Наш дальнейший путь пролегал через лабиринт пещер. Айка занялась освещением, так что прекратила болтать. В пещерах на самом деле почти не на что смотреть. Возможно, будь освещение получше, мы бы разглядели наплывы минералов и сталактитов во всей красе. Но освещение было скудным. Стен и потолка свет зачастую не достигал вовсе. В основном светлячки летали под ногами животных, чтобы освещать им дорогу. Из-за такой «подсветки» снизу, эльфы и животные превращались в тени странных существ с гипертрофированными ушами и искаженными чертами лица.

Ночевали мы в маленьком закутке. Было очевидно, что его постоянно используют для ночевок. Пожевали сухарей, расстелили попоны с животных, на них и спали. Собственно, больше ничего тут и не требовалось. Крыша над головой есть, стены в несколько километров камня. Ветер и дождь не донимают. Даже от лишних камней площадка вычищена, и ощущение, что спишь, как в квартире, на полу. Почти рай по местным меркам.

Утром есть вообще не стали. Оседлали животных и поспешили в долину. Айка обещала по прибытии встречающих и обильный ужин.

По моим внутренним прикидкам, долина находится совсем близко к замку Фараза. Даже если мы шли напрямую через всю гору. Возможно, с другого склона горы. Хотя самостоятельно путь к ней в этом лабиринте я все равно не найду.

Когда мы выехали на очередной карниз, разместившийся на склоне горы, в долине начиналось утро. Внизу, у подножья, расстилалось изумрудное море от скалы до скалы, сверкающее на солнце каплями росы на листьях. И запах, подхваченный ветром, тут был совсем другой. С ароматом свежести и дыма. Над лесом поднималась пара дымков, похоже, там располагались деревни. Именно туда и устремился наш кортеж.

Логично: если Айка верховная жрица, то и религия есть, и население, исповедующее эту религию. Возможно, даже немаленькое население. Тут, в Аль-Раксе, словно своя закрытая экосистема с цивилизацией.

В деревне нас ждали. Радостный народ высыпал из деревянных хижин, приветствуя Айку. Кричали что-то на языке, который я не понимал. В долине был другой язык. Это я заметил, еще когда заглянул Айке через плечо в свиток, в котором она писала. Наверное, правильно будет сказать, что это Айка с девушками просто знают наш язык.

Местный народ оказался более общительным и более эмоциональным, чем воины. На нас с Малло показывали пальцами и что-то бурно обсуждали.

Стол накрыли, конечно, шикарный. Там было множество разных блюд, выглядящих весьма экзотически. Айка с девушками тут же налегли на фрукты. Видимо, в крепости им этого не хватало. Ну а мне больше понравилось местное блюдо — то, что ели сами жители деревни, нам особо не предлагая, кстати. Видимо, по местным меркам блюдо считалось весьма дешевым. Похоже оно было на перловку, но с поджаренными кусочками змеиного мяса. Честно говоря, мне пофиг, что мясо змеиное. Было вкусно.

Потом мы отдыхали, валяясь в тенечке под натянутым тентом, и целовались с Айкой. Что-то другое нам делать было просто лень. Мы самым бессовестным образом обожрались. Правда, где-то через час к нам прибежал огненно-рыжий парнишка и, кося на меня глазом, быстро затараторил Айке на ухо, а получив кивок, так же быстро убежал.

— Что-то случилось? — сонно спросил я. Просто парнишка выглядел встревоженным.

— Нет, ничего серьезного, — отмахнулась Айка. — Хочешь посмотреть на монстра?

— Монстра? — с интересом приподнялся я на локтях. Сон как ветром сдуло.

Айка кивнула и, встав, жестом поманила меня за собой в джунгли.

Шли мы недолго. Вблизи от деревни находилась большая расселина в скале. Вот к ней меня Айка и привела.

— Твоюжзаногуврот! — заковыристо выругался я, зажав рот.

Возле пещеры, свернувшись живописными жирными кольцами лоснящегося серого хитина, лежала сколопендра. Ее размер, честно говоря, было сложно оценить. Но высотой она была с меня, а длиной, наверное, метров десять, если не больше. Похоже, она была мертва, так как лежала неподвижно.

— Вот это мерзость! — отвернулся я.

— Это пещерная змея. Мы из них разные украшения делаем и даже оружие, — похвасталась Айка. — Хочешь, и тебе закажем у местных мастеров?

— Нет! — тут же категорически отказался я. — Она вообще опасна? Почему она так близко к деревне? Она пролезла через пещеры?

И какого фига это «змеи», когда это сколопендры? Блин! Вернее, насекомые. Хотя да, чего не отнять, того не отнять. Тварюшки длинные.

Если честно, меня такое соседство напугало. Хотя напугало — это слабо сказано. Я обосрался, по правде говоря! Да я лучше с нежитью буду в склепе ночевать, чем рядом с ТАКИМ! Бр-р-р… У нее же челюсть чуть меньше ковша трактора!

— Ну как опасная… — пожала плечами Айка. — Если попадешь к таким в пещеру, то они тебя, конечно, сожрут. Но они никогда не покидают пещеры. Зато через эту пещеру к нам не попадет нежить. Так что пещерные змеи полезные. И мы их даже специально подкармливаем, скидывая туда отходы.

— Да уж… Милые домашние зверюшки, — передернул я плечами. — Пойдем отсюда скорее.

Айка покосилась на меня, но просьбу мою выполнила. Мы ушли от чудного места. Ну а дальше Айка в основном показывала меня народу. Мы посидели попили чаю с одной здешней важной ушастой, потом с другой. Они общались на местном, поэтому я ничего не понимал и чувствовал себя иностранцем. Я бы с удовольствием сбежал и просто походил бы по улочкам поселения, рассматривая местный быт живущих, но Айка посадила меня рядом с собой и природно, не стесняясь, облапывала.

Местные «на намять» надарили мне браслетов с бирюзой. Они явно вкладывали какой-то смысл в этот подарок, но какой, я так и не понял. Если приглядеться, так женщины тут носят в основном золото, а воины — украшения из кости. Бирюзы я ни у кого не видел. Кажется, подаренные украшения все-таки не женские, они слишком массивные. И что бы это значило?

К вечеру я смог наконец-то вырваться из цепких лапок Айки, чтобы посидеть в тишине среди леса. Эти бесконечные разговоры на неизвестном мне языке порядком надоели. А лес… Тут была тишина и естественные звуки природы. Что ни говори, но эльфа манит в лес, даже если вместо привычных деревьев тут в основном пальмы. Я сел на камень, делая вид, что медитирую, и смотрел, как солнце разливает над окружающими горами свои последние лучи.

С этой невероятной красотой я был почти один на один. Малло остался в деревне со всеми, просто отрывать его от тазика с кашей, щедро сдобренной мясом, антигуманно и атичеловечно. Но за мной увязалась стайка разновозрастных деревенских детей, от совсем мелких до подростков. Они постоянно откуда-то брались, стоило мне появиться на, казалось бы, пустой улице, и с любопытством на меня таращились. Я не обращал на них внимания. Ну любопытно мелюзге. По их меркам я — событие года. Потому я не обращал на шантрапу внимания, пока мне в голову не прилетел камешек. Не больно, но обидно.

Совсем офигели мелкие!

Я, состроив зверскую рожу, резко обернулся. Но мелочь тут же попряталась в кустах, словно ее и не было. Только потревоженные веточки слегка шевелились. Ну не бегать же мне за ними.

Вздохнув, я уселся обратно, настраиваясь на созерцание. Главное в медитации — душевное спокойствие. И…

Тут прилетел еще один камешек. Покрупнее.

— Вам капец! — взревел я.

Вскочил и рванул в джунгли за улепетывающей мелюзгой с намерением, во-первых, распугать, а во-вторых… Сейчас поймаю зачинщика, хворостиной высеку!

Я видел только одного пацана, что мелькал впереди, остальные разбежались как тараканы. Просто я сразу выцепил одного, за ним и бежал. Иначе никого бы не поймал. Деревья хоть и не густые, а кроны у пальм только наверху, но затеряться в сумраке как нефиг делать.

Внезапно фигурка пацаненка, сделав крюк, вильнула. Но в ту же секунду я увидел, как ребенок словно поскользнулся и с криком исчез.

Вот черт!

Я в один прыжок подскочил к месту, где исчез ребенок, и понял, почему он пытался оббежать это место. Тут была та самая расщелина, и даже труп сколопендры рядом валялся.

Черт! Черт! Черт!

Айка же говорила, они не вылазят из пещер. Но вот в пещере…

Так! Спокойно! Соберись, Анкель! Твари эти мерзостные, конечно, но я маг, у меня есть шанс отмахаться. А говнюка этого ушастого просто сожрут!

С этой мыслью я сиганул следом.

Скатился по насыпи, перевернулся, а потом упал. Высота была небольшая. Метра три-четыре навскидку. Вот только я ничего не видел. В пещере была полная темнота. Шаря руками в округе, я нащупал ногу пацана и быстро притянул его к себе, прижимая к груди.

И как теперь быть? Прыгать? Не получится. Высоко.

— Э-э-эй! — закричал я. — Позовите помощь.

Остальные ребята, те, которые разбежались в стороны, должны были меня услышать. Не факт, конечно, что поймут, но услышат точно. Поэтому крикнув еще раз, дальше орать я не стал. Кто знает, возможно, мои крики привлекут тварей. Фиг знает, на что они вообще могут отреагировать. Может, на звук, вибрацию или тепловое зрение?

На последней мысли я завис, а потом вытянул руку вперед и представил холод. О! В отличии от жителей пустыни, я легко могу представить холод. И если у тварей тепловое зрение, то это должно их ослепить. Вот только жаль, что ледяную стену сделать не получится. Конечно, понизить температуру можно, но нет воды — нет и льда. Еще можно будет попробовать заморозить тварей, когда они подойдут ближе. Насколько я помню, насекомые не очень переносят холод. Но тогда уже проще поджарить их молнией, не отмораживая свои конечности. Уверен, молнию они тоже плохо перенесут.

Идеи были, как и желание их реализовать. Вот только бы видеть еще, куда и по чем бить. Вокруг по-прежнему была кромешная темнота. Потому я весь обратился в слух. Старательно прислушивался и услышал едва различимый шорох. Как будто песок пересыпается. Недолго думая и ориентируясь на звук, шандарахнул в тут сторону разрядом. Молния в таком маленьком пространстве грохнула так, что ослепила и оглушила, словно мне на голову надели тазик и влупили по нему любимым молотком Малло.

Некоторое время я ничего не слышал, кроме звона в ушах, и ничего не видел, кроме световых пятен. Потом раздался странный звук, больше похожий на странную мелодию, застывшую на одной протяжной, хоть и красивой ноте. Звук был очень странный, он словно возносился ввысь, за грани человеческого восприятия. А потом я услышал странный шум, шорохи, всхлипы и влажное чавканье.

Пара молний, выпущенных на место, откуда доносился звук, ничего не прояснила. Единственное, что я успел понять, прикрыв глаза за секунду до вспышки, что к нам уже никто не приближается. Поблизости вообще никого нет.

— Анкель!

Блин! Зачем так орать в темноту? Тут же эхо как в трубе, я чуть кирпичей не навалил. Но сообразив, что это голос Айки, ответил:

— Мы тут.

— Подожди, я сейчас спущусь.

Хм… Я-то думал побродить тут, получше рассмотреть интересное место. Но раз Айка просит подождать — так уж и быть, подожду.

Сначала сверху слетели огоньки, немного освещая пространство вокруг. И я облегченно выдохнул. Освещение, это то, чего мне реально не хватало. Следом полетела веревка, и уже по ней спустилась Айка. Мы обвязали веревкой парнишку, все еще находящегося без сознания, и ушастые наверху начали его поднимать.

В это время Айка обернулась в сторону пещеры и зажгла большой фаербол, освещая пространство вокруг. Увиденное потрясло. Зрелище, надо сказать, было шокирующим. Вокруг места, где мы сидели с парнишкой, было немного, метра четыре в диаметре, чистого пространства. А дальше… Дальше валялись куски хитина. Всюду была разбрызгана прозрачная, похожая на сопли, жидкость. Она была даже на потолке, к ней прилипли куски хитина. Но не это впечатлило. Эта субстанция сплошным слоем покрывала пространство вокруг напополам с кишками.

— Чем это ты их?.. — с офигевшим видом повернулась ко мне Айка.

Интересный вопрос. Знать бы еще самому ответ на него. На молнию это явно не похоже. Кажется, тут прошелся гигантский измельчитель. Ну или взрыв. Но взрыва не было.

— Перепугом, — буркнул я с независимым видом, скрывая обескураженность. — Капля страха убивает лошадь, а сколопендру разрывает на куски!

Ага, у меня руки дрожат, и я несу полную ересь. Это от стресса. Я нежити не так боялся, как этих тварей. Точнее, я тогда не знал, что есть твари куда более омерзительные, чем нежить.

Айка внимательно на меня посмотрела, но ничего не сказала. Видимо, поняла, что я сейчас не в том состоянии, чтобы отвечать адекватно.

Наверх нас вдвоем вытянул Малло, едва мы взялись за веревку. Хорош охранник, конечно… Да ладно, я сам его не позвал, да и что могло случиться со мной в мирной деревне? Да и я маг в конце концов. Кроме того, другой, может, и не подумал бы прыгать вслед за малолеткой. Вот только я не другой… Так что и Малло как раз ни в чем не виноват. Это у меня за ненадобностью инстинкт самосохранения атрофирован еще со времен, когда спасателем работал.

На следующий день родители мальчика привели мне в подарок корову, яка. Других тут не держат. Вначале я хотел отказаться: ну куда я ее дену? Но Айка шепнула, что нельзя. Они, родители мальчика, отдали самое дорогое, что есть в их семье. Кормилицу. Так что теперь я счастливый обладатель коровы.

К полудню мы запрягли счастливую и отъевшуюся зеленой травой живность, взяли на прицеп дареную корову и поехали дальше. Эта деревня была не последней остановкой, просто она первая с выезда из пещер. Можно сказать, приграничная. А мы ехали в город, куда самостоятельно уже уехали многие сопровождающие Айки, не дожидаясь нас, ведь им шикарную встречу в деревне не организовывали. В долине есть центральный город, что является чем-то наподобие столицы. Вообще, в каждой долине своя столица, но по всем мы, понятное дело, не поедем. Не артисты, чтобы гастроли устраивать.

Такие плодородные долины раскиданы по всей Аль-Раксе, а это территория, сравнимая с Индией по площади. Другое дело, что большинство мест тут непригодны для проживания. Это либо скалы, либо пески, либо все вперемешку. Даже вот эта долина, она небольшая. Маленькое зеленое пятнышко, затерянное в глубине гор.

Это мне напоминает такой себе Эдем среди Ада. Большое количество деревьев тут плодовые и их большое разнообразие. Бананы, абрикосы, финики, кокосы… Самих кокосовых пальм я не видел, но кокосы на столе были. То, что мне вначале казалось простой травой, на самом деле оказалось каким-то злаковым, которое тут растет дичкой. Это край фруктов, птиц и змей. Причем я не видел, чтобы змей тут особо опасались. Видимо, если и есть ядовитые, то их мало. В основном это жирные удавы, которые, конечно, тоже опасны, но местные сами с удовольствием их хряпают с кашей.

В долине даже символ религии — это две змеи, переплетенные как молекула ДНК. Точнее, когда мы подъехали к городу и я увидел каменную стену с таким символом, то первым делом подумал, что это ДНК. А между ними непонятно как затесался знак масонов — такая пирамидка с глазом. Ну просто один в один. Оказалось, нет. Я не угадал. Это был изображен один из столпов мироздания. Эти разноцветные волнистые линии — это две змеи. Конкретно этот черный — хаос и порядок. Но они все одинаковые, жизнь и смерть там, только цвет линий отличается.

Про странную глазастую пирамидку спрашивать не стал. Понятно, что масонов тут нет и это тоже какой-то символ чего-то важного. Допустим, яйцо этих линий-змей. А почему треугольное и с глазом? Художник так видел.

Сам город, в отличии от деревни, был каменным и глиняным. Кладка, конечно, не древняя, как в замке, а камень в кладке порой вообще не обработанный. Вышел такой кривоватый самодел. Мы выехали на главную улицу и по ней поехали к самому большому зданию в городе. Это была пирамида с усеченной верхушкой, больше похожая на пирамиды ацтеков, чем из Египта. Собственно, эта пирамида и оказалась храмом. А все храмы долин — это дворец и жилье правителя этих долин — Айки.

Конечно, пирамида впечатлила даже меня, жителя другого века. Так, наверное, впечатлили бы пирамиды в Америке, посети я ее как турист. В общем, я впечатлится.

Но не так, как хотела впечатлить меня Айка. Она показывала мне дворец, чтобы у меня глаза на лоб полезли от восхищения и местного шика, а меня больше интересовали исторические и технологические подробности. Особенно ее покоробила моя фраза про ковры из перьев, когда я назвал их красивыми пылесборниками.

В общем, глаза на лоб от показного богатства у меня не полезли. Разочарованная Айка разместила нас с Малло в соседних комнатах и убежала по делам. Ну а я пошел искать туалет и наткнулся на одну из рыжих девушек. Смутно помнил ее. Она вроде была в крепости.

— О! Поздравляю! — выдала она, посмотрев на меня.

— Что?.. — не понял я. — С чем поздравляешь?

— Ну, небесный камень, — показала рыжая на один из подаренных браслетов с бирюзой, которые я все-таки решился надеть.

Ну а что, они тут все украшения носят. У них тут что-то вроде королевского двора. На самом деле жреческого, но не суть. Отличий мало. Имелись свои фрейлины, свои приближенные, двор и «королева-солнышко», только названия другие. Но тут так же принято показывать, что ты богат и красив, а то уважать не будут.

— И что — «небесный камень»?.. — насторожился я.

— Его дарят мужьям Верховной. Поздравляю, — улыбнулась рыжая, хотя улыбка вышла несколько натянутой.