— Почему ты не расскажешь Айе, что произошло? — Марс обнимал меня за плечо, слегка поглаживая.

— Она просила ничего плохого о нём не говорить, — я сморщилась. — Она выходит замуж за его деньги.

— У неё проблемы с финансами? Может, я могу помочь?

— Нет, — я качнула головой. — Её отцу нужно финансирование какого-то важного научного проекта. А у его отца огромная корпорация и, видимо, есть деньги на это финансирование… В общем, там речь о каких-то нереальных суммах.

— И она решила стать жертвой этой сделки… ну и глупая! — Марс фыркнул.

— Не суди! — я кинула в парня строгий взгляд. — Её там мать продавливает по полной программе, манипулируя и чувством вины, и всем, чем только можно.

— Да уж, а мне Айя показалась мудрой девушкой…

— Видимо, до определённых пределов.

— И что думаешь делать?

Я вздохнула:

— Поеду с ней выбирать платье, что я ещё могу. Подруга просит о помощи.

Мужчина покачал головой, но ничего не сказал.

В этот миг в глазах потемнело.

— Что-то… нехо… ро… — кажется, я не смогла договорить.

* * *

Придя в себя, первым делом я увидела бледное встревоженное лицо Марса в белом свете торшера.

— Слава Богу, ты очнулась, — прошептал он дрожащим голосом.

— А, препарат подействовал, — раздался откуда-то сбоку холодный чуть хриповатый женский голос.

Рядом с Марсом надо мной склонилась женщина средних лет в белом халате и белой круглой шапочке:

— Лекарства какие-то принимаете?

Я отрицательно покачала головой — и в глазах снова потемнело.

— Ели что-нибудь непривычное? Грибы, ягоды? — донеслось до меня словно из-под воды.

— Н-нет… Вообще сегодня почти не ела. Небольшой перекус в обед и немного рыбы…

— Возможно, дело как раз в этом! — я смутно видела, как её брови хмурятся, словно она не уверена в своём предположении. — Предлагаю вам лечь на обследование, — женщина сосредоточенно смотрела на меня.

— Нет, спасибо, — шепнула я. — Мне уже лучше, — я солгала, но даже в таком состоянии мне страшно не хотелось никуда уезжать от Марса. Впервые за необъятно долгое время мне было хорошо и спокойно на душе.

— Ну, смотрите сами, — пожала она плечами. — Тогда подпишете информированный отказ от госпитализации. И мы оставим вам необходимые лекарства. Если станет хуже, срочно звоните.

— Хорошо, — я попыталась ободряюще улыбнуться, глядя на испуганного Марса, но, кажется, получилось не очень.

Проводив бригаду «Скорой помощи», мужчина торопливо вернулся ко мне:

— Как ты?

Я всё ещё не могла оторвать голову от подушки:

— Ну, пока на «троечку», — прошептала я. — Но чувствую, что становится лучше.

— Что-нибудь хочешь?

— Просто чтобы ты побыл рядом, — я улыбнулась, как смогла, и прикрыла глаза.

Полминуты спустя я почувствовала, как изножье дивана, на котором я лежала, прогибается: Марс сел, держа в руках книгу:

— Немного осталось, — он показал тонкую стопку страниц перед задней обложкой. — Эта книга словно меняет меня. В лучшую сторону… — мужчина задумчиво посмотрел на текст и вдруг встрепенулся. — Ну всё, отдыхай-отдыхай, — и он погрузился в чтение.

А я спонтанно уловила шальную мысль: а что если Айе подсунуть такую же судьбоносную книгу?!

Несмотря на слабость, сердце заколотилось от радостного предвкушения: вдруг книга действительно сможет помочь там, где я бессильна?

Эта мысль дала мне толику спокойствия, и я начала погружаться в сон, в полудрёме думая, как завтра совместить свадебный салон и книжный магазин.

* * *

Будильник на телефоне запел ровно в пять, как и всегда.

Я пошевелилась и почувствовала в ногах что-то неподъёмно тяжёлое. Открыв глаза, я обнаружила, что Марс так и уснул, сидя на диване. Раскрытая книга лежала у него на коленях.

Аккуратно приподняв голову я поняла, что слабость почти прошла. Десять минут бесшумных сборов — и я была готова выходить к Ирме, но напоследок подумала, что надо кое-что сделать.

Пройдя по комнатам, я обнаружила рабочий стол, заваленный техникой, проводами и бумагами. Аккуратно выудив оттуда пачку стикеров, отклеила один и нацарапала кусочком карандаша записку о том, что отправилась на ежеутренний завтрак к Ирме Львовне и, аккуратно приклеив её на открытую страницу «Ста лет одиночества», отправилась в путь.

По дороге обнаружилось, что голова была ещё тяжёлая, а ноги немного подкашивались — но я не могла пропустить занятие. Поэтому медленно, но всё же топала в сторону домика ведуньи под мелко моросящим дождём.

Она, как обычно, заранее распахнула дверь и пристально уставилась мне в лицо.

— Иди-ка сюда! — женщина развернула меня к восходящему солнцу и, взяв пальцами одной руки за подбородок, другой по очереди оттянула нижние веки.

— Язык покажи.

Я понятия не имела, что она делает, но повиновалась.

— Так-так! — ведунья вздохнула. — Сегодня займёмся травами.

— Но погода… — запротестовала было я: мне очень хотелось продолжить вчерашнее занятие по защите, но ведьма подняла ладонь.

— Травами, я сказала. А от дождика не умрёшь!

Я представила, как сейчас буду плестись со своей слабостью вглубь леса по скользким корням и мокрым камням, и застонала.

— Не отлынивай! — сказала Ирма.

— Ладно-ладно… — спорить сил не было.

На удивление, путь сегодня оказался совсем недолгим. Уже минут через десять Ирма остановилась и жестом подозвала меня.

Под всё больше усиливающимся дождём она показала мне растение с красивыми резными листочками и розоватыми соцветиями.

— Vigora Scintilla, — произнесла она.

Я коснулась цветка ладонью и почувствовала удар, похожий на разряд тока. Отдёрнув руку, я отскочила.

— А, начинаешь чувствовать их энергию! — в голосе женщины послышалась удовлетворённость.

Оторвав листок, она протянула его мне и за локоть подвела под крону дерева, где было посуше:

— Бери.

Я взяла кусочек растения. Ничего не произошло.

— Многие считают его сорняком, но только единицы знают: его сила может и воскресить, и убить. Его название с латыни переводится, как «мощная вспышка»…

Я молчала, потирая листочек между пальцами.

— Знаешь, как действует на нас кофе? — внезапно спросила ведьма.

— Ну, даёт заряд энергии.

— Не совсем так… Он отбирает энергию у нас будущих. То есть, крепкий кофе хорошо бодрит, но через несколько часов тебя накроет слабость или сонливость.

— Ага, — я не понимала, к чему она клонит.

— Но кофе — слабак в сравнении с этим демоном, — она махнула на кустик. Одного листочка на чайник достаточно, чтобы целый день чувствовать себя, как батарейка. Но к вечеру накроет неодолимая тяга ко сну…

Слова Ирмы ударили меня током похлеще самого растения. Я понюхала листок и поняла, что знаю его:

— Так зачем же вы вчера мне его поставили под порог? Да ещё и целую чашку? — я не могла сдержать возмущения и негодования.

— Ничего я тебе не ставила, дурёха, — голос ведуньи звучал обыденно и спокойно, словно я не обвинила её только что.

Она развернулась и направилась к домику.

— Ты, похоже, выпила отвар такой концентрации, что хватило бы для стада слонов. Я ещё с утра вчера удивилась твоему виду, но не поверила, что ты могла где-то найти и выпить Вигору… А теперь всё встало на свои места…

Ведьма обернулась ко мне и огорошила ещё больше:

— Кто-то, кто принёс тебе эту траву, не желает тебе добра. Хорошо, кони не двинула! Врачи ничего не смыслят в растениях, но, видимо, случайно подобрали подходящий антидот. Повезло. И что была не одна — тоже повезло.

Меня окатило таким леденящим холодом, что ливень, ставший уже проливным, показался на этом фоне горячим душем.

Зайдя в домик, Ирма накинула мне на плечи большое полотенце и поставила чайник на плиту.

— Не принимай ничего из чужих рук. Не пей никакие отвары, напитки, происхождения которых не знаешь, — она говорила по-родительски тепло, без капли осуждения, которое я сполна заслуживала: надо ж было так опростоволоситься! Но я даже не сомневалась, что это Ирма… А кто, кроме неё? Разве что… Я подумала про злую тётку и решила, что теперь я это точно не оставлю просто так!

Ирма, занятая завариванием чая, ничего не сказала про мои мысли — и я сочла это молчаливым благословением.

— Я тебя научу работать с травами. Научу чувствовать их. Ты и так это умеешь, но пока твой талант зарыт. Всяких книжек про лекарственные растения — пруд пруди. Но в них, по большому счёту, глупости написаны. А ты научишься растения слышать и безошибочно определять их действие и должную концентрацию.

Я кивнула. Теперь мне казалось, что это важнее вчерашней защиты — изучение трав.

— Всё важно. Из каждого навыка, словно из кирпичиков, строится твоя ведьминская сущность. Там крупинка, тут крупинка — и получаешься цельная ты… — но в основе всегда должно быть что? — Ирма отпила чай.

— Должна быть я, как центр мира.

— Точнёхонько! — ведунья улыбнулась. — Однако ж, — она задумчиво посмотрела на дверь. — За тобой ухажёр твой идёт. С зонтиком… распереживался, бедный! — женщина захохотала — и тут же в дверь раздался стук.

— Ирма Львовна, здравствуйте! Простите, что рано! — зазвучал встревоженный мужской голос. — А Ника не у вас случайно?

— Да туточки она, — не здороваясь, проговорила ведьма. — Проходи, забирай… — я почувствовала, как от неё повеяло недовольством, и тоже поймала толику раздражения, сменившую приятное ощущение, что обо мне заботятся.

* * *

— Зачем ты пришёл? — поинтересовалась я, едва мы вышли за калитку.

Кажется, это прозвучало грубовато, судя по взгляду Марса.

— Вообще-то я запереживал…

— И решил меня проконтролировать? — я вскинула бровь.

— Ну… нет. Хотел удостовериться, что с тобой всё в порядке. Тебе вчера было очень нехорошо… А это не дело рук Ирмы Львовны случайно? О ней всякие слухи ходят по деревне…

Я рассмеялась:

— Так ты испугался, что она меня отравит? — это было действительно забавно.

— Ну… — Марс потупился.

— Не верь слухам! — я взяла мужчину под руку, чтобы зонт прикрывал нас обоих. — Она шикарная женщина! Плевать вообще, что говорят в деревне. Она учит меня всяким… Премудростям, поэтому я хожу сюда каждое утро. Так что если мы будем жить вместе, привыкай. И не надо меня проверять и контролировать.

— Но если она такая хорошая, то что тогда вчера с тобой было? Отравление? Аллергия на рыбу?

— Нет, — я покачала головой.

И тут же, словно в ответ на мои мысли я увидела знакомый уже силуэт.

— О! — я кивнула на злую тётку, которая шла мимо, не замечая нас. — Ты не знаешь, где она живёт?

— Васса?

— Её так зовут?

— Да. Она нелюдимая, живёт одна на противоположном краю деревни. Ни с кем особо не ладит. Правда, я пару раз помогал ей кое с чем дома, но это было давно.

— Даже помогал? — мне почему-то стало неприятно от этой информации.

— Ну а что? Женщина одна, не со всем может справиться, а у меня как раз руки свободные были…

— На том конце деревни, говоришь?

— Ага, — Марс кивнул. — А зачем тебе?

— Кажется, мне надо с ней побеседовать кое о чём… — я пристально смотрела вслед удаляющейся фигуре Вассы и обретала всё большую решимость пойти навстречу страху.

* * *

Айя заехала через пару часов. Моё самочувствие — почему-то мне думалось, что не без помощи Ирмы — стало кратно лучше, чем накануне и даже с утра.

— Ну привет! — я плюхнулась на сиденье, пытаясь улыбаться.

— Привет! — Айя была бледная, а её улыбка больше напоминала оскал.

Почти всю дорогу мы молчали.

— Мама скинула мне несколько хороших свадебных салонов. Начнём с ближайшего.

— А давай начнём с того, где поблизости есть книжный?

— Книжный? — подруга бросила на меня удивлённый взгляд, на секунду отвлёкшись от дороги. — Тебе нечего читать?

— Хочу найти кое-что конкретное.

— Ну ладно, — она пожала плечами, тогда возьми мой телефон, глянь по карте, рядом с каким из салонов есть книжные магазины.

— Спасибо! — я улыбнулась и протянула руку к телефону подруги.

На экране висело непрочитанное: «И не рассчитывай, что я тебя когда-нибудь полюблю. Твоему бате нужны бабки, моему — репутация. Считай, что ты продалась мне, как…»

Я сдержала волну ярости и смахнула уведомление — и вдруг перед глазами возник образ высокого плечистого мужчины с густой седой шевелюрой, который орал в трубку:

— Да плевать я хотел, что они там умирают от жары! Гоните ещё и ещё, других понарожают! Они там плодятся, как собаки бездомные! И никто ничего проверять не будет! Чтобы партия была отправлена в среду — любой ценой!

— Эм, — я глянула на подругу, когда наваждение спало. — А чем занимается отец Вадима?

— У него большое производство одежды. Фабрики в Китае и во Вьетнаме. И он каждый год расширяется и расширяется. Кажется, скоро будет в топ-100 самых богатых людей страны, — подруга произнесла это равнодушно и устало.

— Ясно, — я прикусила губу.

Говорить ей о том, что я сейчас увидела, было бесполезно… Да и что бы это изменило?

Но у меня созрела одна совершенно шальная идея…

— О, вот тут неподалёку есть книжный. Судя по отзывам, немаленький, — я ткнула на точку на карте и включила навигатор.

«Маршрут построен. Через двести метров держитесь правее»…

* * *

Без малого три часа мы проторчали в салоне, и на каждое предложенное платье Айя неизменно отвечала:

— Мне не нравится. Нет, оно плохо сидит. В этом я как сосиска в плёнке…

В конце-концов, она выдохнула:

— Мне надоело. Действительно, пойдём лучше в книжный. Книги выбирать куда увлекательнее.

— О, да! — я согласно закивала, хотя чувствовала, что сейчас мне вовсе не до книг: мысли в голове метались, как стрижи в клетке, и идея, которую я вынашивала, казалась то безумной, то гениальной. Но в этом состоянии я бы точно не смогла почувствовать энергию книг. Поэтому, увидев по пути кофейню, предложила подруге зайти, чтобы передохнуть и перекусить.

— Слушай, ты ненавидишь Вадика… Почему согласилась поехать со мной за платьем? — кажется, маффин с шоколадом и стаканчик капучино немного оживили Айю.

— Потому что ты попросила, — ответила я, проглотив кусочек шарлотки. — Одна мудрая женщина сказала мне, что надо помогать, когда просят.

«А когда не просят — не надо,» — но этого я вслух уже не стала произносить.

— Если честно, — Айя уставилась в панорамное окно на прохожих. — Я совсем не хочу выбирать это платье… Мне просто хотелось побыть с тобой. Ты как будто островок безопасности в моей разрушающейся жизни… Ой, — она прикусила нижнюю губу. — Ну, то есть…

— Я поняла, — я кивнула, как ни в чём не бывало, хотя от последней фразы сердце рухнуло.

— В общем, мне хорошо рядом с тобой. Иногда мне кажется, что день нашей встречи был в какой-то другой жизни. Через месяц я могла бы быть в Лондоне, а сейчас… Всё совсем иначе.

Кажется, подруга впервые начала открывать душу, и я боялась даже шумно вздохнуть, чтобы не спугнуть эти откровения.

Но она, словно услышав мои мысли, тут же встрепенулась:

— А что ты хотела в книжном?

— Посмотрю, — неопределённо ответила я.

— Ну айда тогда, если ты доела, до него рукой подать!

Магазин встретил нас тишиной и тремя этажами книг.

— Бог мой! — я огляделась. — Я никогда здесь не была! — меня восхитило и одновременно напугало обилие книг: как тут выбрать то, что необходимо Айе?

— Ну, на этом мы, пожалуй, разойдёмся, — подруга потёрла руки и направилась к стеллажам с книгами на английском. Я повернула в другую сторону и, на миг замерев, поняла, что логично искать подходящую книгу среди художественной литературы.

Оказалось, что ей был занят целиком второй этаж — и я планомерно обходила полку за полкой, держа в голове мысль о том, для чего мне нужна книга.

И вдруг — знакомое чувство! Лёгкое сияние, едва ощутимое тепло… Я протянула руку и вытащила «Тесс из рода д’Эрбервиллей». Я её не читала, но интуиция буквально кричала о том, что это то, что нужно.

— Простите, — я обратилась к парню у кассы. — А можно упаковать книгу в бумагу?

— Да, конечно, вы можете оплатить и подойти к вон тому стенду, вам помогут.

Четверть часа спустя я не без труда нашла Айю сидящей на низеньком пуфике в углу между стеллажами.

— Это тебе! — я торжественно протянула подруге книгу в крафтовой упаковке с подклеенным сверху сухоцветом.

Она подняла одухотворённый наполненный упоительным счастьем взгляд — и через мгновение погасла. Конечно, она быстро заулыбалась, и, поблагодарив, приняла книгу из моих рук:

— Так ты ради этого хотела в книжный?

— Мхм, — я кивнула. — Только обещай мне, что обязательно её прочтёшь — и как можно скорее, ладно?

— Эм-м-м, — Айя подняла бровь. — Ну, если это так важно.

— Да, важно! Обещай!

— Хорошо, обещаю, — она с любопытством глянула на бумагу.

В этот миг мой телефон зазвенел.

— О, Марс звонит, — я с улыбкой ответила. — Да, привет!

— Ник, ты с Айей? — голос мужчины звучал обеспокоенно, и я напряглась.

— Да, а что? — я бросила взгляд на подругу, которая в ответ посмотрела на меня озадаченно.

— Приезжайте как можно скорее. Это срочно!