Вблизи фермы Горда, Большое Луговье

Разведчик Ордена Нежизни лениво лежал на животе на прогретом за день солнцем камне и смотрел в подзорную трубу.

Внизу, за полосой леса, раскинулась обычная ферма. Ничего особенного. Поля, свежий частокол, несколько хозяйственных построек, большой дом вдалеке. Если бы не строгий приказ командования держаться на расстоянии и ни при каких обстоятельствах не приближаться к объекту наблюдения, место выглядело бы совершенно безобидно.

— Говорят, там блондинка живёт, — задумчиво произнёс лежащий рядом огневик.

Разведчик медленно отвёл трубу от глаз.

— И?

— И красивая.

Разведчик несколько секунд молча смотрел на товарища. Тот был не совсем членом Ордена. Скорее, наёмником. Вольный боевой маг, которого Орден время от времени привлекал к операциям, когда требовалась хорошая огневая поддержка. Огневик действительно был сильным, опытным, куда круче рядового разведчика, и, что самое неприятное, прекрасно об этом знал.

— Нам приказали наблюдать за коровой-личом, — сухо напомнил разведчик. — С дальней дистанции. Не приближаться.

— Да хоть за коровой-архимагом.

Второй разведчик, сидевший чуть поодаль под деревом, оторвался от сухаря.

— Командир отдельно сказал: если она уйдёт на ферму, не идти следом.

— А я и не за ней пойду, — огневик легко поднялся, отряхивая штаны. — Я на ферму взгляну.

— Зачем?

Огневик широко и сально улыбнулся.

— Я же сказал. Там блондинка.

Трое разведчиков переглянулись.

— Там же мертвяки на ферме, — сказал старший, кивнув вниз. — Сам видишь.

Маг фыркнул и самоуверенно поправил перевязь.

— Я этих мертвецов сотнями жёг. Вы тут можете хоть неделю в кустах сидеть и смотреть, как корова траву жуёт. А я схожу, познакомлюсь с хозяйкой, хе-хе, и вернусь.

— Она не жуёт траву, — мрачно заметил старший разведчик.

Огневик только отмахнулся.

— Через час буду.

И пошёл вниз по склону, беззаботно хрустя ветками. Несколько секунд разведчики молча смотрели ему вслед.

— Может, остановим? — неуверенно предложил младший, сжимая недоеденный сухарь.

Старший задумался. Посмотрел на удаляющуюся, беспечную фигуру мага.

— Нет. Пусть командование с ним потом разбирается.

И тут, буквально в паре метров за их спинами, из густых зарослей орешника раздалось утробное, раскатистое:

— Му-у-у-у.

Все разведчики мгновенно побледнели, осознав, что всё это время смотрели в трубу совершенно не туда. А в следующий миг из кустов безмолвной волной хлынула орава мертвяков из стада Мурки, и для наблюдателей Ордена Нежизни это задание досрочно завершилось.

* * *

Ферма Горда, Большое Луговье

Огневик не спешил.

Он остановился на краю леса, неторопливо достал из внутреннего кармана толстую сигару и щёлкнул пальцами. На кончике указательного пальца тут же послушно вспыхнул крошечный, но обжигающе горячий язычок пламени. Маг прикурил, глубоко затянулся и с видимым удовольствием выдохнул в прохладный воздух густое облако сизого дыма.

Впереди, между стволами старых деревьев, уже отчетливо виднелся крепкий свежий частокол фермы.

— Ну всё, блондиночка, — вполголоса пробормотал он, поправляя перевязь. — Я иду к тебе.

Слева громко и сухо хрустнула ветка.

Огневик резко повернул голову, инстинктивно стягивая манию к ладоням.

Из-за деревьев бесшумно вышел скелет коровы. Из пустых, проваленных глазниц ровным потоком сочился тусклый зеленоватый свет, а между массивными голыми рёбрами клубился сизый, промозглый могильный туман.

Маг несколько секунд молча смотрел на неё, оценивая угрозу. А затем снисходительно усмехнулся.

— А-а-а. Вот, значит, ты какая.

Корова остановилась, тяжело глядя на него своими зелёными фонарями.

— Значит, это тебя эти трусы в Ордене личом называют? — хмыкнул Огневик, стряхивая пепел на мох.

Нежить молчала.

— Сейчас я тебя спалю, и ребята из разведки наконец перестанут дрожать над своими бумажками.

Он уже начал поднимать руку, формируя плетение, когда справа донёсся тихий, вибрирующий рык. Огневик настороженно обернулся.

Из густого кустарника грациозно и совершенно бесшумно вышел огромный мёртвый лев. Может, он и нежить, но хищная грация никуда не делась. А с другой стороны тропы так же тяжело и неотвратимо надвинулся исполинский вепрь-нежить. Весь в костяном панцире, а хвост венчал жуткий костяной нарост размером с хороший плуг.

За спиной мага что-то тихо зашуршало.

Огневик круто развернулся, готовый обрушить стену огня на очередного монстра.

На тропинку из кустов выскочил петух. Самый обычный на вид. Рыжий, с ярким гребнем и блестящими перьями. Он остановился в нескольких шагах от мага, склонил голову набок и внимательно посмотрел на человека одним круглым, черным глазом.

Огневик моргнул. Проанализировал ситуацию. И твёрдо решил не связываться с петухом.

Разве обычный, нормальный петух будет совершенно спокойно стоять рядом с высшим личом, бронированным инфернальным вепрем и мёртвым львом? Нет. Следовательно, логика подсказывала только одно: именно эта мелкая пернатая тварь и есть здесь самая главная. Наверняка маскируется. Может, демон какой-нибудь из высших сфер. Или древний некромантический фамильяр в обманчиво безобидной оболочке.

— Хрен тебе, — сквозь зубы процедил маг, не сводя глаз с птицы. — На эту дешёвую уловку я не куплюсь.

Педро в ответ лишь деловито клюнул какую-то зазевавшуюся букашку в траве.

Огневик резко выбрал самую крупную цель — корову — и вскинул обе руки.

— Ну всё! Сами напросились!

Между его ладонями мгновенно, с гудением раздулся ослепительный огненный шар, обдавая лицо жаром. Маг развернулся к корове и с силой швырнул заклинание. Пламя с ревом сорвалось с рук, выжигая траву под собой.

Но до цели оно так и не долетело.

Вепрь неуловимо быстро дёрнулся. Огромный костяной нарост на его хвосте со свистом взмыл вверх, оказавшись ровно на траектории между коровой-личом и летящим огненным шаром.

Взрыв.

Ревущее пламя разлетелось во все стороны, бессильно огибая нежить. Пятачка от мощного удара лишь слегка шатнуло назад, и на этом весь разрушительный эффект закончился.

— Какого… — только и успел выдохнуть Огневик.

Сбоку смазанно метнулась огромная тень. Барсик прыгнул.

Маг попытался вскинуть руки, чтобы поставить огненный щит, но банально не успел. Мертвый лев на полной скорости врезался в него всем своим тяжелым костяным телом. По тихому лесу прокатился глухой удар, послышался хруст ломающихся веток, и Огневик кубарем покатился по земле, теряя ориентацию в пространстве.

Он едва успел остановиться и перевернуться на спину, судорожно хватая ртом воздух, как ему на грудь тяжело запрыгнул Педро.

Поверженный маг встретился затравленным взглядом с маленьким, немигающим круглым глазом петуха.

Педро медленно, зловеще наклонил голову.

Огневик побледнел, осознав, что его теория подтвердилась.

— Я так и знал… — обречённо прошептал он.

Петух молниеносно клюнул его прямо в лоб. А в следующее мгновение сверху, закрывая небо, опустилась огромная тяжелая львиная лапа.

Кира стояла у окна большого дома и задумчиво смотрела вдаль.

На мгновение ей показалось, что со стороны леса донёсся какой-то звук, очень похожий на сдавленный крик. Она замерла и внимательно прислушалась.

— Показалось, наверное, — негромко пробормотала девушка, поправляя выбившуюся прядь волос.

Кира всё же подошла ближе к стеклу, вглядываясь в периметр. За окном было совершенно спокойно. Мирно зеленели поля, стояли крепкие сараи, возвышался ровный частокол. Где-то вдали, невидимой тенью, патрулировал границы Олег.

Раз уж Олег вышел на дежурство, значит, если что-то и произошло, он с этим быстро и тихо разберётся. Кира безгранично доверяла Артуру. И, как ни странно, за это короткое время уже успела привыкнуть доверять и всему тому жутковатому воинству, что он оставлял на ферме для защиты.

Своим миньонам.

Хотя сам Артур почему-то упорно и буднично называл всю эту смертоносную нежить простыми батраками.

— Фрол, — не отходя от окна, сказала она. — Вы с Тагором сегодня за ворота не выходите.

Бывший адепт Ордена Нежизни, сидевший за столом рядом с юным кузнецом, тут же оторвался от своей кружки с травяным отваром.

— Почему? — настороженно спросил он.

— На всякий случай.

— Хорошо, госпожа, — с готовностью и заметным облегчением кивнул Фрол. Встречаться с сюрпризами Серой зоны у него не было ни малейшего желания.

Кира приоткрыла створку окна и ещё раз прислушалась.

Издали, со стороны лесной опушки, вдруг раздалось звонкое, победное:

— Ку-ка-ре-ку-у-у!

Девушка усмехнулась и покачала головой.

— А, это просто Педро неймётся. Опять кого-то строит.

В конце концов, на ферме хватало существ, способных справиться практически с любым незваным гостем. Нет никакого смысла лишний раз волноваться.

Кира окончательно успокоилась, вздохнула и посмотрела на пустую дорогу, ведущую к воротам.

Быстрее бы Артур вернулся.

* * *

Утро началось с умывания.

В углу моей комнаты обнаружилось нечто вроде миниатюрной ванной: выложенные кафелем пол и часть стены, бак с подогревом, полноценный слив. По местным меркам — едва ли не вершина инженерной мысли.

Я встал под тёплую воду и с удовольствием смыл с себя остатки сна. Вот что бы ни говорили про магию, а нормальный душ она не заменяет.

Умывшись, я досуха растёрся полотенцем, оделся и начал собирать свои немногочисленные вещи. Сегодня следовало возвращаться на ферму. Хватит уже гостевать по столицам, графским усадьбам да храмам, а то так недалеко и до императорского дворца докатиться. У меня, вообще-то, хозяйство без присмотра осталось.

Роджер, насколько я понял, собирался ехать со мной.

Ну, или не собирался.

Вчера он что-то долго обсуждал с людьми Брисмана. Может, граф предложит ему службу. Может, Роджер сам решит остаться. Взрослый мужик, разберётся. В няньки к нему я точно не нанимался.

Я как раз застегнул перевязь, когда привычно провёл вниманием по дому.

Это давно уже стало рефлексом.

Живые ощущались иначе, чем мёртвые. Магические структуры — ещё иначе. А после всей этой истории с Изабеллой я невольно, по несколько раз в день, проверял её состояние на расстоянии.

И тут нахмурился.

В своих покоях графини не было.

Я расширил некросканер.

Нет. Она вообще находилась где-то в другой части усадьбы.

— И куда её понесло с утра пораньше? — слегка удивился я.

Формально Изабелла уже считалась выздоровевшей. Лекари Брисмана были абсолютно счастливы, что граф на них больше не орёт.

Но они не понимали главного.

Тело действительно пришло в норму. Разум тоже. А вот связь души с телом после того, что с ней произошло, ещё оставалась нестабильной.

Не критично. Но неприятно.

Местные лекари подобного вообще не замечали. Телепаты могли бы что-то уловить, если бы среди них нашёлся действительно сильный специалист.

Но местные телепаты…

Я невольно вспомнил дядю Даню. Нет, сравнивать с ним было бы крайне несправедливо. На фоне дяди Дани вообще всё живое во Вселенной выглядело слегка недоразвитым. Но даже если забыть про него и его сыновей, местные специалисты были откровенно слабенькими.

Совсем слабенькими.

Я вышел в коридор и поймал первого попавшегося лакея.

— Госпожа Изабелла где?

Тот мгновенно остановился и вытянулся.

— В малом тренировочном зале, господин Горд.

Я даже переспросил:

— Где?

— В тренировочном зале.

— И что она там делает?

Лакей помрачнел.

— Тренируется, господин.

Ну конечно.

Куда ещё идти девушке, которая несколько дней назад едва не потеряла связь собственного духа с телом?

Я направился туда. Ещё из коридора услышал глухой, размеренный стук дерева.

Тук. Тук. Тук.

Открыв дверь, я остановился на пороге.

Изабелла стояла посреди зала в лёгких тренировочных штанах и белой рубахе. Волосы были небрежно собраны на затылке, несколько влажных прядей прилипли ко лбу. В обеих руках она крепко держала деревянный тренировочный меч и с методичностью дятла избивала манекен.

Удар. Шаг. Удар.

Она тяжело дышала. Но продолжала рубить.

— Уже занимаемся? — спросил я.

Изабелла резко обернулась. На бледных щеках мгновенно проступил лёгкий румянец.

— Господин паладин Артур.

Она опустила оружие.

— Я слышала, вы сегодня утром уезжаете.

— Ага.

Я посмотрел на меч. Потом на неё.

— И решили отметить это событие тренировкой?

— Как вы можете так говорить!

Возмущение получилось совершенно искренним.

— А что? Некоторые пьют. Вы вот манекены избиваете. У каждого свои способы праздновать.

— Я не праздную! Я вообще-то…

Она резко закрыла рот. А потом неожиданно честно сказала:

— Я расстроилась из-за вашего отъезда.

И тут же смутилась собственного признания. Подбородок моментально взлетел вверх.

Я усмехнулся.

— Вот и правильно.

— Что правильно?

— Не стесняться собственных чувств.

— Я вовсе не стесняюсь!

— Конечно.

— Господин паладин!

Дверь за моей спиной с грохотом распахнулась.

— Изабелла!

В зал стремительно вошёл граф Брисман. Он явно только что узнал от слуг, где находится дочь, и был этим совершенно не доволен.

— Мне сказали, что ты снова тренируешься.

— Папа…

— Ты ещё больна!

— Я здорова.

— Лекари сказали избегать нагрузок!

— Не лекари меня на ноги подняли!

Изабелла сжала рукоять деревянного меча так, что у неё побелели пальцы.

Я посмотрел на неё внимательнее.

Душа держалась. Но после нагрузки связь действительно начинала слегка «гулять». Ничего опасного пока. Даже наоборот…

Интересно.

— Пусть занимается, — спокойно сказал я.

Брисман резко повернулся ко мне.

— Что?

— Под моим присмотром.

— Господин Горд, что вы имеете в виду?

— Я всё проконтролирую.

Граф нахмурился.

— Вы уверены?

— Доверьтесь мне, господин граф.

Брисман несколько секунд буравил меня взглядом. Потом тяжело, шумно вздохнул.

— Боги… Хорошо.

Изабелла мгновенно просияла.

— Спасибо!

— Не мне спасибо, — буркнул граф. — Это господин Горд зачем-то решил потакать вашему безумию.

— Потому что её безумие сейчас полезно, — поправил я.

Брисман подозрительно посмотрел на меня. Я прошёл мимо него и взял со стойки второй деревянный меч.

— Давайте.

Изабелла чуть растерялась.

— Что?

— Вы же хотели тренироваться.

— С вами?

— А кого вы ещё здесь видите?

Она крепче перехватила рукоять. И дерзко улыбнулась.

— Хорошо.

Первый выпад оказался осторожным. Слишком осторожным. Я легко отбил клинок.

— Ещё.

Она атаковала снова. Я сместился. Дерево сухо стукнуло о дерево.

Ещё удар. Ещё.

Поначалу Изабелла двигалась скованно. Тело слушалось, но с небольшой задержкой. Не физической — глубже. Импульс души словно доходил до мышц через лишний слой ваты.

И вот здесь я аккуратно выпустил первую порцию морт.

Совсем немного.

Морты считаются энергией смерти. И по сути ею и являются. Но смерть — это не только гниение, трупы и скелеты. Смерть работает с самой душой. С её связями, оболочками, переходами между состояниями.

У Изабеллы проблема заключалась именно в этом. Её душа ещё не до конца «уселась» на место.

Поэтому я не стал вливать морты в её тело. Я направлял их прямо в места соединения. Туда, где духовная оболочка цеплялась за физическую. Крошечная порция. Идеальный клей.

Изабелла моргнула. И тут же атаковала быстрее.

Я отбил. Послал ещё немного энергии.

Она сделала шаг. Поворот. Жесткий удар сверху.

Уже лучше.

— Ещё, — скомандовал я.

Изабелла послушалась.

Через пару минут её движения изменились совершенно. Исчезла эта едва заметная задержка. Она уже не заставляла тело двигаться.

Она просто двигалась. Как абсолютно здоровый человек.

Щёки порозовели. Дыхание стало тяжёлым, но ровным. В глазах появился настоящий боевой азарт.

— Вот так, — похвалил я.

И увеличил темп.

Сначала бил едва ли в четверть силы. Потом чуть быстрее. К концу нашей короткой тренировки пришлось использовать примерно треть возможностей этого тела, иначе мне стало бы откровенно скучно.

Для девушки, которая совсем недавно лежала без сознания на пороге небытия, результат был великолепным.

Изабелла отскочила после очередного обмена ударами, тяжело дыша. Я опустил меч.

— Всё.

— Спасибо за тренировку, — она счастливо улыбнулась.

— А теперь вам бы и правда не помешало отдохнуть.

Щёки Изабеллы вспыхнули ещё ярче.

— Конечно.

Она поставила тренировочный меч на стойку и, проходя мимо, остановилась. Несколько секунд молчала. Потом посмотрела на меня.

— Удачно добраться до фермы, господин Артур.

На этот раз обошлась без «паладина».

— Спасибо.

Она улыбнулась и вышла. Я проводил её взглядом.

Шаг стал другим. Увереннее. Ровнее.

Связь души действительно стабилизировалась окончательно. Любопытно.

— Ей стало лучше прямо сейчас, на моих глазах, — тихо произнёс Брисман.

Я повернулся. Граф всё это время молча стоял у стены и наблюдал.

— Намного.

Он посмотрел на дверь, за которой скрылась дочь.

— До тренировки она всё ещё иногда двигалась так, словно уставала после десятка шагов. А сейчас…

— Тренировка действительно пошла ей на пользу, — подтвердил я.

Брисман перевёл тяжёлый, изучающий взгляд на меня. На его лице появилось странное выражение.

— Вы удивительный оборотень, господин паладин Горд.

Я пожал плечами.

— А как же. Другой бы не унюхал проблемы с душой вашей дочери, — сделал я весьма прозрачный намёк на то, что он у меня в долгу.

Брисман кивнул с абсолютным пониманием:

— Конечно. Именно поэтому я не собираюсь участвовать в ставках столичных дворян на тему того, что вы по природе за зверь.

— Умно. Азартные игры до добра не доводят, — улыбнулся я.

* * *

Усадьба Брисманов

О том, что Артур уехал, Изабелла узнала ещё до завтрака, едва проснувшись.

Ничего удивительного.

Она позавтракала почти молча. Потом вернулась к себе в покои. Посидела у окна. Попробовала почитать. Закрыла книгу на третьей странице, потому что поймала себя на том, что уже в четвёртый раз перечитывает одну и ту же пустую строчку.

В конце концов Изабелла решительно поднялась.

Хватит.

Она совершенно не собиралась весь день лежать в постели только потому, что столичные лекари тряслись вокруг неё, словно она была сделана из тонкого хрусталя. После вчерашней тренировки она чувствовала себя лучше, чем за всё время после пробуждения.

Намного лучше.

Тело наконец-то снова казалось своим.

Изабелла переоделась в удобную тренировочную одежду и направилась к малому залу.

На лестнице ей навстречу попался отец. Граф Брисман мгновенно заметил её наряд и как вкопанный остановился на ступеньках.

— Изабелла. Снова?

Она тоже остановилась.

— Не волнуйся, папа, — ровно ответила Изабелла. — Я не собираюсь тренироваться.

Брисман недоверчиво прищурился:

— А куда ты тогда идёшь в тренировочной одежде?

— В тренировочный зал.

— И я о том же.

— Просто посидеть там.

— Посидеть?

— Хочу подумать.

Отец смотрел на неё тем самым тяжелым взглядом, которым в детстве смотрел, когда она с самым невинным видом уверяла, что совершенно случайно оказалась глубокой ночью в конюшне с седлом в руках.

Изабелла не выдержала.

— Честно. Я не стану сегодня заниматься. Просто хочу немного побыть там.

После вчерашнего утра зал почему-то казался ей самым правильным и приятным местом в огромной усадьбе. Возможно, потому что именно там, сжимая в руках шершавую деревянную рукоять, она впервые за долгое время почувствовала себя прежней.

Не больной.

Не несчастной хрупкой девочкой, около кровати которой круглые сутки дежурят светила медицины.

Просто собой.

Брисман тяжело, с шумом вздохнул.

— Хорошо. Но никаких мечей. И если почувствуешь хотя бы малейшую слабость…

— Сразу вернусь в спальню.

Граф некоторое время изучающе смотрел на неё, пытаясь понять, не врёт ли дочь. Потом всё же кивнул.

— Хорошо.

Изабелла уже сделала несколько шагов вниз, когда внезапно остановилась. Она думала об этом со вчерашнего вечера. Потом почти всю ночь. А сегодня утром решение стало окончательным.

— Папа?

— Да?

Она повернулась к нему.

— Знаешь, я решила, что поеду в Серую зону.

Граф Брисман несколько секунд просто молчал. Моргнул.

— Что?

— В Серую зону.

— Я услышал слова, — медленно, раздельно произнёс граф. — Я не понял их смысл.

Изабелла невольно улыбнулась.

— Как только окончательно выздоровею, я поеду на ферму Артура.

Отец замер. Совершенно. Будто перед ним на лестнице только что материализовался высший демон из Бездны и предельно вежливо попросил передать соль.

— Ты еще недавно чуть не умерла. Зачем тебе Серая зона⁈

— Я хочу увидеть его ферму.

Вот на этот вопрос у неё было слишком много ответов. На самом деле ей просто хотелось понять: почему человек, обладающий такой силой, Престолоноситель и паладин, добровольно живёт посреди Серой зоны?

Брисман посмотрел на неё, как на душевнобольную.

— Изабелла, — наконец устало произнёс граф, массируя переносицу. — Ты хотя бы отдаленно понимаешь, насколько там опасно?

— Понимаю.

— Нет, не понимаешь. Там мертвяки. Мутанты. Периодические миграции Орды. В некоторых местах патрули вообще не появляются!

— Поэтому я не собираюсь ехать одна.

— О, прекрасно! И с кем же?

Изабелла невинно похлопала ресницами и посмотрела на него.

— Ты же дашь мне гвардейцев для сопровождения, папочка?

Брисман задохнулся воздухом и замер.

— Я не собираюсь ехать прямо завтра, — мягче добавила девушка. — Только когда лекари официально подтвердят, что я полностью здорова.

Теперь отец смотрел на неё уже совершенно иначе. Понимающе. Изабелла почувствовала, как предательски начинают гореть щёки.

— Не смотри так.

— Как?

— Вот так.

— Я просто смотрю на свою дочь.

— Папа.

— Молчу.

Брисман выдержал небольшую театральную паузу.

— Значит, господина Горда ты слушаешься.

— Я его не слушаюсь! — вспыхнула Изабелла.

— Разумеется.

Она резко отвернулась, скрывая пылающее лицо.

— Я пошла в зал.

Она быстрым шагом направилась дальше по коридору, чеканя шаг. Вскоре Изабелла скрылась за поворотом.

Брисман остался стоять на лестнице. Некоторое время он молча смотрел в высокое окно, туда, где за коваными воротами усадьбы начиналась дорога, по которой этим утром уехал Артур Горд.

Потом тихо пробормотал:

— В Серую зону она собралась…

Помолчал.

— Боги, только этого мне не хватало.