Но расскажу обо всём по порядку — мы прилетели к планете Адамант, начали строительство корабля, и после этого — полетели по направлению к тиранидам — найти их было несложно — и вышли на орбите планеты, на которую совершалось нападение этих тварей.

Маленький эсминец никто не воспринял всерьёз — но когда мы высадились… Имперская гвардия держалась тут очень стойко — восемнадцать полков удерживали город, тиранид было чертовски много — и мы на шаттлах спустились вниз, на планету. Я вышел первым, за мной остальные — и должен отдать должное — эффект от моего нового уровня святости был невероятен — навстречу святому вышли несколько шишек этой планеты. Сама по себе она не представляла из себя что-то уникальное — просто зелёная терраформированная планета, обычная, аграрный мир — выращивающий для империума огромное количество провизии. Кормить же людей чем-то надо — это был колхозный мир — но относительно передовой из-за наличия залежей, которые разрабатывали механикусы — и на планете были заводы прометия, были заводы производств — это был нормальный, цивилизованный мир.

Когда я вышел из шаттла — планетарный кардинал рухнул на колени в своём священном экстазе — за мной вышли девочки Клементины и комиссар Каин.

— Встаньте, неудобно.

— Как можно, святой!? — воскликнул он.

— Встать, я сказал! И доложить по форме, что у вас тут творится. Где тираниды?

— Они повсюду, святой, — сказал губернатор — жирная страшная морда, кстати. Противен — я даже не напрягаясь чувствовал его гнилую натуру. И поэтому снял часть блока — сила святого разлилась вокруг, заставляя засиять символы империума на этих людях и на капсуле — а губернатор и вовсе пустил кровь носом и рухнул.

— Сразу видно, гнилой человек, — поморщился я, — нам нужно кое-что проверить — мы займёмся своими делами, а вы занимайтесь своими. И да, вроде как надо солдат воодушевить… полечу, — я расправил крылья, — займусь делом. Немного. Каин, ты знаешь, что делать.

Меня ждали бойцы — с высоты птичьего полёта трудно не заметить их. Над городом работало ПВО — летающих тиранид сбивали, а вот дальше — небо принадлежало им целиком. Я опустился с небес на землю на позиции бойцов, которые сражались на передовой — и решил им помочь. Ну а что, мне не жалко — я выхватил свой меч и ринулся в сторону тиранид, попутно используя мощную психическую атаку — в виде телекинетического лезвия и пиромантии — и сорвавшийся с рук огонь испепелил целую лавину тиранид, которая пёрла от споры.

Волна огня хорошо их испепелила — дальше уже был ближний бой — и тут я разгулялся вовсю — используя свой клинок вместе с пиромантией, чтобы не только по одному их резать, а целыми толпами выкашивать — там, где я был — распространял золотой свет. Бойцы воодушевлялись, а я продолжил мочить их ещё минут двадцать — пока накат не был остановлен — и на этом участке тираниды кончились. На время, конечно — огненное торнадо, запущенное в их сторону — сожгло несколько сотен тысяч мелких особей.

— Святой! — скандировали бойцы, когда я возвращался в их сторону. Да, видок у меня тот ещё — весь в тиранидской кровище, и при этом — с крыльями за спиной и сам громила — побольше астартесов.

Вот для чего нужен размер — меня замечали отовсюду, и вскоре бойцы начали вставать на колени и молиться — я прошёл мимо них, попутно исцеляя раненых своей силой биомантии. Это было совсем простое умение — так что вычистить тиранидское заражение и залечить — дело мгновенное. Работало недалеко, но создать «поле исцеления» вокруг себя мог любой псайкер-биомант — от силы псайкера зависела сила исцеления. Сейчас у бойцов на глазах отрастали руки, ноги, затягивались шрамы и так далее. А символы империума на их броне сияли ярко в моём присутствии, словно люминофор при ультрафиолете.

Я остановился ненадолго и посмотрел на них. Какие же они… несчастные. И эти люди всё равно идут — даже зная, что скорее всего погибнут — тираниды слишком опасны. Они бы их сожрали.

Я поднял руку и применил навык благословения на их оружие — навык — из специфической дисциплины золотого света императора — лазганы и болтеры их начали слегка светиться, и приобрели явную сильную заряженность — куда больше, чем освящённые эклезиархией специальные антидемонические заряды.

Меня тронуло их мужество и героизм — астартес могут надеяться на свою броню и модификации — а эти люди могут надеяться лишь на бога и свой лазган — мне их было жалко, и вместе с тем — они вызывали уважение.

Кхм… Надо бы сказать что-то пафосное — не пошлый анекдот про эльдарку и орка, так что…

— Вы хорошо служите, бойцы. Берегите себя. Император защищает!

Они скандировали уже этот лозунг. Я расправил крылья и постарался смыться до того, как они начали в мою честь устанавливать памятники и поклоны бить. Да и не были они такими набожными, скорее уставшими.

Я облетел ещё три позиции — на ключевых пунктах обороны — и помогал обороняющимся — попутно летая над ними и стрелял в тварей псайкерством — со страшной силы обрушивая огненные смерчи.

Тираниды вроде отступили ненадолго.

— Это каин, — раздался голос в шлеме, — мы закончили и жахнули, как и надо было.

— Отлично. Теперь мы уходим в оборону и просто ждём результата эксперимента. Каин, Клементина, помочь обороняющимся всеми имеющимися средствами!

— Слушаюсь, — раздался голос Клем.

Вскоре мои ББИ — уже высаживались на десантных шаттлах прямо на позиции и начинали сходу вести огонь по тиранидам — да и тираниды… пытались облепить шаттлы, но их защитное поле испепеляло всех, кто пытался их коснуться — так что за шаттлом тянулся след из дохлых тиранид.

А вот девочки, спрыгнув с небес в прямом смысле слова — начали стрелять по тиранидам со страшной силой — из своих волкитов — лучи их сжигали врага, прожигая мелочь насквозь — а броня хорошо задерживала телоточцев и кислотные обстрелы. Тут и дюжина астартес была бы сильным подспорьем — а на место высадились дюжина космических волков и целых восемь сотен боевых баб! Считай всё равно что целый орден космодесанта — ещё и с тяжёлым оружием — им подвезли мультилазеры и плазменные огнемёты — и они быстро отогнали тиранид — я только и успевал следить за боем с высоты — и смотреть, как они работают.

День закончился, ночь прошла, а наутро я наблюдал странную картину — тираниды не наступали. Они где-то ночью заткнулись и больше не атаковали. И тогда я полетел на разведку — узнать, как в заражённой части планеты обстоят дела.

Получив сведения, вернулся в столицу, войдя в штаб гвардии, где уже сидел и пил чай танна наш бравый комиссар — он вообще на передовой не был и не собирался рубить врагов сам — сидел в штабе, Юрген ему подносил чай, он изображал бурную деятельность мысли.

— Что происходит? — спросил полковник, — почему нет нападения?

— Тиранидам сейчас очень плохо. У них несварение.

— Святой, это…

— Не шутка. Им сейчас очень, очень плохо.

Флавий, стоящий тут над картами, подтвердил:

— Сканирование показывает стремительное сокращение популяции. За ночь тираниды потеряли семьдесят три процента своих единиц.

— Что, во имя императора, вы сделали? — воскликнул генерал.

— Испытание нового оружия, — ответил магос, — успешное. Но я не понимаю, почему скорость так высока.

Тут уже вмешался я:

— Тираниды очень хозяйственные ребята — у них добро не пропадает — особенно биомасса. Они пожирают трупы своих, чтобы восстановить биомассу.

— Подтверждаю. Но не понимаю.

— Я добавил инкубационный период для нано-вируса, а так же программу распространения через летающих тиранид. Заражённые тираниды не знали, что они заражены — и разбежались по всему улью — вместе с тем нано-вирус начал активно плодиться. Прежде чем вирус начал действовать — он расплодился и заразил новые единицы — старая подыхала и её съедали — поэтому новые единицы заражались вирусом и сами начинали распространять его вокруг. Инкубационный период — два часа — за это время вирус плодится внутри организма и не убивает его.

— Прекрасно, — ответил магос, — тираниды стали заложниками собственной тактики роя.

— Верно. Тираниды, пробравшиеся в улей, в червей, подохли — вирусная бомба была отправлена даже на их биокорабль. И внутри него уже расплодился наш нано-вирус.

— Так что, вы всех убили? — спросил генерал, смотрящий на карту гололита.

— Пока нет. Отдельные биоединицы присутствуют и угрожают расплодиться заново. Те, кого не затронул наш вирус. Необходимо их уничтожить, — сказал магос.

— Ими займутся. Тираниды не орки, они не имеют такого развитого восстановления популяции, так что туман их прикончит. На этом можно заканчивать эксперимент номер один. Перейдём к эксперименту номер два.

* * *

Посещение святым отсталого агромира ещё очень долго будет главной новостью и главной гордостью этой захудалой планеты…

* * *

Удар, ещё удар…

Тиранид с клинками вместо лап прыгнул на меня — но зря он это сделал — в полёте разрезал его пополам и ещё нескольким снёс головы — тиранид вокруг было — море. Настоящее море из хитина, клыков, когтей и кислоты — и оно стекалось к нам, а мы сражались с неистовством берсерков, спартанцев, как на Истваане — в окружении тварей и сражаясь до последнего — бились в неравном бою — их были сотни тысяч, а нас — две группы по восемь человек — но вёл их всех я.

Я решил размяться как следует — для чего нашёл биотитана тиранид и группу крупных тварей, которые укрылись и не контактировали с другими — они занимались размножением, и у них была охрана — поэтому мы пробивались внутрь.

Сёстры тоже были невероятно ловки, они секли их клинками и расстреливали из плазменного оружия. Каин с нами не пошёл, само собой — а зря, было очень весело! Я чуть не зазевался и увидел крупную волну тиранид, что лезли снизу, мы стояли на небольшом уступе — они вылезли кучей и забравшись к нам, напали.

Сопротивление было отчаянным — а я… я развлекался как мог — в бою моя сила святости начала меня ускорять сверх разумных и возможных для архонта пределов — когда активировался тактический анализатор — я превращался в сверхскоростную машину смерти, куда там медлительным астартес! Сносил тварей десятками за секунду, и обрушивал на них град ударов — даже очень крупный тиранид — а после мелочи вылезли крупные твари — был убит — я телекинезом рванул его вниз и одним ударом отсёк голову.

Тираниды трупами не размножались, как орки — поэтому их биомасса, если не была сожрана — превращалась в компост — а задачу по сбору и доставке к нам биомассы они выполняли прекрасно. Вот только вирусы в них были смертельно опасны для человека — и можно было заразиться. Поэтому их сжигали — две девушки с плазмомётами поливали тиранидов огнём — твари, попавшие в струю огня, превращались в пепел практически мгновенно — даже не зажаривались, а обугливались.

Ярость Солнца себя показывала ещё лучше — волкитные соларитовые винтовки исторгали яркий сияющий луч, который лишь ударившись в тиранида — вызывал почти мгновенную смерть — тиранид прожаривался изнутри до обугленного состояния за сотую долю секунды, волкит прожигал его насквозь. Луч можно было не выключая направить на других. Две сестры были вооружены масс-драйверными пулемётами — эти тяжёлые орудия стреляли снарядами, которые мгновенно превращали тиранид в разлетающийся фарш — а учитывая автоматический режим огня… Было им от этого плохо.

Плазмомётчицы — аналоги огнемётчиц — поливали врага в относительно ближнем бою, ну и конечно — все сражались мечами.

Я предпочёл меч, а не оружие дальнего боя. И прорубался — кровища и куски тварей летели во все стороны — разум улья конечно создавал психическую тень, которая мешала астропатам — но заблокировать псайкерство они не могли — поэтому масштабные атаки, вроде огненных смерчей, я мог запускать.

Рубиться было чрезвычайно весело — удары тиранид последовали один за другим — они ползли по трупам других и прыгали на меня — но в полёте разлетались на куски от моего меча, я использовал чисто арлекинскую технику фехтования мечом, которая была основана на скорости и ловкости.

Так продолжалось некоторое время — пока на поле боя не были телепортированы роботы Гетинаксы. Четыре единицы — в сиянии они появились и постояв так с полсекунды — мгновенно рванулись к тварям — и начали их крошить просто со страшной силой — они были гибкими и ловкими — и в то же время мощными, роботы — действовали по программе, имели невероятный уровень анализа ситуации на поле боя — для скорости они могли использовать и передние конечности при перемещении, их силовые когти — ударяли по тиранидам, а потом и плазменные орудия в дело пошли — гетинакс на моих глазах схватился с огромным тиранидом-карнифексом — робот ушёл от его относительно медленного удара и извернувшись вбок, вспорол ему брюхо своей силовой клешнёй — карнифекс отпрянул, но робот вцепился клешнёй в него и рванув на себя, начал того потрошить когтями — с такой скоростью двигаясь, что движения его смазывались, а карнифекс на глазах превращался в нарубленный фарш.

Обрубки тиранида упали на землю, а робот бросился на других — ему было наплевать на кислотные плевки тиранид — он не был уязвим к кислотам, поэтому пришлось им худо — всего четвёрка роботов — сражались словно самые страшные твари из кошмаров — их силовые клешни со страшной скоростью и силой потрошили тварей, разрывали на куски, при этом они полили огнём мелких и кинулись на крупных тварей — те пытались дать отпор — но силовая клешня гетинакса прорвалась через хитин и развернувшись в форме лепестков — начала вращаться с огромной скоростью, словно пила — и прорезать себе путь, во все стороны полетели ошмётки тиранида — клешня сама забуривалась глубже, проникая в тварь и превращая внутренности в фарш. Робот удлиннил руку и оказавшись на земле — пробил голову тиранида.

Они действовали крайне эффективно — четыре робота, соединённые в тактическую сеть — распределяли между собой цели и не позволяли ускользнуть ни одному — а попытка завалить их толпой мелочи — закончилась тем, что один из них снова выставил перед собой клешни, развернул их в форме пропеллера и раскрутил, продвигаясь вперёд — врезался, врубился в хитиновую волну — превращая её в ошмётки, которые кровавым фаршем полетели во все стороны. Его силовые клешни легко преодолевали хитин жуков и отбрасывали его — нарезая сразу огромное количество тиранид — тактика держаться вместе, скучковаться — оказалась для них крайне губительной — так их было легче превращать в фарш вращающимися лезвиями.

Я с высоты понаблюдал за красотой их боя — роботы были великолепны — они гибкие и быстрые — грави-манипуляторы позволяли им двигаться грациозно и быстро — а тактический анализатор — делал их крайне сложными противниками.

Они прорубили основную волну — которая подыхала — и пошли дальше, вглубь пещер, уничтожая всё на своём пути. И там нашли то, что искали — матку улья. Тираниды размножались с чудовищной скоростью благодаря ней — гетинаксы полили её плазмой, зажаривая издалека — сотни выстрелов — и матка улья превратилась в обугленные ошмётки. Ещё немного — и огонь затопил всю пещеру, в том числе и яйца нерождённых тиранидов — которые сгорали мгновенно. Жуков тут было много — но они чувствительны к температурам выше шестисот градусов.

Я вдосталь нарубился — это был такой экшн — возможность размяться, и показывая акробатические трюки — рубить, резать, колоть и бить — и уничтожить всё.

Гетинаксы были готовы — очистка от ксенозаразы — и их телепортировали обратно на корабль.

— Что скажешь? — спросил я у клементины, которая тяжело дышала рядом. Она была на передовой и рубила тварей едва ли не больше меня — устраивая им ксеноцид.

— О роботах? Сильны! Далеко не каждый справится с карнифексом.

— Для них это пустяк. Силовые клешни гетинаксов — самое мощное оружие такого типа — намного мощнее силовых мечей.

— И много у нас таких роботов?

— Сейчас пятнадцать. Я думаю увеличить их численность до трёхсот — это позволит производить крупные наземные операции даже силами эсминца. Гетинаксы очень хороши на поле боя — но не менее хороши в стеснённых условиях — на абордаже, в помещениях… их скорость и способность прорезать себе путь клешнями, гибкость — делают их очень опасными тварями в коридорах.

Клементина отвлеклась — один из тиранид выжил и бросился на неё, она сделала стремительное движение назад и с разворота врезала по нему силовым клинком — отрубая ему голову — тиранид пролетел мимо. Клем двигалась очень быстро.

— Посмотрим, что из этого выйдет. Но я не доверяла бы разумным машинам, особенно таким.

— Кхм… это вопрос дискуссионный. Гетинаксы — старая модель, к моменту появления полноценного ИИ — они уже были музейным экспонатом. Они хороши — потому что в них чётко заложенные алгоритмы боевого поведения, скопированные у людей и ксеносов. Стили боя, анализ поведения целей — но они не способны принимать решения.

— Сейчас у них какая команда?

— Уничтожать тиранид. Они могут сканировать биосигналы, поэтому не промахнутся. И по людям не будут бить — это отдельная директива безопасности.

— Хорошо, что она есть.

Выстрелы сестёр битвы стихали — они продолжали палить из своих волкитов в остатки улья тиранид на планете — но это было слишком мало — корабль-улей уже был уничтожен, до нашего прибытия. Они оставили маток на планете, но присылать подкрепления уже не могли.

— Давай эвакуироваться на корабль. Нечего нам здесь задерживаться.

— Слушаюсь!