— Извините, господин, но я решительно не понимаю, как вы хотите купить женское платье, без женщины и не зная размеров⁈ — продавец и, скорее всего, хозяйка довольно большой лавки, видная женщина лет, наверное, сорока, уставилась на меня в недоумении.

— Вот, госпожа Иссильда, мы подошли к самому интересному, девушка-то как раз есть, но она здесь инкогнито, — я покивал для значимости.

— А-а, то-то я смотрю, юноша какой-то нескладный, — женщина всплеснула руками, посмотрев на Дану, что осталась в другом конце лавки.

— Нам пришлось добираться тайком, всё дело во врагах семьи, госпожа. Я не могу об этом рассказывать, даже имени называть не стоит, — я округлил глаза. — Потому что враги семьи могут переключиться на вас, так что не спрашивайте, госпожа Иссильда, целее будете, — похоже, владелица малого бизнеса восприняла мои слова всерьёз, чего я в принципе и добивался.

— Что вы, что вы, господин, мне это неинтересно, — а глаза говорили, врёт. — Так что вас интересует? — она обратилась уже к Дане.

Девушка подошла к нам, мы пообщались с ней на тему гардероба, пока ехали в карете в противоположный конец города. Я попросил её не стесняться в выборе, брать всё что нужно, и то, что понравится, сколько бы ни стоило.

— Повседневный наряд, — начала она скромно.

— В трёх экземплярах, — добавил я. — Я знаю, что ваше заведение не из дешёвых, и пользуется уважением. Смею вас уверить, в средствах мы не стеснены, — заглянул в глаза хозяйки и кивнул, надеясь, что поймёт, не будет подсовывать вещи средней категории. Та была полна достоинства после комплемента и степенно мне кивнула. — Полный комплект одежды для незамужней барышни. Всё, что есть на данный момент, надето на неё.

Иссильда опять всплеснула руками и попросила снять кожаный шлем.

— Ох, милочка, что же вы сделали со своими волосами? Как же их мало! — её благородное лицо выражало грусть. Дана опустила глазки в пол.

— Так получилось, госпожа Иссильда, нам пришлось изворачиваться, чтобы не попасть в лапы к врагам. Рассчитывайте на то, что волосы скоро отрастут.

— Да-да, конечно, шляпки подберём на все случаи, — она посмотрела на Дану, затем перевела взгляд на меня.

— Кстати, насчёт случаев, я понимаю, что примерка займёт значительное время, — разговаривая с хозяйкой, я старался избавиться от лихого вида, как учила Рита, типа аристократ под прикрытием. — Мне нужно отлучиться, потому я хотел оставить вам аванс, для успокоения, так сказать. Вы имеете опыт, которого у меня нет, значит, можете озвучить примерную сумму… Полный комплект для незамужней девушки, — напомнил я.

Иссильда оценивающе посмотрела на Дану, прикинула что-то в уме, затем выдала вердикт.

— Около тысяч золотых, господин, — я заметил, как округлились глаза моей спутницы.

— Хорошо, — я забрался руками в небольшую суму, что висела на плече и достал оттуда объёмный кошель. — Здесь тысяча, если вы закончите с примерками и покупками до вечера, я добавлю ещё пятьсот!

— Ох, господин, я буду стараться, — глаза Иссильды загорелись неподдельным энтузиазмом.

Кошель был убран, я забыт. Хозяйка уже зазывала помощниц из других залов, работа закипела. Подмигнув ошарашенной Дане, я покинул заведение госпожи Иссильды, лавкой это место не назовёшь, очень уж масштабно.

Заведение, кстати, не из самых презентабельных, в салоне для аристократов, я бы отдал раз в три больше, если не в пять. Я пока не особо освоился, но у меня всё впереди.

Оказавшись на улице, я заметил знакомую карету, наш извозчик не успел найти клиента. Хотел было направиться к нему, но вовремя себя остановил, зачем мне люди, знающие много лишнего, тем более извозчик. Таксисты вообще самые общительные люди, ну, может, уступают немного домохозяйкам.

С транспортом проблем не было, главное плати звонкой монетой. Я отошёл на параллельную улицу, там встал выбор из трёх карет, остановился на самой приземистой, обтекаемой то бишь. Пока ехал к нужному адресу, попытался обдумать будущую беседу и пришёл к выводу, что всё придётся решать по месту. Не знаю я этого человека, и что служит мотивом для поступков, тоже понятия не имею.

Извозчик остановил за пару домов до нужного адреса, это я его попросил, дескать, прогуляться нужно. Рассчитался с ним и двинулся по дороге, оценивая обстановку. Широкая улица с двух- и трёхэтажными особняками. Нужный мне дом, особой высотой не отличался, два этажа. За кованым забором высокие сугробы, но дорожки почищены, как и снаружи вдоль забора.

Если я с тёткой не договорюсь, непонятно куда девать всё накупленное барахло, в комплекте не только платьица будут, плащи, шубы, или что там носят местные барышни. Я попытался вспомнить, в памяти всплыла дочка Мирны в овечьем тулупе.

Неважно, барахла будет целая телега, мне дом покупать придётся. Или заселяться в дом Даны… На правах мужа, что ли? Нет, так не пойдёт, к такому подвигу я пока не готов, будем как-то договариваться.

Дом мне понравился, ничего лишнего снаружи не налеплено, широкая терраса, островерхая крыша, снег на ней не задерживался. Я подошёл к воротам, на уровне головы висел привязанный деревянный молоток. Никаких лакеев за воротами не видно, потому я постучал по деревянной воротине, выдал ровно три удара.

Прошло меньше минуты, дверь дома открылась, оттуда вышел старик в каком-то тулупе и шапке типа ушанки. Я встал так, чтобы меня было видно, он и разглядел, а я заметил рабский ошейник. Раб приблизился, но не успел открыть рот, я начал говорить первым.

— Меня зовут Антуан Лосс, — малость изменил свою фамилию. — Я к госпоже Тасие Гримо, по личному делу! Можешь сказать, что это касается её племянницы.

Гладковыбритый старик, осмотрел меня, сохраняя нейтральное выражение лица. Придраться особо не к чему, на мне кожаная броня, правда, не совсем обычная, вряд ли найдёшь вторую такую же во всей империи, и Этернисе, пожалуй. Но это не повод бить тревогу, так же как и меч в ножнах, я же им не размахивал, а вёл себя вполне прилично, даже вежливо.

Раб кивнул и отправился в дом доложить хозяевам, мне оставалось только ждать. Через несколько минут старик вернулся.

— Госпожа Тасия примет вас, проходите, господин! — раб открыл калитку.

В доме было тепло, возможно, чересчур, мне стало жарко в куртке. Полы, выложенные цветным камнем, контрастировали с серыми стенами. Но картины сглаживали этот эффект, на ближайшей была изображена красивая женщина лет тридцати с хвостиком. Очень похожа на Дану, я так понял, это и есть тётя Тася, в молодости.

— Тогда я была хороша, — услышал я суховатый женский голос и обернулся.

Невысокого роста, стройна, семейная схожесть была менее заметна, нежели на картине.

— Вы и сейчас прекрасно выглядите, — ничуть не приукрасил я, она и вправду красивая. Тасия едва заметно зарделась, женщине приятен комплимент, то что она сама его выпросила — это дело другое.

— Благодарю вас, господин Лосс, — она смягчила, прозвучало почти как лось. — Давайте пройдём в гостиную, — Тасия указала направление жестом.

Я оказался в довольно просторном помещении, освещённом двумя окнами, по центру находился большой круглый стол с расписной тканевой скатертью, вокруг него располагалось шесть резных стульев из дерева.

Раб принёс поднос с горячими напитками и какими-то закусками, поставил на стол и удалился. Могла бы удивить беспечность дамочки, впустила неизвестно кого, он вооружён и, возможно, из лихих или даже воров. Но здесь нужно брать в расчёт магическую начинку мира. На женщине могли быть защитные амулеты, сам дом тоже способен атаковать, всё зависит от количества золота в закромах, или банке, я пока не разобрался во всех тонкостях, и разбираться придётся не один год.

Я уселся за стол, посмотрел на хозяйку дома, на её лице было написано нетерпение, теперь это стало заметно.

— Ваша племянница жива и в добром здравии, — произнёс я и отпил из кружки, отвар оказался подслащённым, больше напоминая морс.

— Где она сейчас? Вы хотите её перепродать, она рабыня? — одни вопросы, Тасия с нетерпением ждала ответов.

— Дана была рабыней, я выкупил её и освободил… Она свободная, но, возможно, я поторопился, ей стоило пока походить в рабском ошейнике.

Тасию перекосило от отвращения, но она быстро взяла себя в руки.

— Значит, вы в курсе семейных неприятностей? — она пристально на меня посмотрела.

— Не совсем, но про господина Понтаса в курсе. Похоже, это он устроил нападение на дом Гримо, погибла мать Даны, сама она была продана в рабство, а отец прячется от прокураторов… Это всё, что я знаю. Хотя мне известно о невероятной жадности господина Понти.

— Всё верно, — подтвердила Тасия. — Причина всему, пять сотен золотых. Понти проиграл их моему брату в игровом доме, вместо того, что отдать долг, он нанял банду лихих, их услуги стоят значительно дешевле. К тому же можно заработать на рабах.

Итак, что же мы имеем? Нечистый на руку жадный чиновник, вдобавок игроман — весело.

— Что мешает ему ещё раз нанять лихих? — спросил я. — Значит, он может ворваться в любой дом? В том числе в ваш? — у меня тоже было много вопросов, ответы я знал, может, кроме последнего, хотелось послушать, что скажет тётя.

— Жадность мешает, — она начала отвечать по порядку. — В доме брата не было защиты, он на ней экономил, и вот что из этого получилось. Понтас присылал ко мне своего человека с угрозами, хотел знать, где прячется брат.

Зато на дочери не сэкономил, никто не смог её взять, кроме меня, — подумал я. — Но это уже по доброй воле, она сама захотела… надо же, захотела от меня ребёнка.

— А в чём его обвиняют? — забыл спросить у Астамака, да много чего забыл, здесь привычка нужна.

— Якобы он главарь банды лихих, не поделил территорию с другой бандой, потому и напали… Когда ты у власти, легко обвинить человека, моего брата ждёт рабский ошейник.

Слишком она легко мне открылась, — я принялся обдумывать ситуацию, я потом понял в чём, может быть, причина. — У неё мужика нет, защитить некому, и брат в бегах, для меня это очередная засада, точнее, продолжение эпопеи с Даной. Один плюс всё-таки есть, тётка любит свою племяшку, судя по поведению сделает всё для её защиты.

— Когда я смогу увидеть свою племянницу?

— Да хоть сегодня вечером, просто я не был уверен, что вы её ждёте, в безопасности не уверен.

— Что вы, Антуан! Разве я могу отказаться от своей родственницы, у меня их не так много… Вообще, никого не осталось, я одна, Антуан. И поверьте, пока Дана будет находиться под крышей моего дома, ей ничего не угрожает. Почти ничего, я не думаю, что какой-нибудь прокуратор обвинит несчастное дитя в принадлежности к банде.

У меня такой уверенности не было, но то, что в доме безопасно, уже радовало. А ещё интересно, как работает местная защита, как-нибудь потом поинтересуюсь, мы пока не в таких доверительных отношениях.

— Она сейчас в салоне, подбирает себе наряды на все случаи жизни…

— Надеюсь, не в центре, там её могут узнать! — забеспокоилась Тасия.

— Ну что же её прямо в лавке схватят? Не думаю, что всё настолько плохо, к тому же мы не поехали в центр, салон совсем в другом месте.

— Вы правы, просто я беспокоюсь, боюсь потерять племянницу, так её и не встретив… Может, вы есть хотите? Как-то у меня из головы вылетело, вы же, скорее всего, с дороги.

— Нет, Тасия, спасибо, я не голоден, а вот к появлению племянницы не помешало бы что-нибудь приготовить.

— За это не переживайте, я устрою шикарный ужин.

Хозяйка дома крикнула раба, пришёл тот самый старик, она приказала ему отправить на рынок кухонных рабынь, чтоб купили всякого на ужин.

Хотелось спросить, на что она живёт: дом, с неизвестной пока защитой, как минимум три раба, с её слов она одна. Но опять же вопрос неудобный, может, через Дану потом удастся узнать. Просто сплавить девушку не получится, раз уж взялся, тем более она ждёт ребёнка, придётся поучаствовать в её судьбе. Значит, нужно повидаться с её отцом, вечером, когда Тасия станет больше мне доверять, поинтересуюсь, как это можно сделать.

Оказалось, у тёти есть свой экипаж, то есть карета и кучер свой, он же дворник и садовник — очень ценный раб, я бы сказал. Тасия предложила свою карету, когда поняла, что мне нужно ехать за Даной. Немного поразмыслив, я согласился, хозяйка дала распоряжение запрягать карету, и уже через полчаса, я выехал из ворот дома.

Странно, конечно, рабы кучера, рабы самостоятельно ходят на рынок. Нет за ними никакого пригляда, кроме магического — ошейник заставляет их подчиняться, напрочь отбивая мысли о побеге, обмане, или не дай Тернис восстании. Раб не может поднять руку на хозяина, ему просто не придёт это в голову, а если хозяину угрожают, тогда он встанет на защиту, даже под страхом смерти. Есть рабы — охранники, стоят недёшево потому как раньше, до того как они получили украшения на шею, эти люди неплохо обращались с оружием. Собственно, поэтому и угодили в рабство, кто по пьяному делу зарубил собутыльника, другой не смог себя контролировать — рабский ошейник их успокоил.

А ещё раба нельзя украсть, точнее, можно, но никто в здравом уме этого делать не будет. Потому что прокураторы быстро найдут похитителя, и он сам примерит рабский ошейник. За убийство раба полагается то же наказание, потому что нефиг трогать чужое имущество. Каков мир, таковы и правила.

До нужной лавки мы добрались достаточно быстро. Я вошёл внутрь, оказывается, ещё ничего не закончилось, об этом мне сообщила девушка из прислуги, или младших продавцов. Мне предложили горячий напиток и печёности, я не стал отказываться, возможно, ждать придётся до позднего вечера.

На улице успело стемнеть, когда меня пригласили посмотреть на преображённую Дану. Девушка выглядела усталой, но глаза светились от счастья, она превратилась в настоящую красавицу, что будет мила к любому двору, да хоть на императорский бал. Они и с причёской поработали, Иссильда умудрилась сотворить из каре конфетку, просто глаз не отвести. Дана улыбалась, глядя на меня, я не сразу сообразил, что стою с открытым ртом.

Платье, туфельки, накидка, всё гармонировало со светящимся от счастья лицом.

— Так, теперь можно показать другой наряд, — полным энтузиазма голосом произнесла хозяйка заведения, сложилось впечатление, что она только приступила к работе.

— Нет-нет, я уже вижу, что всё в порядке, — успокоил пыл Иссильды, глядя на Дану, та, как услышала о переодевании, посерела лицом. — Если заказчица довольна, то и я спокоен.

— Я довольна! — поспешила с ответом девушка.

— А как же бальное платье? — разочаровалась хозяйка.

— Я бы с удовольствием посмотрел, госпожа Иссильда, но время не ждёт, вот вам за труды, как и обещал, — я вручил ей кошель с золотом. — Большое спасибо!

— Вы так щедры, господин, обязательно заходите ко мне ещё!

Пообещав, что загляну, я принялся таскать в карету сумки с одеждой, как и предполагалось, её было немало. Кучер мне помог, затем на пороге появилась Дана, он её узнал.

— Здравствуйте, молодая госпожа! Я рад, что вы живы и в добром здравии, — он поклонился.

— Здравствуй, Фросто! Я тоже рада тебя видеть. Отвези нас к тёте.

Уже в карете, возбуждённая покупками девушка полезла ко мне целоваться.

— Антуан, я так счастлива, и мне хочется прямо сейчас, у тёти в доме уже не получится.

Её аргумент меня убедил, я принялся возиться с юбками, что только раззадоривало желание. Дана шалунья, я никогда не занимался сексом в карете.

* * *

Радости не было предела, Тасия затискала племянницу, осыпала меня благодарностями и утащила её куда-то в комнаты. В это время рабы переносили в дом совсем нескромный скарб Даны.

Спустя какое-то время они вернулись, девушка раскраснелась и смотрела на меня с чувством вины. Тасия же поглядывала с долей осуждения, но пока ничего не говорила, я понял, что произошло, ничего не оставалось делать, как ожидать продолжения.

Что она предложит, жениться? Так, я откажусь, какой из меня жених… но ведь ребёнок, — я не знал, что делать, и потому хотелось сбежать.

— Мне нужно увидеться с отцом Даны, — нашёл я выход из положения.

Тасия долго сверлила меня взглядом и, наконец, ответила, слегка холодновато.

— Я сообщу ему. Где он сможет вас найти?

— Таверна, я снял там комнату, это недалеко, Дана знает где, — я поднялся.

— Тётя! Антуан выкупил меня из рабства, нас несколько раз чуть не убили по дороге… И я была рабыней, сама этого захотела, — добавила она в конце.

Теперь пришла очередь краснеть тёте, причём непонятно из-за чего. Намёк на секс или за прохладное обращение?

— Извините, Антуан! Я благодарна вам за свою племянницу, — она опустила глаза. — И обязательно сообщу своему брату о вашей просьбе.