Путь плоти. Ступень Каналов. Этап Пробуждения Меридианов открыт.

Лежа на кровати, я лениво изучал интерфейс, не спеша разбираться с тем, что происходило вокруг меня. Нужно было понять сначала, что происходит внутри.

Системные навыки больше не являются основными источниками вашей силы. При желании вы можете удалить любой навык, который находится в доступном списке, либо трансформировать его в полноценные знания и навыки.

Предупреждение: трансформация навыков приведёт к тому, что привычная градация и повышение будут невозможны. Дальнейшее развитие мастерства каждого навыка будет зависеть от вашего личного усердия и возможностей.

Угу, а оно мне надо? Ладно, хоть временного ограничения нет, и сделать подобное я могу в любой момент.

[Статус Носителя]

Имя: Корвин Андерс

Возраст: 20 лет

Состояние души: Стабильное

Процесс адаптации: 100%

Прогресс открытия этера: 100%

Прогресс развития: Ступень каналов. Этап Пробуждения Меридианов

Этер: 9560\9560

Навыки (10/10):

Мастер Рун — Уровень 10. Класс XI

Архитектор Основ — 1

Боевое Искусство

Основа Владения Копьём — 10

Идущий В Ритме — 4

Зеркало Намерений — 3

Зелейник — 4

Этерный Щуп — 9

Стальной Разум — 7

Интуиция Выживальщика — 6

Живая Сеть. — 4

Основы Кузнечного Дела — 4

Преобразователь — 4

А вот количество этера мне нравилось. Действительно, с такой мощью я могу и сам быть настоящим бойцом, способным силой этера двигать стены. Да, идеальные каналы именно здесь показывали себя с максимальной отдачей. Задача практика ступеней каналов — не просто научиться чувствовать этот энергетический поток, но и направлять его даже в самые тонкие потоки, в скрытые каналы тела, которых у меня теперь оказалось гораздо больше, чем двенадцать. Просто раньше я этого не знал и только сейчас, наконец-то, смог увидеть.

Это была практически копия кровеносной системы человека, отличающаяся только тем, что вместо самой крови по ней текла энергия, которая порой кажется мне гораздо важнее, чем присутствие той самой крови. И двенадцать открытых каналов представляли из себя основные магистрали, позволяющие работать с телом и энергией напрямую, но при этом занимающие меньше трети от того, что нужно было сделать, поправить либо добавить. Работа предстояла долгая и весьма кропотливая.

Что я ещё знаю про практиков ступени каналов? Что они могут использовать базовые техники и создавать новые, основанные на усилении тела и выбросах энергии.

На этом мои знания, полученные из обрывков информации, практически и заканчивались. Нет, теорию я немного читал, даже неоднократно. Только раньше это воспринималось как инструкция по управлению самолётом, не больше того. Тем более для человека, который всё это время ездит на машине. Слова знакомые, общий смысл вроде бы тоже понятен, но зачем половина этих рычагов нужна и почему нельзя просто сильнее надавить на педаль — да хрен его знает. Зато теперь постепенно, с каждым мгновением, осознание своего нового тела становилось всё более понятным.

Я уже понял, что был не прав. Меридианы, которые теперь мне доступны для развития, состояли из крупных энергетических узлов, связывающих вместе мышцы, органы и кровь и объединяющих тело в единую общую структуру. Даже сравнивать с кровеносной оказалось плохим выбором. Ну и заодно было понятно, почему именно так называется первый этап развития второй ступени. Наша задача — постепенно раскрыть весь свой энергетический потенциал, получая контроль над собственным телом и энергией на уровне, недоступном предыдущему шагу.

Вот это и было основное отличие практики закалки от практики каналов. Здесь у меня теперь имеется настоящий контроль над всем этим, а не то грубое его отображение, что было доступно раньше. Я залил энергию в два пальца и щелчком поджёг пламя над указательным. Небольшое — хватит, чтобы прикурить сигарету, но сам факт, что я мог это сделать и теперь для этого не нужно было тратить много энергии, — это было забавно.

— Ну что же, — пробормотал я, рассматривая одну из медных энергетических сетей, проходящую через указательный палец. — Осталось всего лишь разобраться с несколькими тысячами непонятных меридианов и случайно себя при этом не угробить.

А вот изменение навыков оказалось гораздо более серьёзным, чем я думал. Так как моё понимание энергии вокруг меня стало гораздо лучше и качественнее, то и щуп стал работать совершенно по-другому. И он больше не соответствовал тому описанию навыка, что я получил изначально. Вместо точечного воздействия теперь я мог использовать разные способы взаимоотношения с любой энергетической структурой, которую мне нужно было изучить.

Система, словно понимая это, обрадовала меня новым улучшением.

Навык повышен. Этерный Щуп — 10.

Предлагается новая специализация. Выберите один из трёх новых навыков.

Резонансный Ключ. Настройка щупа на индивидуальную структуру чужого этера позволяет определять назначение отдельных узлов, считывать реакции связок и подстраивать собственное воздействие под исследуемый контур.

Энергетический Пробой. Боевое применение точечного контроля позволяет проводить направленный импульс сквозь внешнюю защиту, нарушать работу выбранного канала либо рунного узла.

Взгляд Мастера. Целостность восприятия энергетической структуры позволяет охватывать её одним взглядом, находить скрытые связи и заранее определять, как изменение отдельного узла повлияет на весь контур.

Система умудрилась предложить мне нечто новое, то, с чем я раньше не сталкивался. Энергетический Пробой — это же, по сути, боевое воздействие и техника, которая работает на основе этера. И она теперь может стать моим дополнительным навыком.

Тот же Взгляд Мастера, по сути, представлял из себя нечто схожее с Архитектором Основ. Никакого смысла повторять или дублировать навык я не видел, тем более что тот являлся моим основным. Кажется, система начинает повторяться. Количество навыков, на самом деле, не супер огромное.

Поэтому выбор я оставил за Резонансным Ключом.

Резонансный Ключ — 1

В отличие от некоторых прошлых разов, никакого дополнительного озарения и понимания не произошло. Знания не обвалились мне в голову новой горой, поэтому нужно было самостоятельно изучить, что же всё-таки в итоге изменилось. И тут же, используя Ключ — нужно привыкать к новым названиям — направил его в сторону ближайшей рунной структуры корабля.

— Ого!

Совершенно другие чувства и понимание увиденного. Левиафан, по сути, представлял собой то же, что и тело практика, отличаясь только искусственным происхождением. Те же крупные магистрали, проходящие по силовому корпусу и прикрытые защитным слоем. Те же сотни тянущихся во все стороны тонких каналов, обеспечивающих работу дополнительных устройств и укрепление корабля, чтобы он не развалился от любого мало-мальски серьёзного воздействия.

Зато теперь не нужно было искать глазами диагностическую ветку. Я нашёл её сразу, от неё добрался до канала и смог даже понять, что по энергетическому каналу от корабля до пункта назначения идут информационные пакеты. И сравнив повторяющиеся циклы между ними, я понял, что до конца пути осталось шесть суток. Также нашёл несколько интересных моментов, которые стоило бы хорошенько обдумать, особенно оценивая автоматические ответы с той стороны.

— Зараза, — выругался я негромко. — Что-то я слишком долго валялся.

Я продолжил изучать корабль, нашёл основной узел, отвечающий за передачу информации через громкоговорители, и достаточно быстро его взломал. В отличие от силового каркаса, защита здесь была достаточно простой.

Можно было пошутить, выдав сообщение от себя, но я представил, как перепугается народ, и решил, что не стоит этого делать. Но задумку оставил на будущее. Теперь я мог говорить голосом корабля и передавать разные команды, которые абсолютно никак не влияли на его управление, но были слышны всем внутри.

А так во всём остальном всё шло по плану. Проблем вокруг я не чувствовал, люди были спокойны. И кто-то занят своими делами, кто-то спал. В общем, атмосфера внутри корабля была достаточно привычная. Люди в ожидании неизвестного успокоились и занимались повседневными делами.

В дверь постучали.

— Тарн сказал, что ты уже закончил становиться великим практиком, — раздался голос Лианы, — и уже проснулся.

— Входи, — сказал я, усаживаясь на кровать и смотря на вошедшую девушку.

— Ну ты и соня. Тебя даже вчерашний шторм не разбудил. Говорят, мы уже приплыли в Морровинд. Нас выпустят, это точно!

— Смешно, — улыбнулся я. — Хорошая шутка. Только вчера не было шторма на корабле, всё в порядке, проспал я двадцать два дня, и никаких серьёзных проблем у нас за это время не было.

— Син предлагал тебя напугать: сказать, что мы остались в последней каюте и корабль развалился и падает вниз, но я сочла это дурацкой идеей. А получается, что ты в курсе всего. И давно ты в курсе?

— Да, провёл некоторые исследования своих новых возможностей, — ответил я. — Оказывается, наш корабль не просто идёт по энергетическому импульсу наверх, питаясь энергией, но ещё и отправляет пакеты о своём состоянии и получает точно такие же с той стороны.

— Пакет с пакетами. И что, есть там что-нибудь новенькое?

— В том-то и дело, что ничего. Общаются два робота друг с другом. Как дела у Алекса?

— Ну, теперь я понимаю, почему ты считаешь его своим другом. Вы оба великих спящих храпуна, поэтому сказать особо и нечего. С ним всё хорошо. Я продолжаю пичкать его пилюлями. Несколько раз он просыпался и выходил гулять вместе с ребятами. Парень хороший, немного наивный. Ждёт, когда ты проснёшься.

— Тогда пойду сразу к нему.

— Не сейчас, — девушка немножко задумалась. — Часа через три, сейчас у него сон.

— Хорошо, — согласился я. — Тогда пока посмотрим, куда нас занесло и на какой высоте мы находимся.

— О, вот тут ты удивишься, — Лиана как-то странно усмехнулась. — Мы уже все насмотрелись. Первые дни от иллюминаторов было не оттащить, а потом народ перестал туда ходить. Знаешь, есть вещи, на которые и смотреть уже не хочется.

Только тогда я обратил внимание, что на моём иллюминаторе в каюте висит шторка.

Я откинул ткань в сторону и принялся изучать то, что находится за бортом корабля. За три недели корабль поднялся настолько высоко, что само слово «высота», наверное, потеряло полнейший смысл. Если мои расчёты по пакетам были верны и та информация, что я получал, была правдивой, то от поверхности нас отделяло порядка пятидесяти тысяч километров. Земной шарик на таком расстоянии превратился бы в монету на вытянутой руке. Здесь же поверхность никуда не делась, она была просто везде.

Начало чаши, которое я видел перед прорывом, теперь развернулось в полноценный свод, а внутренняя сфера охватывала нас со всех сторон. Взгляд, куда бы я его ни направлял, упирался в обитаемую оболочку, вернее, в ту оболочку, которая когда-то была обитаемой. С высоты в несколько тысяч километров сектора виделись ячейками медовых сот, растянутых на весь горизонт. Горные хребты отсюда казались тонкими светлыми швами, и во всей этой многотысячной мозаике сияли дыры, очень много дыр. Я даже считать их не стал, потому что где-то тридцать процентов видимых мною зон были разрушены, порой сливаясь в огромные поля тьмы, где тонули десятки, если не сотни соседних ячеек разом.

Выглядело всё так, что мир, который снизу казался бесконечным, отсюда выглядел умирающим. И умер он давно. Края многих провалов успели даже сгладиться. И видно было, что катастрофа во многих ячейках случилась многие тысячи лет назад. А мы там, живя в одной из уцелевших ячеек и считая её всем миром, даже не знаем о том, что происходит у соседей.

Смотреть на это было откровенно страшно.

— Твою же мать, — сказал я тихо, потому что других слов у меня и не нашлось.

— Ну, это я бы сказала так же. Советую заодно посмотреть наверх.

Совета я послушался и даже не ослеп, разглядывая Красное Око. А вот затем взглядом зацепился за то, что называлось Небесным Щитом. Тот самый Лунь-Цзинь, который выглядит снизу размытой тенью, наползающей на Око и создающей день или ночь. Отсюда же было видно, что никакая это не тень, а огромнейшая сегментированная конструкция из тысяч пластин.

— Знаешь, одно дело слышать рассказы о том, что ты живёшь в сфере Дайсона, созданной древними создателями, — продолжила девушка. — И совсем другое видеть это собственными глазами. И ладно бы ты жил в процветающей и здоровой структуре, но нет же. Выглядит так, что мы находимся в полной жопе.

— Я вообще не понимаю, как практики живут на этих островах, ещё и так высоко, — ответил я ей. — Они же видят, что творится с миром вокруг. Неужели ничего не предпринимают?

— А что они могут сделать? — не согласилась со мной девушка. — Ты вообще понимаешь, насколько местное общество отстало технологически от того, что нужно было бы хотя бы для того, чтобы понять, как работает этот мир? Тут с ума не сойти — и то уже хорошо.

— Впечатляет, да? — неожиданно раздался голос от двери. Я повернулся и увидел стоящего там Сина.

— Скорее, вызывает много вопросов, — ответил я ему. — Судя по всему, нашему участку мира тоже скоро придет хана.

— Ну, скоро в данном случае — это понятие растяжимое. Я никогда ничего не слышал о катастрофах такого масштаба. Да и найди сейчас нашу точку внизу. Я вот отсюда совершенно не могу определить, где мы находимся, — сказал мой друг. — Так что наше возвращение обратно — это большой-большой вопрос.

— Да я бы не сказал, — ответил я, снова разглядывая мир под собой. — Я точно знаю, где находится наша ячейка и как туда попасть. Вопрос только в том, чтобы нам разрешили вернуться, а в связи с этим есть у меня кое-какие смутные сомнения по поводу того, кто нас будет там встречать.

— Ты про то, что практики высоких уровней уходят под землю? — пояснил Син.

— Да, я тоже подумывал о разном странном. Но в любом случае, как так получилось, что этот драный корабль умудрился поймать сигнал?

— Потому что острова не движутся, — пояснил я. — У них есть определённые зоны, над которыми они обязаны висеть. Я немного изучил информацию, которая передается вместе с энергией, и оттуда есть вполне однозначный вывод: место, в которое мы летим, оно статично и находится на одном и том же уровне уже много времени. Так что здесь просто неудачное стечение обстоятельств и ничего более.

— А меня всё больше пугает то, что Лисс говорил про Звёздный Дождь. Что сильнейшие прячутся под землю, потому что боятся Дождя, который убьёт нас всех.

— Вопросов даже слишком много, — сказал я, — потому что как сюда может долететь практик ступени ядра, я вообще не понимаю. Там же нет этера, это мёртвый космос, который находится между тем местом, куда мы летим, и поверхностью. Всё как-то очень странно и не укладывается в моей голове.

— Ну да, никакого смысла прятаться под землёй нет. Всё, получается, рухнет в бездну, не останется на поверхности ничего. Может быть, только острова и спасутся, — высказала свою точку зрения Лиана.

Я, всё ещё стоящий и смотрящий в иллюминатор, заметил, как сегмент Небесного Щита налился багровым светом и с него сорвалась ослепительная капля, стремительно понёсшаяся вниз.

— Это что, Звёздный Дождь? — не удержался я, тыкая пальцем.

— Ага… — без всякого удивления ответила Лиана. — Пока ты спал, мы их, наверное, с десяток видели, не меньше. Жуткое зрелище. Летит такая хреновина, причём аномально быстро, с нарушением законов физики, а потом, трах, бабах, — развела она руками, — и затем там внизу всё горит.

Мне сразу вспомнился первый Звёздный Дождь, под который я попал. Я тогда ещё отметил несуразность, просто из-за слияния душ не было времени в этом разобраться, а потом навалились другие дела, пытался выжить, как-то и забылось. А теперь вот наглядно увидел, и сразу вспомнилось.

Ведь расстояние от поверхности Сферы до красного карлика или даже до поверхности Небесного Щита явно астрономическое, и даже солнечному свету, если брать аналогией нашу Землю, требуется восемь минут, чтобы долететь до неё. А Звёздный Дождь по моим прикидкам долетел до поверхности примерно за полчаса. Получается, примерно одна пятая скорости света? Для физических объектов это что-то граничащее с невозможным. Там такие требуемые показатели энергии, что и представить страшно.

Я задумался, глядя на то, как одна капля света, летящая к Сфере, внезапно разделилась на множество мелких, как только подлетела ближе. Судя по тому, что я знаю, осколки Звёздного Дождя — это самая желанная добыча практиков всех уровней: концентрированный и кристаллизованный этер. Получается, Лунь-Цзинь выполняет двойной функционал: не только осуществляет смену дня и ночи в мире Сферы, но и копит энергию звезды, преобразовывает её в этер и затем сбрасывает на Сферу.

Не уверен, что это штатный функционал, потому что, судя по тому, что я вижу, он несёт разрушение. Больше похоже на аварийный сброс.

Пока я смотрел на то, как падает Звёздный Дождь, он ещё ближе приблизился к поверхности и рухнул на уже повреждённый сектор, весь изъеденный дырами.

— Епическая сила… — выдохнула стоящая рядом Лиана, а я с ней согласился.

И было с чего удивляться. Тот сектор, куда пришёлся удар, видимо, висел на волоске и удар его добил. Прямо на наших глазах огромные куски поверхности разваливались на части и затем начинали подниматься в воздух.

— Это вообще законно? Оно же вниз должно падать, нет?

Я покосился на девушку.

— Ну… Сдаётся мне, мы разгадали только что одну загадку Сферы. Помнишь я тебе говорил, что читал о том, как один из наших добрался до обратной стороны Сферы и обнаружил там пустоту? Так вот, законы физики едины, и обмануть их не так просто, и если повредить часть поверхности, то с чего бы ей куда то падать, тем более вниз? — я ткнул пальцем в зияющие дыры. — Источник притяжения здесь — это красный карлик, и логично, что, если что-то и падает, то падает в него. Снаружи-то пустота. Наверное, и остров, к которому мы летим, держится в воздухе именно поэтому, балансируя между светилом и Сферой, — меня внезапно осенило, и я осторожно добавил. — А возможно, мы наблюдаем процесс формирования нового острова.

— Так это что, получается, что они потом могут обратно приземляться и создавать новый сектор? — продолжила она мою мысль, до которой я только что дошёл сам, вспоминая Яму.

Ведь там, по записям древнего царя, вниз как раз рухнул целый остров. Возможно, и не рухнул вовсе, а попросту приземлился не в то место, а на самом деле должен был пришвартоваться в пустующее.

Если это так, как я подумал, то получается, что это не катастрофа, а метод перемешивания биомов? Несущий смерть своим обитателям, но когда сильным мира сего не было на это плевать?

— Кто знает… — ответил я Лиане. — Может, мы скоро узнаем ответ на этот вопрос. А может, нет.

На этом наш разговор затих как-то сам собой. Ребята, пока я отсутствовал, умудрились поспорить обо всём, о чём только можно, и продолжать им это было неинтересно. А я, как пропустивший всё это, решил особо не вникать, оставив свою точку зрения при себе. Стейни поздравил меня с восхождением на новую ступень развития, и на этом, собственно, тоже наше общение практически прекратилось. Осталось всего лишь шесть суток до финала нашего подъёма, и каждый хотел провести их по-своему.

Зато, что не могло меня не обрадовать, так это состояние здоровья Алекса. Я проверил с помощью новых возможностей его каналы и убедился, что решение по его лечению было абсолютно правильным. И Лиана сделала всё очень хорошо, добавив к моим возможностям алхимические снадобья. Безумие осталось в друге, но теперь оно не горело в нём, вырываясь наружу, а тлело где-то глубоко внутри. И он вполне мог себя контролировать, разговаривать и развиваться дальше как практик. Насколько хватит этих лечебных оков, пока было непонятно, но я собирался быть рядом и в случае чего исправить возникшие у друга проблемы.

Так что оставшиеся дни прошли достаточно буднично, если не сказать серо. Я тренировался с Тарном, учась принимать своё новое тело и работать с ним. Тренировался с копьём, изучал корабль и только ждал момента, когда всё закончится. А ещё часами сидел, общаясь с Алексом в те периоды, когда он был в бодрствующем состоянии. Лиана категорически отказалась выпускать его раньше времени и требовала закончить лечение процедурно. Так что я вынужден был с ней согласиться, несмотря на наше общее с другом недовольство.

Внимание. Конечная точка маршрута достигнута. Тяговый режим завершён. Переход к позиционированию.

Люди высыпали к иллюминаторам, отдёргивая занавески и разглядывая то, что находится за бортом, а там была настоящая тьма. Что-то заслоняло нас и от небесного свода, и от микросферы, находящейся внизу. И никакого проблеска вокруг не было. Чем больше я всматривался, тем больше понимал, что мы находимся внутри неизвестной черноты.

Позиционирование завершено. Ожидание.

— Ожидание чего? — шёпотом спросила Наира, стоявшая за моим плечом.

Ответить я не успел, потому что в этот момент нырнул в диагностическую ветку, чтобы понять, что происходит. Пакеты остановились. Впервые за последнее время канал молчал, и молчание тянулось очень долго. Ответа с той стороны не было.

Позиционирование завершено. Ожидание.

Вокруг корабля снова чувствовался этер, чистый и очень спокойный. Я бы сказал, что для любого практика это было идеальное место для того, чтобы существовать. А это означало, что мои амулеты здесь не нужны, и вся команда может чувствовать себя в полной безопасности. Смерть не грозит никому, во всяком случае, точно не от отсутствия этера.

Ожидание… Ожидание…

— И что теперь? — недовольно сказала Лиана. — У него что, пластинку заело?

— Что? — переспросил Син.

— Не обращай внимания, мои алхимические заморочки.

— Ожидаем, чего? — буркнул я, думая о том, что делать дальше. — Была, конечно, у меня одна мысль о том, что будет, когда мы доберёмся до пункта назначения, но я откладывал её в сторону, и сейчас, кажется, пришла пора вернуться к ней обратно.

— Мне бы хотелось поподробнее, мастер Корвин, — сказал Тарн. — Очень уж пугающе звучит.

— Была у меня такая мысль, что никто нас здесь не ждёт, — сказал я, даже немного огорченно. — Просто сработала древняя автоматика, для которой не нужны разумные и живые люди рядом, вот и всё.

— Есть шансы, что местные сокровищницы тоже не разграблены? — вставил своё слово Син, отвлекая нас от грустного. — Друг мой Корвин, кажется, ты обещал мне пространственный артефакт в качестве подарка. Я бы сейчас от него очень даже не отказался.

— Сначала давайте выберемся отсюда, а потом посмотрим. Тарн, доставай свою летающую доску, надо нам немного полетать.