— То есть ты думаешь, что это более вежливые ребята, да? — переспросил я, хотя прекрасно услышал всё с первого раза. — Впрочем, если у них нет ошейников, то, возможно, действительно другая группировка.

— Вот я подумал именно так, — подтвердил Тарн. — Они даже не похожи на ту семёрку, да и оружие отличается: у одного копьё, а у второго короткий лук и нож. Да и прятаться не пытаются, смотрят в нашу сторону, но близко к развалинам не подходят.

Ну что ж, буквально некоторое время назад я рассуждал о том, что обязательно нужно узнать побольше о местных, как они сами пришли к нашим дверям. Только это, конечно, совершенно не означало, что нужно радостно бежать им навстречу, обниматься и закатывать пир горой. Все предыдущие тоже так-то выглядели обычными людьми, но назвали нас дикими и попытались убить, даже не поинтересовавшись, откуда мы взялись. А если эти не напали, это их выгодно отличает от первой встречной безумной компании. Может быть, всё не так уж и плохо.

— Предупредите генерала и оставайтесь внизу, — сказал я. — Пусть сосредоточит людей у лифта, а мы с Тарном пойдём наверх, попробуем поговорить.

— Вдвоём? — с недоверием спросила Наира. — Может быть, лучше взять хотя бы человек десять?

— Нет, охрана не нужна, — отмахнулся я. Если пришли поговорить, то толпа будет только мешать и настораживать. А если там прячется в лесу ещё сотня практиков, то ничья помощь уже не поможет.

В любом случае подниматься достаточно долгое время, так что была возможность подумать о своём решении. Я посмотрел на стоявшего рядом со мной Тарна. Тот не чувствовал никакого дискомфорта и неуверенности, наоборот, весьма весело и беспечно смотрел вперёд, изредка бросая взгляды на меня и думая, явно, о своём.

— О чём думаешь? — спросил я его.

— О том, как мы столкнёмся с практиками ступеней каналов, — ответил он. — Очень хочется проверить на серьёзном противнике свою технику.

— Ну, я что-то не сильно хочу с ними сталкиваться.

— Всё равно себя нужно проверять в сражении с равными, или с теми, кто сильнее тебя, чтобы, превозмогая, побеждать, — уверенно ответил мне Тарн. — Культивация практика должна строиться на этом.

— Ничего подобного, — покачал я головой. — Каждый сильный практик прекрасно понимает, что дойдя до такого уровня развития, чем меньше он дерётся и больше сосредоточен на своём возвышении, тем ему лучше. Так что я тебе советую быть более миролюбивым.

— А тут как получится, — явно не согласился он.

Лифтовая площадка поднялась до конца, мы остановили механизм и выбрались в коридор, откуда открытая входная плита показывала развалины и лес. Люди действительно стояли на том месте, где когда-то прошла дорога, и ждали, очевидно, переговорщиков. Оба высокие, худые и в возрасте, загорелые, с коротко стриженными волосами, но при этом бритые бороды. Они были похожи как два брата. Один с копьём, а второй вооружён луком.

Как и сказал Тарн, одеты они были чуть беднее, чем предыдущие противники, а их тела находились на начальной стадии закалки крови. Хотя тот, кто был с копьём, выглядел немного сильнее и как будто лучше контролировал собственную энергию. Во всяком случае, эмоции он контролировал достойно.

Особенно когда мы отошли на несколько шагов от ворот и остановились. Незнакомцы вышли из леса. Старший, идущий чуть впереди, медленно положил копьё сначала на две руки, протянул их вперёд, а потом положил его поперёк дороги. Спутник после короткого колебания положил рядом нож и лук, показывая свои миролюбивые намерения.

— Достаточно, — сказал я. — Ближе не подходите, можно поговорить и отсюда.

В том, что они знают общий, я был уверен. Но копьеносец смотрел на меня так, словно я казался ему каким-то призраком. Затем неожиданно он опустился на одно колено и склонил голову. Молодой чуть позже сделал то же самое, правда, немного торопливее и не так усердно.

Я даже обернулся на ворота, может быть, за мной вышел кто-то ещё более серьёзный и важный, но за спиной, естественно, никого не оказалось.

— Мы ждали вас, — сказал старший и замолчал, словно ожидая моего ответа.

— Очень зря, — сказал стоящий рядом Тарн тихо. — Мы сами не знали, что сюда попадём.

— Дорога кораблей открылась, — продолжил местный. — Мёртвая верфь зажгла огни. Всё случилось так, как передавали хранители дозора. Семь мерников погибли, мы видели их тела.

— Они напали и были убиты, — сказал я. — Мы пришли снизу, из мира Сферы, случайно оказались на вашем острове и…

— Стой! — закричал мужчина, — пришедший извне! Не говори мне, не говори!

Затем он снял с шеи небольшой, почерневший от времени медальон, который выглядел как плоская металлическая пластина, и на которой проступали едва заметные линии, слишком ровные для обычного украшения, и протянул его мне.

— Дай знак! Дай знак!

Чёрт вас всех возьми, очередные долбаные фанатики!

Ещё бы объяснили, что с этим делать. А так это было бы удобно, если бы к артефакту, который он подтянул мне, прилагалась понятная инструкция на знакомом языке. Я подтянул Щуп и настроился на рунную схему, очень похожую на те, что я видел на верфи. Энергии в пластине не было, но стоило подать немного своей, как по поверхности пробежала тонкая белая линия. Я вчитался в слова, которые выводились мне прямо на интерфейс.

Ночная вахта. Двенадцатая группа.

Срок допуска истёк.

Возможно подтверждение полномочий управляющим оператором.

Интересно, я управляющий оператор или нет? Я быстро разобрал и раскидал схему, нашёл момент, где нужно было её немного изменить для того, чтобы пластина загорелась ярким и ровным голубым светом, и, наполнив энергией, сделал её рабочей.

Срок допуска. Один год, девять месяцев.

Вот так-то лучше.

Я вернул пластину мужчине обратно, тот посмотрел на загоревшуюся и изменившую цвет и сам изменился в лице. Если до этого в нём чувствовались надежда и напряжение, то теперь Зеркало Намерений показывало явное облегчение, словно с его плеч свалился огромный груз. Он снова прижался лбом к земле, а его спутник поступил так же, только ещё и руки вытянул перед собой.

— Принял, — прошептал старший, — пришедший извне принял знак. Оператор!

— Они весь день нам будут поклоны отбивать? — спросил у меня Тарн, который был удивлён не меньше, чем я.

Мне оставалось только пожать плечами, показывая, что понимаю я не больше друга.

— Да поднимитесь вы уже, — сказал я. — Нам нужно поговорить.

— Срок продлён, — возразил мужчина, даже не пытаясь встать. — Знак горит, вахта принята, и мы будем спасены!

Вот ждали они человека, который сможет эту древнюю пластину заставить работать, и дождались. Что-то мне это напоминает, только в прошлый раз долю спасителя на себя взял Бабай.

Объяснять им, что не являюсь никаким управляющим оператором или человеком, который их от чего-то спасёт, я не собирался, тем более, что я знал длинную комнату неподалёку от подъёмника, в которой находилось с десяток таких узких углублений с контактами. Скорее всего, именно там складывались и отмечались рабочие жетоны перед началом смены. И здесь, и сейчас я вижу фактически карго-культ, основанный на древнем знании, которое превратилось в бесполезный ритуальный хлам, и не более того.

— Хотите быть спасены? — сказал я зло и настойчиво. — Тогда встаньте и назовите свои имена. Я не собираюсь обсуждать что-то серьёзное и должен понимать, с кем я говорю.

Те тут же взвыли, словно от восторга подскочили, и тот, чью пластину я только что восстановил, надел её обратно на шею, но табличку повесил сверху одежды, чтобы было видно всем.

— Я Райан, двенадцатое крыло западного дозора, — тут же представился он чётко, словно не было до этого идолопоклоннического сумасшествия. — Это Кейн, мой младший брат. Мы уже не верили, что сможем спастись! Дед наш и вовсе сбросился вниз, понимая, что не доживёт. Старый пень чуть-чуть не дотянул.

— Так, стоп, о спасении будем говорить потом. Допустим, вы нас ждали. Что, по-вашему, мы должны сделать дальше?

Мужчины переглянулись, и им вопрос явно показался странным, а я не знал, о чём спрашивать и как с ними вообще говорить.

— Нужно вернуть людям право, — сказал Райан. — Отправить нас домой!

— Нужно объявить новый закон! — восторженно воскликнул его брат. — Разбить чаши мира и уничтожить мерников, а затем вырезать все города, чтобы дать нам свободу!

Ну здрасти, приехали. Последняя фраза мне совершенно не понравилась. Я посмотрел на Тарна, видимо, ища помощи, но, судя по его лёгкой улыбке, было заметно, что разговор его откровенно развлекает.

— И почему мы должны очистить целые города? — спросил я.

— Чтобы не было тех, кто добровольно носит ошейники и собирает этер, нужно отдать дома и поля Свободным Копьям. Тогда воздух острова вновь станет чистым, и мы сможем вернуться домой, а значит — спастись.

— Так, стоп, — сказал я. — Вам нужно спастись и вернуться домой или убить всех, кто живёт здесь?

— Сначала убить всех, кто отказался от права называться людьми, — спокойно объяснил мне Райан. — Даже их дети носят ошейники, значит, нужно вырезать под корень, и тогда рабства не будет и будет свобода. А затем открыть портал и отправить нас на наши родные земли.

— Портал? — тут же заинтересовался я. — А где находится портал?

— В Наставлении сказано, оператор знает, где находится портал, — сказал мне Райан, возвращая ответ. — Но, если портал нерабочий, то мы готовы лететь на кораблях.

— Ага, вот уже что-то. То есть про корабли вы знаете.

— Каждый из Вольных Копий знает, что такое верфь и корабли, которые на ней когда-то строились. Наш род ведёт начало от древних создателей. Мы были одними из тех, кто охранял её от злых умыслов и строил корабли, — сказал мне тот в ответ.

— Так, ладно, стойте здесь, мне нужно поговорить с моим другом и кое-что обдумать.

Мы оставили двух мужчин и отошли к воротам. Тарн по-прежнему улыбался, при этом уже не скрываясь, только пальцем у виска не крутил, показывая на местных аборигенов. И я был в чём-то с ним согласен. Эти религиозные фанатики, для которых священным знаком является обычная карточка ночного сторожа, сейчас создают нам дополнительные проблемы.

— Зато мы знаем, что они воюют со всеми, кто носит ошейники, — сказал я, думая о том, что делать дальше. — А враг моего врага — мой друг.

— Так им тоже выгодно нас всех перерезать. Скажут их старики или ведуны, что мы не являемся их родственниками, и всё, прилетели. Просто представляешь, какая была ситуация здесь в древности? Они бросили половину своих друзей, родственников и свалили на достроенных кораблях, оставляя этих на смерть. А те умудрились выжить. Ой, мастер Корвин, какая тут заваруха была в своё время.

— Насчёт этого я согласен. Общая картина складывается достаточно интересно. Я бы про такое в книжке почитал, сидя у тёплого камина и в полной безопасности, а вот участвовать совсем не хочется.

— Вот-вот, а мы сейчас можем встать между двух враждующих армий, которые решат, что проще враждовать дальше друг с другом, чтобы не менять устоявшиеся порядки, чем решать вопрос с непонятными чужаками.

— Ну, если мы их убьём, мы точно развяжем войну, — ответил я. — Мне вся эта галиматья абсолютно не интересна. Хватило в своё время Корневиков и Глубинщиков с их непонятной, родственной и враждебной связью.

— Ну, зато ты сам пришёл, стал начальником, — посмеялся Тарн. — Там начальник, здесь начальник. Я смотрю, тебе по жизни везёт.

— Шёл бы ты лесом, — я стукнул его в плечо. — Ладно, стой здесь, пойду я выясню кое-что.

— Ну вот ещё, — фыркнул в ответ Тарн. — Буду я пропускать этот разговор. Нет-нет, я с тобой.

Мы вернулись к ждавшим нас аборигенам. Я просканировал их ещё раз и понял, что нет никакого обмана. Они действительно верили в то, что говорили, и очень сильно надеялись, что мы перебьём всех их врагов, разрушим существующий порядок и передадим освободившиеся земли их народу. Так сказать, вера прекрасно сочеталась с желанием чужими руками решить свои старые проблемы.

— Давайте начнём немного по-другому, — предложил я. — Вы точно не знаете, кто мы такие, кроме того, что мы операторы, а мы не знаем, кто вы такие. Нас слишком давно здесь не было. Поэтому пока никто никому ничего не возвращает, не объявляет законы и не убивает. Нам нужна информация о верфи. Мы не смогли до конца восстановить к ней доступы, слишком много времени прошло.

— Мы готовы ответить на вопросы оператора, — сказал Райан, и они с братом переглянулись. — Ведь всё прописано в Наставлении.

— Да шлёп твою медь! — вырвалось у меня в сердцах. — Мы пришли из далёкого, другого мира. Нет у нас никаких наставлений. Пришли за вами, чтобы вас забрать. Но мы не знаем, что нужно делать. Так понятно?

— Третий вариант! — тут же завопили оба и радостно запрыгали друг рядом с другом, так, словно я только что сделал им огромный подарок. — Третий вариант, третий вариант!

— Какой ещё третий вариант? — спросил я, стараясь перекричать двух орущих идиотов. — Успокойтесь и объясните нормально!

— Первый вариант — старшие имена, — тут же выпалил Райан. — Они знают двери, они держат законы, они сами принимают вахты!

— Второй вариант — возврат поручения, — подхватил Кейн. — Корабль приходит без крови, но с полным словом. Отдаём знак, принимаем меру, исполняем написанное.

— Третий — кровь без памяти! — закричали они вместе. — Ушедшие вернулись, но не знают дверей. Они помнят клятву, но забыли Наставления. Их нужно провести.

Понятно из того, что они только что сказали, ничего вообще не стало.

— Можно ещё раз, только человеческими словами? — попросил Тарн.

— Третий вариант самый лучший, — с совершенно счастливым видом сказал Райан. — Нет старых имён. Нет старой вины. Нет прежней крови между оставшимися и ушедшими. Только клятва спасения.

— Какая клятва?

— Вернуться за теми, кого не смогли забрать.

— Но мы не давали никакой клятвы.

— Вы сказали, что пришли за нами, — напомнил Кейн. — Значит, клятва сохранилась, а слова потерялись. Третий вариант!

Похоже, я только что подобрал нужный ключ к их религии. При этом сказал первое, что пришло в голову от злости, пытаясь заставить фанатиков меня слушать, и, видимо, случайно надавил на нечто похожее из древнего Наставления. Теперь объяснять им, что я соврал просто ради продолжения разговора и понимания ситуации, было поздно, но хотя бы движение куда-то началось.

Или, может быть, просто этих прикончить, сбросить с острова, а потом найти других и попробовать повторить попытку знакомства? Мысль конечно заманчивая, но откровенно плохая.

— Мастер Корвин! — сказал Тарн торжественно. — Мы не просто операторы, мы потомки древних операторов, которые вернулись исполнить клятву предков!

— Да прекрати ты паясничать!

Я показал ему кулак, но Райан воспринял это, видимо, как часть древнего ритуала и уважительно склонил голову.

— Старший должен сам услышать слова, — сказал он, — и решить, что твой возврат настоящий.

— Значит, мы можем поговорить со старшим, — сказал я. — Кто он такой?

— Наш командир дозора, он хранит полное наставление и содержит в своей голове все знания.

С этого и нужно было начинать. И вместо двух братьев, разговаривающих обрывками заученных непонятных фраз, где-то рядом должен находиться человек, скорее всего, способный хотя бы объяснить общий смысл происходящего. Если, конечно, он не настолько же помешанный, как эти двое.

— Ну и чего вы тогда стоите? Ведите нас к вашему командиру, — сказал я приказным тоном. — Оператору нужно поговорить с тем, кто знает про наставление и понимает то, что я буду ему рассказывать.

— Да и с ошейниками вояки могут здесь появиться, — поддержал меня Тарн.

— У малого костра, копьё дозора, нас больше двух десятков. Ни один сумасшедший мерник с нами не справится. Большим отрядом сюда они не сунутся. Эти земли традиционно принадлежат нам. Мы охотились за их разведкой больше недели.

Что ж, это тоже была прекрасная новость, что наши непонятные союзники здесь в достаточно большом количестве, и мы не оказались на враждебной территории, окружённые со всех сторон.

Бойцы забрали оружие и повели нас по лесу, ступая как настоящие лесники, в отличие от меня и Тарна, которые шли как слоны, хрустели ветками, привлекая внимание и вообще выделялись на общем фоне. Через несколько сотен шагов я почувствовал наблюдателя на дереве, потом ещё двоих справа и чуть дальше. Все они находились на начальной либо средней стадии закалки крови.

— Райан, — сказал я. — Передай своим, чтобы убрали стрелы и не наводили их мне в спину. Меня это раздражает.

Кейн поднял руку, сложил пальцы странным образом и начал издавать быстрые щелчки. В лесу в ответ прокричала одна, потом вторая птица, и напрягавшее меня внимание стало чуточку безопаснее.

Лагерь Вольных Копий оказался в двух километрах ниже между скал и холмов и был обустроен достаточно уютно. Судя по всему, жили здесь не одну неделю. Костёр горел внутри глубокой, обложенной камнем ямы, а дым уходил по трубе под землю. Вокруг стояли шалаши и стойки с оружием. Людей здесь было не два десятка, а значительно больше, как минимум полсотни, и ещё несколько дежурили на склонах. Все без ошейников, вооружены и все на разных стадиях закалки крови.

Одного этого отряда хватило бы, чтобы вырезать непрошеных гостей на верфи, пусть и потеряв половину. Но тем не менее, сила здесь была достаточно серьёзная. Здесь виднелись древние руины, расчищенные стены, всюду лежали связанные пучки стрел, запасные копья и прочая необходимая для лагеря мелочь. Похоже, пространственными артефактами здесь не пользовались и притаскивали всё на себе.

Интересно получается. Значит, Вольные Копья готовили нападение на тот же отряд, который встретился нам. А мы просто появились раньше и сделали всю работу за них.

— Думаешь, это безопасно, отходить так далеко? — спросил меня осторожно Тарн, неожиданно ставший более серьёзным. А я понял, что его наконец немного проняло.

— Вариантов у нас особо нет.

Охрана по периметру нас пропустила, а в центре весь лагерь замер. Несколько десятков пар глаз смотрели на нас, а затем на Райана, который поднял голубую светящуюся пластину над головой.

— Двенадцатая вахта принята, — крикнул он. — Третий возврат! С нами операторы!

Несколько человек тут же опустились на колени, но большинство остались стоять ровно и настороженно наблюдать за нами и идущими впереди улыбающимися братьями. Судя по всему, Вольные Копья представляют собой не только безбашенных фанатиков, но и вполне себе рационально мыслящих людей, прекрасно понимающих, к чему ведут исполнения всех этих древних пророчеств и наставлений.

Нас подвели к костру и остановили возле человека, который точил широкий наконечник копья. На вид ему тоже было не больше сорока лет, короткие тёмные волосы и аккуратная бородка. При этом чистая одежда и спокойный взгляд человека, который привык командовать. Он находился на конечной стадии закалки крови, но его каналы, которые я чувствовал даже издалека, были практически идеальны, словно он десятилетиями доводил каждый участок до нужного состояния. Он давно мог бы перейти на ступень каналов, но почему-то не сделал этого, и это было удивительно. А ещё, скорее всего, именно он являлся местным вождём.

— Братья увидели третий возврат, — сказал он. — Тёмные времена грядут, раз говорят такое.

— Светлые времена, старший Арден, — ответил уверенно Райан. — Они пришли снизу, с верфи, не знают Наставления. Сказали, что вернулись забрать нас, и приняли, отметили знак двенадцатой вахты.

— Нет в мире людей, которые не знают Наставлений, — ответил некто, которого звали Арден, чем сразу мне не понравился. Будет ещё тут решать, кому знать, а кому не знать.

— Можешь посмотреть на пластину, старший Арден — сказал я громко, — и увидеть, что она светится разрешённым допуском.

Видимо, что-то сказал неправильно, так как все вокруг поморщились. Но это было и неудивительно: я не до конца разобрался в том, как и вокруг чего они строят свою веру.

— Ты назвал себя оператором?

— Я тот, кто имеет возможность выдавать допуски, — ответил я, уклонившись от ответа и оставив за собой возможность для манёвра.

— Хорошо, — Арден неожиданно улыбнулся. — Тот, кто возвращается по первому порядку, никогда не признает возможность лжи. Садись к огню, поговорим о третьем возвращении.

Я посмотрел на Тарна, надеясь, что тот понял, что этот мужик сказал, но тот, видимо, тоже не разобрался и пожал плечами, мол, садись, что делать-то. Ерунда какая-то. У меня такое чувство, что мы попали в сумасшедший дом. Даже в Яме, когда я общался с Корневиками первые дни, было гораздо проще. Они были понятнее и более расположены ко мне, чем эти непонятные люди, живущие по непонятным правилам и законам.

— У вас здесь уютно, — неожиданно сказал Тарн, рассматривая вооружённых людей, окруживших нас, тут явно никто не спешил показывать миролюбие. — Сразу чувствуется настоящее гостеприимство.

— Вы находитесь в военном лагере перед началом похода, — ответил старший. — Было бы глупо притворяться, что мы беззащитны и настолько верим старым Наставлениям, как наши братья с граничных гор. Уйдите все и закройте уши, я хочу поговорить с гостями без посторонних.

Удивительно, но его послушались. И воины, которые только что сурово стояли с копьями, мечами и луками, теперь отошли от нас подальше и действительно закрыли уши, чтобы не слышать наш разговор.

— Вы готовитесь к войне? — спросил я его.

— Месяц назад их Жёлтые Листья вырезали караван и нарушили перемирие, — ответил Арден. — Сто три года они не входили в наши леса, а мы не трогали дороги и поля. Пришло время выпить ответную кровь. Вы пришли вовремя, раз решили поучаствовать в новой войне.

— Я бы не сказал, что мы сильно хотим воевать, — ответил я. — Нам нужно добраться до места, где верфь выдаёт допуск для отхода кораблей. Можешь рассказать что-нибудь про это?

Спросил я это в лоб и сразу просто потому, что слушать их истории и понимать, что и для чего здесь происходит, мне было, честно, неинтересно. Где-то здесь, на поверхности острова, находится нужное мне место, где я получу допуск и спокойно покину остров на корабле. И пусть они сами разбираются друг с другом, как делали до этого тысячи лет.

— Хотите вернуться обратно?

— Конечно, — сказал я, — наш корабль прилетел сюда совершенно неожиданно, и спасти вас прямо сейчас мы всё равно не сможем. Наш корабль зажат в тисках верфи, и чтобы выпустить его, нужен верхний управляющий доступ. Ваши разведчики сказали, что знают нужное место.

— Это место называется крепостью Внешней Вахты, — сразу сказал Арден. — Она находится на восточном холме, в нескольких днях пути отсюда, но на наших территориях. Вы можете пройти туда спокойно.

— И там действительно можно освободить корабль?

— В полном Наставлении сказано, если возвратный экипаж не принят верфью, необходимо перевести оператора во Внешнюю Вахту и закрыть верфь на разрешение. Больше я вам ничего не скажу.

— Нужно понять, что это значит, — вздохнул я удручённо.

— Я знаю, кто вы такие, — сказал Арден. — И мы действительно очень много лет вас ждали. Наш народ делится на несколько больших родов, многие из которых очень искренне верят в то, что за ними придут и их спасут. Я и мои люди, которых здесь большинство, считают по-другому.

Он обвёл рукой лес и развалины, показывая на людей и мир вокруг.

— Это наша земля, и она принадлежит нам уже несколько тысяч лет, так же как и мерникам, и воюем мы за неё. А та земля, о которой рассказывали когда-то наши предки, которые были наняты Владыкой для службы, она уже давно не принадлежит нашей крови, и вернуться назад для нас означает начать новую войну на других землях. Поэтому ваше появление здесь ничего не изменит, и я не против того, чтобы вы ушли обратно и покинули верфь, возвращаясь на свои земли.

Здесь уже я и Тарн выдохнули облегчённо, потому что проблема решилась сама собой.

— Я рад, что вы убили семерых мерников. Вы показали, что в выборе стороны вы находитесь с нами и вы не носите ошейников, поэтому вы останетесь живы. Я на этом всё сказал.

— Значит, мы можем спокойно добраться до древней крепости, получить доступ и вернуться обратно, и ничего вам не должны? — спросил я на всякий случай, чтобы уточнить.

— Ну почему же? Чтобы получить доступ, вам нужно убить зверя, обитающего там уже больше тысячи лет. Вы освободите нам крепость и свалите отсюда живыми, а мы вернём то, что всегда принадлежало нам. Идёт?

И почему я не удивлён?