Ванюша кивнул: "Да, всё так. Я с ним лично схлестнулся — давит так, что мама не горюй. Кабы не мои пятки, которые вовремя засверкали, лежать бы мне там…"

Он осекся на полуслове и, не дав себе договорить, махнул рукой и пошел к выходу. Лада Вех с пару секунд просверлила его тяжелым взглядом, после чего отвернулась к окну.

— Ладно, иди. Возвращайся к себе, отсыпайся. Дальше сама разберусь.

Ванюша снова кивнул, развернулся и поплелся прочь. У самого дверного проема он вдруг замер.

— Лада…

Она слегка повела головой.

— Брат Ли правда ни при чем. Не прессуй его, пожалуйста.

Лада мельком глянула на него и еле заметно кивнула. Ванюша толкнул дверную ручку и вышел в коридор. Едва тяжелая дверь захлопнулась, он с облегчением и гулом стравил воздух из легких. Вокруг стояла звонкая, гулкая тишина. Он привалился спиной к прохладной штукатурке и прикрыл глаза.

"Черт возьми, до чего же вымотался. Всю ночь перед камерой крутился, носом землю рыл. Зато не зря."

Он полез в карман брюк и пальцами нащупал гладкую поверхность жетона. На месте, никуда не делся. Родовой жетон семейства Вех, который ему отвалил Лисицын, остался при нем. По хорошему-то, по первичному раскладу, этот жетон следовало сразу сдать Ладе. Ванюша крутил его и так, и эдак, но в последний момент жаба давила страшная. Жалость разобрала — и всё тут. Эта штуковина давала над Ладой Вех почти неограниченную власть: прикажи хоть что, и она подчинится. Вообще что угодно.

Он сжал пластинку сильнее, ощущая, как от нее исходит мягкое, едва уловимое тепло. Нет, сейчас такой козырь светить глупо. Пусть лежит на черный день. Мало ли как жизнь повернет? И что, ради этого давать ей спокойно дорасти до уровня Сократа? Ну уж нет, дураков ищите в другом ауле!

Ванюша открыл глаза, встряхнул плечами, сбрасывая оцепенение, и направился к лифту. Металлические створки беззвучно разъехались, он шагнул в кабину и ткнул пальцем в кнопку первого этажа. Лифт плавно пошел вниз. На зеркальной поверхности дверей отразилась его физиономия — на губах гуляла довольная, чуть хищная ухмылка.

Главное сейчас — мертвой хваткой вцепиться в Лисицына и держись за него до последнего. Ну и Ладу Вех из виду упускать нельзя. Ни с кем не ссоришься, отовсюду имеешь свой гешефт — вот единственный способ выжить в этой каше.

Кабина скользила вниз, цифровое табло отсчитывало ярусы. Пятый, четвертый, третий… Раздался мягкий "дзинь". Лифт замер. Но до первого этажа было еще далеко — кабина встала на втором.

Ванюша распахнул глаза, слегка насупившись. Металлические двери распахнулись, и прямо перед ним оказалась Лада Вех. На ее лице не читалось ровным счетом ничего.

— Выходи. Надо поговорить.

У него внутри всё ёкнуло и ухнуло куда-то в пятки, но внешне он мгновенно изобразил на лице крайнее неведение: "Случилось чего?" Лада ничего не ответила, лишь развернулась и пошла вглубь темного коридора. Ванюша помешкал долю секунды и поплелся следом.

В самом конце коридора ютилась небольшая переговорка — куда скромнее той, что на верхнем этаже: простой стол да пара жестких стульев. Лада толкнула дверь, вошла, уселась за стол и подбородком указала на место напротив.

— Присаживайся.

Он опустился на стул и уставился на нее. Лада не спешила начинать разговор, просто молча разглядывала его. Этот тяжелый, неподвижный взгляд давил на психику так, что становилось тошно. У него внутри всё сжималось, но лицо оставалось каменным. Он даже решил перехватить инициативу: "Лада, да в чем дело-то? Мне бы спать идти, валюсь с ног…"

— Успеешь, — резко оборвала его Лада. — Есть пара вопросов.

Ванюша коротко кивнул: "Спрашивай".

Лада впилась взглядом в его зрачки и чеканила каждое слово: "Всё, что ты только что наплел наверх, — правда?"

Сердце его отбило бешеную дробь. Но в следующее мгновение где-то в глубине его живота, в самом центре энергетического центра, шевельнулась энергетика извращенцев. Едва ощутимый прохладный ветерок медленно пополз по жилам, отозвался в каждом суставе и концентрированной точкой встал ровно между бровей.

Ванюша про себя ухмыльнулся. Он прекрасно понял, что происходит. Это была не просто чужая темная сила, которую он выкачал из Лисицына для поднятия уровня. Это был его личный оберег.

— Конечно правда, — выдохнул он с самой искренней миной на лице. — Мы же столько лет в одной аудитории отучились. Смысл мне тебя надувать?

Лада молчала. Затем медленно подняла руку и кончиком указательного пальца коснулась его лба. Ванюша вздрогнул. На него волной накатил тот самый прохладный, терпкий аромат — только куда мощнее и гуще, чем тогда, у лифта. Он, словно скользкая ледяная змея, въелся в сознание, пролез в самую душу и заполнил собой каждый укромный уголок разума.

Чтение мыслей? Нет, не оно. Какой-то хитровыделанный заговор.

Ванюша почувствовал, как мысли начинают путаться и плыть, будто его уложили в ванну с горячей водой — тело обмякло, накатила сладкая дремота. Но одновременно с этим где-то внутри бодрствовал его второй "я", который совершенно спокойно наблюдал за этой картиной со стороны.

Словно издалека до него донесся голос Лады: "Какая у тебя кличка?"

— Ванюша, — услышал он собственный голос. Тон был деревянным, безжизненным, как во сне.

— То, что ты говорил наверх, — правда?

— Правда.

Лада выдержала паузу.

— Тот софист действительно на пике Кристалла?

— Похоже на то. А может, уже и до Сократа дорос.

— Ты своими глазами видел, как он прикончил нашего?

— Видел.

— Кадр на световом кристалле настоящий?

— Настоящий.

Ванюша чеканил ответы ровным, полностью вычищенным от эмоций голосом. А у самого внутри всё ходуном ходило от смеха. Поехать можно!

Потому что фишку сек: всё это были именно те ответы, которые Лада должна была услышать. Сгусток философской энергии надежно прикрывал сердцевину его духа, так что тайная техника Лады скользила лишь по самой поверхности. А под этим тонким слоем его настоящие мысли сидели тихо-тихо, забившись в самую глухую нору. А верхний слой он аккуратно "отформатировал" еще заранее. Он не соврет ни в одном слове. Но эта правда была строго дозированной.

Софисты существуют? Существуют. Кукла действительно была на пике Кристалла? Да, была. Убийство произошло на самом деле? Да, парень мертв. Кристалл настоящий? Настоящий, записному снимку можно верить. Вот только если сложить эти правдивые кусочки вместе, получалась беспросветная, дезориентирующая дичь.

Лада хмурила бровки, не сводя с него глаз. Отклик от техники твердил: Ванюша не врет. Ни единым словом не покривил против истины. Но внутри всё равно зудело непонятное подозрение. Это ощущение сидело занозой в сердце — объяснить толком нельзя, а свербит страшно. Она помешкала пару секунд и задала новый вопрос: "Что тебя связывает с братом Ли?"

Ванюша отчеканил без единой интонации: "Учились вместе в аудитории".

— Что ты о нем думаешь?

— Ничего не думаю. Раньше был серой мышью, а сейчас вылез на раннюю Основу, но слабее меня.

— Зуб на него имеешь?

— Нет.

— Хочешь его прикончить?

— Не думал об этом.

Лада смотрела прямо ему в глаза. Его взгляд оставался чистым и прозрачным, как стеклышко. Ванюша внутри едва удерживался от хохота. Прикончить Лисицына? Да с какого перепугу! Всё, чего он сейчас хочет — это вцепиться в фалды пиджака Лисицына и изображать самого преданного шестерку на свете. Разве это называется "иметь зуб"? Да ни боже мой!

Лада долго молчала. Потом медленно отняла палец от его лба. Парня мгновенно отпустило, дурнотная пелена сошла, как вода в раковину. Он похлопал глазами, уставился на Ладу и выдал идеально отработанную эмоцию глубокого ошарашивания: "Э… ты чего это сейчас сделала?"

Лада поднялась со стула.

— Ничего. Свободен.

Он тоже встал, помялся на месте, будто собирался что-то сказать, но так и не решился. Лада, не обращая на него внимания, пошла к выходу. У самой двери она притормозила.

— Ванюша.

— А?

— Смотри у меня… не дай бог ты меня надул.

Того опять обдало холодком, но внешне он не подал и виду.

— Да с чего бы мне тебя надувать? — выкрутил он искренность на максимум.

Лада мазнула по нему взглядом, толкнула дверь и вышла. Дверь закрылась. Ванюша стоял неподвижно, точно истукан. Прошло довольно много времени, прежде чем он наконец глубоко выдохнул. Затем он опустил голову и приложил ладонь к низу живота. Сгусток философской энергии никуда не делся — сидел там тихонько, будто ничего и не было. Ванюша не сдержался и тихонько прыснул. Улыбка у него получилась дурацкая и довольная.

Надо же! Тайные штучки почти что уровня Сократа пасуют перед какой-то каплей этой энергии и не могут пробить настоящие мысли. Интересно, какова же тогда реальная сила Лисицына? Он понятия не имел. Но одно он знал железобетонно. С этой самой минуты его шкура целиком и полностью принадлежит Лисицыну.

Он снова прислушался к прохладному комочку в животе, и его губы сами собой расплылись в ухмылке. А что, красиво сработано. Черт возьми, да просто идеально!

* * *

Утром Лисицына разбудил телефон. Мобильник зашелся мелкой, дрожащей вибрацией, настойчиво подползая к самому уху. Так-то полноценный сон ему нафиг не уперся — с его-то уровнем развития, но давила давняя привычка. К тому же валяться в родной, мягкой кровати дома было в сто крат приятнее, чем корячиться, где-нибудь на холодных камнях в мире практикующих.

Экран прямо-таки заплывал от входящих. Лисицын лениво прищурился и разглядел на дисплее имя Жеки Минцева.

"Шеф! Ау! Шеф, проснись! Тебя Лада Вех разыскивает! Если ты ей прямо сейчас не ответишь, она же сама к тебе домой припрется, честное слово! Шеф, ты тут?!"

Лисицын с полсекунды поглядел на эти судорожные вопли, после чего безразлично откинул мобильник на подушку. Он еще вчера вечером отправил Ладу Вех в черный список. Надоела. Сколько можно душу выматывать своим жетоном? Сообщения летели одно за другим, будто кассетные бомбы. Отвечать на эту ахинею не было никакого желания.

Ладно, блок он с утра сбросил, и на экран тут же вывалилась целая лавина накопившихся эсэмэсок. Лисицын смахнул замок и бегло пробежался глазами.

Лада Вех: "Брат Ли, откуда у тебя этот жетон? Где ты его откопал?"

Лада Вех: "Брат Ли? Ты на связи вообще?"

Лада Вех: "Прочтешь — ответь!"

Лада Вех: "Брат Ли, это правда, что ты сегодня после обеда устроил мокруху возле супермаркета? Там куча народу была, один тебя опознал!"

Лада Вех: "Я понимаю, у тебя могли быть причины, но убийство есть убийство! Мой тебе совет — иди и сдайся с поличным. Это тебе не мир практикующих, где кто сильнее, тот и прав. Власть к нам и так со всей душой относится, а ты своими выходками нас всех под статью подведешь!"

Лада Вех: "Брат Ли, ты глухой?!"

Лада Вех: "Ну и ладно, молчи дальше. Я отправлю к тебе людей".

А вот это уже свежее, сегодняшнее утро:

Лада Вех: "Брат Ли, мы во всем разобрались. Ты никого не убивал, под твоей личиной работал софист. Но тебе все равно надо срочно приехать ко мне, нужно прояснить пару моментов".

Лада Вех: "Брат Ли?"

Лада Вех: "Ты опять за свое?"

Лада Вех: "Брат Ли, дело серьезное! Не время в прятки играть!"

Лада Вех: "Сегодня с утра первое общее собрание, присутствовать должны абсолютно все! Приедет военное командование проводить идеологическую обработку! Ты меня слышишь?!"

Лада Вех: "Брат Ли, ты что, прямым текстом саботируешь приказ?!"

Последняя строчка прилетела около пяти утра. Судя по тону, девица была уже на грани нервного срыва. Лисицын пробежал глазами этот длиннющий список, и на его губах заиграла едва уловимая усмешка. Отвечать он, само собой, не стал. Взамен он просто смахнул чат с Ладой и открыл сообщения от Жеки Минцева.

Жека Минцев: "Шеф, эта Вех совсем с катушек съехала! На собрании про тебя проходу не дает: "Брат Ли обязан явиться!", "Это вопрос дисциплины!", "За неподчинение будем называть вещи своими именами!"…"

Жека Минцев: "Шеф, мое мнение — забирай ты ее себе в гарем. Покрасуйся перед ней как следует, покажи силу, чтоб раз и навсегда спесь сбила и пикнуть больше не смела".

Жека Минцев: "Шеф, ты тут вообще?"

Лисицын оставил Жеку без ответа и переключился на Ванюшу.

Ванюша: "Шеф, Лада тут на тебя всех собак спустила. Орет, что ты организацию ни во что не ставишь, работать не хочешь и вообще у тебя с обликом проблемы".

Ванюша: "Может, мне…"

Дальше шел смайлик — мелкий человечек, который выразительно проводит пальцем по горлу. Лисицын глянул на эту картинку и не удержался — тихонько хмыкнул. А парнишка-то с фантазией. Он немного подумал, а затем пару раз ткнул пальцем в стекляшку экрана, создавая новый чат.

Состав участников: Жека Минцев, Ванюша.

Название группы: "Дружная семейка на тимбилдинге".

* * *

Тем временем в западном пригороде столицы, в здании Научно-исследовательского центра особых талантов, кипела жизнь. Большой актовый зал на верхнем этаже был забит под завязку. Собралась вся аудитория — сорок два человека, за исключением Лисицына. Лада Вех восседала во главе стола с каменным, предельно строгим лицом. За её спиной расположилась компания из практикующих уровней Основы и Духа: кто-то бездумно листал ленту в телефоне, кто-то откровенно клевал носом, а кто-то тихо перешептывался о своем.

Светлана Власова откинулась на спинку стула и смежил веки — по её физиономии трудно было разобрать, то ли она реально дрыхнет, то ли делает вид, лишь бы его не трогали. Елена Ненашева уткнулась в книгу — штудировала учебник по современной психологии. Чеслав Лейкин что-то воодушевленно затирал нескольким соседям справа. Говорил он не то, чтобы громко, но так, чтобы вся округа неизбежно слышала его хвастовство. Несколько новичков, только-только зацепившихся за начальный уровень, сбились в углу и боялись даже лишний раз вздохнуть. А прямо по центру зала прохаживался мужик лет сорока с гаком.

Плечистый, пузатый, с заметной залысиной на темечке и в костюмчике, который сидел на нем так, будто его сняли с чужого плеча. Галстук съехал набок, а полузаправленная рубашка выпирала из брюк неряшливым пузырем. В руках он сжимал пухлую папку и вовсю орал на весь зал:

— …Товарищи, дорогие одногрупники! Я ведь о чем хочу сказать?!

Он сделал пафосную паузу и потряс кулаком:

— Вы же — будущее нашей страны, надежда всей нации!

Голос у него был луженый, с густым деревенским акцентом.

— Вернулись с этого… как его там… с далекого континента, набравшись всяких умений! Это же замечательная, просто отличная новость!

— Государство в вас нуждается! Народ вас ждет!

Чеслав Лейкин тихонько буркнул под нос:

— Ну всё, завел пластинку по новой…

Сидевшие рядом ребята с трудом сдержали смешки.

Пузан замечания не услышал и продолжал расходиться, наливаясь праведным гневом и багровея лицом:

— Вы только вдумайтесь, какова ваша нынешняя сила?!

— Основа! Сократ! Простые граждане о таком даже мечтать не смеют!

— Да вы же если разом ладонью ахнете — здание в щебень превратите! А если в воздух подниметесь — вокруг земного шара облетите!

От собственной речи мужик распалялся все сильнее, щеки его налились кумачом.

— Но! И я обязан подчеркнуть это "но"! Раз уж вам достались такие способности, то будьте любезны нести ответственность!

— Нельзя творить все, что в голову взбредет только потому, что у вас мускулы крепче!

— Никаких разбоев, никаких нападений на граждан, никакой этой… как ее…

— Запрещено нарушать общественный порядок!

Мужик опустил глаза на папку и судорожно перелистнул пару страниц.

— Вот почему руководство разработало для вас четкие правила! Речь идет о централизованном учете и едином распределении!

— Есть пожелания? Высказывайте! Власть постарается пойти навстречу! Но вы, со своей стороны, обязаны слушать команду и соблюдать дисциплину!

Он откашлялся, переводя дух.

— Взять хотя бы вопрос обеспечения. Руководство прямо установило: оклады и пайки распределяются строго по уровню развития! Уровень Сократа получает максимум, следом идет Основа, ну и дальше по списку!

— Это научно обоснованный подход, его специалисты утверждали! Так что никаких обид быть не должно. Направлять предложения вы можете, но не факт, что их примут!

По рядам прокатился глухой смешок.

Пузан не обратил на него внимания и попер дальше:

— Теперь что касается… гм… идеологической работы.

— Вы на том континенте пятьсот лет проторчали, у вас же в голове полная каша образовалась! Там у вас что за законы были? Выживает сильнейший? Кто палку взял, тот и прав? У нас такие номера не пройдут! Здесь вы живете по закону, морали и традиционным ценностям!

Мужик мазнул рукой по воздуху, придавая голосу максимальную помпезность:

— По этой причине руководство организует для вас политзанятия! Раз в неделю! Посещение строго обязательное! Прогулы недопустимы! Кто прогуляет — пишет объяснительную! В злостных случаях будем урезать довольствие!

Кто-то в задних рядах демонстративно и сладко зевнул.

А мужика уже было не остановить:

— И еще один момент… вот этот…

Он снова уткнулся в папку, листая ее туда-сюда, будто застрял на ровном месте и забыл, о чем вообще хотел сказать. Жека Минцев сидел в самом дальнем углу, уткнувшись носом в экран телефона и делая вид, что страшно занят. На самом деле мысли его витали очень далеко отсюда. Тоска. Какая же беспросветная тоска. Этот толстяк на трибуне жует сопли уже почти час, гоняя по кругу одни и те же заезженные фразы.

"Будущее страны", "надежда нации", "подчинение руководству" и "политзанятия".

Жеку от этих речей уже откровенно тошнило. Он незаметно коснулся экрана. Лисицын так и не ответил. Чем там шеф вообще занимается? Неужели до сих пор дрыхнет? Жека на мгновение задумался, вспоминая недавние события. Всё — таки как же вовремя он успел вцепиться в нужные фалды! От этой мысли на душе у него стало до того тепло, что он еле удержал на лице серьезную мину.

Пятьсот лет. Пятьсот долгих, беспросветных лет он гнул спину в том мире, где его каждый встречный-поперечный норовил смешать с грязью. И вот наконец-то полоса невезения закончилась! Теперь, под крылом у шефа, его ждет сытая, красивая жизнь и стремительный рост силы. Кто теперь посмеет косо на него посмотреть?

Жека самодовольно улыбнулся, уголки его губ сами собой поползли вверх. Подумаешь, начальный уровень Кристалла! Рядом с шефом он вмиг перемахнет на средний уровень, потом на пик, а там и до Сократа рукой подать…

Он вспомнил недавние слова толстяка: "Уровень Сократа получает максимум, следом идет Кристалл…" Жека мысленно хмыкнул. Вот доберусь до Сократа — посмотрим тогда, сопляк, как ты перед нами вышагивать будешь.

От мыслей о собственной проницательности Жека всё больше приходил в восторг и еле сдерживал рвущийся наружу хохот. Чтобы не скомпрометировать себя, он торопливо уткнулся носом в телефон, делая вид, что увлечен скроллингом.

По другую сторону зала сидел Ванюша, переживавший примерно те же чувства. Правда, в нем азарта и задора было запредельно больше: в отличие от Минцева, он-то для высокого покровителя уже кое-что реально сделал!

Вспоминать вчерашние похождения ему доставляло дикое удовольствие. Этот кристалл, эта марионетка, разыгранный спектакль… Просто виртуозно! И каков результат? Лада Вех из кожи вон лезла со своими тайными чарами и выпытыванием истины, а в итоге осталась ни с чем. Сила чужой энергии сработала надежным экраном: он нес откровенную ахинею с лицом праведника, а она всему поверила. И она, и вся их шатия-братия.

Ванюша развалился на стуле, и уголки его губ самовольно поползли вверх. Всё, теперь он полностью человек Лисицына. Правая рука, единственный и неповторимый доверенный кадр. Случись что у шефа — за кем он первым делом пошлет? Ответ очевиден. Мысли его приятно дурманили. Да и что такое пик Основы? Тьфу! Скоро он закроет этот вопрос и замахнется на Сократа. Подумать только: от какой-то жалкой капли энергетики шефа он уже стоит у самого порога! А если он и дальше будет так же ловко решать вопросы, шеф на радостях наверняка подсобит ему перешагнуть этот рубеж. А там и до новых высот рукой подать.

Он невольно бросил взгляд на Ладу Вех. Претендует на полшага до полноценного духовного перерождения? Ну-ну. Вот выйдет он сам на пик уровня Сократа — тогда и посмотрим, как она дерзнет на него посматривать.

Рука Ванюши машинально скользнула к груди. Жетон родового клана Вех, полученный от Лисицына, был на месте, надежно спрятан во внутреннем кармане. Вот он, главный козырь. Какая бы чертовщина ни приключилась в будущем, эта штука гарантированно спасет ему шкуру. От таких радужных перспектив у него аж дыхание перехватило, и чтобы не заржать во весь голос, он спешно опустил голову, имитируя бурную деятельность в смартфоне.

А мужик на трибуне всё упивался собственной речью:

— …И потому, дорогие мои, вы должны четко понимать: руководство заботится о вас! Вы обязаны отвечать благодарностью! Служить верой и правдой нашему государству! Не подводить народ!

Он утер платком взмокший лоб и перелистнул страницу:

— Теперь перейдем к следующему пункту…

В этот самый момент телефон Ванюши коротко дхикнул.

Экран высветил уведомление Мессенджера:

"Брат Ли" приглашает вас в чат "Дружная семейка на тимбилдинге".

Ванюша на секунду обомлел. Группа? Шеф создал группу? Пальцы мгновенно кликнули по иконке. В чате числилось всего три человека: сам Лисицын, он, Ванюша, и… Жека Минцев?!

Сердце Ванюши пропустило удар. Шеф собрал свою команду. Включил его и этого… Минцева. Зачем? Едва он успел об этом подумать, как смартфон снова дрогнул: Жека Минцев присоединился к чату.

Ванюша чисто на инстинктах поднял глаза и перевел взгляд через весь зал. В тот же миг Жека, сидевший по диагонали, тоже вскинул голову. Их взгляды пересеклись в воздухе.

В глазах Минцева читалось: "Это еще что за фокусы?!"

В глазах Ванюши застыло: "Ты-то откуда тут взялся?!"

Они гипнотизировали друг друга добрых три секунды, после чего синхронно уткнулись обратно в экраны. В чате появилось сообщение от шефа.

Лисицын: "Все на месте?"

Рука Жеки едва заметно дрогнула. Он застучал по клавишам с бешеной скоростью:

Жека Минцев: "На месте! Шеф! Я тут!"

Ванюша не отставал:

Ванюша: "Шеф, я тоже на связи!"

И снова оба одновременно вскинули головы. Но на этот раз выражения их лиц кардинально изменились. Жека смотрел на Ванюшу, и в его голове со свистом крутились шестеренки. Ванюша? С какого перепугу Ванюша?! Он же спортсмен, парень на пике Основы, вечно крутится возле Лады Вех! Как шеф вообще с ним пересекся? Или…

Зрачки Жеки резко сузились. В памяти мгновенно всплыли утренние сплетни. Ванюша ведь ездил "привлекать" Лисицына к ответу. А потом вернулся и заявил на голубом глазу, будто Лисицын чист, а людей резал какой-то левый софист. И Лада Вех этому поверила. И остальные схавали. Жеку осеняла догадка. Теперь-то картинка сложилась! Ванюша — человек шефа. Вчерашний выезд был обычным спектаклем, никто Лисицына бранить и не думал. Вспомнились и слова Ванюши на допросе: "Тот софист на пике Основы… Я с ним лично схлестнулся… Нашего парня прикончили…" Вранье! От первого до последнего слова! Всё шито белыми нитками, сценарий писали на пару с шефом! Жека тяжело перевел дух. Вот ведь жук! Как породисто притворялся!

А Ванюша тем временем буравил взглядом самого Минцева. Он его прекрасно знал: очкарик из аудитории, вольный кустарь-самоучка, который вечно у себя в каморке какие-то пилюли варганит да лаборатории взрывает. Тихий, незаметный, сила — смех один, едва-едва на начальный уровень Кристалла наскреб. Ванюша на таких обычно даже внимания не обращал. Но шеф добавил его в закрытый чат. Что это значит? Только одно: очкарик тоже в деле.

Ванюша прищурился. Жека Минцев? Серьезно? Да что этот недоучка вообще может сделать полезного для шефа? В душе закипела легкая досада. Он-то рассчитывал, что будет у Лисицына единственным и незаменимым, а тут вылезает какой-то баласт с начальным уровнем.

Он снова глянул в телефон. В чате уже висело новое сообщение от Минцева.

Жека Минцев: "Шеф! Тут какой-то дятел уже час воду в ступе толчет, гоняет три фразы по кругу! Пустая трата времени, правильно сделал, что не пришел!"

Ванюша тут же вставил свои пять копеек:

Ванюша: "Да, гундосит и гундосит. Еще полчаса минимум просидим".

Лисицын ответил коротким: "Угу".

После этого в чате воцарилась тишина. Жека и Ванюша снова одновременно подняли головы и обменялись взглядами. На этот раз подоплека была куда сложнее.

Жека думал: "Этот тип на пике Кристалла, в грязных делах шефа он явно соображает получше меня. Надо срочно брать быка за рога и выслуживаться, а то шеф решит, что от меня толку как от козла молока".

Ванюша размышлял в ответ: "Сопляк на начальном уровне, ни украсть, ни караулить. Чем он вообще шефа зацепил? Может, хитрый какой талантец имеется?"

Они померились взглядами пару секунд и снова синхронно отвернулись.

Жека уткнулся в экран. Ванюша уставился в свой. Но в голове у обоих вертелась одна и та же мысль: "А чат-то с двойным дном получается. Интересный расклад!"

Толстяк у трибуны и не думал закругляться:

— …И потому, дорогие мои, мы должны сплотиться в единый кулак и вписать свои имена в историю нашего Великого Государства!

Он эмоционально размахивал руками, повышая голос до фальцета:

— Вы — элита! Вы — главный ресурс страны! Перед вами открыты все двери!

Внизу кто-то откровенно зевнул на весь зал. Кто-то тайком листал ленту новостей. Светлана Власова всё так же сидела с закрытыми глазами — поди угадай, дрыхнет он или просто ушла в себя. Только Жека и Ванюша сидели, не поднимая голов и замерев над светящимися экранами.

В чат прилетело новое указание от Лисицына.

Лисицын: "Короче, дослушивайте свою белиберду и дуйте ко мне".

И следом скинул геометку. Его домашний адрес. Реакция последовала незамедлительно.

Жека Минцев: "Принял, шеф! Уже лечу!"

Ванюша: "Есть, шеф, сделаем!"

После этого они опять переглянулись. Только теперь в их глазах появилось кое-что новое. Жека чуть заметно улыбнулся Ванюше. Ванюша едва уловимо ухмыльнулся в ответ. В этих ухмылках была и разведка боем, и скрытая настороженность, и сдержанное уважение: как-никак, оба работают на одного босса. С этой минуты они в одной лодке. Оба отвели взгляды и опустили головы, делая вид, что внимательно слушают оратора.

— …Именно поэтому, товарищи, мы просто обязаны… — доносился с трибуны усыпляющий бубнеж.

Но мысли Жеки и Ванюши были уже очень далеко от этой переговорки. Они витали где-то возле дома Лисицына. Оба горели неодолимым желанием проявить себя и вырасти в глазах шефа.