Держа арбалет в одной руке, делаю вид, что готов захлопнуть дверь перед носом всадников.

Те у самой двери. Скачущий первым вскакивает в седле и прыгает на ходу с лошади, выхватывая меч. Вот это ни фига себе, я таких трюков даже в кино не видел…

— Фандо! — произношу я кодовую фразу, и болт срывается с тетивы.

Вот сейчас проверю, как стреляет именной арбалет. Выстрел всего один, но всадник так близко, что промахнуться невозможно. Сейчас увижу, что там за эффект будет.

Болт врезается в грудь летящего на меня всадника. Мгновение как будто бы ничего и не происходит. Выстрел вроде и доспех толком не пробил…

И тут вся кожа с всадника слетает, словно кто-то одним движением сорвал ее с тела, будто кожуру с банана. Ошметки кожи отлетают в сторону, падая на траву отвратительным плащом. Всадник секунду стоит и смотрит на меня глазами без век. Выглядит тошнотворно. А затем башню сотрясает ужасающий крик боли.

Как говорил ослик Иа — душераздирающее зрелище. Хотя тут скорее кожесдирающее.

Вид человека без кожи на миг вгоняет меня в ступор. Стоило догадаться, как эта штука работает. С другой стороны — этот вояка же не с букетом цветов на меня прыгал, хотя я и такое не приветствую, а с мечом и явно хотел убить, так что сам виноват.

Вот тебе и свежующий болт. Просто охренеть — за раз с живого человека всю кожу содрать…

За те мгновения, что я смотрел на освежеванного заживо всадника, к башне подлетел его напарник. Дверь захлопнуть я уже не успею.

Черт, отскакиваю вглубь башни, в то место, где я только что стоял, вонзается тяжелый метательный нож.

Ах ты ж сволочь…

Бегу по лестнице на второй этаж, там тоже дверь. Захлопываю створку перед носом врага.

Так, вот сейчас попадос. Свидетелей оставлять нельзя. Оставлю я этого типа в живых. Приведет он сюда весь отряд, и будут они у меня под стенами лагерем стоять. Оно мне надо?

Припасов у меня достаточно, но не хотелось бы торчать все время в башне, опасаясь, что их маг найдет заклятие и меня прихлопнет или они башню разнесут на кусочки.

Всадник уже у двери. Тарабанит со всей дури. Ногами, руками, мечом даже.

Дверь на второй этаж, конечно, добротная, но не чета входной. Долго не выдержит… Быстро перебираю зелья и оружие… Чего я паникую? Он тут всего один, а я? А вот я не один…

— Белла, запирай дверь! — кричу башне. — У нас незваные гости! Надо их принять как следует! Гуляем на всю катушку! Поднимай гвардию!

Слышу, как внизу с громким хлопком закрывается дверь.

Всадник ничего не слышит — еще бы, от грохота его ударов стены сотрясаются.

Ничего, сейчас он получит, хулиган этакий.

Над дверью маленькое, забранное частой сеткой (даже арбалетный болт не просунешь) окошко. Через него наблюдаю, как воин пытается выломать мою дверь.

Лицо его перекошено от злости, в глазах бешенство.

Эй, да я ж тебя знаю! Сталкивались в лазарете.

[Оценка — ур. 12

Кейн Балдмар

…

Число жертв: 58

Расстройство психики: маниакально-садистическое

Примечание: получает удовольствие от мучений своих жертв. Жажда убийства, маниакальные наклонности.

…]

Та еще сволочь. Такого и жалеть нечего. Сейчас мои мертвяки с ним разберутся…

Он настолько увлекся штурмом, что не заметил, как по лестнице стали подниматься скелеты.

Первая пара мертвяков приблизилась к воину на расстояние вытянутой руки.

Воин наконец отвлекается от двери, выхватывает меч и бросается на мертвяков.

Надо отдать должное — дерется он отлично. Клинок с быстротой молнии описывает дугу и сносит голову первому скелету. Куча костей катится с лестницы на первый этаж. Такая же участь ожидает и второго скелета.

«Ладно, гад, — думаю я, прильнув к решетке, — это только начало!»

Вторая пара скелетов уже на подходе. Солдат понимает, что что-то тут не так, бросает взгляд на дверь из башни. Та заперта…

Ага, дошло, что зря ты сюда вломился так беспардонно? Это тебе не безмолвных крестьян запугивать, и по башке можно получить.

Со второй партией скелетов человек Шеймера расправляется так же быстро, как и с первой. Однако я замечаю, что руки подрагивают, удары уже не такие выверенные — нервничает он.

Скелеты продолжают подниматься по лестнице.

На десятом скелете воин начал тяжело дышать, меч все с большим трудом поднимался для новой атаки.

«Давай, Белла поднажми, — обращаюсь я к башне, — совсем немного осталось».

Четырнадцатый скелет ухитряется уклониться от удара мечом и вцепиться зубами в руку врага. На ступени падают капли крови…

Солдат с криком бьет скелета рукоятью меча в висок. Череп скелета раскалывается, и он оседает на ступени. Однако за ним уже следует новый костяной воин, а когда выбывает этот — еще один, и еще, и еще.

В отчаянной попытке спастись солдат решает прорваться к двери. Он совершает высокий прыжок с вершины лестницы к ее подножию. Однако вместо пути к спасению оказывается в окружении скелетов.

Мертвяки рвут солдата на части, кровь брызжет в разные стороны.

Даже смотреть неприятно, я-то не такой маньяк, как он. Отступаю от двери.

Когда крики боли и ужаса затихают, осторожно отпираю дверь и спускаюсь на первый этаж.

— Да уж, товарищи мертвяки, насвинячили вы тут, — пол первого этажа густо усеян костями, тут же валяются окровавленные куски тела второго всадника. — Чего вы тут поразложились? Надо уборкой заняться. В подвал все поскидывайте… Наши павшие воины еще могут послужить правому делу… Никакого отдыха после смерти!

Скелеты с философским молчанием собирают кости и скидывают их в люк.

Вернувшись на второй этаж, откупориваю бутылку вина, не так давно купленную…

— За такое грех не выпить, считай второй раз родился. Эти гады меня могли на шашлык порубить, так что имею полное право.

Наливаю в кружку и залпом выпиваю. Вино хорошее — в меру сладкое, в меру терпкое. Тепло разливается по телу, прогоняя дрожь в коленях и руках…

Спускаюсь вниз проверить, как там с уборкой.

— Ну вы и дубины костяные, — возмущаюсь я, — этого-то на фига в яму закинули? На нем доспехи были, кошелек, всякие побрякушки…

Скелеты равнодушно смотрят на меня, кажется, даже плечами пожимают.

— А, что с вас, безмозглых, взять, — машу я рукой, — только силы тратить.

Скелеты молча отправляются убирать оставшиеся после битвы кости.

Я же выхожу на улицу. Вокруг башни тихо, криков боли больше не слышно.

Тело воина, лишенного кожи, обнаруживаю шагах в тридцати от башни.

Надо же, он еще пытался отползти. Крепок оказался. На трупе не осталось ни кожи, ни одежды. Труп выглядит настолько отвратительно, а уцелевшие доспехи до того заляпаны кровью и ошметками кожи, что и думать не хочется о том, чтобы их отмывать. А на запах мертвой плоти зомбари и скелеты будут собираться, как мухи на… мед. Нафиг не надо мне это.

— Этого тоже в яму, — кричу я скелетам.

— Извиняться я не стану, — обращаюсь я к трупу, — помер ты, конечно, страшной смертью, но клинок первым обнажил не я, гнаться за мной вас никто не заставлял. Давай так: ты сдох, а моя совесть чиста…

Пока скелеты занимаются уборкой, размышляю:

— Нужен арсенал, комната с оружием. Чтобы не в куче оно лежало на третьем этаже, а аккуратненько по стенам висело, как в музее… только без стеклянных витрин.

Да, еще нужно пополнить запасы скелетов. А то после заварушки маловато их осталось. Вон они как пригодились — заскочил этот воин в башню, а я его скелетами уделал. Сам и руки не замарал… Некоторые ходят грибы-ягоды собирать, а я вот по мертвяков пойду.

Вооружившись, отправляюсь на поиски новых мертвяков.

Хорошо, что в этих местах такой богатый выбор мертвецов. Просто супермаркет.

Подчинив пару зомбарей, отправляю их к башне дожидаться меня…

В небольшом овраге обнаруживаю скелета. В ребрах его торчит посох. Это что-то новенькое. Не стрела, не копье и не меч, а именно что посох, длинное древко с витиеватым навершием.

— И как это тебя угораздило? — обращаюсь я к скелету. — Посохом ведь неудобно скелетов тыкать…

Подчинив себе скелета, вынимаю из его тела посох. Добротная вещь: древко удобно ложится в ладонь, дерево отполировано до блеска, резная верхушка выполнена в виде переплетенных человеческих ладоней.

— Сразу видно — искусный мастер работал.

[Оценка | ур. 12

Посох

Тип: артефакт

Класс: магический

Заклинание: скрыто

Возраст: 326 лет

Изготовитель: Ардагаст Синергин

Открыто: 5/15

Примечание: мастер Ардагаст Синергин прославился как искусный изготовитель магических посохов. Его изделия отличались не только магическими свойствами, но и изяществом исполнения. Некоторые богачи покупали посохи Ардагаста не в качестве оружия, а как предметы искусства.]

Вот это круто. Я теперь уже не собиратель хлама, а коллекционер, получается. Посох, естественно, забираю. Позже внимательнее изучу. Узнаю рано или поздно, что там за заклинание, и попробую применить. А то сейчас ткну им в землю, и откроется портал в ад или землетрясение начнется…

Пополнив отряд мертвецов, направляюсь за древесиной. Для починки двери, как я понимаю, веток недостаточно, нужно дерево срубить, причем крепкое, хорошее…

Есть у меня нужное деревце на примете. Пока тут прогуливался, заприметил, а сейчас план появился, как его срубить.

Со стороны дерево как дерево. Кора, листья, ветки, но тут все не то, чем кажется.

[Оценка | ур. 12

Дупложор

Тип: растение

Класс: хищное

Возраст: 57 лет

Радиус атаки: 15 метров

Пища: живая/мертвая плоть

Открыто:5/10

Примечание: атакует жертвы гибкими ветвями, оплетая, лишая возможности двигаться. Затем жертву затягивает в одно из десяти отверстий в стволе дерева, где она переваривается в течении 6–8 часов. У дупложора десяток пастей, столько же активных ветвей для захвата жертвы и десять желудков для переваривания. Особенностью данного растения является то, что, когда все десять желудков заняты переработкой пищи, дерево становится безопасным. Древесина дупложора прочна, устойчива к паразитам, не подвержена гниению.]

Именно то, что мне нужно. Осталось только занять это прожорливое растение… Хорошо, что оно мертвечиной не брезгует.

Жаль, конечно, что придется опять скелетами жертвовать, только ведь насобирал, но не самому же мне в дупло соваться. Скелеты и так мертвые, а себя мне жалко…

Десяток мертвяков один за другим подходят к дереву. Длинные ветви мгновенно опутывают их и затаскивают в дупла.

— Вот это подгон тебе, верно? — Наблюдаю, как комично из ствола торчат ноги скелетов. — Небось за всю жизнь у тебя такого пира не было…

После того, как все десять пастей хищного растения принимаются за переваривание мертвяков, вызываю бригаду лесорубов.

Вооруженные зачарованными топорами скелеты налетают на дерево. Стук слышится по всей округе, щепки летят в разные стороны.

Дерево невозмутимо продолжает переваривать добычу.

— Да уж, вот это аппетит у тебя…

Сам ствол не очень толстый, чуть больше обхвата, однако древесина прочная, вязкая. Топоры скелетов то и дело увязают в ней.

Будь у них простые топоры, копались бы до завтрашнего утра.

Спустя примерно час работы дерево удается свалить. Теперь новая проблема — разделать ствол. Это несколько дней долбежки.

— Бригада, теперь рубим ветки и таскаем их в башню, — приказываю скелетам, — а дальше потихоньку разделываем ствол. Бензопилу бы вам, но чего нет, того нет.

Осматриваю срубленный ствол. Древесина темно-шоколадного цвета — очень красивая, необычная. Очень интересное деревце.

Скелеты до самого заката возились с дупложором. Ствол обкорнали, ветки перетаскали в подвал, потом принялись за ствол. До ночи удалось разрубить неподатливое дерево на три здоровых куска и общими усилиями затащить их в башню и запихнуть в подвал.

— Прости, Белла, что кусками все закидываю, но оставлять его на улице не хочется. Мало ли кому еще дерево приглянется. Или, может, оно само решит ноги сделать?

Быстро поужинав, ложусь спать. Башня работает, пока я сплю или пока меня долго нет.

Сон снится максимально странный. Словно я мультик смотрю, который ребенок нарисовал. Все схематичное, немного корявое…

Вижу башню, в нее закидывают человечка в рыцарских доспехах. Человечек проваливается в яму в полу.

Рыцарь кричит, явно не от радости. Звука во сне нет, но по выражению лица понятно — хреново ему.

Потом изображение отдаляется. Над шпилем башни появляется череп со скрещенными костями.

Ага, отмучился бедолага…

Башню словно сотрясают судороги… или схватки… Точно, она как будто рожает…

— Фу, блин, приснится же такое, — поднимаюсь с кровати, протирая глаза, — может, у меня температура высокая и я бредил?

Так нет, чувствую себя отлично.

Быстро спустившись на первый этаж, осматриваю входную дверь. С ней все в порядке — ни царапин, ни сколов. Полностью восстановлена. Даже цвет изменился — теперь он темно-шоколадный с глянцем.

Оценка при этом показала, что материал двери обновлен, а прочность вчетверо повысилась.

— Зашибись! Теперь пусть хоть десяток Вестников является — хрен они прорвутся.

Ну нет, не надо мне такого счастья. Одного Вестника вполне хватило…

В приподнятом настроении направляюсь к лестнице — пора позавтракать. И тут замечаю в стене башни две новые двери.

— Чего? — таращусь на двери. — Это тут откуда? И зачем?

Открываю первую дверь. За ней небольшое помещение — метра два на два. На полу лежит одежда: штаны, рубаха, нижнее белье, носки какие-то, башмаки. Отдельно металлический нагрудник и кожаный подклад. И еще кошелек.

С минуту до меня не доходит, что все это означает, а потом…

— Белл, ты реально меня за дурачка держишь? Что я, без мультика не разобрался бы? По-другому показать не могла?

Где-то в башне хлопает дверь — могла, мол, но вот так.

Эх, Белла, что ж ты мне раньше это не дала понять. Или ты тоже развиваешься и только теперь этому научилась? Ну, уже неважно. Теперь можно закидывать в подвал трупешники в одежде. Башня переработает их, а потом вернет то, что мне пригодится. Доспехи вчерашнего всадника, вместе с кошельком и одежкой — вот они, тут лежат.

— Ничего себе, одежка словно из стирки, пахнет луговыми цветами, — осматриваю вещи, — радикальная химчистка. Это ж и свои вещи можно так стирать? Ура, у меня появилась прачечная. Больше не придется полоскаться без мыла.

Направляюсь ко второй комнате.

— На меня ж оттуда ничего не выпрыгнет? — со смешком спрашиваю у башни.

Нет, комната абсолютно пуста. Тоже небольшая, видимо у башни пока не хватает ресурсов. На стенах комнаты крюки, крепления.

— Да это ж арсенал, — улыбаюсь я, — то, о чем я вчера думал. Отлично. Теперь оружие не будет кучей валяться. Спасибо тебе, Белла, огромное.

Арсенал, конечно, маловат. Нужно будет вложиться в расширение, но он есть, и это уже хорошо.

Выхожу на улицу в отличном настроении. На душе спокойно, словно не в чужом мире я, а где-нибудь в родной деревне или на даче.

Жмурюсь от утреннего солнца, протираю глаза…

— Чего? — второй уже раз за утро удивленно восклицаю я.

Перед башней расположилась огромная статуя дракона.

Хорошо хоть статуя, только разборок с драконом мне сейчас не хватает. Сейчас мы ее оценим…

И тут меня словно иглой пронзает мысль.

— Это что, получается, местность опять изменилась? А где гроза, буря и прочие радости? Я что, все проспал?

Со всех ног мчусь к деревне.

— Твою за ногу, — деревни на месте нет,— а я рассчитывал поживиться в ней, когда люди уедут.

Да уж, теперь гонка на выживание продолжится. Запасов еды у меня достаточно. Картошка, крупы, хлебцы — этого вдоволь. Пока, по крайней мере… Но нужно и самому что-то добывать, и вообще как-то развиваться в эту сторону. Поле возделывать я, конечно, не буду, но было бы неплохо устроить какую-нибудь тепличку в башне, а может, и балкон с посадками, а может, и пристройку для курочек… Вряд ли мне еще раз так повезет с деревней. Хотя фермерской жилки у меня совсем нет, но, может, Белла подсобит.

Разочарованный подставой, направляюсь к башне и слышу стук копыт.

Да ладно, опять?

Стук слышится из-за рощи. Медленно, крадучись направляюсь в ту сторону. Надо посмотреть, что или кто топочет. Не хотелось бы обнаружить под башней отряд рыцарей или кого-то похуже.

За рощей расположен зеленый луг, по лугу мчатся костяные всадники на костяных лошадях. К крупам коней веревками привязаны тела, причем разной степени разложения — есть совсем свежие, есть и скелеты, пожелтевшие от времени…

Это ж сколько лет они катаются? Неделю? Год? Столетие?

Не буду отвлекать их. Видно же, что ребята делом заняты…

Осторожно отступаю вглубь рощи. Медленно, шаг за шагом…

Громкий хруст ветки заставляет меня вздрогнуть. Вот же черт, не заметил… Но, может, мертвяки не услышат? У них там кони топочут…

Ага, конечно, не услышат они. Кони как по команде разворачиваются в мою сторону и мчатся к роще.

Да как так-то? У них что, уши на живых настроены? Или нюх особый? Фу-фу-фу, человечьим духом пахнет?

Некогда размышлять, надо ноги уносить. Во весь опор мчусь к башне. Второй раз за два дня приходится в скорости с конями соревноваться, а я между прочим даже не игрок «Спартака».

Но жить хочется… Бегу так, что ветер в ушах свистит.

«Интересно, можно такую лошадь подчинить? Я бы не отказался от коня, который бы помогал передвигаться и при этом овса не просил».

Мимо моего уха пролетает копье. Все мысли из головы разом вылетают.

Остается одна — успеть добежать, только бы успеть добежать до башни.