Наткнулся я однажды на статью по литературе. Там описывалась интересная особенность молодых авторов. Почти каждый из начинающих писателей считал своим долгом вставить в книгу описание похмелья у главного героя. Я стал больше обращать внимания на такие вещи и действительно заметил: зачастую молодой писатель запихивает в свои книги сцены, где герой просыпается после веселой ночи и испытывает на себе все прелести абстинентного синдрома или алкогольной интоксикации.
Я не в книге, пил я в последний раз довольно давно, и не какую-то паленку, а хорошее вино, но ощущения именно такие. Как будто во времена студенческих гулянок вернулся. Учился я давно, но времена меняются, а студенческие попойки всегда примерно те же… Они, наверное, и в средние века были примерно такие же.
Но у меня-то гулянок не было, я не пил! А голова трещит так, будто я вчера мешал все подряд и не закусывал. Во рту сухо, как в пустыне, шершавый язык царапает небо, от каждого движения голову пронзает взрыв боли, глаза открыть я даже не пытаюсь — еще лопнут…
— Водички бы кто принес, — вместо привычной речи изо рта вырывается слабый хрип, — воды, или прибейте меня!
Яркий образ рыцаря в черных доспехах возникает в мозгу…
— Черт! Там же нападение! — Резко подскакиваю на ноги, от боли чуть не падаю обратно на пол, но все-таки стою, держась за стену. — С-сволочь паладин! Он же сейчас точно…
Стоп. А что точно? Прорвался? Прорвется? Стоит и ждет, когда ему молот отдадут?
Сколько я в отключке пролежал? Надеюсь, не слишком долго, пару минут, час максимум…
Спускаюсь на первый этаж. Осматриваю местность вокруг башни, в очередной раз нахваливая Беллу за сделанные бойницы…
Вокруг башни по-прежнему толпа скелетов, их как будто даже прибавилось. А самое главное — снаружи ночь. Если бы не яркая луна, что висит в темном небе, да не улучшенное зрение, хрен бы я вообще что-то разглядел…
— Получается, провалялся я не меньше десяти часов, когда вырубался, светло было, едва за полдень…
А где ж паладин? Что-то не видать…
На всякий случай оглядываюсь, вдруг он у меня за спиной стоит?
Нет, никого нет в башне — и слава богу.
— Неужели свалил? А казался настырным малым. Чего ж это он решил оставить меня в покое? Просто так? Я сейчас любую боль готов вытерпеть, лишь бы узнать…
Всматриваюсь в ночь, разыскивая паладина…
— Белл, может, ты хоть намекнешь, куда этот гад делся? Под дверью не стоит он случайно, не ждет, пока я высунусь?
Черт, погорячился я насчет боли…
Хватаюсь за голову, зубы сжимаю до хруста. В мозгу возникают картинки, видения…
Паладин без молота стоит на холме неподалеку от башни. Правая рука вытянута вперед — это он молот швырнул.
Затем доспехи трясутся, из сочленений вырывается то ли пар, то ли дым…
Это, видимо, когда я молот в подвал закинул.
Паладин трясся некоторое время. Затем вытянулся в струну, кажется даже на цыпочки поднялся, руки и ноги расставлены, словно его одновременно тянуло во все стороны.
Я уж думал, сейчас паладина разорвет на части, но нет. Он постоял минуту, затем вздрогнул еще раз, замер, опустив руки, ссутулив плечи, вроде даже ростом меньше стал…
А потом Темный паладин развернулся и побрел прочь от башни, загребая ногами и опустив плечи…
— Получается, в молоте вся сила была? А разговоров-то было! Тоже мне Темный паладин, просто приложение к магическому оружию… Или у него вся цель жизни была заключена в молоте? Тогда хреновые он себе цели ставил, раз молот им командовал…
Все эти магические артефакты: кольца, мечи, молоты — не должны быть определяющими волшебника или воина предметами. В первую очередь сила должна зависеть от ума, воли и решительности. А все остальное — это так, усилители, мишура… А то возникнет вопрос, кто ты без крутого костюма, и не все смогут ответить что они гении, филантропы, и так далее, и тому подобное.
Ладно, свалил — и слава здешним богам, если они тут есть…
— Белла, спасибо тебе, что дыру заделала, а то прорвались бы сюда мертвяки, и все. Стало бы их на одного больше. — После перенесенного лучше быть поучтивее с моей подругой, а то снова обидится.
Подхожу к месту бывшего пролома, снова осматриваю кирпичи из мертвого металла. Осторожно касаюсь кончиками пальцев — надеюсь, не опасно же? Некроэнергии вроде не ощущается. Башня поглотила и переработала или книга, но теперь это место защищено и безопасно.
Опасен для меня голод. Я конечно, молодец, что закупил провизии в деревне, но запасы не бесконечны, Белла их создавать не способна, а при таком количестве мертвяков снаружи ни я выйти не могу, ни ко мне никто не пройдет… кстати, интересно, а моя троица доставщиков как там? До города добрались? А может, хотели вернуться, наткнулись на эту ораву, да и повернули обратно. Страху я на них нагнал, и перспективы работы со мной их вроде соблазнили, но когда сталкиваешься с угрозой жестокой смерти, то выбираешь себя… Черт, это, конечно, обидно будет, если они свалили, но вполне логично, я бы тоже так поступил, сто процентов понимания, ноль процентов осуждения…
Но буду надеяться, что они не возвращались пока, а когда вернутся, надо проблему с осадой решить… Как-то…
Слабость до сих пор не отпустила, колени дрожат, руки трясутся…
— Надо поесть, надо попить. На голодный желудок думается плохо, — поднимаюсь на второй этаж.
Готовить мне лень, да и долго. Закидываю в рот хлебцы и вяленое мясо, все это исчезает во мне с ужасающей скоростью. Обильно запиваю поздний ужин водой.
Еда и питье действуют как настоящее зелье жизни. Шум в голове пропадает, руки и ноги перестают дрожать — прихожу в себя.
— Сейчас бы еще умыться, взбодриться, но тратить воду в условиях осады на умывание глупо. Потом мне этих двух кружек, что я сейчас израсходую, не хватит, чтобы лишний день продержаться. Лучше уж с неумытой рожей ходить, но живым, чем быть чистеньким, но мертвеньким…
После еды настроение мое улучшилось, я стал прикидывать, как все-таки разбираться с нашествием…
— Белл, а мы не можем сделать какую-нибудь турель автоматическую? Чтобы всех вокруг башни расстреливала? Рельсы по периметру крыши, лафет на шарнирах, автоматическая подача снарядов? Даже лучше парочку таких агрегатов… и двух скелетов приставить, чтобы боезапас вовремя пополняли? И еще бы системы распознавания «свой-чужой» прицепить, чтобы своих мертвяков не стреляли, а чужих и на километр не подпускали?
Голову разрывает новым приступом боли.
Ой, дурак! Сам виноват! Сморозил фигню… сам же знаю ответ… вот теперь за свою глупость расплачиваться буду.
Ладно, хоть в этот раз не так жестко.
В голове снова картинки, будто ребенок рисовал.
Башенка нарисована, дверка открытая, в дверку залетают квадратики — типа ресурсы, ну или как в данном случае — ресурсики. И много их залетает, разных. Тут и камни, и древесина, артефакты непонятного мне пока назначения, вроде как даже души какие-то, темные квадратики — то ли нефть, то ли набившая оскомину некротическая энергия. Эта вереница ресурсиков тянется и тянется… А над башенкой то солнце восходит, то луна. Быстро-быстро, словно много дней проходит, долгий процесс, перемотка… Зато на башенке появляются баллисты, они начинают стрелять в нарисованных скелетиков и зомби, что подходят к башенке. А у самих баллист стоят другие скелетики, с нарисованными над головами сердечками, они заряжают баллисты…
— Все, Белла, хватит, я понял, — голова лопается от боли, — усвоил я урок. Извини, сморозил фигню… Больше не буду всякие глупости спрашивать.
Слышу удовлетворенный удар двери о косяк…
— Да-да, урок усвоен, собачка обучаема… — Потираю виски, приходя в себя.
Получается, автоматические турели или баллисты все же можно сделать. Только нужно очень много ресурсов и времени. И вопрос, ресурсы эти нужны одномоментно? Или есть какой-то хаб, куда можно помещать ресурсы, необходимые для усиления? В смысле, решим мы с Беллой зафигачить баллисты, закину я в подвал все необходимое, а тут лестница прохудится и надо будет ступени менять или стену подновить, и тогда как? Придется новые ресурсы закидывать? Или башня просто из запаса на баллисты их возьмет, а сроки установки сдвинутся?
Помнится, когда я только еще осваивал работу с башней в осознанном сне, я заказал себе баллисту. Больше шутки ради или скорее для проверки возможностей. Ну и проверил: основание Белла мне построила, а дальше ни тпру ни ну. Не хватало ни ресурсов у нее, ни знаний у меня. Потом я мимо этого основания ходил, строил догадки, что с ним делать, а еще позже мои мертвяки его разобрали. Я это даже за хлопотами не сразу заметил, а когда заметил, обидно стало: и Белле лишнюю работу задал, и им.
Чтобы такого не было, думать полагается, планировать, а для строительных работ прораб нужен или архитектор какой-нибудь… Надо осторожненько у Беллы разузнать про это…
Но опять же, это все в далекой перспективе. А решать проблему с толпой скелетов надо сейчас, моя еда рано или поздно закончится, пересидеть скелетов не получится, им жрать не надо, у них как бы времени в запасе целая вечность…
Начинаю с очевидного. Вооружившись арбалетом и охапкой болтов, расстреливаю скелетов через бойницы. Сперва дело идет весело. Скелетов много, болтов с запасом, стреляю я даже по меркам этого мира вполне себе прилично. Каждый болт находит цель. Скелеты падают, черепа раскалываются. Только все это бесполезно.
— Черт, все равно что бросать камешки в море в надежде остановить прилив…
Простые болты не очень показали себя. Но у меня есть и не простые.
Взрывной болт срабатывает отлично, разнося на кусочки штук двадцать мертвяков. Взрыв такой мощный, что языки пламени даже в бойницу проникают, я еле отскочить успел, а то без бровей бы остался.
— Понятно, тут в упор стрелять не надо, может самого зацепить…
Дальше действую умнее, стреляю поверх голов ближних зомби, чтобы в дальние ряды попасть и там шороху навести…
Веселее, конечно, но все равно слабовато.
— Сколько ж их здесь? — В темноте не видно конца-края этой толпе. — На пляже в Сочи в разгар сезона и то народу меньше!
Взрывные болты у меня не бесконечные, тратить их тоже нет смысла. Как и другие — толку, допустим, от замораживающего болта? Замерзнет с десяток скелетов, потом оттают и снова полезут в атаку, кислотные еще могут сработать, но их у меня раз-два и обчелся. Есть и совсем уж нетривиальный болт, который создает при попадании область вакуума, но против мертвецов бесполезно, не нужен им воздух…
Устал я стрелять…
— Стоп, есть идея…
В оружейной снимаю со стены несколько копий, не слишком длинных, но сойдут. Из комнаты некроматериала вызываю троих усиленных скелетов. Они готовы… самое время.
Вручаю своим воинам оружие:
— Ну, что, вы теперь не просто скелеты, а настоящие гоплиты! Так что вперед! Задача у вас простая — тыкать копьями врагов. Желательно попадать в голову, желательно отрывать ее ударом к чертовой матери и желательно оружие беречь и не вышвырнуть на фиг из бойницы. Все ясно?
Скелеты топают к бойницам и начинают тыкать копьями наружу.
М-да, эффект не то чтобы суперский. Копье в принципе против нежити не лучшее оружие. Толку от того, что ткнешь скелета в бок или грудь? Ему пофиг. А чтобы череп ударом копья пробить, нужна сноровка, руку набить и все такое.
Вот мои гоплиты пока не набили… Один тычет копьем в бойницу, вижу, что копье попадает в череп, но проходит по касательной, не причинив особого ущерба. Второй скелет вообще в ребро врагу втыкает оружие, кость сломал только, хорошо, хоть копье не упустил.
Ну и фиг с ним. Это тот редкий случай, когда количество важнее качества. Мои скелеты тоже не устают и могут тыкать копьем сутки напролет, семь дней в неделю… То есть по теории вероятности рано или поздно они все таки будут попадать в головы врагов так, как нужно… и будь у них бесконечное количество времени они всю эту орду уничтожили бы. Проблема в том, что бесконечного времени нет у меня…
Снова заряжаю арбалет и расстреливаю скелетов, как в тире: один болт — один разнесенный на кусочки череп.
Стреляю, пока руки не устают.
— Это бесполезно, — качаю я головой, как в том анекдоте про «до фига»— это идти и считать шпалы на железной дороге, когда дойдешь до «ну его нафиг», это будет половина…
Все. Больше из арбалета стрелять смысла нет, только болты тратить, армии мертвецов ущерба как слону от водяного пистолета.
Нужно что-то другое…
Через бойницу вижу двух зомбарей.
Вот и другой вариант…
Быстро беру мертвяков под контроль, приказываю рвать скелетов.
Зомбари резво принимаются выполнять приказ. Черепа летят в разные стороны, как брызги молочного коктейля из блендера.
Я понимаю: сработал эффект неожиданности, скелеты, что окружили башню, не ожидали такой подставы. Однако их замешательство длится недолго, и вскоре на моих зомби прыгает скелет…
Этого резвого товарища я тоже беру под контроль.
— Три мушкетера, вперед, пора показать этим гвардейцам кардинала, где раки зимуют! Вперед, тысяча чертей!
На подмогу завербованной троице направляю еще одного мертвеца, за ним еще и еще…
— Стоп! Не до фига ли я их поднял? Вроде раньше больше трех не получалось?
Но сейчас под моим контролем шестеро.
— Это так заклинание эволюционировало или сработало то, что я поднял оценку?
Нет, все-таки, видимо, эволюция…
Раньше захват и подчинение мертвяка требовали контроля. Как будто я старался провести прямую линию от руки. Требовалось сосредоточиться, напрячься. Теперь же мне будто линейку дали, подчинение не требует таких усилий, сосредоточенности и напряжения…
Мой отряд занимает круговую оборону и принимается методично уничтожать армию скелетов. Я помогаю, как могу. В окно швыряю оружие: мечи, булавы, только не копья. Копьями работают мертвецы, которых создает Белла.
Шестерка мертвяков расхватывает клинки, и начинается настоящая потеха. Мои бравые, пусть и мертвые воины, размахивая клинками, отбивают волну за волной набегающих на них врагов. Скелеты падают с размозжёнными черепами или вообще без них. Как и в случае с копейщиками — скелеты машут мечами без устали, не требуя ни отдыха, ни перерыва на обед. Значит, отряд уничтожит всех скелетов в округе… рано или поздно.
Отряд движется по периметру башни уничтожая скелетов.
— Уже веселее, каких-нибудь пара десятков лет, и я смогу покинуть башню…
Черный силуэт мелькает в лунном свете. В круг, образованный спинами моих скелетов, влетает существо, больше всего напоминающее помесь волка и какого-то представителя семейства кошачьих. В полете это существо умудряется снести голову одному из моих зомбарей…
— Так это еще кто?
[Костяная гончая] — оценка выдает наименование твари, готовящейся к новому прыжку.
Таким макаром она мне сейчас весь отряд уничтожит.
Вот же сволочь!
Гончая прыгает, а я со злостью приказываю ей:
— А ну стоять! — Приказ вышел что надо, где-то в далеком мире сейчас должен порадоваться ефрейтор Куренков, что таким же рыком будил по утрам новобранцев в удаленной армейской части, где я срочную службу проходил.
К моему удивлению, гончая замирает на месте, более того, я теперь вижу ее глазами! Собачье зрение — вещь довольно специфическая, мало того что на всех снизу вверх смотришь, так еще и цветов нет, лишь какие-то мелкие вкрапления синего и зеленого…
Оказывается, я теперь и так могу, это очень и очень занятно.
Отдаю приказ рвать скелетов и с минуту смотрю ее глазами. Гончая быстрыми прыжками налетает на мертвяков и ударами лап сносит черепа. Мощно, быстро… загляденье, а не собачка, и чего я так раньше их не любил… Приказываю гончей атаковать только тех мертвяков с кем может справится, сильных не стоит трогать, с ними как-нибудь разберемся после…
Правда, один скелет вышел у меня из-под контроля, но остальные пятеро быстренько ему объяснили, что бывает с дезертирами и перебежчиками. Вот он стоял — и рассыпался на косточки. А мои оставшиеся продолжают бой.
Пять мертвецов плюс гончая, неслабо навык прокачался, но я чувствую, что подступает слабость: лимит исчерпан и через пару часов я выдохнусь. Надо бы добавить сил отряду обороны.
Поднявшись на третий этаж, касаюсь книги повелителя мертвых. Снова рывок под ложечкой, и я оказываюсь в пространстве без пространства, в месте, где можно конструкты создавать. Инфу о количестве доступного материала пропускаю. Это сейчас неважно. Мне, как говорится, в Париж по делу срочно.
Мне нужны здоровенные скелеты, похожие на очень крупных горилл. Конги то есть, причем столько, сколько может предоставить книга.
Выдав заказ на нежить, спускаюсь на первый этаж. Из комнаты некроматериала как раз выходит первый Конг. Зараза, он вживую еще больше… тем лучше…
— Ты такой большой, потому что в детстве кушал «растишку», — хлопаю я скелета по локтю, до плеча не дотягиваюсь.
К первому скелету-гиганту присоединяются еще трое. Один из моих копейщиков рассыпается, но ничего, и двое справятся. Значит, теперь у Беллы тоже лимит равен шести мертвякам. Мы оба растем над собой, но об этом подумаем позже.
— Ребята, задача у вас элементарная — выходите и давите всех, кто на пути попадется. Все очень просто, даже вы справитесь.
Подхожу к двери. Черт, а они в нее пройдут? Ладно, рискну…
— Давайте с разбега! — командую конгам. — На счет «три»! Один. Два… три!
От топота толстенных ног пол башни содрогается, я распахиваю двери в последний момент. Мимо со скоростью болидов проносятся три огромных скелета. В дверь они прошли без проблем. И мне кажется, Белла специально на секунду расширила проем: не был он таким здоровым раньше…
Четверка конгов врывается в толпу скелетов, оставляя за собой просеку. Широкая полоса земли усеяна растоптанными и раздробленными в мелкую крошку костяками. Конги успевают пробежать метров двадцать, пока их не облепляют скелеты. Тем не менее мои бесстрашные здоровяки пачками укладывают врагов. Треск костей стоит, хоть уши затыкай… Надолго моих конгов не хватает, но я уже настроился на нужные действия.
Следующая партия наготове. Выпускаю их из башни тем же манером.
Снова топот, треск, мои скелеты разносят пришлых, расшвыривают в разные стороны, кости влетают в стены башни и рассыпаются с сухим треском.
Так продолжается, пока силы не иссякают. Снаружи до фига скелетов, от моих воинов остались рожки да ножки, только гончая еще мечется среди врагов, отрывая и откусывая головы. Вот уж неутомимый песик. А при его скорости ни один скелет ничего сделать с ней не может.
— Пусть развлекается, — устало произношу я, — все, Белла, запирай бойницы. Хватит на сегодня сражений. Пора поспать…
Поднимаюсь на второй этаж. Глаза слипаются, рот от зевоты рвется…
— Если так рот разинуть, можно и затылок прищемить…
Поужинав хлебом и мясом, ложусь спать.
Сил готовить не осталось…
— По законам военного времени, буду считать и это вкусной и здоровой пищей…
Так, судя по количеству мертвецов в окрестностях башни, и по тому, насколько эффективно я с ними расправляюсь, сидеть мне в осаде еще минимум дня два. Надеюсь, новые скелеты не подойдут…
С этими мыслями засыпаю. На этот раз без сновидений, осознанных или нет. Просто сплю. Могу же я себе позволить такую роскошь хоть иногда?
Утром просыпаюсь бодрым и отдохнувшим.
— Жизнь прекрасна и удивительна, если выспаться предварительно, — встаю с кровати и направляюсь к очагу готовить завтрак.
По пути смотрю в окно. Орда мертвецов так и топчется у башни. Но это уже привычно, почти норма жизни.
— Разберусь с вами. Только позавтракаю сначала, вы же никуда не торопитесь? Нет, если у вас есть дела, не стоит беспокоиться, идите себе, — обращаюсь я к скелетам за окном.
Те, естественно, мою вежливость игнорируют. Болваны неотесанные…
Подкрепив силы, продолжаю сводить к нулю популяцию скелетов. В ход идет вчерашняя тактика. Скелеты у бойниц с копьями тычут в головы, шестерка скелетов снаружи (это я уже новых резервировал), ну и конги продолжают выходить партиями из комнаты некроматериала и отправляются в самую гущу сражения.
Ах, да, еще псинка бегает снаружи, надеюсь, с ней все в порядке…
Надо бы назвать ее. А какие я клички собачьи знаю? Был у соседа пес, мастиф вроде, по кличке Джульбарс. Но это была мощная зверюга, а тут худосочненький собачий скелет, хоть и выглядит как сущий кошмар. Пусть будет Джулька…
Пока мертвецы воюют, занимаюсь бытом. Обед сварил, а то всухомятку питаться — прямой путь к гастриту и язве…
После обеда решаю провернуть новую комбинацию. Раз уж в моем распоряжении есть огромные скелеты, типа «танки», если воспользоваться игровыми терминами, значит, их надо попробовать использовать в соответствующем качестве.
Военная техника действует под прикрытием пехоты, в противном случае она уязвима в ближнем бою…
Выпускаю наружу очередного конга и приказываю мертвецам прикрывать его…
Эффект выше всяких ожиданий. Не думал, что тактика войн двадцатого века сработает так хорошо.
Конг, составляющий главную ударную силу, крушил черепа и швырялся скелетами. Мертвяки помельче защищали его от нападений с флангов и с тыла. Один отряд уложил не меньше сотни скелетов, оставив целое поле костей.
Я тоже постреливал из арбалета, теперь уже более экономно. Одиночными болтами бил особо ловких и быстрых мертвяков, а в крупные скопления посылал взрывные болты. Их осталось не так много, поэтому каждый такой выстрел приходилось выверять тщательно.
Один раз прибегала Джулька. Гончая что-то держит в пасти. Я выглядываю из окна второго этажа. Псина подпрыгивает, и к моим ногам падает череп.
— И зачем он мне? — Джулька только радостно виляет хвостом. — Что мне, в подвал его закинуть? Или тебя? Ну, нет, конечно, кто ж такого хорошего песика будет в подвал кидать? А может, ты хочешь, чтобы я тебе его кинул?
Джулька виляет хвостом и умильно открывает пасть, припадая на передние лапы.
— Давай, позже поиграем? Я тебе косточку дам, заслужила. Вон сколько их тут, выбирай любую…
Два дня проходят в такой рутине. Просыпаюсь утром, завтракаю, начинаю уничтожать скелетов… С каждым разом вылазки моих мертвяков все успешнее. Теперь уже высылаю две группы — в одной два конга, в другой три усиленных скелета, все вооружены мечами.
Эти расчеты успешно уничтожают толпы скелетов, оставляя груды костей.
Сам я тоже выбираюсь на вылазку — надо же размяться.
Меч с быстротой молнии рассекает воздух, сносит головы скелетам. От башни я не отхожу, чтобы при малейшей угрозе успеть юркнуть обратно. Штук двадцать завалил, подустал и вернулся под крышу, чтобы перекусить.
Так дня два и проходит. И толпа даже редеет…
Вот и отлично, значит орда не бесконечна, скоро я смогу покинуть башню… и ко мне доберутся мои курьеры. Осталось только немного подождать… Надеюсь, они живы и здоровы.
Интерлюдия
Лия
Карты в Пустошах не нужны. Из-за того, что магически шторма часто меняют ландшафт, а целые поселения могут переместиться всего за одну ночь, составить более или менее точную карту невозможно…
Другое дело направления: нужно точно знать, откуда ты заходишь в пустоши и как возвращаться. Внутренний компас — залог успешного похода.
Лия Скаденс шагала по широкой тропе, направляясь к башне, что ей показал загадочный молодой некромант.
Она знала, куда идти. Не видела дорогу или препятствия, которые могли бы встретиться на пути, а просто чувствовала направление. У нее в голове словно указатель возник.
Это был ее дар, ее специализация, как называл это маг Гиомед.
Лия не была боевым магом, она, конечно, могла сотворить и магический огонь, и ледяное копье, но не слишком хорошо… Ее учитель Баррион Гиомед творил боевые заклинания не задумываясь, словно это было для него естественно, как дыхание… Подобного уровня нельзя достичь только тренировками, тут требовался талант… Лучший пловец из людей никогда не сможет плавать так же легко и быстро, как самый ленивый дельфин.
А у Лии Скаденс лучше всего получались именно заклинания поиска и разведки. В начале обучения это ее сильно расстраивало, она мечтала о сражениях, как одним мановением руки она будет уничтожать целые армии тьмы… Однако мудрый наставник сумел найти подходящие слова и успокоить воинственную ученицу. Он сказал, что ее дар куда полезнее, чем бестолковое метание молний и огненных шаров. Она может находить пути, видеть скрытое, да ее любая партия авантюристов с руками оторвет… Так и случилось. Жакоб принял ее в отряд без лишних слов и проверок.
Да уж, Жакоб и Майло, дураки, сбежавшие с деньгами некроманта…
— Идиоты, — в который раз цедила Лия сквозь стиснутые зубы, — возвращайся теперь, объясняй, почему так мало выручки и где вы оба шляетесь?
Девушка немного нервничала перед встречей с заказчиком.
Во-первых, срок, назначенный для возвращения, давно истек, так что она могла нарваться на гнев волшебника… Во-вторых, две трети выручки забрали Жакоб и Майло…
Девушка нервно передернула плечами: за собой вины она не чувствовала, потому что свою часть сделки выполнила, но все равно страшновато… хотя она несла все, что заказал некромант, и даже еще больше… А самое главное, шла она не одна…
Когда Лия поняла, что все заказы некроманта ей не хватит сил унести… Она разместила на досках возле нескольких постоялых дворов объявления о работе разносчиков. Поспрашивала у знакомых…
Оплату она назначила хорошую, но много охотников на нее не нашлось. Все понимали, что такие деньги не станут платить за легкую увеселительную прогулку. А большинство из тех, кто жаждал попасть в отряд — не подходили Лии. Вот такой парадокс. Сразу понятно, что ждать от скалящегося алкаша, алчно смотрящего на ее декольте, да ведь? Да и другие подозрительные личности Лией сразу отметались.
Однако четверку готовых поработать людей Лии все же найти удалось.
Первой оказалась Кэт Даунтон. Высоченная и широкоплечая Кэт работала в порту грузчицей наравне с мужчинами и наравне с мужчинами участвовала в попойках и драках в портовых кабаках. Из-за мускулистой фигуры и коротко стриженных волос ее часто принимали за парня… В сезон штилей кораблей в порту было маловато и работы не хватало, так что Кэт сказала, что ей все равно куда идти и что тащить, лишь бы заплатили.
Вторым был тощий как палка парень Клиф Бжикс. Клиф готовился стать проповедником, но из-за вспыльчивого характера и неумения держать язык за зубами вылетел из семинарии. С тех пор он перебивался случайными заработками, которые, впрочем, могли приносить неплохой доход. Руки у Клифа были золотые, он мог починить что угодно, отремонтировать стену, поправить забор, навесить ворота, застеклить окно, подковать лошадь… список можно продолжать бесконечно. Единственное, что мешало Клифу жить припеваючи, это его неуемное желание высказывать свое мнение, когда его не спрашивают. Клифа Лии посоветовал один надежный знакомый, сказав, что парень согласен работать даже за плату меньшую, чем в объявлении…
Еще двое — семейная пара. Сэм и Сидни Лэй. Пожилые, но крепкие телом и духом крестьяне. Их ферма разорилась из-за прошлогодней засухи. Чета Лэй перебралась в город. Сэм работал фонарщиком, Сидни же устроилась в ткацкую артель. Они сразу сказали, что постоянная работа их не интересует, что денег, обещанных Лией им хватит, чтобы восстановить ферму… Что Сэм, что его супруга не из пугливых. Приходилось им отбивать ферму от нападения волков в голодную зиму, да и с мертвяками они бились, когда погост рядом с фермой пробудился…
Отряд получился разношерстным, но вполне способным отправиться в пустоши и вернуться обратно.
Так Лия, сама того не желая, стала предводительницей группы. Еще недели две назад она о таком и думать не могла, а теперь шагает впереди, указывая путь команде.
Четверка носильщиков поначалу шагала бодро, но чем глубже в пустоши они заходили, тем менее твердым становился их шаг, сильнее чувствовалась тревога.
Лия и сама побаивалась, но командиру отряда показывать слабость нельзя. Стоит запаниковать одному, и пустоши уничтожат весь отряд. Люди не были бывалыми авантюристами и шанс, что они решат разделаться с ней ради добычи — был минимальный. С большой вероятностью они бы не добрались обратно…
— Чего носы повесили? — бодро говорила девушка. — Скоро уже доберемся. Там сильный волшебник живет, будем в безопасности. Главное работу сделать четко и не лезть, куда не просят.
Ответом было гнетущее молчание…
Лия боялась, как бы этот самый волшебник в гневе не прихлопнул весь ее новый отряд, кто его знает, как он отнесется к тому, что его надули?
В конце первого дня пути Клиф заметил неподалеку от тропы одинокого мертвяка. Скелет стоял спиной к дороге и вовсе не обращал внимания на путников.
Клиф достал из-за пояса дубинку с металлическим навершием и хотел сойти с тропы…
— Стой, дурак! — Лия в одно мгновение оказалась рядом с Клифом.
— А чего такого-то? — спросил Клиф. — Он же там один. Кокнем его, будет хоть чем похвастаться, когда вернемся…
— Наше дело доставить груз, а не геройствовать, — прошипела Лия в ухо парню, — ты сейчас одного грохнешь, а из леса выскочит сотня…
Медленно пройдя мимо скелета, отряд Лии побрел дальше.
Ночь проходит нервно. Ночные шумы, крики птиц и рев зверей — малоприятные звуки, не способствующие здоровому сну.
К концу второго дня Лия стала узнавать местность. Значит, они не так далеко от башни.
— Веселей, народ, мы почти на месте. — Лия и правда ободрилась, и сил вроде тоже прибавляется…
Башня вот-вот покажется, пора командовать привал.
Четверка носильщиков располагается на длительную стоянку, активирует защитные артефакты, а Лия направляется к башне.
Поднявшись на очередной холм, девушка замирает от изумления. Все пространство перед башней усеяно костями. Такое ощущение, что вся земля засыпана.
— Что ж тут случилось-то? — шепчет Лия. — Не мог же один человек столько мертвяков уничтожить?
'Может быть, и мог, — мелькает мысль в голове девушки — Тут была серьезная битва. Только кто в ней победил?
«Надеюсь, с хозяином башни все в порядке… Хотя если нет, может, оно и к лучшему?»
Лия сразу отгоняет такие мысли, нет уж, пусть уж некромант будет жив. С такими людьми надо дружить, слишком уж заманчивые перспективы открывает подобная дружба…