Балансируя на носовом релинге яхты, Логан чуть присел, скрестил руки на груди…

И прыгнул.

Уже в воздухе, падая, крепко сомкнул ноги, резко выпрямив их.

На миг ощутил, как ветер обдувает тело.

А потом, пробив ими волны, исчез под водой.

Ежедневные погружения в ледяной бассейн означали, что теперь он не испытывал шока от холодной воды.

Но эта вода не была холодной.

Это была теплая лазурная синева Индийского океана.

Логан вынырнул на поверхность, и ослепительный солнечный свет ударил ему в глаза, когда он оглянулся на яхту, с которой только что спрыгнул. На палубе стояла Грейс. На ней был шелковый сарафан поверх бикини, и она улыбнулась Логану.

Он подплыл обратно к борту, ухватился за опущенный в воду трап и забрался обратно на палубу. Взявшись за свои купальные шорты, прямо на себе выжал из них бо́льшую часть воды, а затем нашел на палубе разложенный шезлонг и сел просушиться на жарком солнышке.

Они были в миле от побережья Южной Африки.

Очень далеко от Нью-Йорка.

В тот последний день на Манхэттене Логан уже понимал, что его шансы покончить с Джо Новаком крайне невелики. Той ночью, едва только выйдя из квартиры, которую он делил с Грейс, Логан сделал один телефонный звонок. В компанию, которая сдавала в чартер частные самолеты.

Логан знал, что если все пойдет наперекосяк, то придется оборвать все концы. Единственный способ быть уверенным, что Флинн и его команда не примутся его искать, – это заставить их поверить, что он уже мертв. Тот прыжок с моста ни в коем случае не был смертельным – только не для того, кто отлично умел нырять с большой высоты, кто годами приучал свое тело выживать в ледяной воде без риска потерять сознание от шока.

Рано утром он вернулся домой и сказал Грейс, что поранил руку, неудачно упав, и что его встреча с тем трудным и опасным клиентом прошла не лучшим образом. Что им придется уехать из города.

Грейс уже собрала вещи, как он и велел.

Сначала они полетели на Барбадос и провели там несколько недель. А потом, на второй неделе их пребывания в Южной Африке, Логан арендовал небольшую яхту, чтобы они могли побыть наедине.

Он наслаждался уединением, которое дарил им океан.

Услышав, как Грейс приближается к нему, Логан повернулся и посмотрел на нее со своего шезлонга, прикрыв глаза от солнца.

– Держи, – сказала она, протягивая ему стакан виски со льдом. – «Никка Йоши», – добавила Грейс. – Как раз то, что ты любишь.

– Где ты его раздобыла? – спросил он, сделав глоток.

– В отеле заказала. Выложила чуть больше, чем ты обычно платишь. Им пришлось заказывать его в Кейптауне. Я решила, что тут это будет кстати. Поможет тебе расслабиться.

– Спасибо, – сказал Логан, еще раз приложившись к стакану. Потом расслабил плечи и закрыл глаза, мерно дыша и ощущая легкое покачивание яхты на пологой океанской волне.

Он считал себя самым счастливым человеком на свете.

У него была женщина, которую он любил. У него были деньги. И никто никогда и не подумает его искать. Он инсценировал собственную смерть. Никто не станет разыскивать мертвеца.

Это будет началом его новой жизни. Спокойной и мирной жизни.

Жизни, в которой он никогда не будет чувствовать себя одиноким.

Логан вспомнил тот день, когда они познакомились в метро. Она была такой красивой в том платье с цветочным принтом и ярко-зеленом кардигане… Подошвы ее «конверсов» были истерты чуть ли не до дыр. Интересно, подумалось ему, что было бы, если б он не заговорил с ней в тот день, если б она не попыталась спасти упаковку лапши той пассажирки от падения на пол вагона метро. Насколько другой была бы его жизнь…

– Чему улыбаешься, красавчик? – спросила Грейс.

– Мне просто припомнился тот день, когда я впервые увидел тебя в вагоне метро. Ты была такой милой в этом платье и том кардигане…

Он допил остатки «Никка Йоши». Соль, витавшая в воздухе, изменила вкус виски, каким-то образом обогатив его.

– О, но тогда я ведь была вовсе не в них, разве не так?

Логан открыл глаза и увидел, как она проходит мимо него. При этом ее пальцы пробежали по шраму у него на руке – от осколка штукатурки, выбитого мощным револьвером Блок. Он видел, как она дотронулась до этого шрама, но не ощутил этого прикосновения. Наверное, какой-то нерв зацепило, подумал Логан.

Грейс присела на шезлонг напротив него. Черт, до чего же она была прекрасна!

– О, да ты определенно была в том платье с кардиганом! Я никогда этого не забуду.

– По-моему, ты все не так запомнил, дорогой. Когда мы впервые увидели друг друга, на мне были синие джинсы и маленькая белая футболочка в обтяжку. Было лето, и было очень жарко.

Улыбка Логана угасла.

– Да ты вообще о чем? Я увидел тебя в том поезде в ноябре. Ты вовремя подхватила лапшу той женщины, помнишь?

– Это было намного позже, дорогой. К тому времени ты следил за мной уже несколько месяцев.

– Что?!

– О, не волнуйся. Я была не против. Я тоже приметила тебя в тот первый день. Ты был так хорош собой… И эти часы «Патек Филипп»… Итальянские туфли ручной работы… Я сразу поняла, что ты – славная добыча. Что тут есть чем поживиться.

– Ты видела меня?

– Ну да… И сразу поняла, что ты – это нечто особенное. Я знала, что рано или поздно ты ко мне обязательно подкатишь. Как уже сказала, я знала, что ты – хорошая добыча. И ты подтвердил это сразу после нашего первого свидания. Ты увидел все эти счета, прилепленные к холодильнику в моей квартире, и на следующий же день их оплатил. Все до единого. Больше ста тысяч долларов. Обычно требуется с полдюжины свиданий, прежде чем мои джентльмены поступают по-джентльменски и оплачивают часть моих долгов. Потом я меняю квартиру и нахожу другого состоятельного джентльмена.

Перед глазами у Логана все поплыло. Подкатила дурнота. О чем это она, черт возьми?

– Я сама владею всеми этими компаниями, которые прислали напоминания о долгах. Никогда еще мужчина не оплачивал их все до единого, и никогда после первого же свидания. Вот почему я вернула тебе деньги. «Подсунуть конфетку» – вот как мы называем это в своей профессии. Сделала то, что заставило тебя поверить мне. Я уже тогда поняла, что ты крупная рыба, Логан. Но я не знала, что ты еще и убийца…

Стакан с виски выскользнул из его руки и разбился о палубу. Сердце у него колотилось так сильно, что стук его казался оглушительным.

– Ты был как-то связан с этими убийствами в «Тик-Токе». Я однажды увидела тебя возле здания суда. И проследила за тобой.

Логан вспомнил, как стоял в толпе сторонников Элли, и то ощущение, будто за ним наблюдают.

– Рваная рана у тебя на руке подтвердила это. Я читаю новости. И знаю, что ты пытался убить какого-то свидетеля по тому делу и что полиция гналась за тобой до моста. Ты опасный человек, Логан.

– Грейс, подожди, у тебя все это…

Он попытался закончить фразу, но у него пересохло в горле. Попытался наклониться вперед, встать на ноги, но…

Не мог даже пошевелиться.

Его охватил страх.

– Нервно-паралитический яд, добавленный в виски, действует быстро, – сказала Грейс. – Страдать ты будешь недолго. У меня есть номера твоих банковских счетов и пароли. Я думала забрать твои деньги еще в Нью-Йорке. Но знала, что ты обязательно придешь за мной. Что наверняка разыщешь меня и убьешь. Мне было нужно, чтобы все было чисто. И чтобы эти деньги были чистыми. И что если я хочу сорвать самый большой куш в своей жизни – твои миллионы, – то должна убедиться, что все проделала как надо. Что и комар носа не подточит.

Логан открыл рот, но не смог выдавить ни слова.

Втянуть в себя воздух тоже не получалось.

Глаза у него вылезли из орбит. Он не мог двинуть ни рукой, ни ногой.

Казалось, будто его замуровали в цемент.

– Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что ты убийца. Я почувствовала, что ты опасен, даже еще до того, как мы познакомились. Чего ты не знал, так это что я тоже опасна. Помнишь, я рассказывала тебе историю про того владельца арбузной фермы, который вдруг бесследно исчез и весь город вышел его искать? Я сказала тебе, что мы долго искали его, а потом узнали, что он переехал в Атланту и познакомился там с какой-то стриптизершей. Так вот, никуда он не уезжал. Я похоронила его глубоко в его собственной земле, Логан. Так глубоко, что никто никогда не сможет его найти. Я шантажировала его, и он решил, что не хочет платить. Поэтому ему пришлось умереть. Теперь твоя очередь. Где-то через минуту ты умрешь, а потом опять отправишься искупаться. На сей раз подольше. Прямиком на дно океана, – сказала Грейс.

Она встала и, отходя от него, добавила:

– Никогда не доверяй первым встречным, Логан. Разве твоя мама никогда не говорила тебе об этом?

Логану хотелось кричать. Драться. Убивать. Но он ничего не мог сделать. Его грудная клетка не двигалась. Легкие не расширялись. Не хватало воздуха. Веки отяжелели. И больше ничего не было видно.

Остался только звук.

Звук морской воды, капающей с его плавок на палубу.

Кап…

Кап…

Кап…