Глава 17

За окном вечер и идёт дождь. Небо затянуто свинцовыми тучами так, что кажется чёрным, прочем, как и всё внутри. Ева сидит рядом с Улей на полу и что-то рисует. Дочь довольно рассказывает, что это будет, и каким должен быть рыцарь на рисунках, а я ловлю себя на мысли, что любуюсь.

Я не дал Еве пойти к пожарным. Точнее, сам съездил и всё решил. Ко мне приехал только старший сотрудник МЧС и тот самый капитан Ромашкин, чтобы убедиться, что Ева жива, и это она ответила на звонок.

Ева расписалась во всех документах, а я выяснил, что дом подожгли. Причём облили его со стороны заднего двора и дверь заблокировали. Кто-то явно рассчитывал на то, что Ева будет внутри!

А вот сам Зарубин устроил дебош в одном ночном клубе, и за это его и задержали. Напился, подрался, да ещё и с хозяином клуба. Но под вечер вышел под залог.

И мне бы радоваться, что Еву больше ничего не связывает с этой семейкой. Но что-то не отпускает. Да и этот поджог…

— Ольга Николаевна не звонила? — неожиданно спрашивает Ева, вырывая меня из размышлений.

Перевожу на неё взгляд и тону в голубых глазах. Всё такая же красивая. Будоражащая сердце и заставляющая снова чувствовать себя живым. Но мозг уже уловил все её слова:

— Да, она приедет завтра утром.

— Мне нужно поискать гостиницу или место…

— Ты останешься здесь, Ева, — перебиваю я и поднимаюсь с кресла, делая шаг к девочкам.

Уля поднимает на меня взгляд и улыбается, на удивление, счастливо!

— Яр, это неприлично, — отвечает Ева, но тоже смотрит на меня. Только без улыбки.

— Я не готов тебя снова потерять, — отвечаю быстрее, чем успеваю подумать.

Ева вздрагивает и бледнеет. Мы смотрим друг на друга и будто весь мир исчезает. Ничего не остаётся вокруг, только эта комната, в которой собраны самые родные мне люди.

— А можно Ева будет спасть со мной в комнате? — Уля спасает ситуацию.

— Мы Еве выделим отдельную комнату, — улыбаюсь своей малышке и иду на кухню.

Нужно просто отвлечь себя от тяжёлых мыслей, и первое, что приходит на ум, приготовить что-то самому. Открываю холодильник, но ничего не вижу. Перед глазами снова Ева.

— Яр, — её тихий голос будто догоняет мои тяжёлые мысли.

Прикрываю глаза и вздыхаю. Закрываю холодильник, а рядом с ним стоит Ева. И снова смотрит на меня слишком…

— Я не отпущу тебя, — отвечаю я вздыхаю.

— У меня нет одежды больше, Яр, — голос Евы дрожит, но она держится.

— У меня есть, — сразу нахожусь с ответом.

А потом сам же делаю быстрый шаг почти вплотную к Еве и провожу рукой по её щеке.

— Я тебе даже домашние штаны дам, лишь бы увидеть тебя в своей одежде снова, — шепчу ей.

Глаза Евы становятся невероятно огромными. Она смотрит так, будто я предложил что-то сверхъестественное. Цепляюсь за мысль, что Ева не отходит от меня, хотя возможность у есть. Дышит шумно, а венка на шее колотится так, что можно сбиться со счёта.

— Предлагаю, уложить Улю и устроить вечер воспоминаний, — решаю предложить хотя бы что-то, лишь бы не перейти черту.

Я не сволочь, но не могу себя сдерживать рядом с Евой! Всегда думал, что вся моя эмпатия умерла, когда я потерял ту, что любил. И да, я с полной уверенностью могу сказать, что такое эта самая пресловутая любовь! Это одновременно самое прекрасное и самое смертоносное чувство в мире!

И можно было бы наплевать на всё, что происходит вокруг, присвоить себе Еву, и она бы вспомнила, как это быть моей. Но я хочу снова увидеть в её глазах огонь.

— Яр, мой дом сожгли, а я стою здесь и таю от твоих прикосновений, — шёпотом произносит Ева, загоняя меня в шок ровно на секунду. — Это же ненормально?

— Ты не изменилась, — хохотнул я и обвив её талию, прижал к себе, зарываясь носом в шею. — Когда-то ты меня вот такой своей прямолинейностью и покорила. А сейчас…

— Мы стали другими, — ответила она перебивая. — Наши воспоминания, это то, что даёт шанс остаться людьми. Каждый из нас прошёл путь отдельно друг от друга. Так может сейчас и не стоит всё возобновлять?

— Судьба свела нас не просто так, Ева, — отвечаю на все её доводы и немного отстранился, чтобы заглянуть в её невероятные глаза.

— Ты же никогда не верил в неё, — хмыкнула она.

— Сложно не верить в то, что есть на самом деле, — прошептал и не смог себя удержать от желания прикоснуться к самым желанным губам в этом мире.

Ева замерла в моих руках, а я будто снова окунулся в океан эмоций, который накрыл меня штормовой волной.

— Ой, а что вы здесь делаете? — звонкий голосок Ули подействовал на нас сильнее морозного воздуха.

Мы сделали шаг друг от друга и обернулись к вошедшей Ульяне, которая с улыбкой на губах и любопытством в глазах смотрит на нас, да ещё и ножкой водит по полу.

— Папа, вы в рыцарей играете? — задаёт ещё один вопрос Уля, а Ева тихо хихикает за спиной.

— А почему в рыцарей? — уточняю у дочки и присаживаюсь на корточки, чтобы смотреть ей в глазки на одном уровне.

Уля подходит, сразу же забирается мне на колено и обнимает за шею, внимательно смотрит в глаза.

— Ну ты же Еву спас от пожара. А теперь она тебя будет любить, как в сказке, — уверенно заявляет моя дочь.

Поднимаю взгляд на Еву, а она стоит с глазами полными слёз. Вот только на губах нежная улыбка.

— Твой папа и правда настоящий рыцарь, — выдыхает Ева и подходит к нам, приседая рядом.

— А целуется он тоже как рыцарь? — неожиданно спрашивает дочь, округляя глазки и говоря вроде шепотом, чуть склоняясь к Еве, но слышно по всему дому.