Ядро меча из положительно заряженного ноктилита — усилило удар ещё больше — и от удара демоны помельче разлетелись в прах — вспышка золотого света заставила пространство вокруг пойти волнами и исказиться.

— Ты… — прохрипел он в ярости, — заплатишь за это!

Он ринулся и атаковал когтями, встроенными в перчатку — я же в ответ использовал фазовый клинок ктан, встроенный в наруч брони — и поймал его когти — фазовый клинок прошёл сквозь броню и резанул по его руке — и эта тварь впала в ярость.

— Сомневаюсь.

— Слуга лживого бога! — завопил он.

— Бога? Ты настолько примитивное существо, что веришь в богов? — рассмеялся я в ответ, — Если ты про Императора, то я не прислуживаю ему.

Он бросился ещё яростнее — и начался бой. Ох, я даже сбавил свои обороты, чтобы не убить его сразу — потому что возможность насладиться боем выпадает нечасто — вместо этого я призвал своих роботов — и они, появившись на передовых позициях людей — помогли им сдерживать хаоситов.

Сила Ангрона была так велика, что пространство вокруг него искривлялось, время тоже — и варп прорывался почти свободно — он был чудовищно силён! Он нанёс удар сверху-вниз, и начал использовать хотя бы жалкое подобие фехтования — нанося по мне удары — которые я парировал.

— Тебе меня не одолеть, смертный!

— Слышь, ты, чучело из пробирки — заткнулось бы лучше, и подохло, — фыркнул я, пиная его со всей силы.

Ангрона отнесло назад и впечатало в стену. Он впал в ярость и начал атаковать менее упорядоченно — но с такой силой, что гвардейцы, сдерживавшие силы хаоса, дрогнули — я же наполнял своё тело силой — и в конечном счёте решил, что подрался достаточно. Это был славный бой почти на пределе возможностей — и после его выпада — я вонзил в него свой меч, пуская по нему адское пламя инферно — навык, который способен уничтожить души, один из самых сильных навыков пиромантии. Только я вложил в него столько золотого света императора.

Ангрон был в отчаянии — его удары, способные расплющить танк — я парировал, не сдвигаясь с мечта ни на миллиметр — он был в ярости, но в то же время — хотел сбежать. Хаос тоже хотел его забрать — я почувствовал, как его душу пытаются сохранить — и атаковал со страшной силой — свет вырвался из него и этот демонпринц заорал, в том числе и психически — я же нанёс ещё один удар — отсекая его бестолковую голову от тела. Душа его была очень сильна — но сейчас она сгорала, стоящее на коленях обезглавленное тело рухнуло вниз со страшным грохотом.

Тварь была сильна — но видимо, не с тем связалась. А ещё недооценил он противника — за что и поплатился.

Когда он сдох — порталы в варп схлопнулись и те немногие демоны, что ещё оставались — с визгом исчезли, превратившись в пепел.

Сотни космодесантников хаоса в отчаянии забились — но их быстро начали убивать мои девочки и роботы — и гвардейцы тоже — девочки обстреливали их из волкитных винтовок, мгновение на прожигание брони — и ворвавшийся внутрь луч превращал содержимое брони в уголь, а саму броню в печь. Из оплавленных доспехов пожирателей миров валил густой чёрный дым, многие ещё дрались — они были слишком материальны, в отличие от демонов — поэтому им не нужен был примарх, чтобы присутствовать в материуме — но всё равно — их ситуация была катастрофой.

Я понаблюдал за тем, как расправляются с ними — впереди всех с двумя пожирателями миров столкнулся Кайафас Каин — и используя свой любимый цепной меч — он обезглавил одного, перерубив его топор, а второго распотрошил как консервную банку робот. Гетинакс оказался слишком сильным для них.

Хаоситы дрогнули и по рядам имперцев прошёл вопль — только орали кто что горазд. Я же, облучая всех лучами любви императора — парил в воздухе над полем боя и из пистолета стрелял сгустками психоусиленной плазмы, убивая каждым выстрелом по космодесантнику. Хаоситские космодесантники, пожалуй, уступали обычным в силе — но превосходили числом.

Космические волки — тоже участвовали в сражении.

Вихри золотого света прошлись по людям, смывая усталость и боль, и исцеляя раны — это уже биомантия, соединённая со светом.

Потерь среди личного состава нет — только хаоситы сумели победить одного робота — ангрон постарался, но робот до этого убил полсотни его космодесантников. Робот подавал сигналы о помощи и его утащили остальные роботы — а я опустился с небес на землю, наконец-то. Сверху позиция для стрельбы хорошая — и безопаснее, чем на земле — не считать же одного хеллдрейка за опасность? Эту сволочь я срубил ещё только влетев.

— Он мёртв? — к нам подошёл человек, которому на поле боя точно не место — это был кардинал этой планеты.

— Можешь потыкать палкой, — хмыкнул я.

— О святой! — он аж заплакал от избытка чувств.

* * *

Последнее, что ожидал Каин — это то, что именно на его позиции, куда он сбежал от демонов, где были только еретики — объявится демонпринц!

Удача как обычно ему не сопутствовала — и Каин первым заорал «За императора, в атаку!»

Он не был идиотом и понимал, что демонпринца солдатам не одолеть — но они хотя бы сдержат его ненадолго, чтобы сам Каин мог героически дать дёру и выжить, даже когда увидел нечто настолько отвратительное — гигант в красной броне, покрытой шипами, рядом с ним демоны-кровожады — свита, и сотни пожирателей миров — астартес в красной броне. А на их стороне — пять сотен воительниц, которые обладали хорошими навыками и мощным оружием — и две-три тысячи гвардейцев — уже построивших баррикады, установивших тяжёлые болтеры и ведущих огонь по противнику.

Даже астартес не могли выдержать попадание артиллерийского снаряда, поэтому они избегали столкновений с артиллерией и бронетехникой — два танка Леман Русс уже были подбиты и не могли стрелять. Химера — стояла позади — Каин как раз присматривался к ней на предмет бегства прочь, когда вырвалось нечто — сияющий поток золотого света, впервые за многие тысячелетия сделавший этот улей — светлым местом — и этот болид врезался прямо в командира врага!

Волны мощи, исходящие от него — заставили гвардейцев, впавших в отчаяние — воспрять духом и с криками бросаться в атаку. Каин не разделял их фанатизма — но сам эффект был огромен — присутствие этого «существа» ощущалось ещё более тяжёлым и могущественным, чем у демонпринца — чьё появление ввело гвардейцев в ступор и ярость — а когда они столкнулись — задрожала сама душа трусливого комиссара, которому на долю мгновения стало стыдно своей трусости — и он бросился в бой, сражаться.

Между тем бой между святым и демонпринцем приобретал интересный оборот — закончившийся обезглавливанием последнего.

Рядом с Каином оказался патриарх — что этот человек здесь делал — загадка. Это был чин эклезиархии, но в военной обстановке эклезиархия обычно бежала — лишь полковые капелланы сопровождали бойцов на поле боя, и то редко были близко к бою.

Каин в своё время очень хотел бы стать священником — это очень безопасная работа, далеко от всех тревог — нужно было заучить молитвы, знать наизусть много чего — но попасть в эклезиархию было не так то просто, а бюрократия, которая там творилась — его угнетала морально.

Покрытый кровью с головы до ног, Кайафас Каин увидел, как бойцы вокруг исцелялись от ран — а ощущение присутствия святого стало настолько сильным, что подгибались ноги — теперь он не выглядел как его друг — теперь он был сияющим ангелом, покрытым золотым светом и несущим смерть врагам — в котором изначально было очень мало человеческого — а теперь он стал ещё дальше от людей.

Каин проникся ощущением гнетущей мощи веры, силы и порядка, который настал в душе — мысли упорядочились, хаос отступил — не было страха и ужаса вокруг — впервые за долгое время он чувствовал это всеми фибрами души, которые трепетали в присутствии святого.

Другие переносили это куда хуже — так как были более набожными — многие бойцы начинали молиться вслух, создавая какофонию звуков из-за молитв. Кайафас видел бой от начала до конца — и он был невероятен — с такой скоростью, которую не различит обычный человеческий глаз — святой атаковал противника, насмехался над ним, и бил с такой силой, что содрогались сами основы этого улья и этой планеты — а по порталам в варп проходила рябь, которая заставляла их чуть уменьшаться. После первого же удара ударная волна разметала демонов.

Не впечатлиться мощью, продемонстрированной святым — он не мог.

Десятки пикт-камер записали происходящее — и Кардинал уже готовился отправить это во все уголки империума — и объявить о новом чуде, ниспосланным императором.

— Можешь потыкать палкой, — насмешливо сказало голосом Кайроса это «существо», заставив Каина сбросить наваждение — перед ним стоял всё тот же раздолбай и пьяница Кайрос, который в гробу видал веру в императора и даже не знал имперских доктрин. Ему было просто наплевать на них.

Хотя он всё ещё давил — Каин впервые ощутил, что избавился от почтительного трепета — но тут и на его улице оказался праздник — его узнали бойцы — по лицу, по бакенбардам, и начали спрашивать — тот ли он Кайафас Каин. Каин ответил, невпопад, что да, он тот самый.

* * *

На планете оставались силы демонов — более того, когда мы прилетели в штаб — то я застал там Серых Рыцарей в сопровождении инквизитора — и два их громовых ястреба. Они расположились на вершине улья.

Аппарель открылась и я заметил двух серых, повернувшихся в мою сторону.

— Прилетели убивать демонов?

Они не ответили.

— Сожалею, но я уже всё сделал здесь.

— Святой Кайрос, — пробасил один из них, — я слышал о тебе от братьев, — могучий мужик с психосиловым посохом-аквилой повернулся в мою сторону, — я лейтенант Дарий.

— Приятно познакомиться, — протянул я ему руку, — Кайрос.

Он пожал руку — в силовой броне это было не слишком удобно.

— Что ты имел в виду, когда сказал, что всё сделал?

— Секунду. Эй, Хроки, тащи мои трофеи сюда!

Из недр шаттла вышел космический волк — в одной руке он тащил башку Ангрона, а за собой за рог тянул по адамантитовому полу огромную голову демона.

— Демон! — воскликнул серый рыцарь.

— Лишь его останки, и те — лишены силы хаоса.

Хроки подтащил их.

— Твои друзья? — спросил он у меня.

Ах, да, здесь же очень немногие знали о серых рыцарях.

— Да, мы с их орденом не раз пересекались, это один из орденов, служащих инквизиции.

— Понятно, — он осмотрел лейтенанта, — я Хроки, космические волки.

Но лейтенант лишь едва заметно кивнул и не стал представляться в ответ.

— Впрочем, — я поднял башку примарха, — вы не зря слетали. Мы здесь встретили этих двух — архидемон и архипридатель Ангрон. Обоих я убил.

— Убил? Их души очень трудно уничтожить, святой.

— Я их разорвал в клочья и стёр с лица мироздания. Хаос не сумел защитить их души от меня и света — их история закончена навсегда. Я хотел поговорить с руководством вашего ордена, лейтенант, думаю совершить вояж до Терры. Не согласитесь быть моими гостями на это время?

— Гостями?

— Мой корабль снабжён приводом, летающим не через варп. Так я обезопасил себя от варп-штормов и возможного влияния демонов на корабль — и можно точно подсчитать время прибытия, до минуты. Мы будем на Терре через одиннадцать дней и шесть часов. Я уверен, хаос очень сильно захочет меня затормозить, так что соваться в варп даже под полем геллера я не хочу.

— Что ты хотел обсудить с нашим руководством? — спросил серый, — охоту на демонов?

— И это тоже — но в основном — я хотел бы попросить их выделить мне роту ваших рыцарей. Сейчас мы строим огромный корабль, который станет базой будущих операций. Я экспериментирую с оружием против демонов и хаоса — даже здесь мы лишь для тестирования оного. Я мог бы помочь вашему ордену с высокотехнологичным оружием против демонов.

— Хорошо, мы поговорим об этом на корабле. Но прежде нам нужно зачистить планету.

— В этом нет нужды. Крупные прорывы имматериума были закрыты после убийства главарей — оставшихся культистов очень много, но они лишились поддержки с той стороны. Тысяча моих телохранительниц — кивнул я на стоявшую неподалёку девушку в силовой броне, — и боевые роботы сейчас занимаются ими и вырезают культы. Может быть ты слышал от своего брата Доместоса, что сестра клементина почти победила его в тренировочном поединке.

Он посмотрел на женщину рядом и нахмурился, под маской этого не было заметно.

— Стойкие ли они для влияния архиврага?

— Ничем не уступят вам, рыцарям, — ответил я с полной уверенностью, — они Мои телохранители, свет императора коснулся их сильнее, чем кого-либо другого. Я оснастил их пробной экспериментальной партией оружия против демонов — вот тут мне нужна будет ваша помощь, чтобы оценить результаты работы этого оружия. Предлагаю поговорить на борту нашего корабля.

Я покосился — ХП висел рядом с посадочной площадкой, и между посадочной площадкой и кораблём шёл трап, который проложили между ангарным отсеком и посадочной площадкой. Собственно, гигант корабля висел рядом с нами всегда.

Рыцарь подумал немного, потом ещё немного, посмотрел на головы врагов и мы пошли — а вместе с ним шёл весь его отряд — девять человек. Включая библиария ордена — они все были псайкеры, но этот особенно.

Мы прошли по трапу — широкому телескопическому мосту, по которому мог бы пройти шагоход и проехать несколько танков бок о бок, и вошли в ангар.

— Добро пожаловать на борт флагмана «Хрен Попадёшь». Самый быстрый и вёрткий корабль человечества! Согласно моим данным — инквизиторы Селара и Каин ещё некоторое время будут изучать местные культы — но недолго, после чего мы вылетаем.

— Вы обещали показать оружие.

— Верно, — я повернулся, — если вы желаете поучаствовать в битвах — то внизу вас будут ждать лишь слабые культисты, которых очень быстро вырезают гвардейцы. Так что торопиться нам некуда — ещё дня два будут мои девочки зачищать самые большие скопления — а потом мы отправимся на Терру. Оружие… я покажу чуть позже — большая часть экспериментальных образцов в моей мастерской.

* * *

Моё подавляющее присутствие действовало и на экипаж корабля — но уже намного меньше, чем на окружающих. Даже Серые ощутили давление святости — а внизу, в улье — сейчас ярко пылало то место, где я сразил Ангрона — мощь психических атак вихрем клубилась и место, в котором было так много света использовано — облучилось светом.

После недолгого размещения на корабле Серых Рыцарей — они пожелали посетить место прорыва варпа — и мы полетели туда на шаттле. Сверху это место выглядело прекрасно — усеяно трупами культистов — бои уже отгремели — имперские гвардейцы снимали тут оборонительные рубежи. Несколько сотен трупов космодесантников хаоса усеяли поле боя. Серый рыцарь взирал на них, стоя на краю аппарели шаттла. Вокруг было много Света — вся эта площадь казалось слегка светилась, а в месте нашего сражения с Ангроном — находилась самая большая концентрация, сила, излитая мной из имматериума — заставляла витать в воздухе всполохи ярко-золотого света и немного вспышки поднимались с бетонного пола. Рыцарь спрыгнул вниз, когда мы снизились — я спланировал следом за ним.

Обычно империум зачищал память всем, кто видел серых рыцарей, опасаясь, что об их тайном ордене узнают — но сейчас в этом не было нужды — потому что я настоял, чтобы серые рыцари переоделись из своих обычных доспехов — в доспех с оригинальной раскраской — стандартной модели, широко используемой космическим волками и другими в империуме. Лейтенант согласился — так как это не вызвало бы никаких подозрений и вопросов — поэтому для конспирации — с одобрения инквизиции, они переоделись в доспехи обычного космодесанта. Лейтенант спустился вниз и почувствовал. Я это понял — почувствовал огромное давление силы имматериума, которые здесь столкнулись — и свет победил. Его было больше — а ещё я зачистил место от сил хаоса — смыв их распространением своего света. Упорядочиванием хаоса.

— Как видите, здесь не осталось следов хаоса.

— Я чувствую в этом месте огромную мощь, — пробасил он, — будто сам Император сражался здесь.

— Я думаю, я слабее императора, — поморщился я, — процентов на тридцать. Но силы здесь применено было много — шарашили со всей дури.

— Имматериум здесь дрожит, здесь очень велика сила Императора, — посмотрел он вокруг, — что делают эти гвардейцы?

— Убирают поле боя, — ответил я, — не оставлять же здесь гнить трупы хаоситских космодесантников? После того, как их папочка помер — они ослабли и гвардейцы вместе с моими телохранительницами расправились с ними. Кхорниты дрались отчаянно, но уйти в варп уже не могли — слишком сильна была завеса, мы их здесь всех перебили.

Гора из трупов и правда была большой. Две моих сороритки сжигали их из плазмомётов — которые были как мельтаганы — только стреляли потоком пламени, а не одной мощной вспышкой — броня их плавилась, сгорая, трескалась, превращалась в пепел. Керамит не выдерживал плазмы, в большинстве случаев.

— Обычно этих гвардейцев содержали бы в особых условиях, вдруг они подцепили какую-нибудь ересь — но я чувствую в них сильна вера.

— Это последствия битвы. Во время боя здесь было очень много энергии — гвардейцев коснулась Сила Императора, плюс я их дополнительно освятил после боя — так что беспокоиться не о чем — хаос не тронет их души.

— Это отрадно слышать, — он прошёл между трупами — метров восемьсот — до того места, где был сражён ангрон и увидел его гигантскую тушу.

— Это мы заберём с собой.

— Как скажете.

— Труп будет сохранён в монастыре на Титане — на всякий случай.

— Если вам нужна эта дохлятина. После уничтожения души — оболочка потеряла всякую ценность. Я бы сжёг — и закончил на этом историю этого мерзавца, — сложив руки на груди, поморщился я, — даже то, что его отец император — ни в малейшей мере не оправдывает того количества убийств и злодеяний, которые он совершил.

— Архипредатель есть предатель, — ответил мне рыцарь, — как поступить с его телом — решит Император.

— Император? А, кстати, хорошая идея!

Я воздел руки и использовал мощную направленную псионику, направив силу в лавровый золотой венок на своём шлеме, — Импераааатоооор!