Я стоял, прислонившись спиной к холодному мрамору в коридоре возле дверей судебного зала.

Кейт и Элли сжимали друг друга в объятиях. По щекам у обеих текли слезы. Это был первый раз, когда я увидел улыбку Элли в реальной жизни. Эта улыбка словно исходила откуда-то из самых глубин ее существа, где несколько месяцев пролежала в спячке, подавленная и забитая. Это было очень приятное зрелище.

Элли была свободна. Дело против нее было прекращено, без права повторного возбуждения – по инициативе Бернис, которая стояла сейчас рядом со мной.

– Когда-нибудь все может сложиться совсем не по-твоему, – пригрозил мне Кастро. – Советую держать ушки на макушке, Эдди. Сегодня ты нажил себе целую кучу могущественных врагов. И по ходу дела мог погубить и себя, и своих людей.

– Блок с Лейком были готовы к появлению Монта, если что. И догадывались, что этот неизвестный тоже там нарисуется. Полиция Нью-Йорка до сих пор понятия не имеет, кто он такой. Они задействовали программу распознавания лиц, но не слишком-то надеются установить его личность. Все, что я знаю, это что он мертв. Элли тоже это знает. Кевин, Кристина и Элли на свободе. Мои люди в полной безопасности. Вот и все, что меня сейчас колышет. Не считая еще кое-чего.

– И чего же? – поинтересовался он.

– Если ты когда-нибудь опять наедешь на меня или на мою родню, я тебя просто уничтожу.

– Лучше сам поберегись, – бросил мне в ответ Кастро. – Не то как бы не пришлось мне в один прекрасный день выступать обвинителем на суде над твоим убийцей.

Отвернувшись от него, я увидел, как Эми обхватила руками Кевина. Он плакал. Кристина тоже. Они обнимались в коридоре старого здания суда, не обращая ни малейшего внимания на людей, столпившихся вокруг них. Они выглядели как настоящая семья.

Я засунул руки в карманы и направился к лифту. Тут чья-то рука на плече остановила меня.

– Спасибо, – сказала Кристина. – Я знаю, что ты сделал. Что вы все сделали. Лейк и Блок рисковали жизнью, и всё ради нас.

– Это всё Кейт. Это она выиграла дело…

– Я знаю, и уже поблагодарила ее. Но я знаю тебя. У нее никогда не было бы этой записи с Монтом, если б не ты. Это была твоя игра. Спасибо тебе!

Мы обнялись, и я оставил Кристину, Эми и Кевина наедине друг с другом и направился обратно в офис.

Уже заметно стемнело, когда туда вернулись Гарри, Кейт, Лейк и Блок. Дениз весь день была занята тем, что раздавала чеки на небольшие суммы бывшим клиентам Ричарда Рейнольдса. Он продал свою коллекцию автомобилей, и мы оба выполняли свои обещания. Дениз сказала, что у него уже куплен билет на утренний рейс в Торонто.

Я наблюдал сквозь стеклянную перегородку своего кабинета, как сначала Лейк, потом Блок и Дениз, а затем и Гарри обнимаются с Кейт.

Я встал, когда она вошла в мой кабинет.

– Эдди, даже не знаю, как тебе это сказать…

– Тогда лучше не надо.

Кейт откинула волосы с лица, резко выдохнула, надув щеки, и уставилась в пол. Затем посмотрела на меня.

– Дело не в тебе…

– Я знаю, что ты собираешься сказать. Ты уходишь. И уходишь из-за меня.

– Нет, из-за этой работы. Ты лучший. Ты знаешь это? Три человека сегодня оказались на свободе только благодаря тебе. А я бы не стала, да и не смогла бы этого сделать. Мне нужно взять паузу и понять, чем я хочу заниматься в жизни.

– Ты адвокат, причем из лучших.

– Мне нужно время. Я знаю, что не смогу сейчас заниматься этим делом – хотя, может, и вернусь в адвокатуру через какое-то время. Просто не хочу, чтобы между нами оставались какие-то недомолвки. Ты тут и вправду ни при чем. Дело в самой этой профессии. Иногда приходится спасать кого-то абсолютно любой ценой. А я не знаю, смогу ли опять на такое пойти.

Она порывисто бросилась вперед и обхватила меня за плечи.

– Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал… Я многому научилась.

Я тоже обнял ее, сказал:

– Помни, что у тебя здесь остается семья. Независимо от того, владеешь ты половиной фирмы или нет. Эти люди всегда будут рядом с тобой. Я тоже. Когда я тебе только ни понадоблюсь.

Она отступила на шаг, смахнула слезу. Я продолжал:

– Фирму мы разделим, как скажешь. Можешь забрать половину того, что на бизнес-счете, а потом я выкуплю у тебя…

Кейт лишь отмахнулась.

– На этот счет не переживай. Мы всё уладим. Деньги меня не волнуют. Я просто хочу прочистить голову. Побыть с отцом.

Она повернулась, открыла дверь моего кабинета и вышла.

– Кейт! – крикнул я ей вслед. Она резко обернулась. – Пригласи как-нибудь Гарри и Блок пообедать вместе. Когда будешь в настроении. Они будут очень расстроены. А когда решишь, чем хочешь заняться, дай мне знать, и если я смогу хоть чем-то тебе помочь, я это сделаю. Но с тебя кофе, как минимум раз в неделю.

– Заметано, – отозвалась она.

Я цапнул пальто. Просто не мог смотреть, как Кейт освобождает свой письменный стол. Гарри подхватил поводок Кларенса и предложил, выдавив улыбку:

– Давай-ка прогуляемся.

Мы вышли на промозглый зимний Манхэттен. Я поднял воротник и двинулся по тротуару.

Не успели мы дойти до конца квартала, как я остановился. Что-то тут было не так.

Кларенс и Гарри тоже остановились. Тогда-то я и понял, что меня беспокоит.

– Ты же забыл свою трость!

Кларенс глянул на меня. Гарри тоже.

– Теперь со мной полный порядок. Физиотерапевт говорит, что отныне я могу иногда обходиться без палочки. Кларенс с ним вроде согласен.

И впрямь – пес не залаял, когда мы вышли из офиса без трости.

В этот момент Гарри полез в карман пиджака и достал свой телефон.

– Вот, глянь, – Элли выложила новое видео.

Он повернул экран так, чтобы нам обоим было видно. Элли находилась в своем гостиничном номере. Это было первое видео, которое она запостила с тех пор, как началась вся эта история.

«Всем привет! – жизнерадостно произнесла Элли с экрана. – Спасибо вам всем за слова поддержки! Это очень много для меня значило. Теперь, когда правда наконец вышла на свет, я испытываю огромное облегчение. И с сегодняшнего дня собираюсь и дальше выкладывать здесь свои посты, но только не про саму себя. Я только что узнала от своего агента, что она продала авторские права на книгу с моей историей, так что скоро вы сможете прочесть обо всем, что произошло за последние несколько месяцев. Все со мной в полном порядке, спасибо моей команде юристов. Так что я буду постить здесь ролики только о своих спонтанных добрых делах. Большинство из вас не в курсе, что случилось со мной в метро, когда я попыталась помочь совершенно незнакомому мне человеку. Это едва не стоило мне всего. Но из этого вовсе не следует, что все люди плохие. Это был всего лишь один больной и насквозь испорченный человек. Это не отменяет всего того добра, которое приносит помощь нуждающимся в ней людям. Поэтому я хочу, чтобы все вы делились со мной своими спонтанными добрыми делами. И я буду делать то же самое. Помогать другим. Так уж меня воспитали родители. Всем нам не помешало бы, если б в мире стало чуть больше доброты. Надеюсь, что вы поможете мне в этом деле…»

Видео закончилось. Гарри убрал телефон. Мы молча двинулись дальше, перешли через улицу, и Кларенс остановился возле какого-то бара. Сел перед входом и воззрился на Гарри.

– У этой собаки больше здравого смысла, чем у меня, – заметил тот. – Я собираюсь пойти и хорошенько напиться, а потом, кто знает, может и влипнуть в какую-нибудь историю. Не желаешь составить нам компанию?

– Я еще немного пройдусь. Приведу мысли в порядок. Попроси бармена приготовить целый кофейник кофе. Я скоро подойду.

– С Кейт все будет в порядке, ведь и сам знаешь?

– Знаю, – сказал я.

Гарри последовал за Кларенсом в бар.

Я не знал, куда иду. Просто позволил ногам нести меня дальше по холодным улицам. Все, что я знал, это что отныне все здесь будет совсем по-другому.

Кейт приняла решение пойти другим путем. Поступить так, как она сочла нужным.

Однажды передо мной тоже встал такой вот выбор. Я выбрал иной путь. Не проходит и дня, чтобы я не задавался вопросом, что было бы, если б я избрал более легкую жизнь, спас бы свой брак и оставался рядом со своей дочерью.

Зазвонил мой мобильник. Номер был мне незнаком.

– Здравствуйте, это Эдди Флинн? – произнес мужской голос.

– Да, это я. Кто это?

– Чак Бьюкенен, из адвокатской фирмы «Бьюкенен и Дафф». Мне вас порекомендовали. Дело об убийстве. Честно предупреждаю: весьма непростое.

– Клиент невиновен?

– Она не признает себя виновной, если вы это имеете в виду.

– Нет, я не это имел в виду. Так она невиновна?

Тишина в трубке.

– Она невиновна.

Я остановился. Посмотрел на темное небо, нависшее над городом, и ответил:

– Похоже, я как раз тот, кто вам нужен.