О том, что Роджер попал в больницу, я узнал совершенно случайно.

Мы как раз вернулись из Сонмища после закупок. Тагор с такой нежностью и любовью руководил разгрузкой привезённого металла, будто это были не обычные прутья, листы и тяжелые заготовки, а его родные дети. Вернее — разгружали, надрываясь, мои батраки, а юный кузнец педантично ходил за каждым, проверяя, чтобы железо не поцарапали о борт телеги.

Я оставил их развлекаться и ушел смотреть старый господский дом, прикидывая фронт ремонта. Там мы с Гостом провели час точно, обсуждая несущие балки и кровельные перекрытия. А когда я вернулся во двор, Кира меня искренне удивила.

— Кстати, Роджер в больнице, — как бы между делом сообщила она, вытирая руки о передник.

Я медленно повернул голову.

— Какой Роджер?

Она посмотрела на меня с легкой иронией.

— А сколько у тебя знакомых Роджеров?

— Один.

— Ну вот он.

— А что с ним случилось? Несварение от столичных перспектив?

— Обгорел, — пожала она плечами.

— Хм. Сильно?

— Говорят, сильно. Там ещё городскую управу разнесло слегка.

Вот теперь стало действительно интереснее.

— А ты откуда всё это знаешь? — прищурился я.

— Сегодня, пока ты был в доме, встретилась с подругой.

— Что за подруга? — впервые я слышал о таком.

Кира выразительно фыркнула.

— Артур, я здесь жила ещё до того, как ты приехал. У меня, вообще-то, была своя жизнь.

— Неожиданно, — честно признался я.

— На соседней, относительно безопасной ферме девушка живёт. Я иногда к ней хожу. Раньше мы продуктами менялись, просто разговаривали. Вот в гости к ней сегодня и сходила. Она только что из Сонмища приехала и всё рассказала. Это, видимо, произошло сразу после нашего отъезда.

— И что именно там произошло?

— Толком никто не знает. Вроде бы мощный взрыв прямо в кабинете управы. Барон какой-то сильно пострадал. Роджера стража нашла под обломками. Человек барона погиб на месте.

Барон.

Я слегка нахмурился, чувствуя, как внутри заворочалось нехорошее предчувствие.

— Какой барон?

— Рокотов, кажется.

Интересно-то как! Сосед, значит.

— Я съезжу в город, — решил я.

Кира обеспокоенно посмотрела на стремительно темнеющее небо.

— Сейчас? Скоро ночь.

— Именно поэтому Дорожка прекрасно подходит для вечерних променадов.

За последние недели внешность моей мёртвой кобылы стала несколько приличнее. Торчащий арбалетный болт из черепа я давно вытащил, зияющую дырку аккуратно зарастил некротикой. Разве что глаза у неё теперь были разные, и оба — человеческие, позаимствованные у неудачливых бандитов. Да, один немного косил влево. Ну и ладно. На скорость не влияет. Зато это даже придавало Дорожке некий шарм и характер.

Я вскочил в седло.

— Скоро вернусь.

— Постарайся хотя бы сегодня никого не убивать! — крикнула мне вслед Кира.

Я на мгновение задумался.

— А зачем мне это обещать?

— Ммм, и правда… ладно, не обещай, — быстро поправилась Кира, не найдясь с аргументами.

Больница Сонмища оказалась небольшим двухэтажным каменным зданием возле внутренней стены города.

Внутри густо пахло горькими лекарственными травами, крепким спиртом и застарелыми человеческими страданиями. Обычная провинциальная средневековая больница, где выживание пациента — скорее бонус, чем правило.

У деревянной стойки меня попыталась остановить дородная сиделка.

— Мужчина, вы к кому? Приемные часы окончены!

— К капитану Роджеру Стису.

— Господин Стис сейчас в тяжелом состоянии, к нему нельзя…

Я молча достал и положил на стол серебряный крест святого паладина Церкви.

Женщина осеклась. Посмотрела на блестящий металл. Потом перевела испуганный взгляд на меня.

— Второй этаж, ваше святейшество. Последняя палата справа.

— Благодарю.

Удивительно полезная вещь эта побрякушка. Надо было гораздо раньше святым некромантом становиться, сколько бы бюрократических проблем избежал.

Роджер действительно выглядел паршиво. Хуже, чем обычно.

Он лежал на жесткой кровати, почти полностью замотанный белыми, местами проступающими сукровицей бинтами. Открытыми оставались только часть лица, рот да один покрасневший глаз. Правая рука безвольно висела на подвязи, половина волос на голове отсутствовала, а от самого капитана пахло так, будто его хорошенько поджарили на костре инквизиции.

Я придвинул табурет и присел рядом.

— Выглядишь отвратительно, капитан.

Единственный открытый глаз медленно повернулся ко мне.

— И тебе привет, господин некромант.

— О, так ты уже знаешь, — несильно удивился я, разглядывая его увечья.

Я внимательно прошелся по нему некросканером. Ожоги были серьёзными, глубокими, но точно не смертельными. Жить будет.

— А чего тебя магией не вылечат?

— Вылечат, — прохрипел он.

— Тогда почему ты до сих пор похож на пережаренного гуся?

— Очередь.

— Какая ещё, к демонам, очередь в платной палате?

— Здесь один нормальный маг-лекарь на весь этот проклятый город. И после сегодняшнего взрыва в управе у него внезапно прибавилось пациентов. Представляешь иронию?

— Безобразие.

— Я тоже так считаю.

Роджер попытался чуть поправиться на скрипучей кровати и тут же болезненно зашипел сквозь зубы.

— Завтра до меня очередь дойдёт. Основные ожоги снимут, кости срастят. Через пару дней буду красавцем, как новенький, и уеду в столицу наконец. Забуду вас всех, как страшный сон.

Я кивнул.

— Хороший план. А теперь рассказывай, как ты вообще умудрился взорваться в собственном кабинете в последний рабочий день.

Роджер несколько долгих секунд смотрел на меня одним глазом.

— Это всё из-за тебя.

— Не припомню, чтобы я взрывал городскую управу. У меня алиби — я в это время доски вез на ферму.

— Не ты. Но из-за тебя.

— Уже интереснее.

Он тяжело, со свистом выдохнул.

— Ты некромант.

Я не стал спорить с очевидным.

— Ну и что?

Роджер замер, явно ожидая другой реакции.

— Вот так просто⁈

— А как надо?

— Не знаю, — растерялся он. — Отрицать. Удивляться. Сказать: «Роджер, ты с ума сошёл, я святой паладин, несущий свет!»

— Я святой паладин.

— И некромант!

— Одно другому совершенно не мешает. Свет ведь отбрасывает тень.

Роджер уставился на меня так, будто увидел впервые.

— Ты мог раньше сказать!

— Зачем?

Он даже подавился воздухом от такого вопроса.

— Как это вообще возможно⁈ Я маг-сканер! Я людей насквозь вижу! Я тебя проверял!

Я широко улыбнулся.

— Получается, не насквозь.

Роджер несколько секунд потрясенно молчал.

— Боги, как же ты меня бесишь. Я тебя, между прочим, несколько раз сканировал! Думал, ты чертов оборотень, с твоим-то нюхом!

Роджер устало закрыл глаз.

— Боги…

— Они заняты.

Он тихо застонал.

— Рассказывай, — настойчиво повторил я. — Что конкретно произошло?

Роджер немного помолчал, собираясь с силами.

— Барон Рокотов пришёл.

— Так.

— Сказал, что его ищейки следили за твоей фермой.

Вот теперь всё стало окончательно понятно.

— И увидели нежить.

— И увидели нежить, — мрачно подтвердил он. — Мертвяков-батраков. Твоего инфернального вепря. Какого-то льва. Не знаю, кого ещё вы там с блондинкой прячете.

Роджер сглотнул и продолжил:

— Рокотов хотел идти прямо к коменданту гарнизона. Потом — в церковь. Поднять официальный шум. Мол, святой паладин оказался темным некромантом, скрывается в Серой зоне, разводит армию нежити под носом у властей.

— Логично, — оценил я стратегию соседа.

— Логично⁈ Тебя бы сожгли на площади!

Я пожал плечами.

— Это вряд ли.

— Почему?

— Потому что я не люблю жар.

Роджер несколько секунд переваривал мою фразу.

— Что дальше? — поторопил я.

— А дальше… — он тяжело выдохнул, поморщившись от боли. — Я понял, что если этот жирный ублюдок Рокотов прямо сейчас пойдёт к коменданту, а потом к церковникам, у тебя будут колоссальные проблемы. И решил тебе помочь.

Я перевел взгляд на окровавленные бинты.

— Продолжай.

— У меня в столе валялся один конфискованный артефакт. Старый боевой накопитель. Его контрабандисты таскали через границу. Я когда-то, дурак, оставил его себе.

— Воровать вещдоки нехорошо, капитан.

Роджер посмотрел на меня так, будто хотел встать исключительно для того, чтобы ударить меня здоровой рукой.

— Короче. Активировал его. Потом попробовал по-тихому убрать Рокотова.

— Попробовал?

— Руку ему отрубил к чертям.

— Неплохо для начала.

— А потом его цепной пес, телохранитель, чуть мне шею не свернул. Здоровый, зараза.

— Плохо.

— И тогда артефакт рванул.

Я задумчиво кивнул, складывая пазл.

— Получается, ты подорвал самого себя. Ради меня.

Роджер криво, болезненно скривился.

— Ради тебя, грёбаного некроманта. Сам в шоке.

Я помолчал. Внутри шевельнулось что-то похожее на искреннее уважение.

— Спасибо.

Он недоверчиво посмотрел на меня, не ожидая благодарности.

Я поднялся с табурета.

— Только зря ты это сделал.

— Зря⁈

— Рано или поздно все всё равно узнают. Шило в мешке не утаишь.

— Ты хотя бы успеешь удрать! А иначе сожгли бы тебя на костре сегодня же!

Я мягко улыбнулся.

— Роджер. Поверь мне, это вряд ли. Поправляйся. Увидимся как-нибудь в столице.

Я уже дошёл до скрипучей двери палаты, когда Роджер окликнул меня:

— Артур.

Я обернулся.

— Что?

— Рокотов выжил.

Вот теперь я остановился окончательно.

— Уверен?

— Да, мне сказали товарищи. Сильные ожоги, рука отрублена, несколько тяжелых переломов от взрывной волны. Но он живой.

— Где он сейчас?

— Наверняка в своём поместье. У него там личный лекарь, вытянут.

Я кивнул.

— Понятно.

Я тихо закрыл за собой дверь.

На ферму я вернулся уже после захода солнца.

Кира ждала меня, встретив прямо возле дома с фонарем в руках. Ей я коротко объяснил, что с Роджером всё будет в порядке.

— Производственная травма. Бывает.

Я прошел мимо неё, направляясь прямиком к сараям, где спала моя элита.

— Сегодня ночью прогуляюсь к барону Рокотову. По-соседски.

Кира посмотрела мне вслед, всё поняв без лишних слов.

— К утру будешь?

— Конечно. К завтраку вернусь.

— Отлично, приготовлю сырников.

Для ночной прогулки я выбирал приятную компанию. Мурка. Пятачок. Барсик. Олег.

Ну и Вуди, разумеется. Без Вуди вообще нельзя было отправляться на серьезные деловые разговоры. Костяно дятел уже привычно взмыл в ночное небо, готовый передавать мне картинки сверху.

Мы организованно вышли с фермы через дальние ворота. До поместья Рокотова было пару часов пешком, но спешить я никуда не собирался.

Ночь стояла потрясающе хорошая. Полная луна. Густой, дышащий прохладой лес. И моя верная, молчаливая нежить за спиной.

Настоящий семейный поход.

Усадьба барона оказалась хорошо укрепленной. Высокая, добротная каменная стена, явно строилась на века. Массивные железные ворота. Дозорные на вышках. Несколько сильных артефактных фонарей, заливающих подступы желтым светом. Рокотов явно боялся соседей из Серой зоны.

Я некоторое время спокойно наблюдал за патрулями из густого леса.

— Вуди.

Дятел в небе послушно завис прямо над усадьбой. Я мысленно показал ему первую цель — скучающего арбалетчика.

Полетел.

Охранник на стене даже ничего не успел понять. Вуди разогнался в пике почти бесшумно. Тёмная, смазанная точка в лунном свете. Короткий свист рассекаемого воздуха. Глухой удар.

Усиленный некротикой костяной клюв вошёл взрослому мужчине точно в висок и с хрустом вышел с другой стороны черепа. Тело мгновенно обмякло и осело на камни.

Вуди уже летел дальше, не сбавляя скорости.

Второй стражник на угловой башне успел только удивленно повернуть голову на звук. Удар. Готов.

Третий находился внизу, прямо возле ворот. Этот услышал подозрительный шум падающего тела.

— Эй⁈ Кто там?

Вуди вошёл ему прямо под основание черепа, мгновенно обрывая крик.

Мне определенно нравилась эта мертвая птица. Очень исполнительная. Никаких лишних эмоций.

Мы не таясь подошли к каменной стене. У ворот лежали три свежих трупа. Три потенциальных батрака.

— Вставайте, — скомандовал я.

Морты привычно потекли из моего резерва. Мертвяки дружно открыли мутные глаза, послушно поднялись и пошли выполнять новый приказ.

Мои новые батраки прекрасно знали внутреннее устройство усадьбы своего бывшего работодателя. Когда трое мертвых охранников, открыв внутренние двери, вытащили стонущего хозяина прямо с его роскошной кровати, тот спросонья и от боли сначала вообще ничего не понял. Ему превентивно дали под дых, чтобы не орал, плотно закрыли рот ладонью и бесцеремонно притащили ко мне, в темный лес.

Рокотов не был одаренным, поэтому сопротивляться трем мертвецам физически не мог.

— Убери руку с его рта, — мысленно приказал я батраку.

— Какого… что вы делаете⁈ — тут же заскулил Рокотов, жадно глотая воздух.

Выглядел барон жалко. Он был мертвенно-бледным. Одна рука действительно отсутствовала чуть ниже локтя, замотанная толстым слоем бинтов. Половину пухлого туловища закрывали лечебные повязки, пахнущие мазями. Но ходить он уже мог. Умелые лекари знают свое дело.

— Вы что, совсем с ума сошли⁈ Я ваш барон! Я вас повешу! — брызгал он слюной на охранников.

Мертвякам было абсолютно всё равно на титулы.

Только тут Рокотов повернул голову и наконец увидел меня, стоящего в тени деревьев.

А потом, когда луна вышла из-за туч, он увидел остальных. Мурку с горящими зелеными глазами, Пятачка, роющего копытом землю, Барсика, лениво облизывающего клыки, да и

Олега в жуткой маске.

И Вуди, невинно сидящего на моём плече с окровавленным клювом.

Лицо барона стало ещё белее, сливаясь с бинтами.

— Горд… — выдохнул он.

— Добрый вечер, сосед. Решил зайти проведать больного.

— Ты некромант…

— Ты это уже и так знаешь, разве нет? Зачем повторять очевидное?

Рокотов панически задёргался в железной хватке своих бывших подчиненных.

— Отпустите меня! Идиоты! Слушайтесь меня! Я вам плачу!

Мертвяки только крепче взяли его под руки, едва не ломая кости. И тут барон всмотрелся в их пустые, бессмысленные лица. Увидел пробитые черепа.

— Они больше на тебя не работают, барон, — любезно пояснил я. — Сменили начальство. У меня соцпакет лучше.

— Господин Горд, подождите, давайте поговорим! — Рокотов мгновенно сменил тактику, поняв, что угрозы не сработают. Жить ему хотелось отчаянно.

— Мы этим и занимаемся. Беседуем на свежем воздухе.

— Я могу заплатить! У меня есть всё! Земля! Золото! Люди! Что хотите, берите!

Вот тут я улыбнулся.

— Зачем мне с тобой договариваться, если всё это я могу взять у тебя сам?

Рокотов судорожно сглотнул.

— Постойте… Вы не посмеете…

Я медленно подошёл ближе, глядя на него сверху вниз.

— Вы допустили одну критическую ошибку, господин барон. Знаешь, какую?

— Нет, — прохрипел он.

— Вы почему-то решили, что если случайно раскрыли мой секрет, то автоматически получили надо мной преимущество.

Я спокойно вынул меч из ножен. Сталь холодно блеснула в лунном свете.

— На самом деле, отправив ко мне ищеек, вы просто сообщили мне, что стали проблемой. А проблемы я привык решать радикально.

— Нет! Стойте! Я потомственный дворянин! Меня будут искать всей провинцией!

— Конечно, будут.

— Тебя найдут! Тебя казнят! Тебя сожгут на костре! — визжал он, извиваясь.

Я философски пожал плечами.

— Это мы уже сегодня обсуждали с капитаном Роджером.

Мой клинок вошёл быстро, без замаха, точно в жирное сердце барона.

Рокотов страшно захрипел, изо рта хлынула темная кровь.

Я придержал его за плечо свободной рукой, дождался, пока бьющееся в конвульсиях тело окончательно обмякнет, и плавно вынул меч.

— Всё. Аудиенция окончена.

Мертвяки разжали пальцы, отпустив своего бывшего хозяина. Тело барона с глухим стуком упало на влажную лесную траву.

Я критически посмотрел на него.

Поднимать в виде батрака не стал. Осмотрел его кисть. У этого изнеженного барона руки были белые, нежные, пухлые, без единой мозоли. Не люблю плохих, ленивых работников. Толку от него на стройке не будет никакого.

Я вытер клинок о его рубаху и убрал в ножны.

— Возвращаемся.

Мы неспешно пошли обратно. До моего дома оставалась примерно половина пути, когда я внезапно остановился. Некросканер тревожно звякнул в голове.

Я почувствовал чужую нежить. И это был далеко не одиночный, заблудившийся в лесу мертвяк.

Это был организованный отряд. Мощный.

Я резко поднял руку вверх.

Вся моя инфернальная компания мгновенно остановилась, замерев статуями.

Только Барсик выступил вперед и тихо, утробно зарычал в темноту леса. И не зря кисун растревожился.

Прямо к нам, ломая кусты, шли маги-мертвяки.