За мной всё-таки увязались. Не, Каин предусмотрительно остался охранять штаб — вместе с множеством моих сороритас — а мы пошли группой в двести моих ББ, а ещё с нами Юрген и эльдары. Эльдары от него шарахались как от прокажённого и едва не шипели, когда он к ним случайно приблизился — он ведь лишал их всех их психических сил. А умереть в поле парии — для эльдара значило уничтожение души. Поэтому эльдары держались от него как можно дальше.

Мы полетели на множестве челноков к низу улья — и вышли на огромной промышленной площади — где уже велись бои с демонами. Люди сопротивлялись — и появление Святого — было для них божьим знаком — я почувствовал их воодушевление.

— Ведите, где тут эта зараза прячется.

— Нам вниз.

Пришлось пойти вперёд — девушки времени не теряли и из своих волкитов расстреливали демонов — множество демонов, которые мешали нам пройти. Немногие дошли до дистанции рукопашного боя — тогда их резали клинками.

Я чуть-чуть обновил клинки, добавив в них излучатель ноктилита — и псайкерством от них защититься было нереально. Теперь демоны визжали и сгорали от ран, полученных этими мечами — а орудовали девушки ловко.

Мы пробились через полчища вниз, и опустились под улей, на гигантском исполинском лифте.

До уровня -249 под уровнем земли. И оказались в гигантской пещере, пропитанной энергиями варпа — здесь мы сразу же встретились с культистами — и завязался славный махач!

Я первым рванул в их сторону и приняв на энергощиты доспехов мощные выстрелы их оружия — начал рубить во все стороны, используя огромную скорость как главное преимущество. Девушки расстреливали культистов издалека, преимущественно — и сгорали эти твари очень быстро и массово. А моя аура святого — заставляла их шипеть от боли и корчиться в муках.

Так что когда мы прошли полтора километра по пещере — мои сканеры показали мне огромную чёрную пирамиду, исписанную множеством колдовских символов. Она была чем-то похожа на сооружения некронов — но более эльдарская, что ли…

— Юрген, пошли ломать клетку демона.

— Хорошо, сэр.

Пустой и я — отправились прямо к чёрной пирамиде — эльдары же старались не приближаться, держась за спинами сражающихся. В присутствии юргена колдовские символы на пирамиде начинали шипеть и гаснуть, словно на раскалённую сковороду плеснули воды. Ещё немного — и они дымились, и разрушались — сама основа пирамиды начала трескаться. Клетка разрушалась, колдовство, сдерживающее демона — было нулифицировано аурой Юргена. Впрочем, и сам демон пострадал.

— Теперь беги к остальным, а я хочу повеселиться один.

Из глубин пирамиды вырвалась энергия варпа в огромном количестве и показалась огромная лапа, когтистая, и из неё, словно из скорлупы, начал вылезать огромный демон — размером с имперский титан. А я такой маленький! Демоны явно любили большие размеры.

— Жалкие черви, вы освободили меня! — сказал демон, — поклонись моему владыке и я щедро награжу тебя, червь, сделав одним из нас!

Я включил все боевые протоколы и начал усиливать крылья. И взлетел — врезавшись прямо в морду встающего демона — он отмахнулся когтистой лапой — но я ловко увернувшись, резанул по ней клинком. Демон взревел. Клинок был совсем не простой.

— Сволочь! Как смеешь ты, жалкое отродье…

— Завали хлебало, отрыжка варпа, и дерись! — сказал я через вокабулятор шлема, — мне скучно, не видишь что ли?

Он рванул на меня, а я на него — и наши удары встретились, породив ударную волну — я не сдвинулся ни на миллиметр, хотя он очень старался. Следующий удар был прямо по его морде. Демону я врезал по морде, отчего его уродливая рогатая голова резко метнулась в сторону, он попытался ударить меня огромным хвостом — но не преуспел — клинком я ударил по хвосту, отрезая его — часть хвоста отлетела в сторону. Демон взревел от боли, которой наверняка раньше не испытывал.

— А вот теперь начнём мочение!

Удар по его груди заставил демона пролететь метров двести до его клетки и врезавшись в пирамиду, проломить её спиной. Я уже был у его носа и вонзил клинок ему в руку, которой он закрылся — демон снова заорал.

Я использовал в клинке ноктилит — но я мог его переключать — с анти-псайкерского режима — на режим усиления святой силы, и сейчас мой клинок работал на усиление — сила Императора и веры в него — увеличивалась клинком многократно, клинок пылал от силы света — и удары по демону повреждали его бессмертную душу. Бессмертную, но не неуничтожимую.

Демон набросился на меня — он использовал вихрь из энергии варпа и в следующий миг я использовал устройство мгновенного скачка на короткое расстояние — и вонзил клинок в основание его черепа — и раздался страшный вой.

Кем бы он ни был — в его вое слышлся плач и отчаяние, психический вопль ужаса и страха перед чудовищем, которое пришло по его душу. Душа демона исчезала — она разрушалась, и это его страшило — привыкшие к своему бессмертию — они были не готовы исчезнуть из мира. Эти создания сдыхали в страшных муках — и этот тоже. Вой демона был огромен и сотрясал стены пещеры и её потолок, с которого посыпались камни — клинок вошёл ещё глубже в его тупую голову и перенаправил силу императора — я переключил ноктилит в мече на пси-подавление — и вместо того чтобы разносить душу его — он рассекал её сущность.

Но я не стал его убивать сразу — решил насладиться отчаянием этого зазнавшегося существа. Мне не чужд садизм по отношению к тварям, которые заслужили мучения — поэтому я отлетел в сторону и дал демону возможность наброситься на меня — чем он и воспользовался, но он был в полнейшем отчаянии — все его помыслы были сбежать — но сбежать, пока я здесь — он не мог. Демон бил со всей силы, сжигая свою психосилу, чтобы удары были огромной мощи, которой позавидовали бы титаны.

Удар по моему клинку — не дал результата — силовые поля клинка и огромная сила святости — плюс технологии — не давали ему даже дотронуться до меня, остановив его лапу с длинными когтями — один из них я отрубил, и атаковал в ответ. Следующий удар был ноктилитовым клинком в режиме подавления варпа — он рассекал грязную демоническую душу, уничтожая её связь с варпом — её сущность. Эта тварь взревела от невыносимой боли и мучений, когда волна анти-варповского поля прошлась по ней, и отрезала часть сущности.

Демон не был слаб — он сражался с огромной силой — вокруг него материум дрожал, а физическая реальность искажалась, удары его наверняка чувствовались на всю планету всеми разумными и неразумными существами. Он распространял совершенно чудовищную ауру жажды крови и убийств, законы физики вокруг него сходили с ума, лишь моя броня сохраняла стабильность — с помощью ноктилита и защиты от варпа.

Демоническая сила была чудовищна, и простой человек или даже астартес — мгновенно умер бы, или сошёл с ума — лишь Юрген отбежал в сторону и ему было наплевать на все эти заморочки — вокруг него варп бессилен. Я нанёс демону несколько ударов столь же мощных, как и его собственные — и даже сильнее, заставляя пятиться под ударами — сила, даруемая крыльями — образовала нимб над моей головой, а крылья позади светились, словно сварочная дуга, нестерпимо ярко для демона и приятным светом для людей. Они впитывали огромное количество психической силы веры и передавали её в клинок, что усиливал это десятикратно — превращая обычную психосилу в мощнейшее оружие.

Удары поэтому оставляли на демоне светящиеся порезы, которые проникали глубже и жгли его. Демон тоже не стоял на месте — он пытался ударить меня каким-то колдовством — которое было разрублено мечом, сильнейшая волна варпа разнеслась от него, и он, впитывая души своих последователей — мгновенно убил всех, кто был здесь и наверху, в улье — демонов, культистов, астартес-предателей — всех, кого мог — чтобы исцелить свои раны. Но это удалось ему лишь частично — души этих мерзких тварей наконец-то были поглощены и они рухнули замертво — битва наверху должна затихнуть.

Демон атаковал меня — а я его — одновременно, и мы снова разошлись ни с чем — мой удар отбросил его руку и ранил, отрубив ещё один костяной коготь — а он — заставил меня отлететь на пару метров.

Его размеры слишком велики для моего оружия — в этом проблема, поэтому удары получались скорее порезами — но теперь я направил излучение в голову демону. И рванув вперёд, вонзил меч в его глаз, по самую рукоять, и вовсю активировал мощь императора.

Затягивать бой — это всегда плохо — тот, кто может победить — должен стремиться как можно быстрее это сделать — затяжные бои — это эпично, красиво, и удобно для легенд и мифов — но на самом деле это признак слабости обоих сторон — что ни одна из них не может закончить бой быстро, а значит — баланс между атакой и обороной у обеих сторон плюс-минус одинаков. Это плохо в бою — долго меситься — на войне, в битве на смерть — это ещё хуже. Демон был силён — но не настолько, как архонт — его мощь велика, но мой клинок, после усиления его пси-силы императора через ноктилит — использованный как усиливающее передающее реле — было заметно сильнее. Я повеселился и пора было кончать его.

Клинок, излучая сияние словно сварочная дуга — вонзился в глазницу демона, в его мозг, или что там у него вместо мозгов — и заставил демона орать в психическом и материальном крике и биться в конвульсиях агонии, продлившейся минуту — подыхающая тварь пыталась меня сбросить, но не могла — и в итоге демон просто затих, его душа разрушилась молниеносно — лопнула как шарик, и вся психосила демона была уничтожена излучением святой силы.

Я поднялся на ноги на шее демона, и одним росчерком меча, покрытого золотистым светом — обрубил его шею, заставив голову откатиться в сторону от тела. Тело демона не рассыпалось, как это обычно бывало — оно было никаким. В варпе оно не чувствовалось, больше не было ни ауры, ни силы демона. Юрген, подоспевший со своей мельтой — пару раз выстрелил в тушу демона, туда, где у людей обычно сердце — и когда плоть поддалась мельте и сгорела частично — он сам выдохнул.

Вокруг нас была разрушенная реальность — потоки варпа взбесились, камень оплавился, полыхал и тёк, а варп колыхался словно тонкая занавеска на ветру. Разруха полнейшая.

— Святой Кораблю, Кортана, телепортируй по моим координатам через фазовый сдвиг устройство «Барьер».

— Приказ принят. Выполняю.

В сиянии рядом с нами появилось устройство — имевшее вид как у десантной капсулы. Это было нечто вроде пилона — мощная оболочка из синтетического ноктилита — и мощный аккумулятор внутри, питающий это всё энергией. Устройство упало на поверхность, слегка раздвинуло четыре своих пилона и начало светиться, активировалась схема и в ноктилит начала поступать мощная энергия анти-варпового толка. Вокруг нас мгновенно начала усиливаться завеса между миром материальным и варпом — варп отступал.

Это не кадианский пилон, конечно, но тоже очень даже ничего, в очень небольшом радиусе — километров пятнадцать-двадцать — он стабилизирует завесу, закрывает врата в варп и ухудшает способности псайкеров. Попавшие под этот эффект эльдары недовольно морщились.

— Башку тоже сжечь?

— Не, я её повешу в обеденном зале, — я за один обломанный рог потащил голову по земле в сторону своих.

— Клементина, вместе с девочками дотащите наш трофей до корабля.

— Слушаюсь, святой! — она просто чуть не плакала от фанатичной веры в императора, — вы показали настоящую силу Императора!

— Ну, до императора мне далеко, но душой отдохнул, — радостно улыбнулся я, — нет ничего приятнее, чем прибить парочку демонов по утрам!

Эльдары шарахались от юргена и смотрели круглыми глазами на то, что осталось от демона и его темницы.

— Ну вот, а вы боялись, — я ухмыльнулся, глядя на них, — не так страшен демон, как его малюют.

* * *

Сражение под ульем — отражалось на всём материуме улья — когда демон освободился — миллиарды людей сошли с ума от кровавой ярости — и когда он заорал в психическом вопле отчаяния и агонии умирающей души — понимая, что никакого возрождения больше не будет — они же с воем рухнули на землю и забились в судорогах.

Почти все культисты и точно все демоны подохли, когда демон впитал их, чтобы исцелиться — и это мгновенно остановило бой — в сторону имперских сил перестали лететь лазерные и болтерные заряды, ряды культистов мгновенно выключились — и имперцы ещё по инерции несколько минут расстреливали их, прежде чем осторожно приблизились и обнаружили только пускающие слюни оболочки, бывшие когда-то людьми. С отвращением они их пристреливали, поскорее, пока те не решили восстать или их тело не занял какой-нибудь демон.

…

Я ступил на посадочную площадку и поспешил в штаб. Эльдары покинули нас, как только выбрались из подулья — так что шли уже без них. В штабном помещении дворца — за множеством блокпостов и баррикад — Каин пил чай, и болтал с инквизитором Вейл. Женщина — воплощение «роковой красотки» — даже поверхностное сканирование показывало кучу очень искусно сделанных имплантов и модификаций, самого разного толка — оружие, сканеры, даже имплант, который может вводить человеку через рукопожатие что-то химическое, формулу потом разберёт ИИ корабля. Очень и очень внушительный набор.

Эмберли поднялась на ноги, едва мы вошли. И Каин тоже — теперь он был намного выше своей бывшей пассии. Да и что-то мне подсказывает — что отношения между ними уже не вернутся.

— Вы закончили?

— Да, демона убили. Ушастые убежали сразу, как только мы закончили.

— И хорошо, мне от них не по себе, — сказала она, уперев руку в бок, — ну и чья идея была сделать из комиссара Каина инквизитора? — спросила она у меня, нахмурившись.

— Императора.

— Я конечно верю в императора, но не надо оправдывать всё его волей.

— Нет, я серьёзен, император нас познакомил, столкнул практически лбами. Ну а инквизитора из него предложил сделать Лорд-Инквизитор Селара. Не в обиду вам будет сказано — куда более древний и мудрый инквизитор, чем вы и большинство ваших коллег.

Эмберли не нашлась что возразить.

— Вот как… заслужил расположение лорда-инквизитора?

— Можно и так сказать… хотя я ничего не заслуживал! Так просто получилось.

— С тобой всегда так, — вздохнула женщина, — ну, могу лишь пожелать удачи умереть своей смертью.

— Теперь мне это почти не грозит, — вздохнул Каин, — с моими нынешними модификациями если я и доживу до своей смерти — то это будет очень и очень нескоро.

Она улыбнулась.

— Нашёл таки на свою голову проблем! Молодец. Я вижу, и дам вокруг тебя по прежнему много — тебе под стать.

Каин изобразил страдание на лице:

— Сороритас. Хотя святой и разрешил им то, что запретил император — с ними так трудно!

— Ну я уверена, у такого выдающегося мужчины как ты, удастся уломать девушку, — снова рассмеялась Эмберли, а Каин страдальчески застонал:

— С ними трудно.

— Это с кем трудно? — к нам быстро подошла Клементина, — Комиссар, я уже устала отгонять вас от моих сестёр!