В пятницу я проснулась с первыми лучами солнца с мыслью: «Наконец-то!» Всю неделю ждала этого дня — и вот он настал. Занятий сегодня не было, только турнир. С утра — первые проходные бои, после обеда — более зрелищные поединки из оставшихся кандидатов, а вечером — полуфинал и финал.

Ворон-приспешник сидел на подоконнике и наблюдал за моими сборами.

— Доброе утро, — сказала я ему, распахивая шкаф. — У меня важный день. Нужно выглядеть соответственно.

Ворон каркнул. Я истолковала это как боевой клич.

Наряд приготовила заранее. Новое платье из «Лунного шелка» — алого цвета, не вечернее, в меру повседневное. Мариза помогла выбрать: ткань струилась, не стесняя движений, рукава не мешали колдовать, а юбка была достаточно свободной, чтобы уворачиваться от заклинаний.

Туфли — новые, на коротком каблуке. Я покрутила их в руках, вздохнула. Жаль было расставаться со шпильками, но на арене каблук должен быть устойчивым. Ничего, переживу.

Волосы я оставила распущенными — рыжие волны легли на плечи. Лишь несколько прядей сзади соединила серебряной заколкой, чтобы не лезли в лицо во время боя. Минимум косметики — на арене она ни к чему. Только решимость и азарт.

— Ну, — обратилась я к ворону, — желай мне удачи.

Он каркнул и взмахнул крыльями.

В столовой было шумно и людно — все обсуждали предстоящий турнир. Я набрала полный поднос и села за свободный столик. Едва надкусила хлеб, как рядом материализовалась Ариана. Выглядела взволнованной.

— Я видела турнирную таблицу, — выпалила она, плюхаясь на скамью. — Твой первый бой — против Уилльяма Шамтура.

Вот так подарочек. Начать утро с того, чтобы отделать как следует типа, который неоднократно мне хамил, угрожал и вообще вел себя как редкостный придурок. Лучше и не придумаешь.

— Отлично, — высказалась я.

— Ты не волнуешься?

— Предвкушаю.

К нашему столику подошла Даяна Винтер. Была не в розовом, а в голубом — видимо, в честь турнира решила сменить образ. Или просто настроение было другим.

— Я тоже видела таблицу, — сообщила она, усаживаясь рядом с нами. — Первокурсница на турнире — это так почетно! Такого уже несколько лет не было. Последней, кажется, была какая-то девушка из рода Абалов, но она выбыла в первом же раунде.

— Выбывать не собираюсь, — заверила я.

— Я в тебя верю, — кивнула Даяна.

— Мы в тебя верим, — поправила Ариана.

Я поблагодарила обеих. В этот момент мимо нашего столика прошествовали Уилльям Шамтур и Лиам Нейлар. Первый окинул взглядом мое алое платье.

— Ты так ярко оделась, чтобы мне удобнее в тебя целиться? — протянул он.

— Да, — ответила я. — Специально в поддержку тех, у кого плохо со зрением.

— Осторожнее, Уилл, — фыркнул Лиам. — Вдруг она тебя своим «хаосом» защекочет до смерти.

— Да она такая же хилая, как ее дружок, — хохотнул Уилльям.

Сразу видно — давно в мусорный бак не улетал. Я открыла рот, чтобы это и озвучить, но Даяна не дала:

— Вы ведете себя недостойно! Перед вами участница турнира, а вы…

— А мы просто шутим, — перебил Лиам. — Не понимаешь шуток, Винтер?

— Это не шутки, это хамство, — отрезала Даяна. — Идите своей дорогой.

Уилльям и Лиам хмыкнули и удалились. Я глянула на Даяну с уважением. А розовая принцесса-то отращивает зубки.

— Спасибо, — улыбнулась я.

— Не за что. — Даяна поправила голубой рукав. — Надеюсь, ты победишь и поставишь на место всех этих зарвавшихся.

— Непременно.

Стадион академии я раньше видела только издалека — громадное сооружение на окраине кампуса, сложенное из серого камня. Теперь же, подойдя ближе, я оценила его масштаб. Высокие трибуны, способные вместить всю академию разом. Арена в центре — круглая, выложенная темным камнем, с выгравированными защитными рунами по периметру. Над ней мерцал прозрачный купол — магический барьер, который не давал заклинаниям вылететь за пределы поля боя.

Многие места уже были заполнены. Студенты шумели, скандировали, размахивали флажками с эмблемами факультетов. Ярмарочная атмосфера. Народ жаждал зрелища.

У входа на трибуны меня выловил Хэстен.

— Идем, — он взял меня за руку, — я занял нам места в первом ряду.

— Так близко? — удивилась я. — Ты с утра пораньше пришел?

— Ага, — признался Хэстен с усмешкой, — был тут раньше всех.

Он провел меня к первому ряду, прямо напротив центра арены. Отличный обзор. Мы уселись со всеми удобствами.

— Алое платье. Смело, — оценил Хэстен. — Тебя будет видно за милю.

— На это и расчет.

— Ты обязательно дойдешь до финала и всем покажешь.

Я не спросила, будет ли он участвовать. Ответ был очевиден. С его урезанной силой, с каналом, высасывающим половину дара, сражаться на турнире было бы самоубийством. Он болельщик. И, кажется, лучший болельщик из всех.

На арену вышли ведущие — Индуил Лафар и Тадеус Крайт. Лафар зычным голосом объявил:

— Приветствуем всех на ежегодном боевом дуэльном турнире академии! Правила прежние: три минуты на бой, но он может закончиться раньше. Запрещено использование любых артефактов и амулетов, а также смертельных заклинаний. За нарушение — дисквалификация. Побеждает тот, кто нанесет сопернику больше урона или выведет его из строя.

На отдельных почетных местах, чуть выше первого ряда, сидели судьи-преподаватели. Я узнала Нирану Септим, Маркуса Торна, Ллойда Игривара и ректора Войрада Райнера. Деканов среди них не было — очевидно, чтобы не подсуживали своим. Зато присутствовал Ивор Артейн — если кому-то из участников понадобится целительская помощь.

Первыми на арену вышли огневик и воздушник. Я смотрела вполглаза. Фаерболы летали, воздушные вихри уклонялись, публика скандировала и поддерживала обоих. Воздушник победил — его вихрь сбил огневика с ног и впечатал в защитный купол. Лафар засчитал победу.

Следующими бились Матс Винтер и Лиам Нейлар. Вот тут я уже наблюдала внимательно. Матс двигался с завидной грацией — никаких лишних движений. Лиам призвал беса — мелкого и юркого, но Матс просто сковал его льдом в воздухе. Бес рухнул на арену замерзшей статуей. Лиам попытался призвать второго, но Матс пустил по полу ледяную дорожку, которая в мгновение ока добралась до ног противника и приморозила его к месту. Лафар выдал победу Матсу. Я от души поаплодировала — все же виртуозно сражался.

Дальше пошли еще несколько непримечательных боев. А вот Кэйл вышел против экзорциста и уделал его в два счета — призвал особо мощного демона, который смял защиту противника. Экзорцист выбыл, даже не успев ничего противопоставить. Сам Кэйл выглядел до отвращения бодрым и сильным. Интересно, как там поживает канал, высасывающий силы из Хэстена?

Наконец Лафар объявил:

— Ксара против Уилльяма Шамтура!

— Удачи, хаоситка, — послал мне воздушный поцелуй Хэстен.

Я вышла на арену. За моей спиной сомкнулся защитный купол, отсекая шум трибун. Уилльям стоял напротив и ухмылялся — той самой сальной ухмылкой, которую я запомнила еще со столовой.

— Ну что, безродная, готова вылететь? — осведомился он.

Дурак.

— Начинайте! — скомандовал Лафар.

Уилльям поднял руки, и из воздуха перед ним соткались пять призраков. Пять! Он явно не экономил силы. Призраки рванули ко мне, завывая и источая жуткий холод.

Я ускорила вероятность. Пять хлопков — и все пятеро истаяли, не долетев до меня и пары шагов. Уилльям моргнул, его ухмылка сползла. Я попыталась наложить на него разницу потенциалов — обездвижить, как Лайзу. Но он уже поставил защиту. Моя магия наткнулась на барьер и стекла по нему, как вода по стеклу. Уилльям ухмыльнулся снова.

— Не выйдет! Я готовился!

— Молодец, — похвалила я.

И наложила на него уязвимость. Уилльям этого не заметил. Готовился к новой атаке, а я нанесла удар разницей потенциалов, на этот раз беспрепятственно прошедшую сквозь его ослабленную защиту. Его тело сковал ступор, лицо исказилось от ярости.

— Победа Ксары! — крикнул Лафар, ориентируясь и на здравый смысл, и на таблички с оценками судей.

Трибуны взорвались аплодисментами. Я развернулась и пошла к выходу с арены. Уилльям, освободившись от ступора, что-то прошипел мне в спину, но я не расслышала. Да и не хотела.

— Ты была великолепна! — Хэстен встретил меня на трибуне сияющей улыбкой. — Пять призраков — и ты их просто… погасила!

— Это только начало, — подмигнула я. — Впереди еще поединки.

Следующим на арену вышел Деймор Мунхарт против малефика. Дедулин пирожок, как всегда, действовал грубо и прямолинейно. Малефик пустил в него порчу, но Деймор защитился земляным щитом и ответил землетрясением. Арена содрогнулась, малефик потерял равновесие. Деймор наступил ногой — еще одно землетрясение, на этот раз точечное, прямо под противником. Малефика подбросило в воздух и впечатало в купол. Победа. Деймор оглядел трибуны с видом властелина Вселенной и наткнулся взглядом на меня. Я помахала ему ручкой. Он скривился и отвернулся.

Дальше я опять скучала. Участники повторялись, число выбывших росло, бои мелькали один за другим. Я еще дважды выходила на арену — против некроманта и магички-огневика. В обоих случаях применяла одну и ту же схему: ускорение вероятности для защиты, уязвимость для пробивания барьеров, разница потенциалов для обездвиживания. Иные приемы пока не использовала — пусть более сильные противники опрометчиво решат, что у меня только одна тактика. Когда дойдет до полуфинала, я их удивлю.

Настал перерыв. Мы с Хэстеном пошли в столовую — турнир турниром, а есть хотелось зверски. За обедом он всячески меня поддерживал, говорил, что я уже вышла во второй тур и что это огромный успех для первокурсницы.

— Ты вошла в историю, — восхищался он. — Дальше — только бонусы.

— Я не за бонусами сюда пришла, — пожурила я ласково. — А за победой.

После обеда начался второй тур. Я глянула в турнирную сетку, которую вывесили на доске у входа на стадион, и не смогла сдержать смеха. Мой следующий противник — Деймор Мунхарт. Еще один говнюк, которого можно размазать.

Вскоре нас вызвали на арену. Деймор вышел первым и сразу обвешался земляными щитами — многослойными, закрывающими его со всех сторон. Насмотрелся на мои наложения уязвимости.

— Не пройдешь, — бросил он.

— Начинайте! — скомандовал ведущий Тадеус Крайт.

Я не стала тратить время на уязвимость — эти щиты были слишком плотными, чтобы пробить их с наскока. Вместо этого я приготовилась к тому, что Деймор будет атаковать. И он атаковал.

Из земли вокруг меня полезли растения — мясистые стебли с шипами. Они тянулись к моим ногам, пытаясь оплести. Я выровняла потенциалы — украла разницу между растениями и воздухом, высушивая их. Стебли побурели, съежились и рассыпались в труху.

Деймор выругался. Я тем временем наложила на него слабость. Мощную. Выравнивание электрических и химических градиентов в его мышцах, в нервной системе, в каждой клетке. Усталость, которая наваливается неподъемной плитой. Кузен пошатнулся. Его земляные щиты, оставшись без поддержки, осыпались. Он рухнул на колени, а через секунду — набок. Лежал на арене, хватая ртом воздух, и не мог подняться.

— Победа Ксары! — подсчитал оценки судей Крайт.

Трибуны взревели. Я развернулась, чтобы уйти, но Деймор, с трудом приподнявшись на локте, прохрипел:

— Это… нечестно… Ты мухлюешь!

— Лаэр Мунхарт, — вмешался Крайт, — возьмите себя в руки. Поражение нужно уметь принимать достойно.

Деймор скрипнул зубами, а я покинула арену под аплодисменты.

Дальше смотрела бои с трибуны, сидя рядом с Хэстеном. Матс снова победил — на сей раз мага воздуха, сковав его вихри льдом. Кэйл уделал очередного противника — какого-то водника. А мне предстоял еще один бой — с целителем.

Он оказался крепким орешком. Не атаковал — защищался и лечил себя. Я накладывала слабость, но противник восстанавливался. Я пыталась обездвижить, но он разрывал «путы» светом. Пришлось применить запрет на регенерацию и лечение — мое «проклятие», которое на самом деле было наложением эха поля распада на его организм. Любая попытка клеток заживить рану или восстановить силы игнорировалась законами мироздания.

Целитель понял, что его регенерация не работает, только когда слабость свалила его с ног и он не смог подняться. Я одержала победу. Целитель, в отличие от Деймора, проиграл достойно — поднялся, отряхнулся и пожал мне руку.

— Впечатляет, — сказал он уважительно. — Никогда не видел такой магии.

К концу второго тура определились четверо претендентов на главный приз. Крайт вышел на арену и озвучил:

— В полуфинал проходят: Матс Винтер, специализация стихия воды, демонолог Кэйл Эшлер, малефик Дункан Абал… и Ксара!

Трибуны взорвались аплодисментами. Я слышала, как кто-то скандирует мое имя.

— После перерыва состоятся два полуфинальных поединка, — продолжил Крайт. — Матс Винтер против Дункана Абала! И Ксара против Кэйла Эшлера!

— Вот это поворот, — присвистнул Хэстен.

Я же улыбнулась. Кэйл Эшлер. Тот, кто называл меня бесполезной. Тот, кто на императорском приеме настойчиво советовал с ним дружить. Тот, кто проиграл мне в командном бою и сбежал, хлопнув дверью.

Это совершенно замечательный поворот.