Сидя на продранном кожаном кресле в строительной бытовке, которую он использовал в качестве офиса, Бруно Монт тыкал большим пальцем в пульт телевизора, бесцельно переключая каналы. Вокруг бытовки громоздились семьсот тонн металлолома, в основном автомобили и холодильники, а единственный магнитный кран и здоровенный ржавый пресс-дробилка для автомобильных кузовов хоть формально и не были металлоломом, но определенно могли заслуживать такого определения с точки зрения всех остальных людей.

Среди всех свалок металлолома предприятие Монта пользовалось наиболее дурной славой. Здесь не требовалась сторожевая собака, чтобы охранять это место по ночам. Охрану тут обеспечивал сам Бруно, в основном благодаря своей репутации. Он унаследовал этот семейный бизнес от своего отца пять лет назад, как только тот протянул ноги. И в первые же недели работы столкнулся с той же проблемой, что и его папаша: воры по ночам перелезали через забор, чтобы воровать каталитические нейтрализаторы. В этих деталях автомобильных глушителей до беса редких металлов, и на черном рынке они идут по цене от пятисот до тысячи долларов за штуку. Недосчитавшись после одной такой ночи сразу десяти нейтрализаторов, Бруно купил телевизор и раскладушку и остался на ночь на свалке.

Вора он поймал с поличным. Парнишка, разве что лет восемнадцати, был членом шайки, которая воровала каталитические нейтрализаторы с припаркованных на улице автомобилей и со свалок. Остальные его дружки знали, что он попался, и ждали за углом, когда завоют сирены.

Но полиция так и не появилась.

Все, что они слышали, это скрежет дробилки и крики, едва не заглушавшие его. И больше никогда уже не видели того парнишку.

Отныне все, что оставалось Бруно, это оставлять свет в бытовке включенным – лазать через его забор желающих больше не находилось.

Развалившись в кресле, он наткнулся на местный новостной канал. Сначала посмотрел сюжет о деле Элли Паркер, а затем об убийстве Кросса. О его дружбане мало чего сообщалось. Вообще-то друзей у Бруно не было, в общепринятом смысле этого слова. Но в лице Кросса он нашел своего рода компаньона – единственную личность, с которой мог общаться, не скрывая своей истинной натуры. И это было важно. Кросс высоко ценил умения и желания Бруно. Даже подпитывался ими.

В бытовке зазвонил мобильник. Слишком поздно для какого-нибудь клиента.

Он ответил:

– Площадка Монта.

– У меня для вас есть работа по утилизации, – послышался голос. Мужской, незнакомый.

– Мы уже закрыты, – сказал Бруно.

– Меня интересует особый вид утилизации.

Бруно подался вперед, выдвинул ящик стола и достал один из полудюжины одноразовых телефонов. Назвал номер, написанный на обратной стороне телефона серебряным маркером, после чего дал отбой и включил одноразовую мобилу.

Перезвонили почти сразу же.

– Кто это? – спросил Бруно.

– Лучше обойдемся без имен. Мне рекомендовал вас один ваш старый друг, Артур Кросс, пару лет назад. Очень жаль было услышать, что он скончался…

– Артура убили.

– Блин, простите. Я не знал.

– Думаю, можно сказать, что к этому уже давно дело шло.

– А вы по-прежнему работаете?

– Работаю. Так чего надо?

– Два объекта. Оба – бывшие из правоохранительных органов. Мне не нужно, чтобы они бесследно исчезли – я просто хочу, чтобы они были мертвы.

– Это будет стоить денег.

– И насколько больших?

– Это как посмотреть… Обычная цена – где-то от пятнадцати до двадцати, но за бывших копов я беру больше. Исходите из двадцати пяти штук за голову.

– Это я вполне потяну. Есть две вещи, которые вам нужно знать. Один из объектов – женского пола. Нет у вас с этим каких-то проблем?

– Ни в малейшей степени.

– Точно? Потому что у меня уже бывали подобные проблемы с подрядчиками… Когда платишь задаток, так они все крутые, но сразу сдуваются, когда наступает момент всадить пулю в бабу. Вы ведь не собираетесь сдуться, а?

– Это будет не первый раз, когда я исполню тетку.

– Откуда мне знать? Я должен быть уверен, что вы точно доведете дело до конца. Тут еще и время дорого.

– Я тут недавно грохнул одну престарелую дамочку в ее собственном доме. Сломал ей шею и сбросил с балкона. А потом заехал в круглосуточную кафешку, стрескал там стейк с яйцом и тортиком закусил. Ну что, лучше вам стало?

– Поверю вам на слово.

– Что еще мне требуется знать?

– Мне нужно, чтобы их кончили уже сегодня вечером.

– Сегодня вечером? Сейчас у нас сколько – типа как уже почти семь? Это нереально.

– Я точно знаю, где они будут. И они стопроцентно не станут ожидать вашего появления. Могу накинуть еще десятку. Итого шестьдесят штук за одну ночную работенку. Половину сейчас, половину по исполнении.

Бруно встал из-за стола и глянул в окно на гору ржавого железа. Ему приходилось с утра до вечера таращиться на эту груду металлического хлама. Каждый день. Точно так же, как и его старику. Этот кент в телефоне был ему незнаком, но если тот настолько хорошо знал Артура, чтобы Артур порекомендовал его ему, то с ним наверняка можно иметь дело.

И парень был явно в отчаянном положении, судя по голосу.

– Почему именно сегодня? – спросил Бруно.

– Не думаю, что вам стоит этим заморачиваться. Это должно произойти сейчас или никогда. Вот и все, что вам нужно знать.

По ржавому капоту «Форда Пинто», стоящего на вершине кургана из сплющенных автомобилей, прошмыгнула огромная крыса размером с небольшого терьера.

– Семьдесят пять, – сказал Бруно. – Половину сейчас. Половину, когда работа будет сделана. Или ищите кого-нибудь еще.

Пауза.

На миг Бруно забеспокоился, что переборщил и излишне загнул ценник. У него имелись кое-какие средства в загашнике, но особо не разгуляешься. Деньги, обещанные за Бетти Ле Со, так и прошли мимо кассы. Этот гаденыш-адвокат оставил Кросса без наследства. Кросс был парнем башковитым, и Бруно знал, что если когда-нибудь и срубит солидный куш, то, скорей всего, благодаря Кроссу. С этой Ле Со вышел облом, но теперь один из старых корешей Кросса мог с тем же успехом исправить ситуацию. С такими деньгами можно будет распродать весь этот хлам к чертям и уехать куда подальше. Отсосные времена, когда он довольствовался крохами, срубая по пять штук за ликвидацию мелких бандюков и продажных копов, останутся позади.

Всего еще одна знакомая работенка.

Сегодня вечером.

К утру он может быть в Балтиморе, а потом запрыгнуть в самолет и завтра вечером в это же время уже потягивать коктейль в каком-нибудь баре в Бока-Рато́не[48].

Если только он уже не прохлопал этот заказ.

– По рукам, – наконец произнес неизвестный.

Бруно улыбнулся, но улыбка быстро увяла. Вообще-то его абсолютно ничто не сдерживало. Он мог уехать из города абсолютно в любой момент, но странное чувство преданности не менее нехватки средств удерживало его на отцовской свалке. Он тогда пообещал Артуру, что стопудово грохнет Блок. Ей удалось вывернуться у него из рук, когда он попытался по-тихому, не поднимая лишнего шума, выполнить свое обещание. Бруно терпеть не мог неоконченных дел. И было бы неловко уезжать, не выполнив обещание, данное своему покойному корешу. Но семьдесят пять кусков – это вполне достаточно, чтобы по крайней мере чутка притушить угрызения совести.

– Давайте свои реквизиты, и я переведу деньги, – добавил голос в трубке.

– Только сразу предупреждаю, – предостерег Бруно. – Когда работа будет выполнена, вы немедленно переводите остаток. Если не заплатите, то станете следующей жертвой. Усекли?

– Усек. Ваши объекты – Габриэль Лейк и Мелисса Блок. Вы можете найти их в…

Пока Бруно записывал эту информацию в блокнот, сердце у него наполнялось ликованием от того, что уготованное ему судьбой наконец-то сбылось.

Эта работа была суждена ему свыше.

Это был подарок от Артура, с того света.

Все вроде наконец-то срослось.

Или же скоро срастется, как только он застрелит этих бывших копов – Лейка и Блок.