить Сопряжение. Особенности мне уже не светят, видимо…

Плюс единица или те же пятьдесят капель. Единица Сопряжения стоит сотню, так что я снова взял усиление.

Третьей наградой был усилитель артефакта. Я повертел его в руке. Доспех у меня мистериум, пистолет тоже, к ним он не приспособлен, как и к мечу. А вот кольца на пальцах легендарные. Щит тоже… Вариантов, в общем, хватает. Возьму вот это понравившееся мне колечко в усиление.

[Кольцо «Печать Пробоя» усилено. «Накопленный заряд»: каждое заклинание молнии усиливает следующее на 7 %, суммарно до 35 %.]

На тварь из коллектора я потратил молний больше, чем хотелось бы. С такой прибавкой обошёлся бы парой меньше. Казалось бы, просто легендарка с небольшим усилением, а эффект при правильном использовании будет в разы лучше.

Дальше настала пора отдохнуть. Мы все вымотались больше морально, чем физически. Каждый хотел побыть в тишине, подумать о том, через что мы прошли, и представить, что нас ждёт впереди.

Вася уснул, сидя с винтовкой между колен. Мэд лёг у стены и с ходу захрапел. Имирэн дремал с корешком в руке. Ратмир не спал и вместе с Графом проводил ревизию. Аттид сидел у своего обелиска, как художник, и задумчиво вертел головой, рассматривая его под разными углами. Кажется, для него самого стало откровением, что он может приносить пользу таким образом.

Мы же с Алисой уплетали бутерброды и болтали вполголоса о том, что за два испытания каждый из них вырос. Система пошла нам навстречу и дала прокачаться.

Мы выполняем её миссии, а взамен получаем силу, какой не будет ни у кого из избранных нашего мира. И кабаны это понимают. Каждый из них.

Таймер под потолком дошёл до нуля.

[Внимание! Новая миссия готова! Вас ждёт Неверхелл!]