Эхо крика гвардейца всё ещё металось между влажными стенами каньона, отражаясь от серых скал и тая в густом тумане. Каэн стоял неподвижно, чувствуя, как холодный пот струится по спине под форменной курткой. Воздух вдруг стал невыносимо тяжёлым, словно спрессовавшимся в каменном мешке ущелья.
Снизу уже доносился лязг металла, частые удары кованых сапог по камню и отрывистые команды лейтенанта Джи. Они поднимались.
[Сбой дыхательного ритма. Потеря пассивного контроля. Угроза дестабилизации Искры.]
Светящиеся строчки вспыхнули перед глазами, безжалостно фиксируя то, что Каэн и так чувствовал каждой клеткой тела. Его пульс бился в горле, дыхание стало рваным, поверхностным. Страх — липкий, первобытный, удушливый — пытался прорваться к внутреннему источнику, требуя выплеснуть напряжение в виде бесконтрольного выброса Ложного Пламени.
«Вдох на два шага. Выдох на три», — мысленно приказал себе Каэн, до боли сжимая кулаки.
Он вспомнил жар раскалённых котлов на крейсере. Вспомнил тот монотонный, спасительный ритм, который позволял ему выживать в котельной, не сгорая заживо. Вдох. Грудь расширяется, вбирая сырой воздух ущелья. Выдох. Жар медленно опускается в живот, не позволяя панике разжечь искру.
[Стабильность Искры восстанавливается. Пассивный контроль: 41 %…]
На край карниза легла рука в тяжёлой латной перчатке. Затем появилась вторая. С глухим стуком, сопровождаемым осыпающейся галькой, на узкую площадку поднялся принц Зуко. За ним, тяжело дыша, выбрался лейтенант Джи и ещё двое солдат.
Зуко не смотрел на Каэна. Его единственный здоровый глаз сразу же безошибочно нашёл гвардейца, который застыл у края тропы.
— Что здесь? — голос принца был тихим, но в этой тишине таилась угроза, способная разрезать сталь. — Где следы?
— Следы обрываются здесь, мой принц, — гвардеец вытянулся по стойке смирно, но его рука всё ещё указывала на гладкий участок камня. — Но дело не в этом. Посмотрите на породу.
Зуко шагнул вперёд. Каэн почувствовал, как температура на карнизе резко подскочила. Это был не физический огонь, а давящая, агрессивная аура наследного принца. Воздух вокруг Зуко дрожал от сдерживаемой ярости и нетерпения.
[Внимание. Зафиксирован выброс агрессивной энергии. Резонанс Ложного Пламени: высокое давление.]
Принц опустился на одно колено. Его движения были хищными, резкими. Он стянул перчатку с правой руки — медленно, палец за пальцем, не сводя взгляда с того места, которое указал солдат. Вокруг влажно блестел мох, в трещинах скал собирались капли конденсата, но тот самый участок в форме полумесяца оставался матово-сухим. Пыль на нём лежала неестественно ровным слоем.
Зуко прижал обнажённую ладонь к камню.
Каэн перестал дышать. Время растянулось, превратившись в вязкую смолу. Он видел, как дрогнули плечи принца, как напряглась линия его челюсти.
— Действительно, — медленно, растягивая гласные, произнёс Зуко. Он поднял взгляд на Каэна. Золотистая радужка горела в полумраке ущелья. — Камень ещё тёплый.
Принц поднялся на ноги. Он не стал кричать. Не стал швырять огненные шары. И от этого Каэну стало по-настоящему жутко. Зуко подошёл к нему вплотную. Разница в росте была небольшой, но сейчас принц казался нависающей над ним скалой. От доспехов Зуко пахло озоном, пеплом и раскалённым металлом.
— Лейтенант Джи, — не отрывая взгляда от Каэна, бросил Зуко.
— Да, принц Зуко!
— Осмотрите карниз дальше. Возможно, цель ушла по стене. Оставьте нас.
— Но, сэр, в условиях плохой видимости…
— Выполнять! — рявкнул Зуко так, что эхо ударило по барабанным перепонкам.
Лейтенант поджал губы, бросил быстрый, тяжёлый взгляд на Каэна и жестом приказал гвардейцам двигаться дальше по уступу. Как только звук их шагов стих за поворотом скалы, Зуко сделал ещё один шаг к кадету, вторгаясь в его личное пространство.
— А теперь ты расскажешь мне, что здесь произошло, Рэн, — голос Зуко упал до ядовитого шёпота. — И если ты солжёшь, я сброшу тебя в этот каньон сам. Без помощи магов земли.
Каэн сглотнул. Горло пересохло. Он знал, что этот момент наступит, и заготовил легенду, но под этим взглядом слова казались жалкими и неубедительными. Нужно было играть свою роль. Роль ничтожества, слабого кадета, который боится собственной тени.
— Я… я поскользнулся, принц Зуко, — голос Каэна дрогнул, и на этот раз ему даже не пришлось притворяться. Страх был настоящим. — Там, на краю. Мох был скользким из-за тумана. Мой сапог поехал по камню.
Он посмотрел вниз, на свои ботинки, словно ища у них поддержки, затем снова вскинул глаза на принца, изображая панику.
— Я вспомнил… вспомнил ту тренировку на палубе. Когда я чуть не упал за борт. Я испугался, что сорвусь в ущелье. Я просто хотел высушить камень, мой принц! Я выпустил немного жара в породу, чтобы пыль впитала влагу, и я мог безопасно упереться ногой! Я не хотел… я не знал, что испорчу следы!
Зуко слушал его, не меняясь в лице. Его дыхание оставалось ровным, но внутри него кипел вулкан. Принц медленно перевёл взгляд на сухой участок камня, затем снова на Каэна.
— Поскользнулся, — эхом повторил Зуко.
— Так точно. Это была паника. Я не контролировал себя.
Зуко резко выбросил руку вперёд и схватил Каэна за воротник куртки, впечатывая спиной в холодную, мокрую скалу. Воздух выбило из лёгких кадета с глухим хрипом. Запах гари от Зуко стал невыносимым.
— Трус в панике бьёт открытым пламенем! — прошипел Зуко прямо в лицо Каэну. Его шрам багровел. — Когда маг огня теряет контроль от страха, он оставляет на камне копоть. Он оставляет выжженные следы. Он плавит породу, если искра сильна, или пускает жалкий дым, если слаба.
Зуко свободной рукой указал на сухой участок.
— А там нет копоти, Рэн. Там идеальный, точечный температурный контроль. Влага выпарена ровным слоем на площади в половину квадратного метра. Ни одна песчинка не почернела.
Каэн почувствовал, как ледяной холод скручивает внутренности. Система. Его проклятая Система Истинного Пламени и техника «Ровная ладонь». Он слишком хорошо научился контролировать форму и рассеивание энергии. Он хотел сделать всё аккуратно, чтобы скрыть следы подростков Племени Воды, и применил чистый жар без пламени.
И именно это его выдало.
«Идиот», — пронеслось в голове Каэна. «Контроль пламени бесполезен, если ты не контролируешь картину в целом».
Он осознал свою главную ошибку. Он пытался убедить Зуко в том, что он — жалкий, паникующий трус. Его голос дрожал, глаза бегали, тело источало запах страха. Но его магия… его магия была магией хладнокровного, контролирующего себя мастера, который аккуратно и ювелирно стирает улики. Диссонанс был слишком очевиден. Огонь и тело говорили разные вещи.
— Я… я не знаю, как это вышло, — прохрипел Каэн, безуспешно пытаясь разжать пальцы Зуко на своём воротнике. — Я клянусь! Я просто…
— Ты постоянно оказываешься там, где что-то идёт не так! — Зуко встряхнул его, с силой ударив спиной о скалу ещё раз. — В котельной. В трюме с тем парнем из Царства Земли. Теперь здесь. Ты притворяешься бесполезным мусором, над которым смеётся вся команда. Но твой огонь… твой огонь не сходится с твоими трясущимися руками, Рэн! Кто ты такой?!
— Принц Зуко!
Окрик лейтенанта Джи прозвучал как удар гонга. Зуко замер, тяжело дыша, но хватку не ослабил. Лейтенант быстро шёл обратно по карнизу, его лицо было мрачным.
— Мой принц, следов дальше нет. Но выше по склону мы нашли обломанные ветки кустарника. Кто-то крупный, очень крупный, продирался сквозь заросли к вершине. Если мы не поторопимся, цель уйдёт за перевал.
Зуко медленно перевёл взгляд на лейтенанта, затем снова посмотрел на Каэна. В его глазах больше не было презрения к слабому кадету. Там было холодное, расчетливое подозрение. Он видел в Каэне проблему. Угрозу, которую пока не мог разгадать, но которую больше не собирался игнорировать.
— Мы с тобой не закончили, — процедил Зуко. Он резко разжал пальцы, и Каэн осел на камни, судорожно хватая ртом воздух. — С этого момента ты не отходишь от меня ни на шаг. Если ты попытаешься применить свою "панику" ещё раз, я сожгу тебе руки.
Каэн кивнул, массируя горло. Он был на волосок от того, чтобы оказаться в кандалах по обвинению в измене. Спасло лишь то, что жажда Зуко поймать Аватара была сильнее желания разобраться с подозрительным кадетом прямо сейчас.
Зуко развернулся к лейтенанту, собираясь отдать приказ о подъёме.
И в этот момент мир содрогнулся.
Это не был гром. Это не был гул землетрясения или рев пламени. Это был звук, которого Каэн никогда раньше не слышал вживую — плотный, оглушительный хлопок сжимающегося пространства, словно само небо разорвалось пополам.
Сверху, из-за скалистого гребня, ударила невидимая взрывная волна.
Удар был такой силы, что с каменных стен сорвало пласты векового мха. Густой туман ущелья разметало в одно мгновение, обнажив серые, острые пики каньона. Лейтенант Джи пошатнулся, едва удержавшись на ногах. Зуко инстинктивно вскинул руки, закрывая лицо от хлестнувшего по доспехам ураганного ветра, несущего в себе пыль и мелкие камни.
Каэн, всё ещё сидевший на земле, вцепился в неровности породы, чтобы его не сдуло с карниза. Воздух выл и свистел, закручиваясь в неестественные воронки.
Это была чистая, необузданная сила стихии. Не ярость огня, не тяжесть земли. Это была абсолютная свобода и мощь разорванного потока.
Ветер резко стих, оставив после себя звенящую тишину в очищенном от тумана каньоне. Мелкая каменная крошка всё ещё сыпалась по склонам.
Зуко медленно опустил руки. Его глаза расширились, а на губах появилась хищная, пугающая улыбка. Подозрения, гнев, допрос — всё это мгновенно исчезло, смытое взрывной волной.
— Это не просто маг воздуха, — выдохнул Зуко, его голос дрожал от лихорадочного возбуждения. Он выхватил палаши из ножен на спине. Сталь лязгнула в повисшей тишине. — Это Аватар. И он совсем рядом. Наверх! Все наверх!
Лейтенант Джи вытащил меч, выкрикивая команды солдатам. Отряд сорвался с места, бросившись к крутому подъёму, ведущему на вершину гребня.
Каэн тяжело поднялся на ноги. Ветер всё ещё холодил потную кожу. Саботаж временно отошёл на второй план, сметённый куда более масштабной бурей. Команда Аватара была раскрыта. И теперь Каэну предстояло бежать вслед за разъярённым наследником Народа Огня, прямо навстречу легенде, в чью сторону он только что пытался незаметно склонить чашу весов.