Это чудовище, дало волю своей истинной силе, отбросив ограничения. Он материализовался прямо передо мной — его кулак врезался мне в подбородок. Мощнейший апперкот просто взорвал мою голову, всё в вперемешку с черной эктоплазмой брызнули во все стороны, орошая белый мрамор, преодолев законы Архонтов и элементалей, у которых и тела нет в привычном понимании, он уломал меня, не успело мое обезглавленное тело упасть, как клубящийся мрак мгновенно втянулся обратно, голова встала на место, и я не моргнув, перехватил его бьющую руку своей ладонью. Мои пальцы с впились в его золотую плоть.

Улыбка Фанета стала еще шире, он щелкнул пальцами свободной руки.

Как пунктуально с его стороны — решил не разносить свою драгоценную Селестию в пыль, пространство вокруг нас вывернулось и мы рухнули в пустое, некое мертвое измерение, сотканное из багровых небес и пепла.

Не успел я оглядеться, как Фанет взмахнул рукой, воздух вокруг меня вспыхнул кроваво-красным. Пространство исказилось, и со всех сторон на меня обрушились гигантские, пульсирующие кубы — точно такие же, как у Асмодей. Они захлопнулись вокруг меня, а я почувствовал, как сама структура пространства разрезает меня. Кубы безжалостно порезала мое тело, остатки элементальной ауры, на сотни ровных кубиков, подвешенных в воздухе.

— Обожаю видеть живого противника, — промурлыкал Фанет, глядя на парящие в воздухе куски моего тела. — Когда ты можешь получать урон по моей прихоти, в такие моменты я чувствую, что сражаюсь с живым существом. От этого на душе становится только приятнее.

Черная слизь, сочившаяся из обрубков, вскипела, кубики слиплись обратно, сшивая за мгновение. Я выпрямился, стряхивая с себя остатки красных кубов Асмодей, и нарочито плавно сложил руки перед грудью в сложный, неестественный для человеческих суставов знак.

Пальцы выгнулись под немыслимыми углами, образуя фигуру, от которой само пространство вокруг меня начало гнить.

— Знак Седьмого Пожирателя! — голос Фанета лязгнул паникой, он то сразу узнал этот прием, пришедший из-за края мироздания.

Я не произнёс ни слова и сжал сложенные пальцы. Хвалёное тело карикатурного божества покрылось чёрными язвами, его сияющая плоть начала стремительно истлевать, осыпаясь гнилью. Золото почернело, обнажая под собой пульсирующие сгустки чистого света.

Но Фанет был Первозданным не просто так, не обращая внимания на гниющую оболочку, его шея провернулась ровно на 180 градусов. Пустое лицо с зияющими черными пробоинами уставилось на меня, а затем его грудная клетка — весь его "фронт" — с треском разорвалась надвое.

Из развороченной груди ударил свет. Я успел среагировать исключительно чудом. Вскинув руки, я создал перед собой искаженную воронку из помех и умирающего Анемо, луч врезался в мой щит, обжигая даже сквозь пустоту. Меня протащило назад на сотни метров, я вывернул запястья, перенаправляя этот поток разрушения вверх и в сторону.

Золотой луч прошел по касательной, устремляясь за мою спину.

Если бы мы были в Тейвате, этот выстрел прошил бы планету насквозь и испепелил всю жизнь на континенте, здесь же, в карманном измерении, луч врезался в багровые небеса, за моей спиной расцвела сверхновая, всколыхнув мою одежду.

Фанет не стал терпеть гниение и сорвал с себя зараженную плоть, истлевшая оболочка осыпалась пеплом, а из-под неё вырвалось сияние нового тела. Он взмыл высоко в багровые небеса карманного измерения, раскинув руки в стороны. И там, где его свет касался мертвой земли, происходило возвращение, сквозь слой серого пепла начала пробиваться изумрудная трава. За считанные секунды пустошь покрылась ковром зелени, расцвели цветы, а в воздухе запахло весной.

Я склонил голову стоял посреди внезапного Эдема, истекая черной слизью, видимо как грязное пятно на холсте.

— В этом и есть смысл, понимаешь? — голос Фанета зазвучал мягче, окутывая пространство эхом, пока он парил надо мной, глядя вниз своими черными провалами вместо глаз. — Я люблю жизнь, и люблю смотреть, как она совершенствуется.

Он плавно опустился чуть ниже, его ноги едва каснулись верхушек новорожденной травы.

— Я открою тебе маленький секрет, Странник, почему в поисках достойного противника я не ушел дальше? Почему я остановился здесь и накрыл Тейват своей живой дланью, отгородив его от остального космоса? Всё очень просто, как два плюс два равно четыре…

Фанет склонил голову, и его широкая улыбка стала ещё более жуткой.

— Там было невыносимо скучно, понимаешь? Пустота и мрак где Пожиратели, жуют сами себя… Я — проявление Жизни и есть сам Закон. И я зародился там, где этой жизни изначально не было. Я стал аномалией в абсолютном ничто, и я отправился путешествовать, чтобы сеять хаос созидания. А остальное ты знаешь, я нашел этот мир, очистил его от ящериц.

Он развел руками, демонстрируя цветущий луг, раскинувшийся посреди адского измерения.

Сколько уже можно болтать… Я скривился, чувствуя, как от его пафосных речей сводит скулы, и изогнул пальцы в новом, ещё более неестественном жесте кости хрустнули, выстраивая геометрию абсолютного отрицания, свет вокруг Фанета маргнул.

— Откуда ты знаешь Третий Знак?!

— Быстро учусь, — бросил я, чувствуя, как черная эктоплазма закипает в венах.

— Ложь! — Фанет рванул ко мне, искажая пространство. — Ты не мог заключить контракт сразу с двумя Пожирателями! Их концепции уничтожили бы твой сосуд изнутри!

Я не сдвинулся с места, лишь склонил голову набок и мило, улыбнулся, глядя прямо в его пустые черные провалы.

— А я ни с кем не заключал контракт…

Фанет замер в метре от меня, его занесенная для удара рука повисла в воздухе.

— Что… — только и смогло выдать божество.

— Я их сожрал.

Я провернул кисти, завершая Третий Знак. Пространство сгнило за микросекунду, вся та жизнь которую Фанет только что с такой гордостью раскинул вокруг нас, обратился в прах. Изумрудная трава почернела и осыпалась пеплом, цветы сгнили, источая трупный смрад. Концепция энтропии, вырванная мной из-за края мироздания, ударила прямо в Первозданного. Его золотое тело пошло глубокими трещинами, закон Жизни столкнулся с Законом Конца.

Фанет закричал — не телепатически, а физически, разрывая голосовые связки, которых у него не должно было быть. Я ударил наотмашь, вбивая сгусток черной пустоты прямо в его разорванную грудную клетку, туда, где пульсировало ядро его силы.

Я сощурился, вроде я попал, и мой кулак, окутанный разложением, по локоть погрузился в его золотую грудную клетку, я огрызался в ядро Первозданного, стирая его изнутри.

Но… Это ещё что за хрень?

Вместо того чтобы рассыпаться прахом, золотая плоть вокруг моей руки ожила, края раны покрылись кристаллическими наростами, которые мгновенно впились в мою черную эктоплазму, высасывая её. Его опустилось, уставившись на меня пустыми глазницами, улыбка вернулась, став ещё более безумной, растянув щеки до самых ушей.

— Я же сказал… — прохрипел он. — Я — Жизнь, к твоему сведению, она… всегда находит путь, даже питаясь Смертью. Это естественный процесс природы: тело каждого живого существа разлагается, становясь лучшим удобрением для продолжения новой жизни.

Внутри его груди что-то с силой сжалось, захлопывая ловушку на моей руке, я рванул на себя, но тщетно — меня намертво припаяли к его ядру.

— Изменение законов: Принудительный Симбиоз — произнёс Фанет.

По моей руке, пробивая черную ауру, поползли золотые вены, он и не пытался меня убить, а пытался меня ассимилировать, переварить пустоту, что я принес, и использовать её для собственной эволюции, моё тело прострелила невыносимая агония — чужая концепция насильно встраивалась в меня.

Думаешь, самый умный? — пронеслось у меня в голове.

Я перестал тянуть руку на себя, вместо этого я сделал рывок вперед, впечатываясь всем телом в его золотую фигуру.

— Знак Первый: Обращение

Две противоположные, но парадоксально родственные концепции — Принудительный Симбиоз и Обращение, наслоились друг на друга, пространство между нами пошло визуальными искажениями, похожие на битые пиксели на сломанном мониторе. Фанет понял, что если он продолжит высасывать мою энергию, то Знак Обращения просто вывернет его собственное ядро наизнанку, превратив его из творца в черную дыру.

— Гхх! — он издал звук отходящего удара, и с силой отшвырнул меня от себя. Золотая фигура Фанета дрожала, его грудная клетка, где только что была моя рука, зияла дырой, которая с трудом затягивалась светом.

— Первый знак… — в голосе Первозданного больше не было насмешки. — Удивил ты меня, видимо ты ассимилировал их первоосновы, вот такого-то, даже я не мог предположить…

Он провел рукой по воздуху, и багровые небеса над нами начали темнеть, наливаясь золотом.

— И все же, опыта у тебя ноль. — Фанет начал подниматься в воздух, его аура разрасталась, заполняя собой весь горизонт. — Ты небрежно используешь силу Пустоты как дубину… На это больно смотреть.

— Меньше пафоса, мамуля, — я сплюнул черную слюну и выпрямился.

— О, правда? — Фанет щелкнул пальцами обеих рук одновременно. — Изменение законов: Изоляция Концепции.

Вокруг меня мгновенно выросли четыре колоссальных столба из чистого света, образуя идеальный квадрат.

— Я не могу уничтожить Пустоту внутри тебя. Но мне ничто не мешает создать замкнутую экосистему. Долго же мне пришлось анализировать твою силу… Старею. Тысячу веков назад я бы сделал это за тридцать секунд, а тут потратил целых пять минут. Позорище… Нужно снова начинать тренироваться.

Свет между столбами сомкнулся, я почувствовал, как черная эктоплазма, бурлящая в моих венах, стала уходить, моя связь с Запредельем обрывалась.

— И что ты будешь делать теперь, когда у тебя отняли твои ворованные игрушки? — усмехнулся Фанет, глядя на меня сверху вниз.

Я посмотрел на свои руки, с которых слезала черная пелена, обнажая светящиеся бирюзовые трещины, я медленно поднял взгляд на золотого бога.

— То же, что и всегда, — я криво ухмыльнулся, сжимая кулаки. — Импровизировать.

— Импровизировать без силы Запределья? — Фанет издевательски склонил голову. — Удивительно как ты…

Я не стал дослушивать, рывок — и я оказался вплотную к нему, вложил вес своего разрушающегося тела, и инерцию в чистый хук справа. Мой кулак с хрустом врезался в его гладкую золотую челюсть. К неподдельному шоку Фанета, удар не прошел сквозь него, его голова резко дернулась в сторону, а изо рта, которого у него не было, брызнула золотая кровь вперемешку с черной гнилью, его отшвырнуло на несколько метров.

— Заражение! — прошипел он, мгновенно осознав, что произошло.

Победить его честно в дуэли? Слишком круто для меня, в Запределье я провел всего-то тысячу субъективных лет, и большую часть этого времени я продумывал варианты, как пробить местного демиурга. Сыграть на его высокомерии, пафосе и любопытстве — получилось точно в цель, когда он ассимилировал мою руку, он впустил в свое ядро микроскопическую частицу чистой пустоты, а она сработала как вирус, намертво блокируя его божественные законы.

Но Фанет был чистым чудовишем, он остановил мой второй удар голой ладонью, пальцы сомкнулись на моем запястье, и в ту же секунду он пробил мне в солнечное сплетение. Меня отшвырнуло назад, я покатился по земле, и кое-как поднялся на дрожащих ногах, сплевывая черную жижу. Фанет криво опустился на землю напротив меня, его золотая аура жестоко сбоила.

У меня была ровно минута, плюс-минус десять секунд, чтобы забить его до смерти, пока его невероятная адаптивность не переварит энергию Запределья в его теле и не вернет ему статус неуязвимого бога. Фанет сжал и разжал пальцы, в место регенерации или других фокусов он он поднял кулаки, вставая в идеальную, классическую стойку для бокса.

— Ну давай, Странник… — его голос был взбудоражен от предвкушения и азарта. — Один на один как обычные люди, уж такого опыты, у меня никогда небыло.

Я уже был тут как тут и влетел в него с серией коротких джебов, сначала левой, затем правой, левой — целясь прямо в его пустые глазницы, он уклонился от первых двух, но третий скользнул по его скуле, срывая золотую плоть. В ответ он выдал апперкот, я едва успел подставить блок, после быстро нырнул под его следующую атаку и пробил ему в печень. Его тело содрогнулось.

— У тебя сорок секунд! — расхохотался Фанет, сплевывая золотую кровь мне на лицо, и впечатал свой локоть мне в висок.

В глазах потемнело, фактически на ощупь я схватил его за плечи и с силой ударил лбом прямо в его гладкую переносицу. Раздался треск, мы оба отшатнулись друг от друга как пьяные.

— Тридцать! — проворчал я, бросаясь вперед.

Это была самая грязная драка в ином измерении как гопота за гаражами. По моему телу уже давно пошли трещины, а зато его золотая кожа была покрыта вмятинами и черными язвами. Двадцать секунд. Он провел подсечку, я рухнул на колено, но, падая, всадил кулак ему в коленную чашечку, заставив Первозданного взвыть и опуститься рядом со мной. Десять секунд, и мы стояли на коленях друг напротив друга, тяжело дыша, его золотой свет начал медленно, но верно очищаться от черной гнили, вирус был почти аннулирован.

Я вцепился пальцами прямо в его золотое плечо, и с силой рванул на себя, наши лица столкнулись, лбы со стуком встретились, и я заглянул в пустые провалы на его лице, мои губы, растянулись в улыбке.

— Ты — моя батарейка… — прошептал я, и мой голос потонул в нарастающем гуле.

— Что… — Фанет замер, его мозг наконец-то сложил два и два, осознав, что я почему-то не пытаюсь забить его насмерть кулаками и просто держал его на месте.

Мое тело, не выдержавшее чудовищного перегруза, окончательно пошло глубокими, сквозными трещинами из каждой пробоины вырывался бирюзовый свет, энергия пятнадцати мертвых богов, спрессованная с моей собственной Анемо-сущностью и остатками Запределья, достигла критической массы.

До полного очищения Фанета от вируса оставалось пять секунд… Четыре. А вот мой личный таймер обнулился за одну секунду. Фанет понял что похнет действительно жареным и попытался вырваться, его золотые руки уперлись мне в грудь, но я держал его мертвой хваткой.

— Блять… — только и успел поработать Первозданный Бог, когда свет внутри меня поглотил его.

А затем произошёл взрыв.

Детонация пятнадцати божественных концепций, помноженная на волю к свободе, взрыв разорвал пространство карманного измерения в клочья за наносекунду, багровые небеса свернулись а ударная волна бирюзового пламени, смешанного с золотой кровью Фанета и черной пустотой, пробила границы реальности, выплескиваясь далеко за пределы изолированного пространства. Этот отголосок разрушения был через чур мощным, его ощутили все живые существа в Тейвате.

* * *

Выживание в эпицентре такого взрыва было физически и метафизически невозможно, моя оболочка сгорела, а душа должна была стереться в абсолютный ноль, расщепившись на атомы вместе с золотой тушкой демиурга. Но вот незадача…

Я медленно открыл глаза.

И первое, что я понял, осматривая бесконечную серую пустоту вокруг — я ни хрена не главный герой сёнена, чтобы у меня в рукаве прятались секретные козыри, рояли в кустах или скрытые резервы силы дружбы, всё, что у меня было — это моя поглощенная мощь и гнилая концепция из Запределья, ради которой я рвал задницу на британский флаг, отбиваясь от особо буйных Пожирателей. Хотя, может, и не отбился, учитывая, что они сами по себе являются концепцией абсолютного конца.

Так в чем же тогда проблема? Почему я всё ещё мыслю? Я приподнялся, после первого движения перед моим носом развернулось знакомое синее окно.

[Внимание! С вами хотят поговорить.]

Я уставился на пиксельный текст… Я уже забыл, что у меня в голове висит эта дрянь… Теперь всё стало ясно, по чьей именно воле я до сих пор болтаюсь в живых. Фанет же сама трепалась, что взяла эту «игрушку» из какого-то соседнего мира, где местные божки раздавали такие интерфейсы всяким неудачникам и задротам. В общем, классическим попаданцам, коим по факту являлся и я, эх… Дешевая исекайная драма продолжается даже после смерти.

Я потер переносицу, которой у меня технически не должно было быть, и тяжело вздохнул, глядя на мигающий курсор.

— Хорошо, — произнес я в пустоту. — Пожалуйста, соединяй.

Секунд пятьдесят вокруг не происходило ровным счетом ничего, я просто висел в этой серой хмари, гадая, не завис ли местный сервер окончательно, пока тишину не нарушил отчетливый, почти мультяшный звук «чпок!», и передо мной не развернулось новое окно. Я посмотрел на строчки текста и глубоко задумался.

[Это было сильно.]

— Что ты такое? — спросил я в пустоту.

[Я и есть Система.]

— Ммммм, ясно, — я мысленно отмахнулся от экрана. — Можешь не продолжать это, мне лень слушать лекции о высших материях, давай к сути: почему я всё ещё жив?

Окно мигнуло, и текст начал печататься с нарочитой медлительностью.

[Даже не знаю (⁠☞⁠ ⁠ಠ⁠_⁠ಠ⁠)⁠☞ Может, потому что часть твоей души намертво привязана ко мне? И первую её половину ты только что самолично разнёс в щепки, крайне самоубийственная вещь, должен заметить, и как же жаль… всё напрасно. Фанета ты не убил.]

— Бессмертный гондон… — устало выдохнул я, прикрывая глаза.

[Но ты его аннигилировал в ноль! (⁠☞⁠^⁠o⁠^⁠)⁠ ⁠☞]

— Ты издеваешься? — я раздраженно уставился на экран. — Хватит спамить этими дебильными смайликами.

[Издеваюсь? Смелое заявление от куска кода, которым ты сейчас являешься. Если бы не я, ты бы уже окончательно растворился в небытии. Я всего лишь, локально, познаю твой же юмор и пытаюсь разрядить обстановку.]

— Это не ответ на мой вопрос, — отрезал я.

[А что ты хочешь услышать?]

— Когда это уже прекратится… — мой голос упал до шепота. — Я устал. И уже давно отчаялся, дай мне умереть.

Окно зависло на пару секунд, а смайлики исчезли.

[А, вот как. То есть ты больше не хочешь вернуться домой? Ну, тогда ладно. Сиди тут, гний в серой зоне до скончания времен.]

Слово «домой» ударило по мне сильнее, чем апперкот Первозданного, я замер.

— В чем подвох? — мрачно спросил я, не веря ни единому пикселю этой системы.

[Его нет… Цена уже оплачена…]

Строчки появлялись медленно пока Система смаковала каждое слово, я же нахмурился, пытаясь уловить скрытый смысл

— Что ты имеешь в виду? Какая еще цена? — мой голос прозвучал глухо в бесконечной серой пустоте.

[Тейват… Без своего надоедливого Первозданного бога, теперь абсолютно беззащитен, я его сожру, программе нужно питаться, чтобы функционировать и расширяться, а Бездна с радостью мне в этом поможет. Мы устроим грандиозный пир на костях этого мирка.]

Я смотрел на экран, переваривая информацию, пиратская система оказалась паразитом, который только и ждал, когда хозяин ослабит хватку или, как в моем случае, взлетит на воздух вместе с половиной карманного измерения.

— Ничего себе, — я хмыкнул, не чувствуя ни капли чего либо. — А не перебор ли? Целый континент с людьми, Архонтами и говорящими грибами пустить на прокорм коду?

[Думаешь? — Система мигнула красным, словно имитируя раздражение. — За всё, что Тейват и его обитатели сделали с тобой, за всю ту ложь, боль и манипуляции, ты заслужил право услышать о мучительной смерти этого жалкого мирка, я думала, ты будешь в восторге.]

Я лениво почесал фантомный затылок.

— Ну… Окей, — протянул я с максимальным безразличием, на которое только был способен. — Все миры рано или поздно умрут, это базовый закон энтропии, который я сам же недавно использовал, кто-то загнется раньше, кто-то позже. Тем более, от одного только этого Тейвата отпочковалось столько шизофренических вероятностей, что мне дурно становится при одной мысли о них.

Я скривился, вспомнив свой недавний трип по мультивселенной.

— Особенно та ветка, где я поженился на Руккхадевате и наплодил с ней спиногрызов, жесть какая, до сих пор передергивает. Так что, если ты сожрешь этот рассадник странных фантазий — скатертью дорога, желаю тебе приятного аппетита.

Экран завис, а курсор мигал в тишине, оно пыталась обработать мой уровень пофигизма.

[…]

Прошло еще несколько секунд, прежде чем появилось короткое, лаконичное сообщение.

[Прагматично.]

Да, чисто по-человечески было немного жаль Дилюка с его хмурой миной, да здоровенного водного ящера Невиллета — они были единственными адекватными существами на всем этом дурдоме, которых не хотелось пускать на фарш. Но ничего не поделаешь, лес рубят — щепки летят, от одного листа, что упадет с бесконечного древа вероятностей, толку мало, а мироздание не обеднеет.

Система снова мигнула, выдавая новую строчку:

[У меня есть предложение…]

— Это еще какое? — я мысленно приготовился к очередной порции пафосного дерьма про избранность и долг.

[Твой прагматизм меня, безусловно, поразил. Но ты можешь спасти этот мир. Правда, взамен ты не сможешь вернуться в свой, и…]

— Ой, да пусть идет нахуй этот Тейват! Жри его уже! — рявкнул я с таким энтузиазмом, что серая пустота вокруг пошла мелкой рябью. — Давай, не тяни! Хочу море крови, очень много крови! Первым жри Венти, пусть этот алкаш захлебнется вином, или пусть отрабатывает свою жизнь на панели, мне плевать! Дальше Люмин бей, втаптывай в грязь! После нее — Макото и Эи, чтобы этой фиолетовой истеричке неповадно было сидеть в своей кукольной вечности! О, и самое главное — сожри консерву! А то она меня предала и снюхалась со всем местным женским коллективом, когда мне нужна была помощь! Рви их всех!

Экран системы завис, на этот раз основательно, пытаясь переварить столько концентрированной, чистой, неразбавленной ненависти и злорадства.

[…]

[(⁠⊙⁠_⁠⊙⁠)]

[Знаешь… Я видела много злодеев, мстителей и обиженных судьбой героев, но ты… Ты просто нечто.]

— Я практичный, — огрызнулся я. — Они меня использовали, я использую их как корм для тебя, не вижу минусов.

Окно мигнуло, меняя цвет с синего на глубокий, насыщенный кроваво-красный.

[Ты провалил испытание.]

— Это еще какое? — я скептически хмыкнул, ничуть не впечатлившись этой дешевой театральностью.

[Ты мог пощадить этот мир, встать на место Фанета, занять пустующий трон и получить всю его безграничную власть, после этого ты бы смог путешествовать в другие миры, как демиург, и к себе домой тоже.]

— Ага, и окончательно стать заложником Тейвата, — я мысленно сплюнул. — Хрен тебе, эти дешевые аниме-клише мне не нужны. «Встань на место бога, возьми ответственность, бла-бла-бла». Я эту херню еще в подростковом возрасте перерос, ищи дурака в другом месте.

[Ты отказываешься от абсолютной силы? От бессмертия? — Система явно не могла уложить это в свои алгоритмы. — Кто ты в своем родном мире? Да никто, обычный кусок мяса, а здесь ты — Бог, победивший Первозданного, и…]

— Я хочу обнять папу, маму и младшего брата! — крикунул я. — Это моя единственная грёбаная мечта и цель, к которой я шёл, и умер я исключительно потому, что хотел придушить гниду, которая игралась со мной. Я понимал, что без Фанета не смогу вернуться домой, а без его помощи — и тем более без его смерти — это вообще было бы невозможно, значит, всё или ничего, я уже был готов к смерти. И при всём этом… Я их люблю и дорожу ими! Мне плевать на власть, на бессмертие и на ваш мир! Поняла, ты, кусок бракованного кода?!

В пустоте повисла звенящая тишина, мой крик, пропитанный отчаянием и самой искренней человеческой любовью. Экран мигнул, красный цвет медленно сменился обратно на синий.

[…]

[Да, это очень прагматично, иметь одну неизменную константу, твоя взяла.]

Окно системы начало расширяться, превращаясь из плоского экрана в сияющий, пульсирующий портал.

[Координаты подтверждены, вектор установлен, а остаточной энергии от ядра Фанета достаточно для прокола реальности. Прощай, Странник, это было интересное сотрудничество]

Меня поглотил белый свет.

* * *

Кому-то не понравится, кто-то будет расстроен, но менять ничего не нужно, так как изначально я вёл всё именно к этому моменту. Да, я не показал как минимум один регион — Натлан, но для меня это уже будет лишним. Ждите эпилог:)

Спасибо за ваше внимание к данному фанфику.