Алексей склонился над картой.

— Какие новости?

— Господин. — Склонившись в поклоне заговорил тёмный эльф. — Армия противника проявляет осторожность. Они до сих пор не могут понять, как Вам удалось одолеть божественного зверя, и потому пока копят силы, чтобы обеспечить перевес.

— Понятно. Так… Какая численность?

— В настоящий момент, вместе с подвластными землями — около 260 тысяч. Численность нашей армии немного меньше, 250, но орки, оборотни и вампиры сильнее людей. Что касается светлых эльфов в армии Даргатана, есть признаки того, что часть из них может отказаться воевать против соплеменников, или даже дезертировать.

Алексей кивнул.

— Хотя их численность, пусть ненамного, но превышает нашу. — Продолжил доклад эльф. — Но вместе с городами под Вашу руку перешли и значительные запасы подготовленного военного имущества. Войска из самой империи прибывали с минимумом запасов, одевать, вооружать, и обеспечивать всем необходимым их планировали уже на континенте.

— Очень верное замечание — «в настоящий момент», значит, это численность войск на континенте? А что касается численности солдат, что могут прибыть дополнительно с острова?

— Определить невозможно. Пока не удалось осуществить внедрение. Но прямо сейчас темпы подвоза войск снизились, теперь корабли везут не только сами войска, но всё их имущество, включая и коней, не только кавалерии, но и для обоза.

— Принято. Что с флотом?

Человек, ответственный за военный флот, вздрогнул.

— Ваше Величество! Можно уточнить вопрос?

— Сколько боевых кораблей? Их готовность. Готовность экипажей.

— Порядка полусотни. Гномы в настоящий момент заканчивают установку орудий. Экипажи на все корабли полностью сформированы и подготовлены.

— Понятно. — Алексей вновь повернулся к тёмному эльфу. — А что по флоту Даргатана? Как часто, и в каком количестве корабли приходят в порты? Их размеры, вооружение?

— Примерно равны. По размеру и вооружению. Что касается численности… Корабли построены по одному проекту, и названий они не несут, поэтому определить точную численность не представляется возможным. Точно можно будет сказать только если удастся внедрить наблюдателя на остров.

— Уточните и доложите к следующему совещанию. Это вопрос очень важен.

— Господин… Неужели Вы хотите…

— Именно. Атаковать земли самой империи Даргатан.

Алексей взял указку, и приступил к пояснению своей идеи.

— Нанести удары по северному побережью от сюда до сюда, и по южному в этом районе и в этом. Самые крупные портовые города, множество кораблей, склады, и казармы с готовыми к отправке солдатами. После удара, Даргатан лишится возможности переправлять войска. И тогда, перед командирами встанет выбор: идти в бой с неполностью укомплектованными соединениями, в которых часть солдат, как я надеюсь — значительная часть, будет не пригодна к ведению боя, без оружия, доспехов, они будут лишь замещать выбывших. И это против противника, которых смог не только сразить божественного зверя, но и полностью уничтожить армию, что была направлена на захват Ширкан-Карф. Или занять оборону на подготовленных позициях, что даст нам время как следует усилить свою армию, как солдатами, так и качественным вооружением.

— Значит… оборона? — Впервые за совещание, заговорил Десмонд Берро.

— Да. Впрочем, если ты сможешь убедить меня, что потери врага будут больше, не менее чем в десять раз, чем наши, то я могу разрешить и атаку. Но учти, атака должна не только ослабить врага, но и позволить нам занять более выгодную позицию.

Я понимаю, что в случае с религиозными фанатиками это бесполезно, но вдруг удастся нанести Даргатану такое поражение, что они сочтут продолжение войны невозможным, и отступят?

— Я понял. Беречь солдат. Но если атаковать — то только с катастрофическим для врага результатом.

— Именно.

К Алексею подлетела немного взволнованная Сильфа.

— Как успехи? Удалось узнать что-то, что недоступно эльфам?

— Использовать меня! Воплощение Стихии как обычного шпиона! — Начала она, но быстро успокоилась. — Ладно, я понимаю. В конце концов, я ведь твой помощник и советник. В империи… ничего не знают. Но, заметили, что сбор солдат… слишком активен. Это вызывает вопросы.

— Я правильно понял, комплектование армии в последнее время происходило из новообращённых?

— Правильно. Так они доказывали верность. Но твоими стараниями, этот источник значительно иссяк.

— Не преувеличивай.

— А это не преувеличение. Многие солдаты были сосредоточены в приграничных гарнизонах, и оказались уничтожены, или тяжело ранены, когда эти города перешли под твою руку.

— Хм. — Алексей понял, что совсем не думал, о том, что именно произошло в тех городах, что отринули Сияющий Свет, присоединились к его землям. Хотя он видел всё, что произошло в них, и видел, что называется, в режиме «реального времени».

— Так, их потери… большие?

— Более чем половина.

— Сколько? Это куда больше, чем я ожидал.

— Да, тебе очень повезло. Не все из них погибли, большая часть просто отреклась от Галахада Светозарного, но есть и погибшие.

— Значит, они усилили нас?

— Не все. Некоторые уроженцы… «нейтральных территорий». Вера Сияющего Света была им навязана, и они с радостью вернулись к вере предков. И домой. Те земли освободились от влияния Даргатана, но и тебя не поддерживают.

— Ясно. Всё легче. Если они смогут оттянуть на себя часть войск — меня это тоже устроит.

— И… возможно… только возможно… я нашла возможного союзника. Который может помочь с атакой на порты Даргатана.

— Так. А вот с этого момента поподробнее.

* * *

Дракон. Целый дракон. Возможный союзник. «Союзник» — потому что имеет зуб (буквально) на Даргатан. «Возможный» — не факт, что он согласится влезать в разборки жителей поверхности. Даже духи были более понятны с точки зрения психологии, чем драконы. Но, это того стоило. И потому Алексей, сидя верхом, следовал за летящей сильфидой.

* * *

Пещера не имела никаких признаков обитаемости. Ни царапин от когтей или чешуи перед входом, ни разбросанных рядом костей, и запах дыма тоже отсутствовал.

— Он точно тут?

— Точно. — Только и успела подтвердить Сильфа.

Тени в глубине пещеры зашевелились, и из темноты появилась голова дракона. Очень большая, массивная, тёмного цвета, с чешуёй с аметистовым отливом.

— Ты вернулся, дух воздуха. — Раздался рокочущий звук, мало похожий на голос, но являющийся им. — И… Человек? Нет. Хотя и похож. Кто ты?

Алексей скосил взгляд на Сильфу.

— Он что, тебя видит? — Спросил он шёпотом.

— Вижу. — Подтвердил дракон. — Так, ты ответишь на мой вопрос?

— Я… — И Алексей рассказал дракону всё.

* * *

— Уроженец иного Мира? Да, я слышал о подобных тебе от бабушки. — Дракон шумно выдохнул через ноздри. И, вместо запаха дыма, Алексей почувствовал запах… озона?

— Вероятно… Она древняя мудрая драконица? — Уточнил человек.

Дракон издал звук, вероятно являющийся смехом.

— Богиня… Тёмная богиня.

— Понятно. А Вы? Божество на одну четверть? Или на три четверти?

Дракон резко замолчал, и внимательно посмотрел на человека.

— Тебя… это не пугает?

— Нет. А должно? Я общался с богами, мне служат оборотни, вампиры, тёмные маги. Моя жена, до того, как наложенное на неё проклятие спало, было вампиром. В конце концов, я дважды разговаривал с Владыкой Тьмы. И в нашу первую встречу он… был в ярости. Так чего мне боятся принадлежащих к Тьме, если они не вредят лично мне, моей семье, моим подданым, и моему государству?

— Это… необычно. — Дракон вновь выдохнул через ноздри. — Когда этот дух рассказал о тебе, я не поверил. Но теперь, я — полубог Зарион, вижу, что она говорила правду. Я знаю, что ты ведёшь войну против Галахада Светозарного, и я готов предложить помощь, если ты поможешь мне.

— Справедливое условие. Так, чего ты хочешь?

Зарион оказался необычным, даже по меркам драконов, и тем более — полубогов. От матери — полубогини, он унаследовал кислотное дыхание. От отца — грозового дракона, способность сотворять молнии, что объясняло присущий ему запах озона. И при таком происхождении, единственное что он хотел — покой. Место, где он сможет создать гнездовье, в котором его никто не будет беспокоить. Он уже смог однажды создать подобное, но то гнездо было разрушено последователями Сияющего Света.

— Для меня это не сложно. Выбранное тобой место станет запретным, входить туда смогут только посланники, и те, кого ты сам пригласишь. И… ты точно справишься? Уничтожить флоты сразу на двух побережьях…

— Смогу. Для меня это не сложно. Но ты сам уверен? Подобное вызовет такой гнев Галахада Светозарного, что он может снизойти в этот Мир, обретя плоть.

— Когда-нибудь это всё равно должно случится. Помощь других богов даёт Астерии, и мне лично некоторую защиту от Галахада, пока он находится на божественном плане. Так что, если он захочет мне навредить, ему придётся обрести плоть.

— Да будет так. Когда атаковать?

* * *

Атака оказалась очень успешной. И, неожиданно, большую роль в ней сыграли наги, точнее — морские наги.

Как оказалось, не очень далеко от Даргатана, внутри чуть возвышающегося над водой рифа, находилось гнездо морских наг, с которыми морские наги, живущие у побережья материка и перешедшие под руку Алексея, поддерживали тесные связи. Они обеспечили не только наблюдение за кораблями, но и их минирование. Да, минирование. Раз взрывчатые смеси были известны, то почему не попробовать создать мины? Попробовали, получилось. Мины были достаточно компактными, чтобы их можно было переносить в одиночку, но достаточно мощными. Имели три или четыре лапы для крепления, на конце которых находился бур, по сути — саморез с головкой-барашком, самое то для крепежа на деревянный корпус. Гномы собрали часовой механизм, что давал запас времени до подрыва до двух дней. Всё что требовалось — это повернуть рукоять на нужное значение. Возникал вопрос: зачем такие заморочки? Но ответ на него был прост: атака уничтожала те корабли, что были в порту. Ловить их в море было сложно, но нужно. И потому, наги минировали только те, что были под погрузкой, а значит могли оказаться в море, в момент атаки. А мощности мин хватало для гарантированного потопления.

Вскоре после заката, Зарион появился над городом, зайдя со стороны моря. Сначала, он залил пришвартованные корабли кислотой, во второй заход ударил по портовым складам, и лишь на третьем заходе призвал молнии. Покружил над городом, убедившись, что все цели поражены, и направился к следующему портовому городу.

* * *

— Атака прошла успешно. Зарион полностью уничтожил корабли, склады, и частично сами прибрежные города на севере Даргатана и на юге материка. Одновременно, наш флот атаковал южное побережье Даргатана. Примерные потери — от шестидесяти до семидесяти кораблей. Ещё от двадцати до тридцати погибли в море от установленных на корпус мин. Потери в солдатах могут доходить до десяти тысяч человек.

— Отлично. Что с войсками на континенте?

— Они… ждут. Похоже, на одном из тех кораблей, что погиб в море, утонул и крупный командующий, что должен был повести солдат в бой. Как удалось узнать, на корабле нейтральной стороны отправлен гонец в империю. Какой ответ он получит — невозможно предсказать.

— Так. — Алексей забарабанил пальцами по подлокотнику трона. — Они просто сидят и ждут? Даже не готовятся к обороне?

— Именно так. Они заняли ранее возведённые укрепления, но не усиливают их, и не строят ничего нового.

— Ладно. Хм. Десмонд.

— Да, Повелитель. — Склонился в поклоне командующий.

— Бери войска, и выдвигай их на новые рубежи. Раз противник даёт нам время и пространство для манёвра — не будем отказываться. Линию будущего фронта надо отодвинуть максимально далеко. Но не увлекайся. Снабжение войск и прибытие пополнений не должны страдать.

— Приказ понятен.

* * *

Алексей знал, что боги могут воплощаться в этом Мире не только в виде астральных проекций, с которыми он до этого общался, но и в более «материальной» форме. Их физические воплощения были слабее, чем их реальная, нематериальная форма, но всё равно, даже так, сил для уничтожения целого государства вполне хватало.

Знал, но до разговора с Зарионом особо не думал. А теперь задумался.

Оставаясь на божественном плане, Галахад был ограничен в возможности прямого воздействия. Проклятия, мор, саранча, ливни или засуха — он это мог, но и другие боги могли от этого защитить, и защищали. Хотя и продолжали отказываться от прямой конфронтации с Галахадом.

А вот, к примеру, поразить Алексея молнией, Галахад уже не мог. Но, если воплотится в материальном плане, то хоть и потеряет значительную часть своих сил, процентов девяносто, в худшем случае — восемьдесят пять, но зато теперь он сможет поразить Алексея молнией, но только если увидит. Да и оставшихся десяти-пятнадцати процентов силы, что у него останется, хватит на то, чтобы перекроить географию всего континента. А значит, надо что-то делать.

Логичным, было обратится к тёмным богам.

Луны, ничем не смогли помочь. Килиан Ашенхарт — прародитель вампиров, что был проклят за то, что однажды, ради выживания, выпил кровь животного, тоже ничем не смог помочь. Тёмные божества, что покровительствовали некромантам и другим тёмным магам, помочь могли, но только своим адептам. Алексею качаться до нужного уровня требовалось слишком долго.

Визит к Ниларии Плетущей Тени был скорее жестом отчаяния, но… неожиданно она предложила попросить о помощи Повелителя Пучины.

* * *

— То, что может убить бога? — Повелитель пучины задумался. — Лучше твоего клинка нет ничего, даже сравнимого с ним нет, и вряд ли будет. Хм. Но есть, есть одно оружие. Оно… не предназначено для этого, но оно может сразить бога, что воплотится в плоть этого Мира.

— Вы… дадите мне его? — Осторожно спросил Алексей.

— Если ты согласишься. Кинжал изношен. Он выдержит не более трёх ударов.

— Хорошо.

— Нет. Твой меч рассыпался в пыль. Но когда кинжал сломается, заключённая в нём сила вырвется… ты умрёшь. Полностью, окончательно. Сама твоя душа будет уничтожена. Потому, предыдущий владелец и бросил его в море, дабы не искушать судьбу.

Алексей задумался. Потом кивнул.

— Я согласен. Давай кинжал.

* * *

Лориан Правдолюб был счастлив. После того, как командующий, что должен был повести добродетельных воинов в бой, погиб, армии остановились, не зная, что делать дальше. Чем и воспользовались злонамеренные еретики, что упорно отказывались от Сияющего Света. И, наконец, Орден Сияющей Истины получил приказ занять горный перевал, единственный путь вглубь потерянных земель, до того, как туда дойдёт армия Астерры.

Они продвигались быстро, но вернувшийся гонец авангарда сообщил, что они опоздали. Когда отряд достиг перевала, расположенная в нём деревня уже горела.

Горы, густо поросшие лесом, круто поднимались вверх, их разделяла долина, не слишком большая, но плодородная, питаемая ручьями, что сбегали с горных пиков. Перевал напоминал по форме треугольник, с основанием, занятым полями, направленным на север, и вершиной, где располагалась деревня, ориентированной на юг. Именно там, в самой узкой части перевала, была возведена крепостная стена из брёвен.

Она горела, и частично обрушилась, после чего огонь перекинулся на ближайшие строения. Выхватив меч, Лориан повёл рыцарей в атаку. Они стремительно ворвались в пролом, и застыли. Авангард уже вёл бой… с оборотнями.

До Ордена Сияющей Истины доходили слухи, что Алексею служат монстры, но сам Лориан считал это выдумкой, не имеющей никакого основания, но теперь своими глазами убедился, что это правда. А значит… они не просто еретики… они… прислужники Тьмы. Орден Сияющей Истины бросился в атаку.

Оборотней описывали как диких животных, но эти… Они сражались как люди, используя оружие… и не забывая про свои когти и клыки.

Лориан парировал удар меча щитом, попытался уколоть, увернулся от удара, закрылся щитом, и принял другой удар на меч, отпрыгнул, и тут же бросился в контратаку, рубящий удар, и оборотень падает.

Инквизитор огляделся, и узрел оборотня, что тащил в лес детей… точнее — тащила.

Это несомненно была волчица. Даже после трансформации, она сохраняла изгибы, присущие женскому телу, крепкие бёдра, талия, широкая грудная клетка, украшенная крупными грудями.

Лориан тряхнул головой, отгоняя не просто похотливые, а еретические мысли. И вновь посмотрел на оборотня. Двое детей были в её когтистых лапах, третьего она несла в пасти, держа за пояс. Следом за ней бежал другой оборотень, тощий, но похоже сильный, ибо мог бежать, закинув на плечо длинный, вероятно двуручный меч.

Крикнув двум ближайшим солдатам, Лориан бросился следом, спасать детей.

Они настигли их в лесу, недалеко от деревни. Волчица резко остановилась и повернулась, затем, выпустив ребёнка из пасти, бросила всех троих самцу, тот бросил ей меч, подхватил детей в воздухе и бросился дальше в лес, прижимая их к груди.

На морде оставшегося оборотня появилось подобие улыбки.

— Думаете, я так легко отдам детей?

Рыцари отшатнулись. Этого не могло быть, но оборотень говорила, чётким, понятным, рычащим, с хрипотцой, но неожиданно красивым голосом.

Теперь, улыбка волчицы стала откровенно хищной, а затем она бросилась в атаку, размахивая мечом одной рукой. Она билась одна против троих, и этот бой не являлся для неё проблемой. Сталь клинка зазвенела, когда она парировала удар меча собственными когтями. Хотя оборотень и старалась держать противников в поле зрения, но постепенно им удалось окружить её, зайдя с разных сторон. И в этот момент произошло то, чего паладины никак не могли ожидать.

Из-за деревьев выбежали люди. Крестьяне. Кто с вилами, кто с косами, топорами, даже просто длинными, заострёнными шестами. И бросились на членов Ордена Сияющей Истины.

— Не трогайте наших детей! Оставьте нашу деревню в покое. — Кричали они, наседая на элитных воинов Даргатана. Те оборонялись, но оборотень продолжила их атаковать, вместо того, чтобы отступить в лес.

Вот один из рыцарей получает удар в лицо молотом на длинной рукояти, какой используют молотобойцы, чтобы выдавить шлак из раскалённого самородка кричного железа.

Вот падает второй, получив удар в бок вилами, чьи зубья прошли через кольца его кольчуги.

Лориан прыгнул назад, уходя от удара клинком, осмотрелся. Он остался в одиночестве. Из трёх рыцарей один уже убит, второй ранен так тяжело, что времени на спасение почти не осталось. Вдалеке, у деревьев, он увидел двух женщин, что держали тех самых детей, что унёс оборотень.

Он посмотрел на них, на оборотня, на окружающих его крестьян, и бросился к деревне.

* * *

Алексей слушал доклады. Чтобы поддержать дисциплину, оставшиеся командиры предприняли попытку наступления с нескольких сторон, но им не удалось добиться успеха. Где-то атаки были отбиты, где-то они, с тяжёлыми потерями, заняли позиции, на которые войска Астерры выдвинулись только для того, чтобы заманить врага в ловушку.

— Что ещё? Или больше новостей нет?

— Есть. Удалось понять, что творится в восточных землях.

— И, что в них творится?

— Галахад Светозарный пытался сунутся в те страны. Давно, когда был куда слабее, и проиграл. После чего, поклялся своей божественной сутью, более не вмешиваться в жизнь тех земель. Да, культ Сияющего Света там распространён, но… вера там не была навязана, последователи сами уверовали.

— Значит, его можно…

— Нет. Уже нет. Слишком силён. Проблема… Эти земли нейтральны. Они не поддерживают Даргатан, но и нас тоже. И… похоже они могут предоставить Даргатану свои корабли, в аренду, для перевозки войск на континент.

— И, уничтожить их мы не можем?

— Нет. Это скорее всего спровоцирует вступление тех стран в войну, на стороне Даргатана.

Алексей задумался. Потом улыбнулся.

— Значит, их уничтожим не мы.

* * *

Лориан Правдолюб не мог понять, что это было. Оборотни должны были быть монстрами, что, влекомые своим голодом, пожирали людей, и особенно любили детей. Они… не могли действовать осознанно, тем более — использовать оружие, и тем более — говорить.

Он даже думал, что это могли быть маги, но то, что укушенные братья изменились доказало, что это были настоящие оборотни.

Допрос нескольких взятых в плен крестьян не добавил ясности. Армия Астерры пришла, и остановилась за границей деревни, велели позвать старосту, потом уже старосте — созвать народ. Когда народ собрался, объявили, что в связи со стратегическим положением деревни, в ней будет стоять гарнизон, и рекомендовали жителям перебраться в другие земли.

Часть послушалась, но были те, кто решил остаться. Солдаты Астерры начали возводить укрепление, и честно платили тем, кто помогал им материалом, провизией, инструментом или работой.

Самое неприятное, в пожаре был виноват авангард Ордена Сияющей Истины. Вместо того, чтобы отступить к основному отряду, они начали обстрел горящими стрелами. Армия Астерры, вместо того, чтобы атаковать авангард всеми силами, отправили часть солдат для эвакуации оставшихся жителей. И начали активно тушить загоревшиеся дома. Мужчины, убедившись кто их жёнам и детям ничего не угрожает, вернулись обратно, и начали тушение пожаров, что позволило солдатам вернутся на крепостную стену или атаковать авангард.

Продолжившийся обстрел вызвал расширение пожара, что распространился и на дальние дома. Именно оттуда оборотень и спасала детей. Лориан был поражён тем, что жители деревни знали, что это оборотни, и не боялись их.

И потому, когда начали искать добровольцев для проникновения в глубь вражеской территории, он вызвался одним из первых.

* * *

Капитан Томас Корт стоял на юте «Стража Закариаса» в самом мрачном настроении.

Он знал, что должен сделать. Он знал, что сможет это сделать. Он был уверен в результате. Но, боялся того, что может произойти потом.

— Не бойся. — Раздался незнакомый голос за спиной.

Томас резко обернулся. На фальшборте сидел Повелитель Пучины. Капитан склонился в поклоне.

— Господин.

— Выпрямись. Ты боишься, что уничтожение этого флота навлечёт на твою страну гнев других богов?

— Да. Пусть не мы утопим эти корабли, но… мы отдадим приказ…

— Да. Но тут я могу помочь. У командующего тем флотом большой долг перед Пучиной. Его предок разрушил моё святилище. Его дед истребил стаю мирных русалок, что не вредили людям, а даже наоборот, помогали рыбакам, и спасали тех, чьи корабли гибли в море. Он сам… утопил мирный корабль с беженцами, что были объявлены жрецами Сияющего Света «упорствующими еретиками». Умирая, они просили лишь одного — мести. И готовы были пожертвовать ради этого не только своими телами и жизнями, но и душами. И теперь, их месть свершится, а добровольная жертва защитит от гнева других богов.

— Спасибо. Теперь я не боюсь.

* * *

На горизонте появился флот, нанятый Даргатаном. Томас Корт подошёл к носовой надстройке, кивнул двум стражникам, что неусыпно охраняли её, открыл замки и вошёл внутрь.

Каюта была погружена во тьму, по центру, на деревянном столе с одной ножкой, стояла шкатулка, украшенная резным орнаментом в виде магических символов. Из-под крышки пробивался свет.

Капитан Корт осторожно взял шкатулку, вышел из каюты и поднялся на бак. В последний раз посмотрел на горизонт, заполненный парусами идущего на встречу флота. И, отомкнул замок шкатулки.

— Трогдор, Хранителем моря Корделия. Услышь мой зов, исполни мой приказ, и приблизь миг своего освобождения. — Громким и чётким голосом провозгласил Томас Корт. — Уничтожь те корабли.

Крышка шкатулки откинулась, по палубе «Стража Закариаса» скользнула тень, и нырнула в море.

* * *

Адмирал Йорн Грей смотрел на горизонт, и думал над превратностями судьбы.

Когда его «Святой Малахий» получил приказ идти на юг, к архипелагу Ожерелья, и взять там солдат, он воспринял это как оскорбление. Но, именно это и спасло его. Другие корабли были сожжены атакой дракона, или… они таинственно пропали в море. Их было слишком много, и шли они разрозненно, было невозможно представить, что их всех смогли найти и уничтожить.

Потом был новый сбор войск, и переговоры с мерзкими северянами, что некогда, в давние времена, посмели не только противостоять Сияющему Свету, но и победить. Но, они были единственными, кто сейчас мог дать корабли для того, чтобы переправить войска.

Адмирал вскинул подзорную трубу, и внимательно посмотрел на горизонт. Одинокий корабль, большой. Флага не разглядеть. Для разведчика он был слишком большим и недостаточно быстроходным. Для боя…

Йорн не знал, сколько кораблей у Астерры, но явно больше одного. И, один, против флота из ста сорока кораблей, правда, только тридцать из них были боевыми, остальные — вооружённые транспорты, это слишком мало.

Взгляд опустился ниже. На миг, ему показалось что к флоту под водой приближается тень. Пропала. Вновь появилась. Ещё больше, чем была. Она двигалась, как живое существо. Пропала, появилась, ушла на глубину.

Внутри столба воды из глубины поднялся дракон. Огромный. От передних лап, под которыми была водная гладь, до конца морды не менее шестидесяти локтей, и, вероятно вдвое больше под водой. Всё тело покрывал панцирь из подвижных пластин. Он изогнул длинную шею, посмотрел на флот, распахнул пасть и обрушил на корабли поток перегретой, насыщенной солями до черноты, воды. У кого-то из канониров сдали нервы, раздались выстрелы, но ядра отскакивали от панциря, не причиняя дракону вреда. А потом…

Дракон топил корабли лапами, ударами хвоста, заливал кипятком. У нескольких кораблей произошёл подрыв боезапаса. Корабли пытались бежать, но дракон настигал их в пару гребков и разламывал на части. Периодически, он нырял, и распахнув пасть всасывал в себя обломки и барахтающихся в воде людей.

Йорн Грей смотрел на всё это, вцепившись в фальшборт «Святого Малахия» побелевшими пальцами, сведёнными судорогой до такой степени, что он не мог их разжать, даже если бы захотел.

Потом, он услышал стоны. Голоса, они были человеческие, но человеческое горло не могло издавать подобные звуки. Старый моряк опустил взгляд, по борту ползли мертвецы. Утонувшие, растерзанные, сгоревшие, они ползли, вонзая в борт линкора скрюченные пальцы или кости фаланг, и завывали.

— Йорн! Ты убил нас! Убил! Только потому, что твои жрецы назвали нас еретиками! Ты утопил женщин, стариков и детей, и теперь мы пришли за твоей прогнившей душой.

Теперь адмирал смог разжать пальцы. Он выхватил из ножен свой верный абордажный тесак, сотворил защитный знак, рубанул первого мертвяка, что поднялся над фальшбортом, второго, третьего… десятого. Тонкие, почти разложившиеся руки обхватили его сзади. Йорн вырвался, развернувшись рубанул наотмашь, перерубая нежить на две части поперёк. Оглянулся. Мертвецы заполонили палубу, окружая матросов, лезли на мачты, сбрасывая с них марсовых, спускались в трюм, откуда доносились звуки боя. Они окружили адмирала, погребая его под собственными телами. Адмирал флота империи Даргатан Йорн Грей, что провёл в море почти полвека, уже не услышал отчаянный крик откуда-то из-под палубы, после которого взрыв разметал «Святого Малахия» на части.

* * *

Лориан Правдолюб сидел в трактире, ел мясо, тушёное с овощами, и внимательно слушал.

Переход был сложен. Укрепления и деревня сгорели, но еретики вновь построили крепостную стену. Без гарнизона, а в четырёх шагах за ней вторую, более высокую, на которой стояли лучники и грелись котлы со смолой. Лазутчикам пришлось обходить их, поднявшись в горы, и скрываясь от вражеских дозорных и патрулирующих горы рейнджеров. Пройдя горы, отряд разделился на несколько групп, что направились к разным городам. По пути, от его группы отделилось четыре человека, что решили собрать информацию во встреченных небольших селениях, и соединится с основной группой позже. Уже в городе, они вновь разделились, дабы, не привлекая внимания собирать информацию поодиночке.

Слухи, что он внимательно слушал во время еды, были разными. Цены на продукты, новости этого города или других. О войне говорили мало, но он слышал, что в нескольких местах армии Даргатана сопутствовал успех. Оборону еретиков удалось прорвать, но они отступили на старые, хорошо укреплённые позиции. Несколько раз проскальзывали новости, что Даргатан смог собрать новую армию, и нанял корабли из восточных земель для её перевозки. И один раз, упоминание, что император Алексей смог найти способ, как уничтожить корабли, и при этом не спровоцировать войну и с восточными землями.

— Место не занято? — Неожиданно отвлёк его голос.

— А? — Лориан поднял взгляд.

Женщина. Высокая женщина. Куртка и штаны из коричневой кожи. Каштановые волосы заплетены в практичную косу. За спиной меч, похоже — двуручный, завёрнутый в полотно, и закреплённый ремнями на груди и животе. Наёмница.

— Свободно. — Ответил он.

Женщина молча кивнула, села, взмахом руки привлекла внимание разносчицы. Заказала жареное мясо и отдельно салат из зелени.

— Тоже наёмник? — Спросила она, удовлетворив первый голод.

— Да. С востока. — Не определённо ответил Лориан.

— Тоже в армию Астерры?

— Нет. За сопровождение торговцев сейчас больше платят.

Они разговорились. Женщина, Лита, оказалась дочерью наёмника. Она брала самые разные заказы. Потом они гуляли по городу.

Солнце почти закатилось за горизонт, на улицах начали зажигать фонари. Лита взяла его за руку, и потянула с площади в просторный, но тёмный проход между домами, заставленный старыми ящиками, досками, и пирамидками камня, что остались с момента последнего ремонта площади.

Лориан не знал, что делать. Намерения Литы были вполне понятны, но как паладин Ордена Сияющей Истины он должен был сохранять чистоту своего тела. Отказ, мог вызвать подозрения, может… сказать, что у него проблемы после ранения?

Лита резко обернулась, выбросив левую руку, схватила Лориана за горло, подняла, и впечатала в стену.

— И что инквизитор Даргатана забыл в этом городе? — Спросила она немного рычащим голосом.

— Я… Я…

— Ты не в том положении, чтобы лгать.

Глаза Литы вспыхнули янтарём, мышцы на руке вздулись, в кожу на шее вонзились когти, а голос…

— Ты… тот оборотень! — Узнал её инквизитор.

— А? Так ты меня запомнил! Это облегчает допрос. Отвечай!

Лориан дёрнулся, пытаясь освободится, попробовал развести пальцы Литы — всё безуспешно.

— Хочу… понять. — Наконец признался он.

— «Понять» что?

— Дети. Почему ты их спасла?

— А что я должна была с ними делать, съесть? — Лита посмотрела в глаза инквизитора, и поняла, что именно этого от неё и ожидали. — Понятно. Раз оборотень, то значит тупой монстр, что ест всех, кого увидит, или минимум кусает.

— Да. Я так и думал… пока не увидел тебя.

— О! Инквизитор, что может думать! Неожиданно. Я знаю, что вам удалось схватить нескольких крестьян. Что с ними?

— Живы. Были живы, когда я отправился в разведку.

Лита наморщила нос, принюхиваясь.

— Правда. Или то, что ты считаешь правдой. Так, тебя удивило только то, что я спасала детей?

— Селяне… не боялись.

— А чего им боятся? Мы пришли к ним в человеческом облике, и сразу сказали им, кто мы есть. Никого не грабили, не насиловали, не убивали… не кусали.

Лориан задумался.

— Как… это возможно?

— Что именно? Алексей просто не видит в нас монстров. То, что мы порой убегаем в лес, и мешаем горожанам спать своим воем его не волнует. Мы не нападаем на тех, кто верен ему, несём военную службу — ему этого достаточно.

— Но… остальные…

— Они тоже не видят причин, считать наш монстрами.

Паладин пытался понять, и не мог. Всё что он знал, прямо противоречило тому, что он видел. Люди не боялись оборотней, а оборотни спасали людей, хотя его учили, что они должны были их есть.

— А… другие?

— Кто? Орки? Наги? Тёмные эльфы? Вампиры? Некроманты? Остальные тёмные маги? Подданные Астерры их тоже не боятся.

— А почему… вы отвергаете Свет?

— Не Свет. Только Галахада. Который сам отвергает всех, кроме людей и части светлых эльфов. Он считает, что они не достойны жить. И, он ведь отрицает не только смертных, но и других богов.

Лориан вздохнул. Всё это было правдой.

— Хорошо. Я готов. Только… сделай это быстро.

Рука Литы разжалась.

— У тебя есть мозги, и ты способен ими думать, в отличии от остальных.

Паладин вздрогнул.

— Остальных?

Лита кивнула.

— Ты — последний из отряда. И поверь, они умерли быстро… в отличии от епископа.

— Ты… отпускаешь меня?

— Да. Иди, и расскажи о всём, что увидел и услышал. Не только командованию, но и простым солдатам. Вдруг мозги встанут на место у кого-то ещё.

* * *

Сильфида влетела в зал прямо во время совещания.

— Император Даргатана Тезинор XI Ларетиан мёртв. — Громко объявила она.

— Судя по твоему виду и этой поспешности — это очень плохо? — Уточнил Алексей.

— Да. Неимоверно плохо. Привести в ярость бога — это надо очень постараться. Галахад Светозарный воплотился в его теле.

* * *

Когда император Даргатана узнал, что флот уничтожен, его хватил апоплексический удар. Находясь на смертном одре, он объявил, что готов пожертвовать и душу, и тело, ради победы Даргатана. И Галахад Светозарный услышал и принял его жертву.

Обретя плоть, он начал создавать новую армию. Да, его силы как бога уменьшились, но их хватало, чтобы превращать свеженабранных добровольцев в нормальных солдат. Одновременно, из земли острова полезли леса, которые пилились, превращаясь в новый флот.

Тем временем, на континенте собирали новую армию, конечно, она состояла из зелёных добровольцев, но это лишь пока, пока Галахад и их не превратит в солдат. Требовалось действовать на опережение.

* * *

Армия Астерры отступала. Но, это ничего не значило. Пока солдаты на рубеже держали оборону от прибывших ранее войск Даргатана, в их тылу рабочие возводили надёжные укрепления. И именно в них, в эти крепости, что были возведены в горных перевалах, на сухих тропах средь болот, вокруг крупного оазиса в самом сердце пустыни, и шли солдаты, перекрывая путь Даргатану. У Галахада не было выбора — или тратить свои силы на штурм, или тратить время на поиск пути в обход, рискуя потерять отправленные на разведку отряды в засадах или ловушках.

В этот раз, Алексей не рискнул топить флот. Слишком рискованно. Трогдор был слишком ценным активом, чтобы терять его в атаке, которая могла кончится провалом. Хоть он и был уже мёртв, но Галахад мог упокоить его окончательно. А вот сможет-ли дракон одолеть бога… вопрос. Зарион сразу сказал, что даже в такой ситуации он не рискнёт вступать с ним в бой в одиночку.

И потому, Даргатану дали возможность высадить войска, чтобы уничтожить их позднее, в наземной битве. Это было рискованно, очень рискованно, и потому Алексей повелел тщательно подобрать поле боя, дабы полностью контролировать ситуацию.

* * *

«Битва в Долине Плачущих Ив». Событие, о котором барды в тавернах и у стояночных костров, менестрели на городских площадях и в домах богатых горожан, а сказители во дворцах знати, будут петь многие столетия.

Но прямо сейчас Десмонд Берро всего этого не знал. Для него эта битва была лишь одной из многих. Пусть, возможно, и самой главной в его жизни.

За его спиной простиралась армия, подобной которой мир не видел со времён Эпохи Сотворения Мира. Империя Астерры собрала под свои знамёна тех, кого Светлые царства называли монстрами, отверженными или еретиками. Но для Берро они были просто солдатами — звеньями одной монолитной цепи. Это был союз отвергнутых Светом, сплочённый железной волей императора Алексея.

Десмонд не был богом, и в его жилах не текла чистая благодать. На нём был тяжёлый, покрытый рунами доспех из адамантия, а в руке он сжимал двуручный меч, источающий холодное фиолетовое пламя. Он видел, как его армия — пёстрая, дикая, невероятная армия — готова держать удар фанатичного порядка Даргатана.

Люди проверяли, как сидят доспехи, и легко-ли мечи выходят из ножен. Гномы чистили аркебузы и проверяли порох. Светлые эльфы проверяли свои луки и качество тетивы, а их тёмные собратья правили заточку и наносили на лезвия яд.

Некроманты поднимали мертвецов, что станут щитом между армиями, а тёмные маги призывали тучи, что застят небо, позволяя вступить в бой вампирам.

Оборотни разминались, одновременно проверяя качество поля, ища на нём все неровности, ямы, топкие участки, подземные пустоты, а орки кружили вокруг шамана, что призывал на помощь предков, одновременно впадая в состояние берсерка.

На левом фланге, где болотистая речушка въедалась в глинистые берега, бесшумно скользили наги. Их чешуйчатые тела гибкими кольцами уходили в воду, а длинные извивающиеся хвосты поднимали со дна ил. Их глаза неотрывно следили за противоположным холмом.

На высотах позади расположились дивизионы гномов. Их тяжёлые рунические мортиры и бомбарды, отлитые из темной бронзы, были направлены в сторону равнины.

На противоположном конце долины строились боевые порядки Даргатана, сияющие полированным до зеркального блеска металлом и белой тканью с золотым шитьём, будто само солнце спустилось на землю. Высокие, гордые знамёна с изображением Лучезарного Солнца развевались над строем. Безупречно-фанатичные ряды человеческой пехоты по центру, на флангах стояли светлые эльфы — величественные лучники и маги в белоснежных мантиях с золотым шитьём. От их строя исходило видимое глазом густое, золотистое марево — аура Священной Защиты. Во главе этого сияющего воинства на белоснежном грифоне восседал Галахад Светозарный.

Десмонд перевёл взгляд вдаль. Галахад был великолепен и отвратителен в своём торжестве. Его плащ из чистого белого шелка развевался на холодном ветру, а над головой горел настоящий нимб из света, он восседал на огромном грифоне, чьи перья отливали перламутром. Вокруг Галахада вился видимый ореол чистой божественной силы, делавший его неуязвимым для обычного оружия. Рядом с ним стояли элитные рыцари в латах с забралами в виде масок изображающих святых, и горстка жрецов Солнечного Престола, чьи молитвы гудели в воздухе низким, убаюкивающим гулом. Вокруг него сомкнулись ряды людей и отряды светлых эльфов, чьи луки пели непрерывную песнь смерти. Даргатан верил, что очищает мир от скверны. Для них Астерра была конгломератом греха, где люди делили кров с вампирами и некромантами.

— Павлин расфуфыренный, на хорошем скакуне. — Пробормотал Десмонд, оценивая противника.

— Они не станут ждать полудня, командующий. — Раздался тихий, словно сухая листва, голос.

Рядом с Десмондом вышел из теней высший офицер тёмных эльфов, мастер разведки Фэларион. Из его глаз не уходила тревога.

— Галахад Светозарный никогда не ждёт, Фэларион. — Сурово ответил Десмонд, стискивая эфес своего меча, чьё лезвие пульсировало тёмным, вытягивающим свет руническим пламенем. — Для него мы — скверна, которую необходимо выжечь до того, как солнце достигнет зенита.

— Они начинают. — Тихо сказал Десмонд через несколько минут, заметив движение в боевых порядках Даргатана.

На стороне Даргатана взревели серебряные трубы. Звук был чистым, звонким и пронзительным, словно удар молота по хрусталю.

— По местам! — Прогремел голос Десмонда, подхваченный магами и разнёсшийся по всем порядкам Астерры. — Держать строй! Встретим их железом и стойкостью!

Десмонд поднял меч. Руны на лезвии вспыхнули багровым светом.

— За Империю! За свободу! — Его голос, усиленный магией, прогрохотал над долиной.

Ответом ему был вопль десятков тысяч глоток, шипение наг, вой оборотней и рёв боевых рогов.

Битва началась.

Даргатанская армия пришли в движение.

Сначала это был неторопливый, чеканный шаг десятков тысяч ног. Звук тысяч щитов, ударяющихся о кирасы, сливался в единый ритмичный гул.

Легион поднятых трупов — павших в прошлых стычках солдат, диких зверей и древних воителей — двинулся навстречу рыцарям. Соприкосновение двух армий было подобно удару двух океанских волн. Кости трещали, плоть рвалась. Но святая аура, исходящая от даргатанцев, сжигала поднятых умертвий. Скелеты рассыпались в пепел от одного прикосновения освящённых копий.

Светлые эльфы Астерры вскинули луки, и пустили облако стрел. Над армией Даргатана засияли магические барьеры.

— Орудия! Огонь! — Рявкнул гномий офицер.

Гномьи пушки Астерры выстрелили. Черный пороховой дым затянул фланги. Тяжёлые ядра, исписанные проклятиями и начинённые кислотным составом, полетели в густые ряды даргатанских паладинов. Ядра пробивали магические щиты Света, вырывая из строя десятки солдат, дробя кости и разрывая плоть.

Грянул второй пушечный выстрел. На этот раз в сторону Даргатана устремилась картечь, одновременно второй залп дали и эльфийские лучники.

Гномы не жалели ни пороха, ни снарядов, ни самих орудий. В случае победы орудия восстановят, в противоположном… врагу они не достанутся.

Но Даргатан не пошатнулся. Священники в золотых епитрахилях шли прямо за пехотой, воспевая гимны. Их молитвы залечивали раны воинов на ходу, а из пролитой крови расцветали светящиеся белые цветы, отторгающие тёмную магию.

Аркебузиры гномов дали залп в упор, положив стволы на плечи своих щитоносцев, что стояли в первом ряду войск Астерры.

Армия империи Даргатан — монолит чистой веры, стали и высокомерной правильности — столкнулась с армией Астерры. Армией империи, бывшей плавильным котлом рас, изгоев, чудовищ и запретных знаний, собранных под единым знаменем ради выживания.

С диким воем оборотни прыгнули через головы пехотинцев-гномов. Их когти рвали кирасы, они сбивали всадников с коней, впиваясь в незащищённое горло.

За ними во фланг и тыл Даргатана ударили наги — затаившиеся в водах реки, они выскочили на берег, сминая передовые отряды даргатанских копейщиков. Смертоносный танец их клинков превратил первую линию врага в кровавое месиво. Выпрыгивая вверх на полной скорости, наги-лучницы обрушивали на противника град стрел с неба, и вновь скрывались в водах реки, чтобы ударить в другом месте. А маги нагов вступили в поединок с солнечными жрецами, отвлекая их от исцеления солдат.

Завязалась страшная, хаотичная битва. Тёмные маги империи Астерра обрушили на врага дожди из кислоты, чёрного пламени и проклятий. Вампиры, двигаясь смазанными тенями, ворвались в строй даргатанских магов, устраивая пиршество стали и клыков.

Светлые эльфы Астерры, посылали в небо тучи стрел, сталкиваясь в дуэлях с эльфами Галахада. А рядом с ними, скользя по багровой грязи, бесшумно и смертоносно действовали тёмные эльфы — их клинки, смазанные алхимическим ядом, находили щели в белых доспехах Даргатана.

Воздух наполнился криками боли и скрежетом стали. Магия некромантов поднимала павших прямо под ногами противника, заставляя солдат Даргатана бороться как с теми, кого они только что убили, так и сбывшими товарищами.

Земля содрогалась. Галахад Светозарный махнул рукой, отправляя в атаку на прорыв тяжёлую кавалерию.

Наги, скользя по окровавленной траве с нечеловеческой скоростью, огибали щитоносцев Даргатана, и вонзая клинки между пластинами доспехов, бросились на перехват. Они обвивались вокруг конницы врага, сбрасывая всадников в грязь.

— В атаку! Накормите землю их кишками! — С диким рёвом орочий вождь Гарзугол повёл свою орду в центр.

Рядом с ними рванулась стая оборотней. Перепрыгивая через груды тел, покрытые густой плотной шерстью монстры впивались в глотки даргатанских рыцарей, срывая шлемы вместе с головами.

Воздух стал настолько плотным от магии и запаха крови, что дыхание обжигало лёгкие.

Даргатанцы попытались ввести в бой небесную кавалерию — всадников на грифонах, но эльфийские лучники Астерры быстро нашпиговали их стрелами, а остатки сбили гномы-аркебузиры.

Бойня приняла затяжной, кошмарный характер. Орки с диким рёвом рубили щиты даргатанских рыцарей, вампиры проносились над полем боя призрачными тенями, выпивая жизнь из эльфийских лучников, а некроманты продолжали поднимать павших прямо под ногами изумлённых врагов. Но армия Даргатана стояла. Их дисциплина была безупречна. Там, где падал один солдат, двое занимали его место, а молитвы жрецов исцеляли раненых прямо посреди кровавой каши.

Десмонд рубил наотмашь. Его меч, впитывающий жизненную силу врагов, оставлял за собой черные шлейфы. Он срубил голову даргатанскому капитану, увернулся от удара копья, пробил доспех рыцаря и несколькими движениями рассёк двух пехотинцев.

— Командующий! — Хриплый голос вывел Десмонда из боевого транса. К нему, прихрамывая, подбежал капитан оборотней, левая рука которого висела плетью. На морге зверя застыла гримаса боли. — Правый фланг прорван. Даргатан бросил туда свежие когорты тяжёлой пехоты. Маги Света выжигают наших некромантов. Если мы не отступим сейчас, окружения не миновать. Мы погибнем здесь все.

— Ещё не время. — Процедил Десмонд сквозь зубы, чувствуя, как ноет рана на ноге. — Передай вампирам: пусть пустят в ход резерв. Тёмным магам — прикрыть отход. Мы не победим сегодня, капитан. Но мы и не проиграем. Мы унесём с собой столько врагов, сколько сможем.

— Отступаем? — Переспросил оборотень, в глазах которого мелькнула смесь облегчения и ярости.

— Мы отходим. — Твёрдо повторил Десмонд. — Но с достоинством. Трубачам — сигнал к общему отходу.

Густой, низкий рог Астерры прорезал какофонию битвы.

Это был сигнал к спасению.

Несмотря на хаос, дисциплина армии Астерры, выкованная его тренировками, сработала безупречно. Тёмные эльфы бросили дымовые завесы, ослепив даргатанских лучников. Наги стремительно скользнули назад. Некроманты в последний раз взмахнули посохами, заставив остатки павших подняться в безумную контратаку, которая на драгоценные минуты заблокировала преследование.

Но Галахад Светозарный не собирался отпускать врага так легко.

Заметив манёвр Астерры, повелитель Даргатана направил своего грифона прямо на холм, где стоял Десмонд. За ним клином неслись несколько десятков элитных паладинов.

Его меч, «Рассветный Луч», рассекал мрак, обращая в пепел нежить и заставляя покрываться холодными мурашками даже закалённых тёмных магов, что стояли в тылу армии. Он пробивался к центру поля, где, словно маяк в бушующем море, стоял Десмонд.

— Берро! — Прогремел голос Галахада, усиленный магией. Он рассёк воздух перед собой, отправляя волну света прямо в грудь орочьего вождя, прикрывавшего Десмонда. Орк рухнул без дыхания. — Твоя мерзкая империя падёт сегодня! Свет сожжёт вас дотла!

Десмонд поднял голову и криво улыбнулся, обнажив зубы, заляпанные кровью.

— Твой Свет ослепил тебя, Галахад. — Прохрипел Десмонд, и голос его прозвучал как скрежет камней. — Ты воюешь с тем, чего не понимаешь. Астерра живёт потому, что мы приняли отличия друг друга. А вы сгорите в своей чистоте.

Десмонд сплюнул кровь на испачканную землю. Он отпустил меч левой рукой и вытащил из поясной петли тяжёлый гномий пистолет, заряженный руническим зарядом.

— Ваша вера слепа, Галахад. — Пробормотал он себе под нос.

Когда грифон вонзил когти на вершину холма, Десмонд выстрелил. Вспышка ослепительно-голубого света ударила в грудь зверя. Грифон взревел от боли и рухнул набок, сбросив наездника. Галахад покатился по земле, но вскочил с невероятной ловкостью, его меч уже пылал белым пламенем.

Человек сократил дистанцию. Он знал, что в чистой магии ему не тягаться с богом. Его единственный шанс — ближний бой, где Свет и молитвы не заменят стали и опыта.

Десмонд парировал первый удар. Сталь столкнулась со сталью с оглушительным звоном, от которого у командующего Астерры заложило уши. Сила удара была такова, что Десмонд пошатнулся — его истощённое долгим боем тело кричало от боли.

Галахад нанёс второй удар — быстрый, точный, выверенный. Десмонд попытался увернуться, но раненое бедро подвело. Клинок Галахада прошёл сквозь нагрудник, пробив сталь и вонзившись глубоко в левое плечо и грудь командующего Астерры.

Это была не просто рана от стали. Священный огонь, наполнявший клинок Галахада, мгновенно хлынул внутрь тела Десмонда. Его вены вспыхнули ярким, видимым сквозь кожу золотым светом. Командующий Астерры закричал — это была боль, от которой плавился сам разум. Внутренности горели, святая магия испепеляла его кровь, превращая её в шипящий пар.

— Всё кончено. — Холодным тоном произнёс Галахад, поворачивая меч в ране, чтобы нанести гарантировано смертельную рану.

Но Десмонд Берро был опытным воином и командующим. Он знал, что его смерть станет сигналом к окончательной панике и резне его людей.

Сжав зубы так, что их эмаль с хрустом треснула, Десмонд левой рукой, которая начала обугливаться, мёртвой хваткой вцепился в лезвие, удерживая его в своей груди. В его глазах вспыхнуло отчаянное, дикое, безумное пламя.

— Не… сегодня. — Прохрипел Десмонд.

Используя остатки сил, он нанёс жёсткий, сокрушительный удар своим тяжёлым адамантиевым шлемом прямо в лицо Галахаду.

Забрало даргатанского командующего смялось. Галахад не ожидал такой дикой, животной ярости у этого раненого смертного человека. Он пошатнулся, выпустив рукоять меча.

И, прежде чем лезвие успело выпасть из раны, воздух разорвал оглушительный волчий вой. Из дыма выпрыгнул огромный чёрный оборотень — тот самый капитан. Он вцепился зубами в плечо Галахада, отбросив его в сторону. Одновременно с этим трое темных магов Астерры появились из тени, воздвигнув непроницаемый барьер из черного пламени между поверженным Десмондом и даргатанскими солдатами.

— Командующий! — Двое орков подбежали к нему, подхватили под руки и рывком поставили на ноги.

Берро задохнулся от боли, из его рта хлынула кровь. Но он не издал ни звука. Его взгляд был устремлён вперёд — туда, где остатки его армии уже уходили в спасительные предгорья Западного хребта, растворяясь в тумане.

— В… горы. — Прохрипел он, чувствуя, как сознание начинает ускользать. — Отходим… к перевалам.

Орки и прикрывающие их гномы утащили его прочь, отступая шаг за шагом под прикрытием магии и заградительного огня.

То, что произошло дальше, показало, почему армия Астерры была так опасна. Даже терпя поражение, даже теряя главнокомандующего, эта пёстрая орда не обратилась в паническое бегство. Это был организованный, зловещий отход. Тёмные маги создали завесу из густого, удушливого тумана, пахнущего молниями и тленом. Вампиры и оборотни образовали арьергард, прикрывая отступающих гномов, орков и израненных нагов, что тащили раненых, не способных идти, обвив их своими кольцами. Светлые и тёмные эльфы уходили последними, засыпая преследователей градом отравленных и заговорённых стрел.

Грохнули мощные взрывы. Под артиллерийскими позициями Астерры были заложены бочки с порохом, соединённые с установленными вокруг минами, что оставляли только узкий безопасный проход позади. Созданные по чертежам Алексея химические взрыватели на основе ампулы с кислотой вновь продемонстрировали свою надёжность, отправив в небеса до сотни солдат Даргатана.

На поле боя воцарилась зловещая, оглушающая тишина.

Когда туман рассеялся, Долина Плачущих Ив предстала во всей своей жуткой тишине.

Армия Даргатана победила, но эта победа была страшнее поражения. Белые доспехи были обагрены кровью лучших сынов империи. Половина полков лежала на поле боя, безмолвная и неподвижная. Светлые эльфы Даргатана потеряли цвет своей нации — сотни тел лежали среди воронок от магических взрывов.

Галахад Светозарный поднялся с земли, оттолкнув мёртвого оборотня. Его доспехи были забрызганы кровью, крыло грифона бессильно волочилось по грязи — животное выжило, но было тяжело ранено. Он тяжело дышал, опираясь на свой меч, как на трость.

Галахад стоял посреди этого кладбища, глядя в сторону тёмных гор, куда ушла армия Астерры.

Вокруг него собирались уцелевшие офицеры Даргатана. Картина была удручающей. Победа досталась Даргатану страшной, непомерной ценой. Его армия, обескровленная и истощённая, не могла двигаться дальше.

Первым заговорил советник, эльф, чьи белоснежные одежды были разорваны и испятнаны сажей. В его руках был отчёт.

— Сиятельный Галахад… — Голос эльфа дрожал. — Враг отходит к Перевалу Чёрного Клыка. Они уходят под прикрытием магии и заградительных отрядов гномов и эльфов.

— Преследуйте их! — Сквозь зубы процедил Галахад. — Не дайте им уйти! Выжгите их до последнего!

— Мы не можем, Сиятельный… — Эльф опустил глаза. — Наша кавалерия уничтожена почти полностью. Треть пехоты легла в центре, когда они столкнулись с орками и оборотнями. Ещё треть была выбита лучниками и орудиями гномов. Жрецы и маги истощены — у них не осталось сил даже на исцеление раненых. Если мы пойдём в горы за ними… это будет самоубийством.

Галахад осмотрелся вокруг, и у него перехватило дыхание.

Поле боя было выжженной, изрытой ямами пустыней. Тысячи даргатанских воинов — цвет аристократии и лучшие паладины империи — лежали вповалку рядом с чудовищами, которых они пришли уничтожить. Потери Даргатана были ужасающими. Это была победа, но цена её оказалась настолько высокой, что больше походила на катастрофу.

Он повернулся к своим офицерам, отдавая приказ, который давался ему тяжело, но был единственно верным.

— Разбиваем лагерь здесь. Похоронить павших. И немедленно отправить гонцов. Нам нужны подкрепления. Новые полки. Без них мы не пройдём эти проклятые горы.

Командиры поклонились и поспешили выполнить приказ.

А далеко впереди, за надёжными каменными стенами второй линии обороны, армия Астерры залечивала раны.

Они потеряли многих. Но они выжили.

В углу полевого госпиталя, освещённого факелами, лекари, некроманты и тёмные маги склонились над Десмондом Берро. Рана от меча Галахада не заживала — священное пламя продолжало разъедать его плоть, причиняя адскую боль. Наги втирали вокруг раны свой яд, пытаясь лишить место чувствительности, некроманты колдовали над ним, сшивая плоть магическими нитями, а вампиры делились своей силой, вливая свою тёмную кровь в его вены, чтобы удержать уходящую жизнь.

Десмонд открыл глаза. Боль была невыносимой, но в его взгляде по-прежнему горел тот же холодный, непокорённый огонь. Он посмотрел на своих выживших генералов: орка, бледную эльфийку с тёмными от усталости глазами, гномьего старейшину и оборотня, что, вернувшись в человеческую форму, сидел на корточках в углу.

— Мы отступили. — Прошептал Десмонд, и каждый звук давался ему с трудом. — Но мы не сломлены.

Он сжал обгоревшую руку в кулак.

— Даргатан ждёт пополнения. И мы будем ждать. Империя не пала. Пока бьётся хоть одно сердце Астерры, война не закончена.

Десмонд слабо улыбнулся, и на его окровавленных губах эта улыбка выглядела жутко.

— Галахад получил свой "триумф"… — Прошептал Десмонд, переводя взгляд на своих воинов. — Пусть празднует свою победу среди могил. — Тихо закончил он, закрывая глаза, чтобы погрузиться в целительный сон. — Империя Астерра отступила. Но мы вернёмся. И в следующий раз… Его свет их не спасёт…

* * *

Одновременно, далеко на западе, произошло ещё одно сражение. После того, как Мисолирал и Калинферн присоединились, зона влияния росла, пока не достигла реки Гейлхарт, а затем и другого берега.

Используя Сердце, Алексей построил надёжные каменные мосты, по которым переправилась вторая армия Астерры. Города, что были возведены на бывших землях Орды, приняли веру Сияющего Света, и нельзя было допустить того, чтобы они дали солдат основной армии Галахада, или нанесли удар во фланг Астерры.

Тёмные эльфы сообщили, что армии вышли из городов, а значит сейчас было самое подходящее время для удара. После переправы через Гейлхарт армия разделилась. «Стальной коготь» отправился зачищать солдат в степи, а остальная армия двинулась к городам. И, в её составе была авиация. Да, грифоны были величественны, но виверны обладали дополнительными атакующими возможностями. Но, кроме ядовитого дыхания самих виверн, всадники сбрасывали на города и горшки с горящим маслом. И пока оборотни находили по запаху и вырезали военные лагеря, армия стремительным ударом брала города.

Тактика всегда была одна. Стремительный налёт, горшки с маслом летят в бойницы крепостной стены, на крыши казарм и в окна храмов Сияющего Света. Высадка десанта, что начинает открывать ворота изнутри, и штурм, стремительный, со взятием под контроль зданий правительства, жилых районов аристократии, и основные места скопления магов. Потом, проверка жителей, и либо передача города обратно, с оставлением контролирующего гарнизона, либо, к счастью всего один раз, формирование оккупационной администрации.

* * *

— Значит, надежды на спасение нет? — Уточнил Алексей, склоняясь над постелью раненого.

Стоящие по другую сторону сокрушённо покачали головами.

— Нет. Священный огонь продолжает разъедать его плоть. Даже… самая тёмная магия… помощь тёмных богов… не смогли его погасить. Только отсрочить неизбежное. — Заговорил человек-лекарь.

— И, не даёт обратить его. — Вторил ему человек-вампир.

— Или поднять его, к примеру в качестве лича. — Тяжело вздохнул тёмный эльф-некромант. — Его смерть будет окончательной.

Десмонд издал стон, и открыл глаза.

— Не страшно. Я готов. Уж лучше погибнуть от раны, полученной в бою… нанесённой рукой бога… чем умирать немощным стариком на грязной тряпке. — Лицо командующего исказилось от боли. — Ваше Величество…

— Я помню. Твой старший сын получит помощь в открытии своего дела. Твоя жена и остальные дети будут получать пенсию. По достижении брачного возраста дочь получит хорошее приданное. Младший сын — если он по-прежнему будет хотеть поступить на военную службу — будет служить без каких-либо поблажек.

— Хорошо. — Десмонд Берро улыбнулся и закрыл глаза.

— Не торопись. — Строго произнёс Алексей. — Что делать с тобой?

Берро вновь открыл глаза.

— Со мной? — Спросил он удивлённо.

— Да. Какой обряд похорон принят в твоей культуре? Погребение тела в могиле после заворачивания в саван? Погребение в гробу? Погребение в семейном склепе? Бальзамация и погребение в мавзолее? Кремация? Или используется дахма, также называемая «Башней молчания»?

— Мне… всё равно. Я уже давно был готов сгнить на поле боя.

— Ладно. Обещаю, похороны будут достойными.

* * *

Под кладбище был определён участок, на некотором отдалении от Хорагейта. Его окружили надёжной каменной стеной с крепкими воротами.

Внутри широкие дороги делили территорию на сектора. Каждый был зарезервирован за определённой категорией: духовенство, деятели культуры, представители армии, маги, государственные служащие, иные категории. Была там и погребальная роща светлых эльфов, и могильные ямы орков. Было возведено и здание крематория.

Похороны Десмонда Берро было организовано по высшему разряду, с траурной процессией от Хорагейта до кладбища, воинским салютом, и бронзовым памятником в полный рост.

— Ты… решил обожествить его? — Осторожно спросила Лисандра.

— Что, о чём ты?

— О этом жертвеннике.

— Жертвеннике? А! Нет. В моём Мире было принято зажигать Вечный огонь в память о выдающихся воинах, или в местах массового захоронения солдат. Или… В общем, для увековечивания памяти.

— И ты решил…

— Да. Почтить его талант командующего привычным мне способом.

* * *

Алексей отложил отчёты.

— А можно кратко, словами?

— Кратко? Общие потери Даргатана и союзников, без учёта тех, кто утонул, порядка 350 тысяч. Ещё около 80 — ранены, но вероятно почти все из них вернутся в строй. Но, в строю осталось немного более 150 тысяч. Этого хватит для прорыва, если Галахад решится нанести один, сконцентрированный удар.

— Наши потери?

— Благодаря тому, что солдаты были в обороне, они меньше. Однако… 270–280 тысяч. В строю осталось 180, но, пополнение, нам негде взять новых солдат.

Алексей вздохнул.

— Есть-ли какие-нибудь признаки, что Галахад собирается делать дальше? Он уже не остановится, но решит он завершить войну одним мощным ударом, или выберет вариант перемалывать армию в сражениях по всей линии фронта?

— Армия по-прежнему стоит в Долине Плачущих Ив. После того, как Галахад вернулся в ближайший город… некоторые погибшие отказались покоится с миром. Приходится их упокаивать. Прибывающие рекруты собираются в городе, где Галахад и превращает их в солдат.

— Ясно. Кто теперь возглавит армию?

— Конрад Сельдерон. Командующий Берро оставил распоряжения перед битвой, на случай своей гибели.

— Что ж, если он ему доверял, не буду спорить. А что по восточным землям?

— Всё спокойно. Они не будут объявлять нам войну, и не дадут солдат Даргатану.

* * *

Алексей столкнулся с тем, о чём забыл многие годы назад — дефицит ресурсов.

«Сердце» позволяло создавать солдат, но они были лишены опыта, в то время как те, кого обратил в солдат Галахад Светозарный такой опыт имели. Так что приходилось компенсировать качество количеством, и создавать солдат в огромных количествах.

* * *

Галахад выбрал решить всё одним ударом. Он смог собрать 310 тысяч солдат, и стремительным ударом прорвал укрепления на перевале Чёрного Клыка, и устремился дальше, к Хорагейту, стремясь достичь города быстрее, чем Алексей успеет подтянуть войска с границы.

* * *

Вторая битва у Ширкан-Карф заслужила своё место в истории, и песнях, своим масштабом. Галахад привёл на поле боя сразу четырёх Божественных зверей. Двух Львов, Медведя и Быка. Но, теперь армия Алексея могла уравновесить их тёмной магией.

Конрад Сельдерон оказался достойным преемником Десмонда Берро. Его план был отчаянным, дерзким, и потому — эффективным. Он атаковал армию Даргатана сходу. Не разворачивая боевого построения, а нанося удар несколькими клиньями, что рассекли ряды войск, и начали расходится в стороны, формируя окружения.

* * *

Секретарь бросился к Галахаду.

— Светозарный! Армия… их окружают.

— Как это возможно! В первом ряду должен был стоять Орден Сияющей Истины.

— Они стояли. Но не смогли сдержать удар. На острие атаки Астерры были орки, они врезались в наши боевые порядки, началась жестокая рубка, и тут из-за их спин атаковали гномы. Их ручные орудия пробивали щиты и рыцарей за ними. Жрецы не успевали их лечить. С неба ударили виверны, с их спин прыгали тёмные эльфы, прямо на жрецов.

Галахад вскочил. И сразу рухнул обратно. Тело, человеческое тело императора Тезинора не выдерживало его божественной силы. Отправив армию вперёд, он велел поставить свой шатёр, чтобы жрецы и лекари смогли восстановить его физическую оболочку. Только на восстановление лица после того удара, пришлось потратить два дня. Ему приходилось торопится, если тело разрушится, то вновь воплотится он сможет очень нескоро. Либо, чтобы не нарушить баланс Мироздания, при новом воплощении ему придётся расстаться с ещё большей частью своих сил.

— Божественный звери. Почему их не направили на еретиков?!

— Направили. Но тёмные маги их сдерживают. Один Лев ранен.

— Проклятье! Сделайте что-нибудь. Мы не можем вновь потерять армию!

Эльф поклонился и убежал.

* * *

Орки рубили окружённых. Стоящие за их спинами гномы сменили аркебузы на гранаты, что метко бросали из-за спин зеленокожих воинов в гущу даргатанской армии. То и дело, между их ног проскальзывали наги, и начинали рубить даргатанцев, или из теней выскакивали тёмные эльфы. Их клинки всё также ловко находили малейшие щели в доспехах.

Жрецы пытались лечить солдат, или укрывать их божественной защитой, но после того, как тёмные эльфы переместились ближе к фронту, на жрецов обрушились стрелы их светлых собратьев, что парили в небесах на спинах виверн.

Другие жрецы, более высокого ранга, прятались в самом центре, под брюхом Льва. Они не знали, что делать — направить божественного зверя в бой, значило потерять часть солдат под его лапами, но если прикажут освободить ему путь, то еретики немедленно прорвут оборону.

Архиепископ схватился за голову.

— Сиятельный Галахад повелевает прорываться и объединить силы с другим отрядом. Еретики ослабели, надо разгромить их нечестивую армию.

Пока одна часть жрецов раздавала приказы, другая поворачивала Льва, приказывая ему проложить путь для соединения с ближайшим отрядом.

* * *

— Они объединяются? — Уточнил Конрад.

— Да. Все одновременно. Как будто…

— Получили приказ. Что там с тёмной магией?

— Ещё готовят плетение.

— Пусть… не торопятся, но ускорятся. Жаль, что мы не сможем использовать артиллерию.

— Пустынные наги говорят, что успевают подготовить ловушку.

— Отлично. Передай, что надо помешать объединению окружённых отрядов, но, пусть не рискуют.

Посыльный кивнул, и бросился выполнять приказ.

* * *

Орки отступили. Они были храбры и сильны, но противостоять Божественному зверю не могли, пока не могли. А вот гномы вновь взяли в руки свои аркебузы, и их покрытые проклятыми символами снаряды легко пронзили шкуру зверя. К сожалению, достать до сердца или мозга мощности не хватало, был нужен калибр побольше.

Отряды Даргатана соединились попарно, и теперь два скопления солдат двигались на встречу друг другу. Армия Астерры сформировала прослойку между ними, стремясь не допустить подобного.

Построение изменилось. Теперь впереди стояли гномы-щитоносцы, за ними выстроились гномы-арбалетчики, аркебузиры отошли в центр построения, ждать того момента, когда появится возможность стрелять в голову Божественного зверя с близкого расстояния.

Над головами арбалетчиков, держали своё оружие люди-пикинёры, защищая их от атаки вражеской конницы. За ними стояли закованные в доспехи пешие воины, за их спинами прятались тёмные эльфы, готовые атаковать противника в любой момент, потом светлые эльфы-лучники. Вокруг центра построения расположились конные рыцари, и оборотни с нагами, что были резервом, и одновременно охраняли аркебузиров.

Орки отошли в сторону, построившись для защиты тёмных магов и некромантов, что уже заканчивали плетение заклинаний.

* * *

Жрецы торопили солдат, подгоняемые Галахадом. Однако армия Даргатана не могла сформировать боевой порядок, то и дело расступаясь и освобождая место для очередного шага Божественного зверя.

Всадники на вивернах создавали дополнительную сумятицу, они успели долететь до Ширкан-Карф, и теперь в пике, прицельно, сбрасывали на армию Света бочки с маслом, факелы, тяжёлые камни, исчерченные проклятиями и бочонки с порохом, смешанным с гвоздями.

Наконец, даргатанцам повезло, нашёлся достаточно умелый и авторитетный командир, что смог под огнём построить тяжёлую кавалерию и начать прорыв. Следом за всадниками двинулся Лев, раны которого успели подлечить, он не сколько атаковал, сколько противодействовал закрытию образовавшегося прорыва.

Воодушевлённые успехом, солдаты Даргатана смогли построится и поддержали прорыв.

* * *

— Долго ещё?

— Плетение почти закончено, ещё несколько минут, и мы будем готовы ударить.

— Похоже, солдатам Даргатана всё же удастся объединится.

— Мы понимаем, но плетение сложное.

* * *

Конрад вздохнул, и отдал приказ на отход.

Нет. Армия Астерры не отдавала врагу поле боя, но дальнейшее противодействие объединению отрядов Даргатана вело лишь к ненужным потерям.

Армии разошлись, выстраиваясь в боевые порядки.

Вперёд двинулась тяжёлая пехота даргатанской армии, за ними следовали жрецы, прикрываемые щитоносцами, затем копейщики, готовые в любой момент выдвинутся вперёд. Следом, на некотором отдалении, следовали эльфийские лучники.

Даргатанцы шли медленно, основательно, чеканя каждый шаг, внушая уважение своей подготовкой. Но, армия Астерры стояла, не реагируя на провокацию, и не начиная ответную атаку. Наконец, терпение и жрецов, или у самого Галахада, закончилось, конница ринулась в атаку, нагоняя ушедшую далеко вперёд пехоту. А следом за ними пошли в бой Божественные звери.

От их шагов содрогалась земля. Гномы хмурились, и проверяли свои аркебузы. Солдаты тихо молились, стараясь не показать свой страх.

А потом земля треснула. Буквально.

Ловушка, устроенная пустынными нагами сработала. Люди могли пройти по ней, но не огромные Божественные звери. Бык, что шёл по левому флангу, прошёл мимо, а вот оба Льва и Медведь провалились в огромную яму, что наги выкопали прямо под землёй. Львы быстро выпрыгнули, но стоило медведю над краем ямы, как в его грудь прилетело колоссальное «Копьё Тьмы», зверь заревел, запрокинув голову, и тут второе «Копьё» прилетело ему в горло.

Воины Астерры издали радостный вопль и бросились в атаку. Только теперь до армии Даргатана дошло, что в ловушке оказалась вся армия. Путь назад был отрезан ямой, а фланги наступающей армии Астерры уже начали изгибаться, отрезая возможность обойти яму.

Державшиеся позади старшие жрецы думали, что они спаслись, ибо не успели дойти до края провала, но тут над ними пролетели виверны. Нет, они ничего не сбросили, только создали своими крыльями тень, из которой выскочили тёмные эльфы.

* * *

Битва длилась уже пять часов. Прижатые к яме даргатанцы бились отчаянно, но их количество постепенно уменьшалось. После гибели старших жрецов контроль над Божественными зверями был потерян, что мешало Даргатану организовать качественную оборону. С другой стороны, когда по ним попадали, а это было неизбежно, они начинали активно отмахиваться от противников.

Свен Обожжённый вскинул аркебузу, прицелился, выстрелил. Но, прежде чем пуля успела покинуть ствол, его толкнули.

А дальше, произошла следующая цепь событий: ствол аркебузы отклонился, и вылетевшая пуля полетела не в глаз божественного зверя, а в его нос, но пройдя мимо плоти, кусочек свинца, покрытый тёмными проклятиями влетел в ноздрю, пролетел по носовому каналу, пробил заднюю стенку, затем решётчатую кость, одну из самых тонких и хрупких костей черепа, и окончил свой путь вонзившись в мозг.

Конечно, чтобы убить Божественного зверя этого было недостаточно, но, чтобы вызвать нарушение функций, которые усугублялись из-за сдавления мозга всё увеличивающейся внутричерепной гематомой — этого более чем хватало.

Лев запрокинул голову, начал дёргаться, его лапы начали заплетаться, по телу пробежала судорога, и он рухнул, давя солдат Даргатана. А затем земля вспухла.

Нет. На этот раз, это были не наги. Из земли лезли поднятые некромантами солдаты Даргатана, уничтоженные во время предыдущей битвы за город. Они облепили упавшего Божественного зверя, и начали рвать его на части.

В рядах Даргатана началась паника, жрецы падали на колени и молились, и к сожалению, Галахад Светозарный их услышал. Их уровень моментально поднялся, став достаточным для того, чтобы они смогли контролировать Божественных зверей.

Это подняло боевой дух, позволив Даргатану перейти в контратаку, начав оттеснять силы Астерры, и тогда Конрад ввёл в бой резерв.

Никто не обратил внимание на одинокую фигуру, что приближалась к побоищу. А потом она остановилась, и начала петь. Лайлинара Песнь серебряных ветров Аэлль'Тисс вложила в эту песнь всю душу, всю свою ярость, весь гнев за уничтожение родной деревни.

И солдаты Даргатана замерли. Лишь несколько оставшихся магов Света, и прокачанные Галахадом жрецы оказались невосприимчивы к её пению, а остальная армия, включая Божественных зверей остановилась, слушая её пение.

Маги ставили барьеры, но они не могли защитить от голоса Магической певуньи. Те солдаты, с которых жрецам удавалось сбросить оцепенение, вскоре вновь впадали в транс. И тогда, они сконцентрировали усилия на одном Божественном звере.

Бык тряхнул головой, выходя из транса, осмотрелся, наклонил голову, направив рога на светлую эльфу, и поскакал вперёд, всё увеличивая скорость.

Тень накрыла землю. Затем в Быка врезалось огромное чешуйчатое тело. В этот раз дракона не просили о помощи, Зарион сам сделал выбор, вступив в бой. Силы удара оказалось достаточно, чтобы Бык упал на бок, после чего дракон вцепился в его шею, пока Божественный зверь бил его копытами в бок и брюхо.

А потом на поле боя обрушились нестерпимо сияющие Колонны Света. Восстановив тело до состояния, позволяющего протянуть до вечера, Галахад Светозарный бросился к месту битвы, и успел прибыть в самый неподходящий момент.

* * *

Алексей сделал шаг назад от кровати и обернулся.

Лекарь поклонился.

— Лита обеспечивала прикрытие эвакуированных, когда рядом упала Колонна Света.

— Она…

— Увы… Ожоги… слишком тяжелы.

Алексей кивнул, и повернулся ко второму стоящему, тёмному эльфу.

— Значит, мы потеряли Ширкан-Карф? — Уточнил Алексей.

— Да. Правда, артиллеристы успели уничтожить последнего Божественного зверя.

— Хорошо, но размен не равноценный.

— И, мы поняли, почему Галахад так торопится.

— Почему?

— Он умирает.

Глаза Алексея широко распахнулись от удивления, и он немного наклонил голову набок.

— Бог… умирает?

— Не сам Галахад, а его вместилище — тело императора Даргатана. Если-бы Галахад воплотился, то его тело, созданное божественной силой, вполне могло существовать полвека, а то и лет семьдесят. Но он занял тело смертного, находящегося на пороге смерти, и не рассчитал силы. Тело Тезинора распадается, жрецы и маги Света уже каждый день его восстанавливают.

— И, что будет, когда…

— Либо Галахад не сможет воплотится в этом Мире следующий век, как минимум, либо… для нового воплощения ему придётся отказаться от ещё большей части своей силы, почти до уровня очень сильного архимага.

— То-есть, до уровня, который может достичь человек?

— Да. Даже бог не может нарушить некоторые законы мироздания. Воплощение — один из них.

— Сколько солдат?

— Около 180 тысяч. У нас осталось 150 тысяч, остальные войска не успевают дойти до точки сбора.

— Точно?

— Точно. Галахад задержался в Ширкан-Карф только потому, что использование его божественной силы немного разрушило его тело, не до конца восстановленное после предшествующих битв. Но, он уже готов выступить.

* * *

После того, как дож Ширкан-Карф согласился принести вассальную клятву, и до провозглашения королевства Альтгея, когда Алексей смог принять её, между Ширкан-Карф, и озером Эльдермир, на северном берегу которого стоял Гуалран, самый южный город, что соединялся прямой дорогой с Хорагейтом, была возведена пара крепостей, что должны были охранять путь. После падения города, южная крепость была оставлена, и гарнизон вместе со всем имуществом перешёл к северной крепости — Никастон — вокруг которой встали и отошедшие войска Астерры.

На это раз Алексей сам вёл войска в бой. Конрад Сельдерон был талантливым командующим, но этот бой был решительным. У Галахада совсем не оставалось времени, после подхода подкрепления оставшаяся армия Даргатана будет уничтожена. И потому, честь обязывала Алексея самого повести войска в бой, что решит исход этой войны.

Армии двух империй вновь выстроились друг на против друга. Алексей решил не отсиживаться в крепости, а дать решительный бой. Это и быстрее, и по сконцентрированным в крепости войскам можно было ударить Колонной Света или ещё чем-нибудь.

* * *

Лориан Правдолюб огляделся, и задумался. После возвращения из той вылазки инквизитор много думал.

Солнце едва пробивалось сквозь тяжёлые, свинцовые тучи над полем, где решалась судьба Астерры.

С одной стороны стояло воинство Астерры. Эта армия напоминала кошмар, воплощённый в реальности: стройные ряды светлых эльфов с колчанами, наполненными отравленными стрелами, стояли плечом к плечу с лязгающими доспехами гномами. Позади них, окутанные фиолетовым маревом, шептали заклинания некроманты и тёмные маги, а в тени скал ждали своего часа наги, чьи змеиные хвосты нервно били по сухой траве. Орки сжимали огромные тесаки, вампиры, закутанные в плащи, слились с тенями, а оборотни уже тихонько порыкивали, чувствуя в жилах зов зверя.

Над этим разношёрстным морем тьмы и силы возвышался Алексей, император Астерры. Он не носил громоздких лат. На нем был тёмный облегающий доспех, похожий на кожаный камзол, покрытый тончайшей вязью защитных рун, и плащ цвета воронова крыла. Лицо императора было как будто высечено из гранита — холодное, отрешённое, отмеченное печатью вековой усталости и абсолютной уверенности. В правой руке он держал полуторный меч, крупный, но не слишком тяжёлый и удобный в фехтовании, а левая его рука, скрытая в тени плаща, крепко сжимала короткий, тускло мерцающий кинжал с зазубренным лезвием. Оружие скрытой угрозы. Оружие фатальной ошибки.

Напротив них, словно высеченные из чистого мрамора и фанатичной веры, стояли легионы Даргатана.

Они не были армией — они были орденом священного возмездия. Тысячи рыцарей Даргатана, люди-фанатики — отборные рыцари в ослепительно-белых доспехах, с выгравированными на нагрудниках сияющими солнцами, и горстка гордых высокомерных светлых эльфов, разделяющих их догмы, чьи луки пели в тишине перед бурей, стояли единым монолитом. Они не дрожали. Они молились. Их губы шептали псалмы божеству, их глаза горели безумным, святым огнём. Для них эта битва была не просто войной за землю — это был священный поход против самой Тьмы, против ереси. Они не знали страха, ибо верили, что их кровь — цена за очищение мира. Каждый воин Даргатана шёл в бой не за золото и не за земли — они шли умирать за свою веру, уверенные, что их кровь смоет скверну «еретиков» Астерры. Их гимны, леденящие душу монотонным пением, заглушали даже рык волков-оборотней в стане Алексея.

Во главе их стоял Галахад Светозарный. Бог и правитель Даргатана, воплощение рыцарского идеала, сияющий мессия своего народа. Его доспехи отливали золотом, за спиной развевался белоснежный плащ, а в руке вновь покоился двуручный меч «Рассветный Луч», излучавший слабое, но нестерпимое для глаз грешников свечение. Его лицо дышало праведным гневом и непоколебимой уверенностью в победе Света.

— Во имя Света! — Пророкотал голос Галахада, усиленный божественной силой, и этот клич подхватили десятки тысяч глоток. — Очистите эту землю от скверны!

— Они называют нас порождениями Тьмы. — Голос Алексея был тих, но эльфы и маги услышали его отчётливо. — Но они забывают, что Тьма — это лишь колыбель, в которой рождаются звезды. В бой.

Битва началась с грохота, от которого содрогнулась сама земля.

Стрелы эльфов взмыли в воздух, превращаясь в тучу, затмившую небо. Когда армии сошлись, поле превратилось в бойню. Скрежет стали о латы, крики умирающих и магические вспышки создали невыносимый гул.

Первыми столкнулись авангарды. Орки, издав дикий, утробный клич, врезались в ряды даргатанской пехоты, сминая первые ряды щитов своей чудовищной массой. Но фанатики не дрогнули. С безумными улыбками на устах, шепча имена своего божества, они рубили зелёнокожих гигантов, не обращая внимания на смертельные раны. Светлые эльфы Даргатана выпустили залп стрел, усеяв небо светящимися искрами, но в тот же миг ответный ливень из черных, обвитых тёмной магией стрел от эльфов Астерры обрушился на их головы, пробивая доспехи и прибивая фанатиков к земле. Но даргатанцы не отступали — раненые, пронзённые копьями, они продолжали рубить врагов, шепча молитвы на устах, уверенные, что смерть в этом бою открывает врата рая. Тёмные маги Астерры поливали ряды верующих дождём из кислотных сгустков и черного пламени, но набожные воины шли вперёд, защищённые молитвенными щитами жрецов. Вампиры вихрем проносились сквозь ряды рыцарей, оставляя после себя лишь обескровленные трупы, в то время как оборотни рвали когтями благословенные латы, но на их место вставали новые бойцы, движимые слепой верой.

В небе тоже разразился бой, всадники на грифонах Даргатана сошлись в бою с воздушными кавалеристами Астерры, что восседали на вивернах.

Некроманты Алексея поднимали павших воинов Даргатана, заставляя их оборачивать оружие против своих бывших братьев. Но даргатанцы были страшны в своём фанатизме. В ответ фанатики Галахада, выкрикивая молитвы, использовали святую воду и амулеты, превращая нежить в прах. Ослеплённые религиозным экстазом, они рубили нежить с удвоенной яростью.

* * *

Павшие в первые минуты боя солдаты Даргатана начали подниматься, их глаза горели синим пламенем. Фанатики вскрикнули от ужаса, видя, как их братья по вере обращают мечи против них же.

— Кощунство! — Взревел один из паладинов Даргатана, но его крик оборвался, когда наг, проскользнув под копытами коня, одним молниеносным движением пронзил его сразу двумя клинками.

* * *

Наги, используя свою скорость и невероятную гибкость, делали смертельные выпады своими копьями, обвивая хвостами целые отряды врагов и ломая им рёбра, пробивая бреши в строю врага, обрушивая на рыцарей ядовитые клыки и стальные мечи. Но на их место вставали новые фанатики с горящими религиозным экстазом глазах и молитвами на губах.

С флангов ударили оборотни. Они сбросили человеческий облик в разгар бега, превращаясь в огромных зверей, закованных в специально подогнанную броню. Они не просто убивали — они вносили хаос. Их зубы прокусывали стальные шлемы, а когти разрывали кольчуги.

Это была бойня небывалых масштабов, превосходящая даже битву в Долине Плачущих Ив. Кровь рекой текла по выжженной траве, смешиваясь с грязью и прахом. Ни одна из сторон не собиралась отступать. Никто не просил пощады. Никто не собирался отступать.

Алексей и Галахад наблюдали за бойней с вершин холмов, стоя друг напротив друга через задымленное пространство кипящего боя. Между ними лежал ковёр из павших тел, но они словно не замечали хаоса вокруг. Их взгляды встретились сквозь пелену дыма.

Это был молчаливый договор. Судьба этого мира не могла быть решена гибелью тысяч солдат.

Галахад сделал шаг вперёд, его золотые доспехи сияли. Он поднял свой сияющий меч и указал им прямо на императора Астерры.

Алексей медленно, без единого лишнего движения, двинулся навстречу. Его армия расступалась перед ним, склоняя головы: орки рычали в знак уважения, некроманты опускали посохи, а оборотни провожали его взглядами хищников. В его правой руке покоился полуторный меч, покрытый проклятыми знаками и благословениями тёмных богов, а в левой, скрытой от глаз под плащом — кинжал, полученный им от Повелителя Пучины.

Два правителя сошлись на нейтральной полосе, в самом сердце заваленного мертвецами поля. Вокруг них продолжали стонать раненые и лязгать клинки, но пространство вокруг императора и бога оказалось свободным от помех ристалищем.

— Ты привёл сюда монстров, чтобы разрушить порядок. — Пророкотал Галахад. Его голос дрожал от праведного гнева. — Именем Света я предам тебя огню.

— Свет, лишённый тени, ослепляет, Галахад. — Ответил Алексей, смотря прямо в его сияющие глаза. — Ты не спасаешь мир. Ты хочешь построить кладбище и назвать его раем. Твоя «святость» — это лишь тишина кладбища, где никому не позволено дышать иначе, чем ты велишь.

Галахад не стал отвечать. Он бросился вперёд, его меч описал в воздухе ослепительную дугу. Удар был такой силы, что, если бы Алексей не уклонился, его плечо было бы отсечено вместе с рукой.

На секунду их лица оказались так близко, что Алексей мог разглядеть безумный, фанатичный блеск в глазах правителя Даргатана.

Начался танец смерти. Звук сталкивающегося металла напоминал погребальный звон.

Алексей совершил обманный выпад, вынуждая Галахада подставить бок, и резко выбросил левую руку вперёд. Кинжал со свистом рассёк воздух и с лязгом ударился о наплечник правителя Даргатана. Клинок высек искры из доспеха, но лезвие скользнуло, не пробив сталь.

Галахад рассмеялся, его лицо исказилось в фанатичной ухмылке. Он рванулся вперёд, нанося сокрушительный вертикальный удар. Алексей принял этот удар на гарду меча, прогнувшись под нечеловеческой тяжестью.

Алексей снова выбросил левую руку. Второй удар кинжалом был нацелен в сочленение доспеха на животе. Но Галахад, проявив невероятную реакцию, убрав одну руку от рукояти своего двуручника и на лету отбил лезвие своей перчаткой, металл которой был зачарован молитвами, и оттолкнул Алексея от себя.

Оба тяжело дышали. Пот и грязь смешались на их лицах.

— Это конец, император. — Выдохнул Галахад, поднимая меч для последнего удара.

— Конец для того, кто слишком верил в свою непогрешимость. — Спокойно ответил Алексей.

Галахад вновь сделал резкий выпад, открываясь для финта. Это была его единственная ошибка — ошибка бога, привыкшего, что враг дрожит перед его величием. Алексей не стал защищаться. Он сделал шаг внутрь защиты Галахада, игнорируя лезвие, которое лишь оцарапало его щеку.

Человек повернулся боком. Левая рука Алексея, державшая кинжал, метнулась вперёд. Металл не искал встречи с толстой сталью доспеха. Он искал уязвимость, и прошёл в узкую щель пластинчатого горжета, там, где пластины доспеха были наименее плотно соединены — небольшой зазор, оставленный для подвижности. Клинок проскользнул сквозь этот зазор, словно змея, проскользнувшая между камнями, и погрузился в мягкую ткань под доспехом, глубоко в шею Галахада Светозарного, перерезав сонную артерию

Время будто остановилось. Галахад замер, его меч выпал из ослабевших пальцев, глухо ударившись о землю. Его руки потянулись к горлу, из которого, толчками, начала вырываться ярко-алая кровь. Его глаза, ещё мгновение назад горевшие фанатичным огнём, начали тускнеть, наполняясь осознанием и бесконечной пустотой.

Солдаты Даргатана, увидев падение своего живого бога, замерли в немом ужасе. Их вера, рассыпалась в прах. Те, кто не бросил оружие, были быстро смяты орками, оборотнями и нагами.

А потом кинжал треснул.