Юноша посмотрел через монокль на меня. На мешок у меня за спиной и с поклоном и величайшим почтением в голосе, услужливо показал руками, куда идти.

— Прошу, ваше святейшество, я сейчас же вызову оценщика! Не желаете ли воспользоваться нашим гостеприимством? У нас есть прекрасные апартаменты.

— Не, зови своего оценщика.

Нас всё же проводили вглубь комплекса. Опять роскошь и величие — гигантомания, золотые статуи — одна даже из чистого золота. Мой имплант в глазу подсчитал массу в шесть тысяч тонн золота. Это была статуя основателя аукциона и дедушки нынешнего владельца, если верить надписи — статуя демонстрировала мужчину в самом расцвете сил, в аристократической одежде — вычурный мундир с аксельбантами и прочим, очень пафосный, и в шляпе-треуголке, с тростью в руке.

Дальше были большие покои, в которые нас завели — атмосфера тут была ничуть не хуже, чем в моих покоях, выделенных мне эклезиархией. Ковры, статуи, высоченные шторы на огромных окнах, и здесь был относительно свежий воздух. Лучше, чем снаружи.

— Милорд, — поклонился слуга, — прибыли гости с товаром.

— Ступай обратно, Лито. А вы, — он посмотрел на меня и на служителя церкви. С любопытством — не каждый день к тебе святые заходят! Но почтительности, а тем более подобострастия в его взгляде не было. Что ж, это упрощало дело!

— Кайрос, — представился я.

— Лайон, — он вежливо поклонился, — какая занимательная у вас броня… — он прищурился, — это явно очень мастерски изготовленный комплект, много силовых полей и реактор, — обошёл он меня, — бог ты мой, что это за материал? Из тёмной эры, я так понимаю, — кивнул он сам себе, — легендарный в узких кругах Белый Аурамит — сверхпрочный материал, отражающий любые направленные воздействия.

— Не любые. Это нанополимер из плёнок мономолекулярного аурамита, а так же ещё шести материалов и синтетическая сквозная структура.

— Конечно, как я мог не догадаться, — он поправил монокль, — я не раз видел компоненты различной брони тёмной эры — но впервые вижу её целиком!

— Это глубоко модифицированный вариант гладиаторской брони «Спартанец», созданная для высших чинов ЧВК «Спарта» в двадцать четыре тысячи двести втором году, — уточнил я, — в компании Робкорп-армори. Внутри встроен реактор тёмной материи «Тантал», восемь эмиттеров силовых полей, в том числе абсорбционное поле, поглощающее энергию из направленных на броню выстрелов лазеров, плазмы и электричества. Одно из самых совершенных видов брони, которая даже предлагалась армии, но была ею отвергнута как слишком дорогая — комплект стоил шестнадцать миллионов, тогда как силовая броня типа Фаланга — не больше пятисот тысяч.

— О, — он протёр свой монокль, — какая ценная информация! И за сколько вы продадите броню?

— Не продаётся. А если бы продавалась… у вас не было бы того, на что я готов был бы её обменять.

— Прошу, не судите так быстро. Наш аукционный дом владеет великим множеством ценностей — и ещё больше — у аристократов, через которых можно купить что угодно, если это в рамках закона. Или хотя бы недалеко от них, — сказал он вальяжным самоуверенным тоном.

— Я хочу продать с молотка другое. Что и принёс в мешке.

Я положил мешок на диван и открыл его. Оценщик лайон заглянул внутрь. Я достал оттуда волкитные пистолеты и золотые массивные браслеты, положив их на стол.

— Кхм… волкитный пистолет тёмной эры технологий, или сохранённый на консервации, или новодел.

— Новодел. Но по чертежу, сделанный на ассемблере той эпохи. Не на современных станках — так что идентичен натуральному. Я выбрал для этого самый простой волкитный пистолет, обладающий сносными характеристиками для волкита — иначе были бы проблемы с… обслуживанием. Тридцать пистолетов. И тридцать браслетов.

Оценщик взял в руки браслет.

— Это генератор защитного поля, — кивнул он, — насколько он мощный?

— Плотность поля двести дел на квадратный дециметр. Поле плёночного типа.

— Управление?

— Либо через нейроимплант, либо через касание.

— Сколько стоит?

— Я не знаю, поэтому предложу продать их с молотка. Прощупаю рынок, так сказать — плотность у этого генератора в пять раз выше, чем в лучших подобных устройств из Империума, поэтому я думаю, прямых конкурентов у него нет. Полагаю — в среде аристократии собственная защита — стоит далеко не на последнем месте.

— Верно, верно, — согласился Лайон, — что ж, я тоже затрудняюсь назвать конечную цену. То, что это новодел — это хорошо, не будет проблем с механикус. Они очень… нервные из-за продажи многих реликвий. Мы примем ваш товар и выставим с начальной ценой в миллион тронов, а там как пойдёт торг.

— Хорошо. Последний товар, — я открыл защёлки на пластиковом кейсе, — я проектировал его лично, и за основу взял лучший из образцов.

Открыл крышку. Перед нами лежал… меч. Это был великолепный, мастерски созданный, меч из чистого призматического аурамита.

— О боже, какая красота! — обрадовался оценщик, — какой хороший меч!

— Изначально я проектировал меч для себя, но этот стал прототипом. Мой личный экземпляр отличается. Этот меч — особо смертоносен против демонов и сил хаоса, — подвинул я к нему кейс, — секрет в том, что в основании клинка есть перо. Моё перо, из крыла — оно наполняет его священной силой и делает настоящей реликвией. Силовой генератор меча отличается от привычных вариантов — он использует три типа полей, для защиты, атаки и поглощения энергии ударов врага — что позволяет подзаряжать аккумулятор меча в бою. Лезвие из аурамитного нанополимера, режим мощной и быстрой атаки — гарда выполнена в виде крыльев, как видите — в ней защитное поле, которым можно защититься от дальнобойных атак. В рукоять встроен ДНК-идентификатор. Оружие имеет встроенное потайное оружие в виде одноразовой мельты, которой можно выстрелить во врага, направив на него кончик меча.

— Как необычно!

— Ещё бы.

— Я не могу больше молчать! — наш священнослужитель дрожал как осиновый лист и решил воскликнуть патетично, — Святой, что вы творите! Это же священная реликвия, ей нет цены! — его фанатичная вера прорвалась всё-таки, — меч с пером из крыла святого, ещё и из тёмной эры! — он весь вспотел, — Эклезиарх Деций убьёт меня, если узнает, что я вас не остановил! Или сделает что похуже… — он чуть не рухнул в обморок, — прошу вас, одумайтесь! Этот меч может разить врагов в руках наших воинов, продавать его каким-то аристократам…

Он явно задел этим оценщика, но тот быстро понял, что спорить бесполезно.

— Вы против?

— Конечно же! — снова расхрабрился священник, — это ведь великая реликвия, мастерский клинок и с пером ангела императора, это… да это меч, достойный самой Целестины! Как можете вы обменять его на презренный металл? Эклезиархия даст вам столько денег, сколько вы захотите!!!

— Я не люблю быть у кого-то в долгу, — уточнил я, — чтобы мне потом поминали, что кто девушку ужинает, тот её и танцует? А потом ещё грозились лишить привычных мне вещей, потому что они принадлежат эклезиархии?

— Мы не посмеем, — упёрто сказал он, — но умоляю вас, именем Императора, прошу, не делайте этого!

Я кхекнул.

— Возникла заминка. Что ж, портить отношения я тоже не хочу. Поэтому готов обменять «Разящего Ангела» на что-то равноценное.

— Просите что хотите! Хоть легион бойцов, хоть лучший корабль эклезиархии!

— Дались мне ваши бойцы… А корабль я купить хочу, а не получать в дар. Мне его потом ещё переделывать надо, да и не стоит он так много, как этот меч.

— Хорошо, — Священник обрадовался, — спасибо вам, Святой!

— Вот оно что.

— Простите, Лайон, я думал продать меч, но, видимо, этим испорчу отношения с эклезиархией. Этого мне даром не надо, так что лот снимается.

— Ах, какая жалость — это был бы самый дорогой лот, проданный на нашем аукционе!

— Могу предложить ещё кое-что, в качестве компенсации. Секунду, слетаю за вещью.

Я расправил крылья и полетел в сторону своего челнока, и так же быстро прилетел обратно, приземлившись около них. В руках держал товар, который заготовил на будущее.

Просто эти мельта-пистолеты были первой партией — чтобы прощупать рынок, а для дальнейшего накопления первоначального капитала — предназначались артефакты из более богатой коллекции моих чертежей.

В мозгах у меня было сохранено немало чертежей — что-то было сосканировано с техники и сохранено в виде чертежа, что-то загружено, что-то выдала компания, а что-то — армия. Всего несколько тысяч чертежей — и совсем не всё — это оружие и броня. Я тащил в руках одну из множества заготовленных заранее коробок, которые перенесли слуги на мою яхту.

Конечно, вряд ли империум заинтересуют любые технологии тёмной эры — что-то у них сохранилось, что-то они воссоздали сами.

Положив ящик на стол, открыл крышку и вытащил оттуда товары. Самые разные!

Оценщик Лайон с большим удивлением сказал:

— Что это такое?

— Это компактные образцы товара.

Я достал из ящика красивый костюм — он был элегантен, чем-то похож на мой, в котором я в основном дома ходил — приталенный пиджак богато украшенный аурамитовыми вставками, сорочка, галстук, брюки.

— Хм… Должно быть в них что-то есть.

— Есть. Генератор щита, гораздо мощнее обычного, а ещё ткань. Это смарт-ткань, интегрирующаяся с бионическими мозговыми имплантами или другими способами управления. Надо продемонстрировать. Принесите манекен.

Лайон позвонил в колокольчик и приказал служке — уже через полминуты тот влетел, таща в руках ростовой манекен. Облачив его в принесённый элегантный красивый пиджак, я отошёл на дюжину метров и взял из принесённого волкитный пистолет, развернулся и выстрелил.

Луч сияющей энергии ударил в манекен и вокруг него вспыхнула плёнка защитного поля. Ещё выстрел, ещё!

— Попробуйте с лазпистолетами, болтерами, плазменными, мельта-оружием, — фыркнул я.

— А пистолет в норме?

Я выстрелил в стену рядом с манекеном — от неё во все стороны пошли трещины и разлетелись яркие оплавленные куски. Пистолет оставил выбоину, прожжённое пятно диаметром сантиметров тридцать. Послышался треск остывающего перегретого бетона — он не выдерживал перепада температур.

— Мы починим, — буркнул Лайон.

— Самое интересное мы ещё не сделали.

Я отключил щит на костюме и снова выстрелил — только в этот раз из лазгана. Лазган не сумел повредить — костюм ярко сверкнул и… ничего. Выстрел из болтпистолета тоже был бесполезен — болт откинул манекен, но не пробил и даже не повредил его.

— Броня затвердевает при попадании твёрдого снаряда или холодного оружия. И может защитить даже от силового оружия.

Я взял меч, который не получилось продать и включив его — заставил покрыться плёнкой сияющих энергетических полей, похожих на пламя, покрывшее клинок, и с размаху ударил по костюму-броне.

Силовые поля брони и оружия встретились и отбросили манекен с костюмом в стену, но не пробили.

Деактивировал меч. Повернулся.

— Это костюм, по моде двадцать четвёртого тысячелетия скроенный. На мой вкус гораздо лучше, чем то, что здесь носят аристократы — вычурное и броское, — усмехнулся я, глядя на Лайона, — он не может выдержать бесконечно долго — в этом он значительно уступит любой военной броне — но в него встроена микроядерная батарея, которая может на некоторое время дать уровень защиты от атмосферного яда, вакуума, энергетического, лазерного, физического оружия, плазмы, мельты, холодного оружия, и многого другого. Материал брони — ткань, разработанная компанией «Соларис Арсенал корп» — затвердевает при ударе, выдерживает огромные нагрузки — в том числе отлично сопротивляется лазерам, плазме, обладает невероятными физическими защитными свойствами.

— В чём же тогда её минус, если он есть? — спросил Лайон, — я впервые вижу такую реликвию тёмной эры!

— Потому что эта ткань запатентована, и совсем не входит в набор «построение колонии для чайников», под названием СШК. Она не настолько долговечна, чтобы храниться десятки тысячелетий, думаю, лет через триста она уже начнёт терять свои защитные свойства. В Империуме конечно время считают веками и тысячелетиями, но зажираться тоже не надо. Но лет двести-триста у неё есть, прежде чем она потеряет свои защитные свойства. Устройства энергощитов можно переставить на новый костюм, кстати, а ткань недолговечна.

Лайон кивнул:

— Это объясняет, что мы не нашли подобных образцов.

— И тем не менее, по-моему, для аристократов эта вещь ценна, — я показал на свёртки с одеждой, — она сама подгоняется по фигуре — если это не фигура свиньи, конечно. Я готов продать вам шестнадцать комплектов — включая один демонстрационный. Итого пятнадцать ещё не вскрытых упаковок.

— Хм, дайте подумать… надолго ли хватит её щита?

— Щит имеет плотность четыреста десять единиц на дециметр, что втрое больше, чем у браслета, который я вам презентовал ранее, поддержание щита тратит около одного киловатт-часа энергии в пассивном режиме. Мощность лазгана М35 — максимум сорок сорок пять единиц на выстрел, получается — при штатной микроядерной батерее он может выдержать сто тридцать семь тысяч двести семь выстрелов из М35 до полного разряда. Или двадцать две тысячи четыреста сорок выстрелов из хеллгана на максимальной мощности, или восемь тысяч сто тридцать выстрелов из плазменного пистолета МК2, или семьсот тридцать два заряда штатной войсковой мельты, или пятьсот десять выстрелов из волкитного пистолета.

— Понятно. Так ваш пистолет мощнее мельты?

— Он гораздо лучше имеет свойство пробивать щиты — за счёт концентрации своей энергии. Для пробития этого щита — нужна волкитная винтовка, создающая более четырёхсот десяти единиц на точку — это вдвое мощнее войсковой волкитной винтовки. Против тяжёлого оружия — вроде станкового волкита или мощной лазпушки щит бесполезен. От лазпушки может защитить сама ткань — но я бы не дал гарантии на это.

— Понял! — Лайон потёр руки, — восхитительно мощная защита! Многие аристократы боятся за свою жизнь. Засады, покушения — норма жизни в высших эшелонах аристократии. Уверен, они вцепятся в этот костюм! И за него можно будет выручить большие деньги. Вот только стиль…

— Я даже из принципа не буду делать имперский стиль. Уж простите — на мой взгляд это пошлость и безвкусица. Отдельные элементы из древних времён, собранные в кучу. Поэтому костюм может менять немного цвет и крой — но остаётся таким же.

— Хорошо, — согласился Лайон, — думаю, цена на него будет в тридцать раз выше, чем на волк-пистолеты и персональные браслеты-щиты. Не беспокойтесь, мы ведём бизнес честно и получим максимум денег!

— Конечно не обманете, — фыркнул я, — обмануть меня сейчас для вас значило бы похоронить всё дальнейшее сотрудничество. Тем более, вы не знаете, какие возможности и технологии у меня есть. Будете вести дела честно — я буду сбывать через ваш аукцион ещё вещи — для финансирования себя и своих людей.

Лайон молча кивнул и повернулся к служителю церкви.

— У Эклезиархии нет претензий?

— Нет, на этот раз нет, — расслабился служитель.

— Хорошо, нам не хотелось бы иметь проблемы со святым престолом. Аукцион будет назначен немедленно.

— Когда он проходит?

— Наш аукционный дом работает без остановки — аукцион идёт всегда, — улыбнулся Лайон, — миллиарды людей прилетают на Терру ежедневно, и миллиарды её покидают каждый день. Мы ведём свою работу круглосуточно и без остановки вот уже три с половиной тысячи лет!

Я задумался над этим.

— Но ведь тогда те, кто хочет их купить — могут не узнать про выставленные лоты.

— О том, какие лоты будут выставлены — мы предупреждаем заранее, за сутки до выставления лота. Почти все представители великих домов Империума, множество организаций, миров и вольных торговцев — имеют постоянное представительство, которое связывается со своими нанимателями и получает у них инструкции.

Да, страшно подумать — сколько тут людей и сколько тут ценностей, если они ведут торги круглосуточно. Сколько всего продаётся и покупается.

— А в какой форме проходит аукцион?

— Как правило — аукцион проходит в форме пикт-стрима в нашей сети Терры — у нас больше восьмидесяти тысяч представителей, включая представителей эклезиархии, верховных лордов терры и инквизиторов, — сказал он с лёгкой улыбкой, — мы немедленно выставим объявление и описание ваших товаров. Завтра в это же время начнутся торги, и могут продлиться долго.

— Долго?

— Иногда торги идут несколько часов, но такое большая редкость — чаще всего мы увеличиваем ставку и продать удаётся быстро. Комиссия составляет десять процентов от суммы продажи, вас это устраивает?

— Вполне. Я подожду завтрашнего дня. Кстати, мне надо будет открыть счёт в банке Терры, чтобы получить средства.

— В таком случае — пришлите свои реквизиты — мы отправим деньги по ним.

* * *

Волкитный пистолет тёмной эры технологий — не то чтобы уникальная вещь — в Империуме можно насчитать несколько тысяч таких штук. И тем не менее — на миллионы миров — а точнее на семь миллионов планет Империума — несколько тысяч пистолетов — это… капля в море. Поэтому они не вызвали фурор, конечно — но их новизна и качество — и гарантия аукционного дома в том, что произведены они на оборудовании и по технологиям тёмной эры — и ничем не отличны от нового оригинала — это необычно.

Поэтому волкитные пистолеты купили марсиане — как оказалось, культ механикус — самые богатые олигархи в галактике. Они держали у себя все производства и огромную часть добычи — поэтому в богатстве могли посоперничать даже с эклезиархией.

Они выкупили все пистолеты по цене в три миллиона тронов за штуку. При том, что тот же лазган М35 — самый распространённый вид оружия в империуме — стоил пять тысяч тронов.

А вот с технологией щита — ситуация была иной — существовали реликварии и серийные щиты, используемые в имперской гвардии и астартес, их было много — но те браслеты, что я передал — имели демонстрацию — как они отражают выстрел из мельты и обстрел из болтеров и хеллганов — красивый ролик сняли аукционеры всего за день. Обстрел был массивным, до полного отключения щита — и он выдержал почти минуту обстрела из двух хеллганов, двух тяжёлых станковых болтеров и взрыв мельта-бомбы, которая испарила ровный круг пола вокруг щита. Крак-гранату тоже выдержал — и только потом щит схлопнулся, сначала сжавшись до минимума и продержавшись так ещё пару секунд.

Как я понял — щиты, используемые в имперской гвардии могли выдержать пару выстрелов из пистолета и имели рес-батарею, которая долго накапливает заряд. Поэтому после нескольких выстрелов из лазгана такой щит схлопывается, может выдержать болтер или отклонить удар мечом — но на этом всё. Щит же, способный стоять словно бастион под натиском тяжелого обстрела — это нонсенс.

Его батарея была не рециркуляционной — она не восстанавливала заряд сам по себе. Это одноразовый источник питания — который нужно было ещё заменять — о чём было сказано — и всё равно — такой щит был слишком хорош по сравнению с аналогами, которые тут могут производить — более похожими на гражданский имплант-щит.

Наконец, дошло до суперкостюма. Бронированного. Срок службы — триста лет, а его защитные функции показаны были шикарно — обстрел был очень интенсивным, лазерное оружие — хеллган — не могло повредить ткань вообще. Лазеры даже при отключённом щите не могли его разрушить — а удары холодным оружием — пробить ткань, обстрел из огнестрела, плазменного оружия, мельты и прочего — либо приходился на щит, либо на ткань — и это был гораздо более интенсивный обстрел.

Костюм был выставлен с начальной ценой в сто миллионов тронов — и ставки быстро начали расти, как на дрожжах — аукционеры обещали временную защиту, сравнимую с бронёй космодесанта — и имунность ткани к лазерному излучению, её свойство затвердевать, подгоняться по фигуре, и при необходимости — менять цвет.

Поэтому цена на него была высока — а ставки сразу улетели в космос — со ста миллионов до полутора миллиардов тронов за костюм — но и это не было пределом — в итоге продано было за семьдесят шесть миллиардов — все шестнадцать экземпляров — плюс-минус, конечно — первый экземпляр стоил дешевле — но чем меньше их оставалось в наличии — тем больше была ставка — в итоге последний купили за сто сорок миллиардов. В среднем же было семьдесят шесть.

Я только глазами хлопал — это были… астрономические суммы! Немыслимые — потому что реликвия тёмной эры конечно круто — но сто миллиардов за костюм… хотя да — кто его покупал? Высшие чины эклезиархии, инквизиторы, один купил магос с марса, и два костюма — купили лорды терры. Остальное — самый богатый клан вольных торговцев и терранские аристократы — высшие чины министорума.

Сумма оказалась велика — а ценность этой реликвии ещё больше — так я понял, что волк-пистолет конечно редкая и очень ценная вещь — но для империума волкит не неизвестная технология, и возможно, штучно её даже могут производить. А вот костюмы — технология неизвестная и малопонятная — поэтому их купили без раздумий — и ещё аккумуляторы для них — с чудовищной по сравнению с остальными технологиями, ёмкостью и возможностью заряжать их от почти любого источника питания.

Я завёл карту банка — Золотой Банк Терры — основанный самим Императором, после объединительных войн Терры — и расположенный аж возле самого дворца императора — это был главный банк человечества, и уже только иметь там счёт — считалось чем-то невероятно крутым — далеко не каждый аристократ мог прилететь на Терру — а тем более — завести счёт в банке — чтобы его не перегружать — счета не заводили для тех, у кого мало денег, нужно было быть выдающимся человеком, служащим высокого ранга, или иметь кучу денег.

А вот работали они очень хорошо и быстро — почти как в тёмную эру. Вся имперская машина — это чудовищная бюрократия, где одну бумажку могут ждать не то что всю жизнь — несколько поколений — а банк работал молниеносно — пришёл, провёл регистрацию, попугал местных служащих банка своими крыльями, источающими лёгкое золотое свечение — зарегистрировался как Кайрос Святой, и получил на руки золотую карту из чистого аурамита, и персональный номер.

Вскоре на карту пришёл перевод, о чём мне сообщил маленький наручный компьютер. На Терре технологии были чуть продвинутей, чем в других мирах — тут были и компьютеры — а не массивные чудовищные когитаторы, и дизайн их был приличным — наручный компьютер получил сообщение о зачислении средств.

Получилось триллион с мелочью — мой профит с продажи всего этого. И тут уже я мог разгуляться — поэтому взяв инфопланшет — зашёл на ресурс, где торговали подержанными кораблями.

Можно было заказать постройку корабля — на которую уходило до нескольких столетий, или купить подержанный — курировали это всё и вели бизнес ушлые марсианские техножрецы — и инфосеть они тоже поддерживали — и даже умели заниматься маркетингом и рекламой. В разделе с боевыми кораблями я нашёл самый маленький и новый корабль из всех — эсминец класса «Кобра».

Это был малый корабль сопровождения — всего полтора километра в длинну — самый маленький из всех кораблей, способных к переходу через варп. Его функция в баталиях была понятной — Кобра была слабым кораблём, с лёгкой бронёй, и основной упор делала не на мощную артиллерию — а на ракеты и торпеды, которыми могла обстрелять врага и дать драпу.

Насчёт драпака у Кобры правда всё было лучше, чем у противников — массивный крейсер мог просто не поймать Кобру в прицел своих орудий и батарей — так как эсминец был слишком быстр и вертляв — он был хорош. Двигатели большие, по сравнению с обычными утюгами — он мог выигрывать манёвром — вот только Кобры часто гибли, служить на таком корабле — очень опасно. Поэтому чем больше корабль — тем престижнее на нём служить — и тем он пафоснее. Ведь чтобы уничтожить какой-нибудь Линкор класса «Император» — нужен мощный большой флот, а эсминец… его снести может даже вооружённое грузовое судно — хотя и с потерями для себя, и большим риском — но повредить точно может.

Кобры использовали как корабли сопровождения и корабли разведки — в этом им не было равных — они были просто быстрыми. Их относительно маленький варп-двигатель — было легче обслуживать — чтобы подготовить к вылету линкор — нужен был месяц. Месяц, целиком занятый погрузкой провизии, заправкой, подготовкой варп-ядра к прыжку, и так далее — это сколь мощный, столь же неповоротливый, словно черепаха, корабль — которому нужно долго-долго расходиться, прежде чем он сможет прыгнуть в варп. И после прыжка — минимум два дня нужно работать до нового прыжка.

Полная же подготовка — могла занимать по полгода — это если с полного нуля до вылета на боевую задачу и прыжка в варп.

Кобра — лишена всех этих недостатков гигантских судов — это был маленький, вертлявый корабль, а главное… самое главное — мой ассемблер мог заменить его варп-ядро на своё. И заменить поля геллера на свои. В нормальные сроки, если уже есть старое варп-ядро, которое можно будет переделать.

То же с полем Геллера — я хотел использовать одну разработанную и редкую технологию поля — которая не пошла в серию, но была установлена на Мьёльнире и других крейсерах типа «Нейтронная Звезда».

Оружие… тут тоже можно было поменять на технологии тёмной эры очень многое — и в первую очередь — установить соларитовый реактор. Чудовищно мощная штука, которая могла обеспечить энергией дюжину линкоров. А ещё — соларитовый лазер — излучатель, который мог жахнуть круче, чем турболазеры — которые в свою очередь вчетверо раз мощнее лэнс-батарей империума. Торпеды «М-9000» — девятиметровые в диаметре чудовищные торпеды тёмной эры — способные очень хорошо маневрировать.

И несколько сотен турболазерных турелей — которые создадут надёжный заслон от истребителей, абордажа и торпед врага.

И конечно — излучатель курпускулярного щита и адсорбционный щит — способный поглощать направленную в него энергию, и протонный щит — с плотностью в несколько миллионов на квадратный дециметр.

С помощью реликварных технологий тёмной эры — относительно просто можно было превратить мою «Кобру» в настоящий корабль типа Мьёльнир, если не по внешнему виду и конструкции — то по возможностям!

Главное — это всё освобождало много места внутри — два реактора — соларитовый и реактор тёмной материи, импульсные двигатели вместо плазменных — позволят моей Кобре из просто маневренной — стать немыслимо вертлявой — более вертлявой, чем ушастики в ближнем бою — хер попадёшь.

Я её так и назову «Хер попадёшь!».

Потому что хер попадёшь.

Планы были грандиозные…