Мы ещё четыре раза вступали в бой. Во время второго раза я уже следил за происходящим, а третий и четвёртый пропустил, занимаясь своими делами в лаборатории и мастерской. Все четыре раза мы вламывались в космическое сражение и подавляющей силой нашего огня — сносили передовые силы противника — во второй раз это были тираниды — которым мы не только вломили звиздюлей, но и закинули вирус генетической дегенерации. Который использовал их силу — пластичный геном, против них самих — и с каждым новым поколением заражённые тираниды становились слабее и нежизнеспособнее — мутировали отнюдь не положительно — у кого две головы, у кого лап втрое больше, чем надо, а большинство рождалось сразу мёртвыми.

Вирус мгновенно распространился по их капиллярной сети и представлял из себя не биологическое оружие, а скорее технобиологическое — благодаря размеру вируса — им не удалось выработать иммунитет совершенно. Вот только наблюдать за всем этим я мог из своей каюты, получая на нейроимплант записи отправленных на планету бойцов — после того, как их кораблю-улью были подсажены снаряды с вирусом — который стремительно распространился даже сквозь антимикробные мембраны — рой начал стремительно хиреть, терять боеспособность — и люди на планете устроили тиранидам бойню. Их оружие — стало их погибелью — сбрасывая споры, они лишь способствовали распространению вируса, который губил саму их суть — нарушая их ДНК, используя его пластичность для спонтанных и дестркутивных мутаций.

Добивали их уже гвардейцы — веселясь от того, как эти хромгаунты, казавшиеся непобедимыми — были слабы и уродливы — практически корчились в муках, ожидая, когда их прибьют.

Испытание оружие против тиранид прошло успешно, гигантский биокорабль тиранид, получивший в бочину торпеду с вирусом — начал заращивать повреждения, и тут он сам начал мутировать — его ткани покрылись наростами, опухолями, он заболел. Вирус распространился по всему организму, и сканирование показывало, что очаги деформации ДНК — в виде опухолей, нежизнеспособных или нефункциональных тканей — росли везде. И убивали его, очень быстро убивали.

Заражённая мегатварь вступила в последний бой с нашим кораблём — и проиграла — выстрелы из соларитового орудия сожгли её изнутри, вереница торпед влетела в раны и взорвали эту дрянь изнутри, превратив в дрейфующий в космосе комок заражённой плоти, постоянно мутирующей под действием вируса и её ДНК распадалась — превращая её в желе.

Последний из серии боёв — произошёл, когда я очнулся от долгой работы над собственным проектом и приказал лететь в сегментум темпестус — мы получили панические вопли о помощи с планеты, и так как кроме нас прибыть срочно никто не мог — мы немедленно полетели туда.

И вышли на орбите мира, который осаждали космические войска хаоса — всё повторилось — огромная мощь корабельных орудий разрывала линейные корабли вместе с пустотными щитами, батареи нова-пушек — по три штуки на башню — устроили им настоящую массированную бомбардировку, средний калибр — вёл ураганный огонь по мелким кораблям противника — после зачистки орбиты — я приказал высадить на планету пять сотен сороритас — в полном боевом облачении и столько же боевых роботов, предназначенных для ликвидации сил хаоса. И началось…

* * *

Ещё один космодесантник пал — выстрел из соларитового излучателя одной из сестёр битвы оказались для него смертельными. Он проделал на его броне сияющие полосы прожжёного керамита — но не убил сразу — и чумной десантник пытался напасть на меня сзади — окружающая меня сила света жгла его — но он преодолевал и рвался вперёд, с уродливым цепным мечом — я же был занят тем, что убивал его дружков — и рядом просвистела одна из сестёр битвы, её меч, управляемый мыслью — вонзился в спину космодесантника — но даже это его сразу не убило — а когда меч его располовинил от груди и ниже — тот подох. Я был в закрытой боевой броне и поливал плазменным огнём противников из плазмомёта. И рванул вперёд — на демона, который вылез из варпа и шёл на людей — обречённых стать его добычей и стать чумными тварями. Меч демона был остановлен моим — и я сконцентрировал большую психосилу — удар — и демон заорал — его душа начала в мучениях таять и сгорать. Ещё один удар — и его голова отлетела от туши, а душа разорвалась.

Гвардейцы, которых я невольно спас — смотрели на меня с обажанием и шоком. Я развернулся и рванул в сторону сражающихся — в полёте выстрелил из плазмомёта в режиме выжигания — сгустки плазмы по параболической траектории полетели, но космодесантники хаоса уклонились от них — тогда я спикировал к ним, нанеся удар психической мощью — варп вокруг вскипел и простые смертные попадали в обморок — а я включил боевой режим архонта.

При этом мозги вышли на полную мощность, едва ноги ступили на землю — рванул в сторону врага и разрубил его пополам сияющим от псионической силы мечом — разрезая его душу, следующий — развернуться и резануть по голове — снося её вместе со шлемом и частью доспеха, и дальше… Нейроинтерфейс показал мне тактический анализ поля боя — где кто находится, какое у кого оружие — перед нами были чумные демоны и десантники нургла. И их было много — в том числе культисты — тактический модуль выстроил идеальную траекторию боя, как я должен двигаться, чтобы быстро уничтожать врагов — и я последовал на этот раз подсказкам собственного мозга — рванул в ближайшего космодеса и вонзив ему меч в шлем, — отпрыгнул к следующему, резанул его в полёте, совершая сальто назад, и приземлившись на плечо третьего — вонзил меч ему в стык между шлемом и доспехом — поток плазменного разрядника ворвался под доспех и выжег изнутри всё, заставив внутренности космодесантника зажариться. Ещё один рывок — и я кидаю его тушу в следующего — который стрелял в меня из болтера — и пока он отвлёкся — я срубаю голову ещё одному, совершая резкий разворот, и выходя из этого пируэта — сношу ещё две головы, используя клинок из левого наруча и меч — прыжок к следующему, ускоренный грави-манипулятором в броне — и я рассекаю его пополам, скорость у них во время моего ускорения такая, что они кажутся медленными тяжёлыми черепахами — простые смертные же вообще никак не могут уследить.

Следующая группа чумных десантников — лишается голов — я нанёс удар одному, нырнул под медленный удар цепным мечом другого, взмахивая клинком и вонзил его в шлем третьего, снова включив плазменный разрядник — выстреливший во врага испепеляющий поток мельта-заряда — его голова испаряется. Ухожу вбок изящным движением, срубая голову ещё одному и ловко нырнув под клинок — ударяю клинком на левом наруче, вспарывая его уродливое чумное брюхо клинком, ещё один пытается меня ударить силовым мечом — но я быстро рванул в сторону и одним молниеносным ударом сношу ему голову, прыжок назад, резкий уход вниз и танец продолжается — враги умирают один за другим в невероятной скорости, а я наслаждаюсь своей ловкостью и силой — их выстрелы застревают в силовом щите моего доспеха — кружась между противниками, наношу короткие обезглавливающие удары, унося их жизни и уничтожая души, одну за другой — и продвигаясь дальше и дальше.

Их было много — среди них были демоны — которые получив удар мечом, подыхали и рассыпались пеплом. Скорость нарастала — я помогал себе крыльями, чтобы двигаться в вязком воздухе — и перекатившись, вонзил клинок снизу-вверх бойцу в терминаторской броне и метнул его в сторону чумного дредноута — меч вонзился прямо туда, где должен быть космодесантник. Я прыжком оказываюсь на рукояти меча, вставая на ней и достав второй пистолет, стреляю в тех, кто повернулся на шум и сверкание пролетевшего меча — их головы мгновенно испаряются. Меч вылетает из чумного десантника и я ловлю его в воздухе, в прыжке, и камнем рухнув вниз — продолжаю кружева и танец подыхающих хаоситов. Резня продолжается!

Переходим от стиля арлекинских танцев к стилю грубой силы! Теперь я разносил врагов одного за другим мощными ударами меча, не утруждая себя сложными акробатическими трюками — по скоплению было ударено пиромантией — огонь варпа такой силы, что сжигал их души — и целое отделение чумных десантников с визгом подохло.

Поле боя было усеяно их трупами, источающими заразу.

— Сёстры битвы, отступайте. Доспехи «Искоренитель» в бой!

На поле боя показались испепелители. Их броня имела маленькую особенность — в виде излучателей плазмы — а вокруг них установилась адская печь — купол силового щита, в котором вокруг кружились вихри плазмы, сжигающей всех, к кому они приближались — несколько чумных десантников пытались вступить в бой — и поверхность их брони раскалялась до тысячи градусов — они выдерживали, но вот наросшая органическая часть их брони сгорала — испепелители сжигали всё вокруг себя — вокруг каждого была мёртвая зона, где вихрем бушевала плазма. Орчатина особо не любит этих бойцов — демоны, попавшие в плазменный ветер сгорали на глазах — а космодесантникам пришлось несладко — силовой купол задерживал удары дальнего боя — болтерные заряды в нём зависали и взрывались, врезавшись в силовой купол. Заодно строй испепелителей — выжигал заразу, которая распространялась над полем боя. Плазменные заряды, которыми они стреляли — разносили доспехи чумных десантников — если чумная сволочь была в поле испепеления — то плазма температурой в тысячи градусов врывалась через любую прореху в броне и превращала всё внутри доспеха в уголь, с диким криком они сгорали.

Куда больше эффект был от моего удара святости — засияв словно электрическая дуга, я распространил вокруг себя кольцо освящения — и попавшие под удар чумные твари заорали от невыносимых мук — без варпа их тела — умирали очень быстро, из-за того, что были просто нежизнеспособны. В этом вечно гниющем трупе жизнь поддерживалась только силами нургла — если подавить их своей — они подыхали в страшных мучениях — что и должно было с ними произойти.

Мелкие демоны просто испарились, вместе с их душами — остались трое больших — огромных слизняков, которые напали на меня как на главную цель.

Я нанёс удар сияющим лучом первому — и его сущность мгновенно была разорвана — двое других не сбавили ход — у них не было шанса вернуться. В одного из них открыли огонь мои девки — сразу две дюжины волкитных лучей ударили по крупному демону — лучи оставляли на его гниющей огромной туше борозды выжженной плоти и прорываясь внутрь — выжигали всё. Один из испепелителей переключил плазмомёт в режим выжигателя и закидывал демонов плазменными зарядами — это было для них крайне болезненно — один из двух оставшихся демонов держался под таким обстрелом, а второй — рвался на меня, и я получил от него удар — но ударил его в ответ. Он не смог разрушить защиту — силовые поля, броня, несокрушимое тело — выдержали удар — а вот демон… сияющий клинок прочертил на нём рану, и демон взревел от отчаяния. Рана была смертельной для его души — и шанса исцелиться от неё уже не было — он был обречён.

Не будет никакого возрождения, никаких вторых шансов, ничего такого — первого демона между тем уже стремительно убивали мои боевые бабы. Они не приближались в ближний бой — но теперь в него выстрелил шагоход «Эверест», из мегаволкита — огромной мощи сияющий луч пробил защиту твари и я чувствовал, как она изнутри запекается, превращаясь в дым — волкитный луч заставил демона зажариться изнутри, но главное — это моя сила, которая атаковала его душу — и не давала нурглу получить её. Удар со всей силы — и ещё один луч ударил в него, испепеляя уже душу твари.

Хотя и волкитный выстрел его мог бы изгнать.

Это был очень могущественный демон — самый большой из трёх — и самый опасный — поэтому по нему стали палить. Выстрелы сотен болтеров и винтовок были ему нипочём, но от излучения соларитового оружия не так то просто защититься — я сконцентрировал в ядре оружия силу святости, и само оружие благословил, так, что оно светилось в темноте золотым светом — и луч из него был особенно смертелен против демонов.

Золотые лучи покрыли шкурку твари множеством ожогов. Испепелители рванулись к этой твари, поверженной, и полили её из плазмомётов испепеляющей плазмой — превращая тушу демона в прах.

Наконец, я огляделся — бой получился знатным — ядро армии врага было уничтожено — артиллерия грохотала где-то далеко, а спустившийся вниз к планете мой корабль Хрен Попадёшь — из своих турболазеров и масс-драйверов расстреливал как орудие тяжёлой огневой поддержки, место где кучковались культисты.

Шагоходы уже перешли к стрельбе по позициям врага — разрушая их укрепления и уничтожая потоками плазменного огня целые здания, в которых культисты делали себе штаб.

Мы были в цивилизованном городе — который захватили культисты. Культы здесь процветали — хотя казалось бы, планета плюс-минус нормальная — но вот нате ж. Несколько городов были захвачены культистами.

* * *

Военная кампания оставила тягостное впечатление. Золотой Свет обладал естественным эффектом очищения — он уничтожал заразу варпа — но при этом — я не мог очистить всё, что вообще было — и планета была если не захвачена хаосом — то сильно от него пострадала. А ведь ещё сохранялась угроза орков и тиранид!

Я отправил своих девочек, распределив их по подразделениям и ротам — на зачистку городов этой планеты — с поддержкой в виде шагоходов и боевых роботов.

Эта планета была больна. Эта планета была заражена хаосом — бесчисленное количество людей болело — это был богатый и очень цивилизованный по меркам империума мир, избежавший участи стать ульем или добывающей колонией. Это мир-сад, как их называли раньше — терраобразный мир, в котором в балансе находится всё — сельское хозяйство, добыча ископаемых, экология, ловля рыбы в океане и выращивание пшеницы на полях, поезда ходили по всей планете, даже своя добыча прометия была. Мир самодостаточный и поэтому цивилизованный — но именно поэтому здесь было много людей, культу механикус не хватало индустриального потенциала, военным — стратегического положения, а аграрному корпусу администратума — не хватало посевных площадей, чтобы сделать из планеты агромир.

Именно поэтому планета стала райским уголком. Было обидно, что всё так вышло. А могу ли я распространить свою «благодать» на весь мир? Обида за людей была велика — я сформировал золотое свечение в виде нимба над головой, раскинул крылья и начал втягивать в себя энергию веры и энергию варпа — превращая их в золотой свет. Те, кто был внизу — оказались закрыты моей защитой — иначе близость ко мне свела бы их с ума от фанатизма и веры — я втягивал золотой свет и преобразовывал варп, используя всю мощь зетта-плюс псайкера — золотое свечение образовало вихрь вокруг меня, и проходя через меня приносило видения — я видел молящихся — мириады молящихся людей, которые стояли на коленях, храмовые миры, фанатиков…

Это остаточный эффект от психо-силы — никакой божественности в этом нет — если впитываешь их молитвы и их веру — то с ними приходит и «запах» этой силы — но главное была моя собственная — душа псайкера зета-плюс уровня — это нечто невероятное. Император был сильнее — но я был псайкером уровня намного выше альфа-плюс и более сильных — ещё немного и я не сумею существовать в материальном мире — существа выше уровнем — это вихрь могущества в эмпиреях, который не может попасть в материум.

Вокруг образовался ураган, который был хорошо виден из космоса — как огромный циклон — тайфун, в центре которого били золотые молнии. Ещё немного — и будет оно. Я напрягся что есть силы — мощь ощутил такую, будто вся планета была у меня в ладонях — казалось, законы физики можно вертеть на одном органе — я достиг уровня почти как Рамзес, который однажды просто перетащил через варп целую планету силой своей воли.

Сияние становилось ещё сильнее, ещё сильнее закручивался ураган — из космоса было видно, что он накрыл целый континент — и я его ощущал тоже — сила золотого света собралась и в следующее мгновение — я применил навык. «Очищение», или «Анафема» — мощная способность дисциплины света — которая очищала мир от хаоса и скверны, выжигая ростки ереси и касания варпа — нечто подобное мог бы сделать какой-нибудь могущественный демон, разом заражая хаосом целую планету. Я делал наоборот — мощь вырвавшейся пси-силы была такова, что всколыхнула завесу имматериума, культисты на всей планете заорали от боли и отчаяния, умирая в страшных муках и загораясь пламенем варпа — пламенем, которое имело золотое свечение и испепеляло их души. Волна золотого света прошла по целой планете, словно ударная волна от огромного взрыва — и накрывала целые города, поля, достигала глубин океана. Золотой свет стал ещё мощнее, прокатившись между континентами и обойдя всю планету, покрыл её на мгновение, а потом погас, оставляя на планете лишь лёгкое свечение.

Сила, которую здесь приписывают императору — вспышка была такой силы, что на мгновение должно быть была видна всем астропатам и навигаторам, подобно свету астрономикона, но сияла недолго — минуту, после чего погасла.

Я почувствовал себя выжатым и медленно спустился вниз — крылья уже не держали, поникли, и меня вниз опустили гравитаторы брони. Я опустился на рокритовую дорогу, над которой и происходило это всё, здесь же сидели мои боевые бабы, а так же многочисленные воины империума, которые участвовали в сражении — в том числе и три полка гвардии. Я устало выдохнул, снял шлем и сел на ближайший парапет разрушенного фонтана, опустив голову. Это было… невероятно утомительно!

Хоть я и защитил этих от влияния Света, но это не могло на них не сказаться — вспышка такой силы, что ощущения должно быть сильнее, чем от императора. Клементина и её сёстры первыми ко мне приблизились — за их спинами были бойцы и офицеры гвардии, которые принимали участие в сражении.

— Святой…

— Мьод мне!

С корабля отправили телепортатором Мьод — большую кружку. Я её тут же опрокинул в себя и откинул назад в фонтан.

— Это было крайне утомительно.

— Вы явили нам истинное чудо, Святой! — сказала Клементина, бахнувшись на колени и едва не заплакала от религиозных чувств.

— Это псайкерская способность, созданная императором. Называется «Анафема» — выжигает скверну хаоса, — я потянулся, — но анафему такой силы наложить может разве что император, и пойти дальше. Мне нужен отдых. Да и… — я посмотрел на офицеров гвардии, — готовьтесь встречать гостей.

— Гостей?

— На краткий миг — несколько секунд — эта планета сияла в варпе ярче, чем астрономикон. Должно быть, этим заинтересовались все, кто видел вспышку и прилетят посмотреть, что это тут такое происходит! Рассказывайте версию Клементины — святой, чудо, всё такое… этот мир очищен от скверны полностью — здесь не осталось ни культистов, ни артефактов, ни хаоситских выродков, ни демонов, ничего, — я поднялся, чувствуя, как восстанавливаюсь, — а мне нужно ещё бахнуть мьоду покрепче и поспать.

* * *

ДЁРУ!

Пока не налетели эклезиархи — как пчёлы на мёд — я дал дёру подальше отсюда — и вернулся к проблеме увеличения численности астартес — в этот раз решив набирать новых рекрутов в новом сегментуме — и набирать их из представителей не только гвардии, но и флота — для чего я прибыл к базе флота сегментума — это была планета-база, окружённая множеством космических станций.

На этот раз я пригласил к себе командование флота — не всё, а только главнокомандующего, и на два часа — чтобы не отвлекать его от важных дел. Это был мужчина низкорослый, коренастый, с военной выправкой и в вычурном мундире с многочисленными регалиями, выглядящий ну очень представительно! Он даже по меркам людей был низкорослым — но его взгляд был очень твёрдым, как кремень. Он представился, сел за стол, куда его пригласили.

— Святой, позвольте поблагодарить за вашу помощь — мне сообщили, что ваш корабль не раз спасал наших людей.

— Было дело, я путешествую по поручениям Императора, но если на пути встречаются враги империума — не могу же я их пропустить? Я рад, что смог вам помочь.

— Что за дело у вас было к имперскому флоту?

— Очень важное. Мне нужны люди и я хочу создать авиацию.

— Кхм… не совсем понял вас.

— У моего корабля есть прекрасные производственные мощности — которые позволяют производить самые мощные и передовые системы вооружения — многие из которых не могут производить в империуме вообще. И вот я задумался об ударных возможностях — нужны истребители, штурмовики, и так далее — авиация, проще говоря. Для космических и планетарных боёв. Для завоевания и реализации господства в воздухе. У меня есть некоторое количество космодесантников и техники для них — но это ничтожно мало — в своих операциях я хочу полагаться на мощные ударные соединения авиации.

— Понял вас! Вам нужны пилоты.

— Но не каждый, ведь я хочу обратить пилотов в астартес — что сильно повлияет на их жизнь. Я хочу создать ордена космодесанта, которые занимались бы только воздушными боями и бомбардировками, а не наземной войной. Я предоставлю им лучшее оружие, лучшие штурмовые и истребительные машины, которые есть — с самым мощным вооружением. Это касается модернизации уже имеющихся СШК перехватчиков и СШК, которые до сих пор не были найдены марсианами.

— У вас такие есть?

— Конечно. Но эти перехватчики и истребители должны пилотировать модификанты — обычного пилота такие перегрузки убьют — они чудовищно быстрые и вёрткие.

— И у вас есть возможность производить свои самолёты?

— Конечно. И очень хорошая — поэтому я могу помочь вам, а вы мне. Мои мастерские на корабле могут произвести тысячи самолётов, пока мы ведём дела — и отгрузить их вам — челноки транспортные, космические, штурмовые, истребительные, и многое другое. Боекомплект, оружие, двигатели, запчасти для авиации и кораблей — всё, что вам будет нужно.

— Звучит фантастически, но я вам верю.

— Я пробуду здесь недолго и заберу очень немногих — не несколько миллионов человек. Я отберу всего несколько тысяч — чтобы сформировать из них истребительно-бомбардировочные ордена астартес, сделанные с упором на бой в атмосфере и космосе, штурмовые и бомбовые удары по врагу. При этом я постараюсь создать и отгрузить вам как можно больше матчасти — вам она понадобится. Двигатели, детали, компоненты, истребители, бомбы, в общем — всё, что только нужно. Создавайте аварийные запасы — скоро они вам понадобятся.

— Хорошо, Святой.

— Запасайте всё, что мы отгрузим.

В списках на отгрузку значились — провизия в аварийных рационах и космопайках, оружие, броня, медикаменты — особенно много медикаментов всех видов и типов — тысячи тонн лекарств, которые будут нужны не только здесь, но и по всему сегментуму.

Изготовители вот уже неделю как синтезируют лекарства — раненых будет много, ну и запчасти для самой разной техники — особенно дефицитные…

* * *

Численность авиации росла как на дрожжах, к вящей радости командующего авиационными силами корабля — это был тоже суровый имперский вояка, который перестал меня третировать и жаловаться — первая партия в пять тысяч боевых машин — его порадовала.

Дальше было только больше — под авиацию было выделено два больших отсека — лётные палубы — это сто ярусов, каждый из которых — учитывая, что отсеки «узкие» — шириной всего в три километра, помещалось по тысяче боевых бортов.

То есть по штату у нас было двести тысяч боевых летающих машин — размерностью от истребителя до тяжёлого десантного корабля — который возил на планету крупногабаритную технику.

Основной машиной был «Грозовой ворон» и «Коготь бури». Коготь бури — это сравнительно небольшой штурмовик, имеющий на вооружении ракетные установки с НУРСами и штурмовую пушку — которую я из оригинального чертежа убрал нахрен — заменив её на масс-драйверное скорострельное орудие авиации, используемое в военных технологиях федерации. Он стрелял куда мощнее, и при этом питался от реактора и имел почти безграничный боезапас. Потом — система саморемонта нанитами — которая была необходима в любом бою, укреплённая броня…

А нашу бомбардировочную авиацию представляли собой модифицированные грозовые ястребы — в которых десантный отсек заменён на ракетный — которые несут большое количество — до восьмидесяти тонн — бомб и ракет. И могут сбросить весь этот груз на головы врагов.

Венчал эту троицу «Огненный Хищник» — тяжёлый штурмовик, предназначенный для длительного долбления врага с воздуха, и при этом великолепно вооружённый для маневренного боя — на нём установлены башенки с турелями масс-драйверов и лазерного оружия большой мощности. Их добавил я — вдобавок к уже имеющемуся оружию — и они могли сбивать врагов, пытающихся атаковать Огненного Хищника.

Я лично сходил на лётные палубы — увидев стройные ряды штурмовиков — хищные птицы стояли одна к одной — и их ряды уходили вдаль — это была очень и очень неплохая авиационная команда.

В конечном счёте — у меня на вооружении появилось тридцать тысяч штурмовиков, двадцать тысяч «Громовых Ястребов» и пятьдесят тысяч Огненных Хищников, это из основного парка — ещё три тысячи десантных шаттлов, способных нести десант.

Вроде бы огромное количество — но если вспомнить, каких масштабов тут достигали битвы… это не так уж и много — это просто нормально.

Командующий авиации разделил пилотов по тысяче штук — как положено по кодексу — в ордена, и каждый из орденов занял свой ярус — имея в этом ярусе всю необходимую инфраструктуру — в том числе техобслуживание, казармы и так далее. Сто ярусов — сто орденов — по тысяче астартес в каждом.

И это не считая многочисленные войска поддержки и техобслуживания — позволяющего действовать всей этой орде — бесчисленное количество роботов-рабочих, рабочих-слуг, которые занимались подвозом боеприпасов, техобслуживанием самолётов, даже ремонтом.

Возможность опробовать авиацию представилась мне гораздо раньше, чем я бы хотел…

* * *

— Что, мать вашу, происходит? — спросил я недовольно, получив от астропатов сообщение, что в галактике началось что-то. Астропаты были в панике — даже я через варп слышал стон и рёв — происходило что-то нехорошее. И это было чем-то огромным — я ощутил это.

Пока я возился с комплектованием легиона космодесанта — пропустил все новости — в частности — из ока ужаса начало тянуть хаосом — и не нужно быть особо сильным псайкером, чтобы понять — началось!

И вместе с этим империум начал распадаться на части — в варпе начались шторма, не такие, чтобы навигация остановилась на две тысячи лет — но всё равно очень непростые шторма. Демоны вылезали по всей галактике — астропатические вопли о помощи приходили отовсюду — буквально отовсюду.

Я позвал всех, прочитав сообщения астропатов. Каин пришёл в мои покои первым — а с ним Селара, Клементина, даже Фелиция и конечно же Дионисий.

— Господа, я созвал вас, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие, — начал я, — началось.

— Что началось? — Каин испугался.

— Полномасштабная жопа. Грандиозная полномасштабная жопа! Астропаты вопят с сотен планет, которые подверглись атаке сил хаоса. Грань между материумом и имматериумом истончилась — образовался разрыв в варпе, имматериум штормит так, что навигация возможна с большим трудом. Мне пришло сообщение от командования флота сегментума Обскурус. Кадия Пала.

— Спаси нас всех Император! — выругалась Клементина, — Не может быть!

— Да, эти пидоры врезали в неё огромную чернокаменную крепость. Разрушили планету, — вздохнул я, — и сдерживания варпа больше нет — пилоны кадии деактивированы. В связи с чем — мы пробуждаем наших космодесантников, всех, готовность к бою номер один — тренировки прекратить, ожидать нападения в том числе на сам корабль. Мы отправляемся на Ультрамар.

— Почему туда? — спросил Каин, — почему не на Терру?

— Мне сообщили, что видели на Кадии святую селестину — и она отправляется на Ультрамар. Силы хаоса тоже отправили туда значительную армию — будет битва, большая битва. Готовьтесь!

— Мы всегда готовы, Святой! — воскликнула Клементина.

— Вот и хорошо.

* * *

— Друзья! — воскликнул я, — воины империума!

В исполинском ангаре выстроились ордена космодесанта. Пять миллионов человек — выстроились в едином построении — все они астартес. Море голов, уходящее, казалось бы, за горизонт, толпа — занимавшая несколько километров.

— Настало время больших испытаний для империума. Эпоха раздора! Кадия Пала. Хаоситы врезали в планету чернокаменную крепость и разрушили планету — Кадианцы эвакуировались. Хаос наступает по всем фронтам! Но мы были готовы к этому — нас пять миллионов астартес — больше, чем когда-либо собиралось вместе за всю историю — даже во время триумфа на улааноре — собралось вместе всего два миллиона! Мы несокрушимая армия, которая может уничтожить кого угодно! С нами технологии тёмной эры, с вами святой — то есть я, и вместе с нами — Император!

Каин засранец, сказал, что нужно сделать большое построение и всем объяснить — в торжественной обстановке. Что я и делал сейчас.

— Мы начинаем уничтожение хаоситов, друзья! Мы победим в этой битве, эта отрыжка варпа, посмевшая смотреть на человечество как на корм — будет уничтожена! Это наши планеты, наши люди, и наша земля — кадия пала, но мы стоим!

Каин, сволочь, за такую пафосную речь я ему ещё припомню…

— Комиссар… вам слово.

А вот Каин взял слово и начал говорить коротко, по делу и заряжая солдат уверенностью в победе.

Наш отсек с космодесантом не рассчитан на такое количество бойцов — но мы обрушим на силы хаоса всё, что у нас есть — и началось…

Я поспешил скрыться, благословив всех, используя псайкерские навыки — мощная волна света прошла по всем, вызвав у людей радость и лёгкость.

* * *

— Доклад!

— Мы вышли в системе Макрагг! — сказал капитан, — ведём бой.

Я даже без его слов видел, что это был кошмар, полнейший — корабли империума вели тяжелейший бой с армадами хаоса — и наш корабль оказался как никогда кстати. Мы открыли ураганный огонь, разнося корабли хаоса один за другим — те палили в наш.

И это продолжалось уже двадцать минут — мы разнесли в пух и прах больше пятидесяти их кораблей — но их были сотни. Обстрел с дальних дистанций, некоторые подходили близко — их тоже уничтожали — начался форменный космический бой — и наш корабль в нём принимал живейшее участие. Бой я доверял капитану — он анализировал тактику и стратегию противника — и давал команды экипажу и ВИ, склонившись над гололитом — множество офицеров мостика тем временем контролировали оружие корабля. Волкитная пушка стреляла по готовности — с каждым выстрелом унося жизнь ещё одного крейсера или линкора хаоса.

Самое главное — мы выбили восемнадцать линейных кораблей противника. Я, поняв, как складывается расклад сил, повернулся к капитану.

— Кэп, дайте ещё несколько залпов по врагу, и летим на макрагг — начинаем процедуру высадки.

— Святой? — он недоумённо на меня обернулся.

— Мы выбили все линкоры противника. Империум имеет тотальное преимущество в огневой мощи, сами посмотрите — они уже теснят врага.

— Понял, Святой. Приступаем к процедуре десантирования! Выход на орбиту Макрагга!

Я поднялся и вышел, мысленно соединившись через имплант с громкоговорителями в отсеках с авиацией и отсеках с космодесантом.

— Внимание всем! Мы начинаем десантирование на Макрагг! Планета завалена силами хаоса. В операции участвуют только ордена, определённые как команда высадки нашего корабля — авиации — приступить к уничтожению противника в небе! После завоевания господства в воздухе — к штурмовым и бомбардировочным операциям! Космодесанту — приготовиться к высадке. Возьмите всю тяжёлую технику и оружие, какое сможете — это будет тяжёлый бой!

И началось. На всех палубах космодесанта началось форменное безумие — они забегали, засуетились. Я сам пошёл к зоне высадки — пришлось лететь туда по коридору, так как пешком слишком долго — и долетев, спустя пятнадцать минут полёта — оказался среди своих телохранительниц. Они уже ждали меня и ждали приказов.

— Святой… мы готовы!

— Клементина, — кивнул я, — Брат Гуньяр…

— Мы не останемся на корабле, Святой, даже не проси! — сказал он, — такая сеча хорошая! Погнали!

— Ладно, Гуньяр, но если твоя супруга тебе потом шею намылит — не вали на меня, мол, я тебя заставил.

— Хех, конечно нет!

В этом ангаре уже шли шагоходы, в том числе боевые костюмы — которые погружались на Громовые Ястребы. И я кивнув, пошёл за ними — на Громовой Ястреб.

Каин предпочёл остаться на корабле, а со мной была Клементина и её ближайшие соратницы. Я посмотрел через нейроимплант за тем, что происходит снаружи… Макрагг пылал — крепость Геры была в осаде — а ещё — туда не так давно прибыли люди с Кадии — и среди них Велизарий Коул. Сенсоры корабля уловили его генетическую сигнатуру — а в космосе я видел его «Дух Мщения» — флагман Коула.

— Летим в крепость Геры, к нашему железному другу Велизарию, — сказал я пилоту, — сообщить ультрамаринам, что Кайрос и подмога прибыли!

— Уже сообщили, командир! — отозвался пилот, — готовьтесь, будет трясти немного!

С нашего корабля в сторону крепости геры летели сотни кораблей — это были Громовые Ястребы — с десантом, с техникой, с шагоходами, а так же сотни штурмовиков, истребителей, — целой вереницей летели мы — из ангаров вылетали штурмовики каждую секунду.

Я очень вовремя озаботился авиацией — сопровождали нас больше тридцати штук Когтей Бури — мы летели в аскетичном десантном отсеке и остальные могли через нейроимплант видеть, что происходит вокруг. А в атмосфере планеты происходило вторжение — множество хаоситской авиации участвовало в сражении — это были как предатели на авиации, так и хеллдрейки — могущественные демоны-драконы, летающие по небу — и их были сотни.

— Приказываю — уничтожить хеллдрейков! Массированный огонь из освящённых орудий! — передал я приказ, разглядев этих тварей внизу, далеко внизу. Человеческий глаз так не видит.

Мы снижались, когда битва кипела — и появились очень, очень вовремя — обрушившись с небес прямо на тварей противника — штурмовики и бомбардировщики отбомбились по позициям врага, вступали в воздушный бой. Небо над крепостью Геры горело от взрывов и хеллдрейков, на которых тут же накинулись наши штурмовики — один из них почти вплотную подлетел и высадил в тварь очередь из масс-драйвера практически в упор, и увернувшись, ещё и ракетный залп засадил — хеллдрейк развалился — ракеты были освящены, а ещё несли мельта-заряд, который уничтожал материю очень эффективно. Они были тяжелобронированы, но против освящённой святым мельты — были слабы.

Воздушный бой был грандиозен — а на земле кипели страшные бои — ультрамарины защищали крепость геры, держались линии обороны — и некоторые из наших транспортников направились прямо туда, высаживая космодесант, технику, дредноутов и сбрасывая роботов — прямо на головы сражающимся.

Вдалеке вели бой титаны — их не подпускала артиллерия крепости геры — и по одному из них залепил мой корабль, прямо с орбиты — сияющий, словно солнце, соларитовый луч ударил с небес, пробил пустотные щиты и испепелил вражеского титана, пытавшегося прорваться к крепости геры. А так же огненный вал поглотил всех, кто его окружал — преимущественно хаоситов.

Аппарель открылась — и под нами тоже кипел бой — по корпусу и щитам корабля стреляли, постоянно. Я разогнался и первым выпрыгнул из шаттла, прямо на головы врагов — и сфокусировав свою психическую энергию — вступил в неравный бой. Это было… внушительным.

Мощь ударов была колоссальной — я взял свой любимый меч и пистолет — и бросился в битву — порубив пару демонов при приземлении — и нанёс следующий удар. Битва кипела повсюду — мой мозг успевал анализировать даже такие объёмы информации — и я почувствовал… спокойствие.

Я был как рыба в воде в пылу сражения — всё вокруг стало простым и понятным — и даже родным, мне было так приятно! Я начал свой смертельный танец — но на этот раз по полной использовал силы варпа — чтобы уничтожать души и выжигать их целыми волнами псайкерского огня — кидал во врагов телекинетические лезвия, уничтожал их ударами чудовищной силы — и прорывался в крепость — мы атаковали врага в самой гуще, с тыла.

Началась такая рубка, какой я ещё не припомню — враги были повсюду — демоны всех паразитов — мои девки сорвались с рампы шаттла и тоже вступили в ближний бой — а некоторые стреляли в дальнем — уничтожая демонов. Могучая кучка уничтожала демонов эффективно — благодаря мне и силе святости — свет нестерпимо жарил демонов, оказавшихся близко, ну а я — ринулся в самую гущу боя, и начал свой адский танец в тяжёлом стиле.

Удары сносили сразу целые отряды демонов — скучковавшихся вместе, по тем, кто оставался позади — вели огонь девушки — каждый взмах меча порождал след из золотого сияния, которое проносилось и убивало ещё нескольких — на мгновение мой мозг вышел в тактический режим и я понял, как надо двигаться — просчитал траекторию и проанализировал противников — и начал идти как запланировал — вокруг меня только трупы демонов разлетались во все стороны — двое хеллбрутов — пытались на меня напасть, бежали, но я сжёг их псайкерским огнём — даже дыма не осталось, вспышка и короткий визг сжигаемой души — и всё.

Удары были исполинской мощи — я обрушил его на большого демона, размером с челнок, или даже больше — эта скотина шла позади всех — я рванулся к нему и отразив удар когтями — вспорол ему шею мечом — голова твари взлетела на мгновение, а потом с воем душа разрушилась. Но это было даже не начало — это так, разминка перед боем…

Ну всё. Пора показать этим ничтожествам, что такое настоящий Архонт, ещё и псайкер! Это вам не какой-то космодесантник на скорости — это машина смерти!

И я начал поливать врагов псайкерскими ударами, при этом нёсся сквозь их ряды.

Это было куда больше, чем раньше — с нурглитами — сила кипела во мне и я вошёл в боевое состояние берсерка — мозги работали на полную, анализируя всё вокруг — я отражал выстрелы и сносил головы, уничтожая врагов словно бог войны, спустившийся на землю — с такой силой и скоростью, что казалось между врагами пролетела золотая молния, а потом их головы взлетели в воздух отдельно от тел! Постороннему так бы и показался мой танец — девушки едва успевали просто бежать за мной — и стрелять во врагов, которые образовали вокруг меня большое пустое пространство. Зря. Как только они это сделали — я начал бить мощными площадными псайкерскими атаками — огненный шторм подхватил сразу сотни демонов, сжигая их поганые души и тела — и прошёлся — хеллдрейк спикировал и захотел в меня дыхнуть огнём — я прыгнул в него, вонзил меч в тварь, и она заорала от отчаяния, сгорая в колдовском пламени. Я спрыгнул вниз, хеллдрейк разваливался на части, похожие на соединение из кусков оригами.

Едва ноги мои коснулись земли — я начал атаковать врагов с новой силой и скоростью — нанося псионные удары и удары мечом — уничтожая всех вокруг в идеальном танце с мечом — удары были сокрушительной мощи, и заставляли варп вокруг кипеть от напряжения — ворвался в гущу демонов и начал наносить сокрушительные удары — уворачиваться и бить одновременно, с такой скоростью, что демонам было не угнаться — хотя они пытались — я рассекал их одного за другим — фазовый клинок в наруче много раз обрывал жизни демонов, меч в другой руке — сокрушал их кучами — сияние моих крыльев и нимба над головой только разгоралось с новой силой — и чем больше я дрался — тем мощнее оно было, ворвался в ещё одну толпу — на этот раз на одном из разрушенных бастионов — пронёсся мимо хеллбрута, рубанув по нему мечом — эта тварь сдохла, а я оттолкнувшись от стены крепости — ворвался внутрь — и понёсся дальше — демоны пытались меня задержать любой ценой — и атаковали сплошным потоком — но это было им только хуже.

Битва получилась такая, что я получил истинное удовольствие — мои увороты, прыжки, пируэты — не видели простые смертные глаза — да и космодесантникам уследить было сложно — здесь уже вёлся бой — и мы ворвались в него, даже вломились — и начали биться с демонами.

Ещё один хеллбрут был сбит до того, как я на него напал — на него напал мой истребитель и уничтожил мощными залпами ракет.

Демонов было ещё полно — они прорывались через тела множества космодесантников — в святилище, где был Жиллиман. Это было невозможно допустить — категорически! Перед Атоном отчитываться что я обосрался и не сумел защитить его сына-бюрократа? Да ну нахер!

Воспылав с новой силой, я рванул прямо туда — врубившись в толпу демонов — они пытались мне противопоставить свои колдовские навыки — но им не хватило силы — а вот я… мой меч оборвал жизнь сразу двух крупных демонов — я таких уже видел, там, до того, как сделал себя псайкером. Тогда я сражался с ним некоторое время — теперь же вонзил меч в одного и псайкерской силой придавил другого, прыгнул на него и вонзил меч в него.

В огромном святилище Робаута было полным-полно демонов — но ультрамарины держали оборону до последнего — им очень пригодились дредноуты, которые я передал — они стояли в линии обороны и поливали врагов плазмой. Вокруг меня сражались девушки — Клементина и остальные — и сражались они очень хорошо. Они резали врага не с такой скоростью, как я, и не с такой ловкостью, но всё равно были очень неплохи — и сражались от души — сразу было видно, профессионалы!

Один из демонов бежал в нашу сторону — убиенные снаружи уже разложились и по их трупам прошли новые орды — я направил в ту сторону оружие и рванулся сам, что есть скорости — рванул, и в следующий миг золотой свет окутал меня — я решил показать им, что значит в бою архонт.

Это было похоже даже не на бой, а на представление, цирковое — где невероятно ловкий циркач показывает фокусы и чудеса акробатики — я показывал представление что есть сил — и разносил врага сотнями — они напирали, а я потрошил, убивал, уничтожал, рассекал их пополам, вдоль, наискось, отрубал демонам головы — и при этом не давал им вообще продвинуться дальше меня — для наблюдателя со стороны я походил на размытую, как лопасть вентиллятора или ещё что, фигуру, которая носилась по всему залу и демоны вокруг дохли, двигаясь в целом водовороте — они не смогли пройти ни метра дальше — нимб над моей головой жёг их силой света, а меч — кромсал даже сильнейших из демонов, космодесантников и громадных тварей нургла, омерзительных птицеподобных демонов тзинча и кровожадов кхорна… Эффект был — как будто поток мяса кинули в вращающиеся на высокой скорости ножи — они разлетались и могли преодолеть линию обороны только в виде разрубленных тел — а я ускорился ещё больше, используя гравитонный манипулятор и крылья — и начал вытеснять их — мощные псайкерские удары проделывали прорехи в атакующей волне демонов, которые тут же затягивались — но они напирали и напирали. Мои девушки перестали вести огонь — чтобы не задеть меня — мои мысли для них сейчас слишком быстрые — их медленный разум не сумеет думать на таких скоростях. Я вошёл в последний режим — берсерка — и начал потрошить демонов с ещё большей скоростью, взяв во вторую руку второй клинок.

Теперь битва пошла в другую сторону — я оттеснял прущих демонов — ширина фронта тут была около ста метров, и в этих ста метрах мне нужно было истреблять врагов так быстро, чтобы они просто не сумели пройти — я не просто их истреблял, а ещё и испепелял их грязные души — и фронт начал сдвигаться в сторону выхода. Удары стали намного мощнее — я сбавил обороты и приказал всем открыть огонь. Девушки тут же вскинули свои волкитные испепелители и открыли огонь — десятки лучей врезались в демонов и начали кромсать их передние ряды — штурмовые орудия дредноутов изрыгнули целую волну плазмы и волкитного заряда, сносящую тварей, сильно потрёпанные космодесантники, сражавшиеся за своего прародителя — открыли огонь из болтеров. И главное — встал сам Жиллиман!

Теперь понятно, почему демоны так наседали. Жиллиман излучал ауру психической мощи и спокойствия — он сходу разобрался в ситуации и рванулся в бой, ведя за собой своих сынов.

Теперь битва пошла в другую сторону!

* * *

— И команда Робаута Жиллимана мастерски вырывает очко у хаоситов! — хихикнул я, глядя на брата Гуньяра. Он был в волчьем шлеме, с двумя цепными мечами в руках и весь покрыт ихором демонов. Космические волки в количестве семи штук тоже были здесь, и сражались вместе с остальными.

— Святой, ваши шутки иногда…

— Ммм? Клементина?

Я подошёл к собравшимся. А было на что посмотреть — инквизиторша, эльдарка, наш ставший похожим на человека в тяжёлой силовой броне Велизарий Коул, и венчала эту процессию фигура Святой Селестины. Женщина обычных габаритов, с белоснежными крыльями за спиной — с необычайным любопытством посмотрела мне в глаза, когда я снял шлем. Она даже слегка улыбнулась, кажется.

— Приветствую, коллега!

— Святой Кайрос, — сказала она нейтральным тоном.

— Точно так, — я погладил своё правое крылышко, — прибыл к вам на подмогу.

— Ситуация видимо совсем дрянь, — сказал Робаут, с прищуром глядя на поле боя.

— Я бы сказал — полное говно, — кивнул я, — но мои ребята скоро наведут порядок.

— Твои ребята? — он повернулся ко мне и с любопытством посмотрел.

— Астартес. Пятьсот орденов астартес, которые десантировались на планету — с тяжёлой техникой и всем прочим — вступили в бой. Если верить их донесениям — они несут умеренные потери и устраивают врагу крайне большие потери. Враг потерял господство в воздухе и теперь его утюжат наши штурмовики. Космическая битва ими проиграна — наши корабли начинают бить врага орбитальными ударами.

— Это хорошая ситуация, — согласился Робаут, — Мне нужно взять руководство своими сынами, чтобы организовать оборону. Нам нужно в штаб, где бы он ни был. Потом поговорим! Потом всё объясните!

— Одобряю, — кивнул я, приказывая громовым ястребам прилететь к нам. Сразу три громовых ястреба с большим эскортом из когтей бури — вскоре прилетели. На них были отметины от ударов, пробивших щит — некоторые удары пробили десантный отсек, но дыры уже зарастали на глазах.

— Коллеги, не представите меня остальным?

— Кхм… — Велизарий посмотрел на остальных, — Инквизитор Грейфакс и Иврайна, жрица эльдарского бога Иннеада. И…

— О, а с тобой, смеющаяся рожа, мы уже слишком долго знакомы, чтобы представляться.

— И то верно, — сказал Арлекин, — рад видеть, что ты до сих пор жив.

Говорили мы, кстати, на эльдарском.

— И я рад видеть тебя живым. Не так часто можно увидеть знакомые лица, знаешь ли.

Нас прервала сцена.

— Калборн, сволочь! — к одному из космических волков приближалась одна из моих ББ, — ты опять полез в самое пекло! И даже меня не предупредил! А если бы с тобой что-то случилось? — она наехала на него как танк, — опять ты лезешь куда не просят! Ну-ка дыхни! Да ты пьян!

— Э… это кружечка мьоду перед битвой, Кристин…

— Кружечка? Или ведёрко? — сурового вида женщина пылала гневом, — Горе ты моё, — она легко припондняла его за край нагрудника доспеха и поцеловала. С грохотом опустив обратно. Она была чуть-чуть выше своих сестёр — на считанные сантиметров двадцать, но этого достаточно, чтобы быть выше своего мужа на полголовы — так что выглядело это комично.

Наблюдавшая за этим Святая Селестина впала в ступор. Женщина явно принадлежала к сороритас, но позволяла себе непозволительное для них.

— Ой, я вам помешала? — повернулась она к нам.

— Ничуть. Рад, что о Калборне есть кому позаботиться. Мы здесь закончили.

— Дорогая, я ещё могу…

Она одной рукой подняла его в воздух и закинула на плечо, крепко схватив за доспех, чтобы не выпал.

— Поговори мне ещё! Космические волки… — протянула она и пошла к одному из шаттлов.

Несчастный космодесантник был почти унижен — но жена ему досталась… Валькирия! Он повесил голову и не мешал ей себя затащить в недры челнока.

— Это у вас всегда так? — спросил Робаут Жиллиман, глядя на эту сцену.

— Каждый день. У них бурная семейная жизнь.

— Видимо, я много пропустил.

— Это исключение из правил, — сказал Коул, — Космические волки и девушки из свиты святого. Поженились. Первый в истории случай.

— А, — протянул Робаут, — с тобой мы не знакомы ещё.

— Кайрос. Учёный из тёмной эры технологий, как у вас говорят, а так же «святой». Ну или то, что этим словом называют люди — типа крылышки и работаю на Императора, как и наша подруга Селестина, — кивнул я на неё.

— Вот как? — он посмотрел на Селестину, — хорошо.

— Разберёмся с остальным по прилёту. Я прямо сейчас получаю информацию о бое и координирую некоторые подразделения, — я постучал по виску, — мысленно.

— Я пока мысленно общаться не научился.

— Нужно поставить нейроимплант, который это позволит. Это безболезненно, надёжно, и очень облегчает жизнь.

— И какова ситуация сейчас?

— Масштабный прорыв сил хаоса по всей галактике, Аббадон устроил очередную подляну, демонпринцы ведут свои легионы на миры империума, Ультрамар под ударами сил проклятых легионов. Но есть и хорошие моменты — один из них — мы уничтожили после прибытия семнадцать линкоров хаоса в системе макрагга и имперский флот сейчас добивает остатки вражеского флота. Силы хаоса терпят на Макрагге сокрушительное поражение — пятьсот орденов космодесанта, которые я высадил с материнского корабля — вступили в бой — удалось отбить небо, бомбовые удары уничтожили крупные скопления сил предателей. Воины хоть и неопытные — только что обращённые в астартес — но это всё равно астартес. И они отлично скоординированы с помощью нейроимплантов и объединены в тактическую сеть друг с другом, с бронетехникой, авиацией, и даже с кораблём на орбите. Зачистка планеты займёт ещё несколько дней, но предатели сюда не сунутся. Их ведёт Мортарион — но он вряд ли объявится здесь.

— Ты так думаешь? — спросила Селестина, — или ты уверен в этом?

— После того, как я отрубил буйную голову его братцу Ангрону, а Ангрон посильнее Мортариона будет — соваться ко мне для него — верная смерть! Если же он сунется — значит на одну душу станет больше на моём счету. Забрать его сущность тварям варпа я не позволю — до смерти убью.

— Почему-то я тебе верю, — хмыкнул Робаут, — демонов ты уничтожал очень внушительно! Полетели, там нас ждут.

* * *

— Рубикон!

— Нет, биокамера, — возразил я, — она даже шрама не оставит — а эта ваша операция — ещё и имеет шанс на неудачу.

— О чём вы вообще спорите? — Примарх прижал латную перчатку к голове.

Мы были в командном центре ультрамаринов — святая святых — штабе Жиллимана. В котором до этого главным был Марнеус Калгар. Сам Калгар был тяжело ранен во время битвы с демонами и сейчас лежал в стазисе — космодесантники и апотекарии спасли его от смерти.

— Технология превращения в космодесантника-примарис — очень опасна, — ответил я.

— Опасность очень невелика, шанс на неудачу всего десять процентов.

— Десять процентов! Да ещё и с раненым телом героя! — возразил я, — это слишком много. Мои биокамеры — технология тёмной эры. Они могут реструктурировать тело раненого человека, собрать его заново по клеточкам — без малейших следов ранений — и сразу с нужными органами. Шанс на неудачу — один на миллиард, если не меньше.

Жиллиман выслушивал многочисленные доклады — Иврайна стояла неподалёку и взирала на монкеев, заносчивые эльдарские ублюдки, ну а Магос как всегда кипятился.

— Слушайте, Велизарий, я очень и очень впечатлён проделанной вами работой, — сказал Жиллиман, — не думал, что тот мой приказ даст такие всходы. Мы с помощью ваших космодесантников сможем отбить человечество у сил хаоса. Но операция рубикона… если есть возможность провести более технологично — почему нет?

Коул был уязвлён.

— Вам просто хочется, чтобы была операция проведена так, как привыкли вы — а не как делает это Кайрос?

— Признаю, — понурил он голову, — это моё тщеславие.

— Вам ещё удастся потренировать свою операцию — мой орден нуждается в ней. Кайрос, забирайте Марнеуса и проведите эту операцию. Мне нужен толковый командир — я не могу оставить Макрагг, пока не разберусь тут со всем.

— Хорошо. Корабль, телепортируйте сюда команду с Фелицией.

Через мгновение — точнее секунд через тридцать — перед нами в сиянии транспространственного перехода показалась Фелиция. Высокая, статная, и очень сисястая магос биологис. Ну и бампера у неё! Аж из под красной рясы выглядывает декольте — а ещё красивое лицо и милый голос — и очень игривое поведение, когда дело доходит до тыканья в людей острыми штуками.

— Фелиция, забери магистра ультрамаринов Калгара и погрузи в биокамеру, включи операцию примарис.

— Слушаюсь, командир! — она отдала честь и при этом специально так, что её грудь колыхнулась, подпрыгнув. Даже Жиллиман не удержался и скосил взгляд.

Женщина тут же убежала делать своё грязное медицинское дело. Жиллиман проводил её взглядом.

— Это ваш биологис?

— Она очень компетентна, — улыбнулся я, — и экстравагантна.

— Ну и… глаза у неё!

— Да, я тоже заметил их размер.

— Кто о чём, — приложила руку к лицу Селестина, которую смутил наш разговор. Она выглядела очень набожной и возвышенной — прямо чисто живая святая — силой святой тоже обдавала всех вокруг — так что сразу было понятно. Но примерно вдвое слабее, чем я — моя аура, если её не сдерживать — не позволит простым смертным вокруг даже устоять на ногах — так давит.