Мундалабая я заметил сразу – чернокожий гигант методично добивал какой-то железякой кибера. Скорее всего, это уже не требовалось – боец «РоботЭкс» лежал на песке, не пытался подняться или защитится, а лишь дергался. Наверняка кибер мертв, а эти, с позволения сказать, «судороги» – лишь остаточное явление сродни конвульсиям, что бывают у умершего человека.

Однако Мундалабаю было плевать. Подозреваю, что он руководствовался принципом: «дергается – значит живое». А раз так – надо добить.

И он добивал.

– Эй! Приятель! Хватит уже железяки портить.

Мундалабай поднял на меня взгляд, в котором все еще читалась ненависть и злость, но тут же они сменились на удивление – он меня узнал.

–Мик? Это твоя? – спросил он, будто бы не поверил собственным глазам.

– Я, кто же еще, – кивнул я.

– Как ты тута? Как знать, что моя и Кузьма здеся?

– Я и не знал. Устроил ловушку для корпоратов, а тут гляжу – вы в клетках.

– Ы! – довольно осклабился Мундалабай. – Мы хотеть бежать, но тут вы стрелять, и мы… У-у-у, отродье Кулгумпа!

Кибер вновь дернулся, и Мундалабай прекратил разговор, принявшись дубасить многострадальные останки противника.

Нанеся ударов пять, он наконец-то сообразил, что можно еще сделать – развернул трубу наподобие копья и с силой вогнал ее в голову кибера. Труба прошла сквозь череп и погрузилась глубоко в песок. Все же силы Мундалабаю было не занимать.

– Подохла штука! – произнес Мундалабай с довольной улыбкой.

– Мик!

Я повернул голову и обнаружил Кузьму, живого и здорового, со всех ног бегущего ко мне.

– Кузьма! Я уж думал, тебя и в живых нет!

– Я так же думал о тебе и остальных… А где наши бравые вояки? Тоже с тобой?

Я погрустнел.

– Нет… – буркнул я, – как раз они погибли…

Улыбка слетела с лица Кузьмы.

– Вот как… – и он тут же с надеждой поглядел на меня. – Но ведь их клон-чипы работали? Инфа сбросилась тебе?

– Не знаю, – вздохнул я. – Кажется, мой чип поврежден…

– Вот дерьмо, – покачал головой Кузьма. – А ты уверен? Может, все-таки работает?

– Да без понятия, – ответил я, – проверить его, сам понимаешь, негде…

– Негде… – согласно кивнул Кузьма, – а хотя…

– Что хотя? – заинтересовался я.

– Неподалеку от города есть поселок, он под контролем корпоратов. Там есть небольшой клон-центр. Оборудование старое, но…

– Очень интересно. Продолжай!

– Там корпораты обустроили техническую базу. У поселка собственный генератор и реактор. Так понял – колонисты, что туда прилетели и обосновались, свой корабль разобрали из него городок и построили. А «РоботЭкс» его облюбовал – удобное место для ремонта платформ.

– А что там с охраной?

– Поселок недалеко от города, пять минут лета. Охрана есть, но немного. Сам понимаешь – толком я не знаю, так как бывал там всего пару раз. Да и видел все через клетку…

– А чего тебя туда возили?

– Платформы чинили. Тупые исполнительные механизмы не в состоянии справиться с простейшей работой. Вот корпораты рабов и пристроили к делу… Кстати, там Литвин и Кийко.

– Та-а-ак! – обрадовался я. – А Шендр и Строгов? Где они, в курсе?

– Они на одной из платформ на точке добычи. Видел их в лагере для пленников пару недель назад, а потом их погрузили на платформу и увезли. До сих пор не возвращались.

– Увезли, говоришь… – нахмурился я, – а куда платформа направлялась, видел?

– Видел. В пустыню, сюда же, но чуть севернее. Вроде как та местность красными песками называется…

– Угу… – задумчиво кивнул я. Надо бы проверить, где там, севернее этого места, корпораты могли найти вечный уголь и добывали его…

– Эй! Квака! – обернувшись, взглядом я отыскал паренька и махнул ему рукой, призывая подойти, а когда он это сделал, заявил: – Есть для тебя работенка…

Квака вопросительно уставился на меня.

– Бери припасы и воду, нужно слетать на север, в красные пески.

– Зачем? – задал вполне справедливый вопрос Квака.

– Там у коропратов есть еще одно место добычи. Нужно его отыскать.

– Но… – нахмурился Квака, – а как мы…

– Не переживай, решим, – успокоил я его, прекрасно понимая, что именно его озадачило. Мы ведь сделали ловушки на корпоратов, организовывая собственные месторождения. А тут я собрался нападать на корпоратов, когда они уже на точке и готовы к атаке.

Но…это было бы проблемой, когда нас можно было пересчитать на пальцах, а теперь это люди, освобожденные во время первого нашего нападения. Теперь вот еще есть люди, получившие свободу только что. Сколько уже у нас бойцов? Под сотню?

Да, я понимаю, что все они по большому счету просто гражданские. И тех, кто реально умеет и знает, как надо воевать, как бить корпоратов, мало. И тем не менее, даже десяток опытных и бывалых бойцов может навести шороху. А если их замаскировать толпой пусть и криво, но все же стреляющих бывших гражданских…

Нет, я уверен, мы вполне можем напасть на место добычи.

А раз так…

– Давай. В темпе, – поторопил я Кваку, – нужно найти платформу как можно быстрее.

– Окей. А где потом вас искать?

– Будем в поселке, – ответил я.

– Лады. Понял.

– Кстати, – вспомнил я, – а возьми-ка с собой еще и Али.

– Да я справлюсь…

– Нет, – покачал я головой, – летите вдвоем. Мне так спокойнее будет. И не лезьте на рожон. От вас требуется одно – найти место, где засели корпораты.

– Сделаем, – кивнулКвака и бегом бросился выполнять мое поручение.

Спустя каких-то десять минут два гравицикла, загруженные водой и едой, рванули на север…

***

Пока Либерти толкала речь перед спасенными, я, Кузьма и Мундалабай отошли в сторонку, чтобы переговорить по душам.

Меня очень интересовало, где и как они жили, сколько там еще пленных, какая там охрана и тому подобное – я уже планировал налет на город с целью освобождения людей и занятия этого самого города.

Если получится – у нас будет шанс продержаться до прибытия НОК. А если уж совсем оптимистично смотреть, то появится шанс справиться с корпоратами, даже не дожидаясь подмоги.

Кузьма уже все понял, и старался изложить все, что видел и слышал, как можно подробнее, не упуская никаких деталей.

С Мундалабаем было хуже. Во-первых, он пока так и не понял, на кой черт я пытаю его вопросами. А во-вторых, толку от него было немало – как оказалось, большую часть времени он провел в клетке, а к корпоратам он попал, так как его им продала какая-то банда, которой посчастливилось найти капсулу с ним внутри.

О, эти олухи думали, что им очень повезло с таким рабом. И поначалу так и было – у банд есть развлечение: они устраивали бои между рабами. И с оружием, и без, и со смертельным исходом, и по всем правилам ринга.

Так Мундалабай умудрился чуть ли не чемпионом стать, разделывая противников одного за другим.

– Я даже встретил одного из твоих противников, – хмыкнул я. – Перепутал с тобой. Так я только имя произнес, и он накинулся, хотел меня прикончить. Здоровенный такой верзила. Тоже чернокожий. Знаешь такого?

– Знаю, – ухмыльнулся Мундалабай. – Много говорить. Я бить его долго. Он плакать, как девочка, просить не убивать.

– О как! Ты ему, получается, жизнь сохранил, а он теперь мечтает тебя прикончить, – усмехнулся Кузьма.

Мундалабай лишь пожал плечами.

– Пусть пробовать.

Что касается дальнейших похождений Мундалабая, то однажды он решил сбежать. Разогнул прутья своей клетки, голыми руками убил двоих охранников и дал драпу.

Вот только его поймали и вновь посадили в клетку.

Мундабалай сбежал вновь, но на этот раз добыл оружие и устроил банде такую кровавую баню, что они уже не решились держать его у себя, однако и убивать не стали. Вместо этого продали корпоратам, так как подвязались на работу к «РоботЭкс», ловили и доставляли им людей. Мундалабай попал в очередную партию таких бедолаг.

Ну а дальше…

Дальше все понятно и я уже все знаю.

– Что ж, – вздохнул я, дослушав рассказ черного гиганта, – в целом ясно.

– И что думаешь делать? – поинтересовался Кузьма.

– Ждать наших разведчиков и надеяться, что они найдут место добычи корпоратов.

– Так. И?

– И мы полетим туда. Нападем на «РоботЭкс», попробуем отбить людей.

– А людей хватит? Оружия?

– Надеюсь, что да.

***

Нам повезло – Квака и Али обернулись довольно быстро – они смогли найти место добычи юджиния в красных песках и вернулись в поселок.

Со спасенной партией рабов мы уже успели пообщаться, убедили их присоединиться к нам, и вот, им теперь предстояло боевое крещение.

Наша платформа летела высоко в небе, через пустыню, взяв направление на север.

Очень скоро начнутся красные пески, и мы доберемся до «лагеря» корпоратов.

А дальше… О…а дальше контролера, занимающегося добычей, будет ждать очень неприятный сюрприз…

– Фуф! Что-то как-то нервничаю я, – я не заметил, как ко мне подошел Квака.

На спине его был прыжковый ранец ВКСников (ну, или как они там сейчас называются у современных государств). Эти штуковины нашли поселковые, отправившиеся на разведку. Целый склад ранцев, которые нам как раз и пригодились. А я голову ломал, как подобраться к корпоратам тихо и незаметно. И вот, пожалуйста. Ответ нашелся сам собой.

– Не ссы, – хлопнул я Кваку по плечу, – эти штуки не подведут. Даже если какое-то из сопел не сработает – остальные компенсируют…

– Ка…как не сработает? – тут же побледнел Квака.

– Ну, вот так. Бывает такое, но редко. Да и вообще, даже если сразу вся система не запустилась, управляющий блок оживит. Его неглупые люди делали. Да чего ж ты весь бледнеешь-то? Вон, погляди на Мундалабая – ему вообще плевать. А у него туша поболее твоей будет. Если ляпнет – ошметки по всей пустыне разбросает…

– Эм…

– Да не слушай ты его, – тут к нам подключалась Либерти, – все нормально будет работать, ничто не откажет. Мы уже десяток ранцев прогнали – все работают штатно. Плюс на всякий случай парашют в них есть. Не разобьешься.

Квака благодарно кивнул и пошагал прочь.

– Ты чего народ шугаешь, придурок? – вызверилась на меня Либерти. – У некоторых тут и бой будет первым. А им еще прыгать с платформы с дикой высоты предстоит. Подбодрил бы, успокоил людей. Но нет, он нагнетает…

– Да я… – хотел было оправдаться я, но Либерти лишь махнула рукой.

– Да это просто Квака нервный, – бросил я ей вдогонку, – вон, Мундалабаю вообще по барабану…

Но Либерти уже меня не слушала.

Вообще на платформе стояли и сидели будущие «десантники», которым скоро предстоит «выступить». И на многих, как я заметил, лица не было.

Ну да, прыгать с высоты нескольких километров ‒ это не хухры-мухры. Страшно…

Я вон тоже себя как не в своей тарелке чувствую. Хотя и делал подобное раньше. Да чего там, с орбиты ведь даже спускался, а тут…

И все равно было не по себе…

А Мундалабаю действительно все по барабану. Ну вот почему у меня и остальных нет такой выдержки? Он ведь спокойный, как танк… Эх…

Все же идея подлететь к противнику на большой высоте имела и свои плюсы, и свои минусы. К плюсам стоит отнести то, что мы совершенно незаметны, сенсорика вражеских платформ обычно направлена вниз, а не вверх. Ну, максимум находится в горизонте. Корпораты вряд ли будут смотреть вверх – кто там полетит? Только самоубийцы.

А самоубийцы потому, что их могут засечь с орбиты и долбануть корабельным залпом, да так, что костей не соберешь.

Но я этого не боялся. Ну, почти. Дело в том, что мы летели на платформе корпоратов. Свеженькой, только что захваченной. Ну и что, что платформа не выходит на связь – может, система связи сломалась, и чешет себе эта платформа дальше по заданию, ну, или возвращается к ближайшей ремонтной точке.

Короче, я процентов на 90 был уверен, что корпораты нас не снесут с орбиты, а другие платформу просто не заметят.

А еще плюсом такого перемещения было то, что к точке атаке мы подойдем неожиданно и незаметно, свалимся противнику на головы, как снег.

Все это плюсы, но были и минусы. Те самые шансы быть сбитыми или скорее уж разнесенными в клочья.

А еще на такой высоте были проблемы с воздухом – дышать тут было очень тяжело. Хотя поначалу казалось, что как раз наоборот – воздух был прохладным, приятным…

Однако уже сейчас я чувствовал себя далеко не лучшим образом – устал, весь покрылся потом, хотелось спать.

Судя по изнуренным лицам моих товарищей, они испытывали то же самое. Разве что Мундалабай сидел у ящиков с припасами со все тем же невозмутимым выражением лица, что и при взлете. Его, казалось, вообще ничто пробрать не может.

– Мик! – я повернулся.

О! Либерти! Вот уж на кого не действует ни высота, ни ожидание предстоящего боя, ни необходимость прыгать с платформы вниз. Она, как всегда, собрана и невозмутима.

– Пять минут до точки, – заявила Либерти, – поднимаем народ и готовим. И выбери тех, кто будет следить, чтобы прыгнули все.

– Я думал, это будем мы, – удивленно ответил я.

– Мы первыми прыгаем. Пока корпораты не поняли, что к чему, попытаемся прямо во время падения выбить ретранслятор и контролера.

– В воздухе? Падая вниз? – ужаснулся я.

– А что такого? – хмыкнула Либерти и развернулась к бойцам, сидящим вдоль борта, набрала в легкие воздуха и заорала: – А ну подъем! На исходную. Скоро начнется! Давайте, сонные курицы, просыпайтесь и готовьтесь! Ну же, ну!

Я же остался на месте, переваривая услышанное. Палить в цели на поверхности, падая вниз? Да как тут вообще можно хоть куда-то попасть?

Я тряхнул головой. Ладно, хрен с ним. Может и можно, но для этого нужно быть как можно ближе к поверхности. И раз уж Либерти говорит, что это возможно – поверю на слово.

Буду лететь и пытаться засечь контролера. Получится – буду по нему палить. Авось попаду…

А если нет – Либерти подстрахует. Она это предложила – вот пускай и работает.

Так, нужно же выбрать замыкающих.

Мой взгляд упал на Мундалабая. Он открыл глаза, зевнул, но так и остался сидеть на месте, лишь ворочая головой по сторонам, разглядывая людей, готовящихся к десантированию.

– Ну что, готов надирать задницы корпоратам? – спросил я у него, подойдя ближе.

– Я рвать их на мелкий куски, – заявил Мундалабай.

– Отлично. Но мне нужна твоя помощь.

– Твоя говорить – моя слушать!

– Нужно проследить, чтобы все бойцы десантировались.

– Пойти в бой?

– Ну да. Чтобы все прыгнули.

– Прыгнули? – на лице Мундалабая отразилось полнейшее недоумение.

– Ты что, не слушал, когда мы рассказывали, как все будет?

– Большой ноготь сильно отрасти, – заявил Мундалабай, продемонстрировав мне свой палец, похожий на сардельку, – нужно грызть ноготь, громко грызть. Не слышать вас.

– Ну вот же, блин… – проворчал я. – Значит смотри. Мы прыгаем с платформы, летим вниз, и там уже…

– Прыгать с платформы? – переспросил Мундалабай.

– Ну да…

– А какой высота?

– Ну…вот как сейчас летим, так и будем прыгать.

Мундалабай испуганно уставился на меня, затем рванул к краю платформы, схватился за перила так, что я испугался, как бы не погнул или не вырвал.

И едва он взглянул вниз, как тут же упал задницей на палубу, быстро-быстро отполз от края.

– Эй, ты чего? – нахмурился я.

– Очень высоко. Моя разбиться.

– Да у тебя же рюкзак есть и…

– Рюкзака тяжелый. Мундалабай лететь еще быстрей. Шмяк ‒ и Мундалабай нет.

– Да нет же! Послушай! Рюкзак включится, и ты перестанешь падать, будешь медленно спускаться.

– Мундалабай тяжелый. Рюкзак маленький. Мундалабай надо рюкзак, как на танка.

– Да хватит и этого…

– Нет! Моя не прыгать. Моя хотеть убивать корпорат, а не делать шмяк.

– Да твою же… – в сердцах рявкнул я, – будешь ты прыгать! Или я сам тебя скину!

– Моя нет, – Мундалабай схватился своими ручищами за трубу, демонстрируя, что оторвать его от нее не получится.

Я тяжело вздохнул.

Ну вот только его мне уговаривать не хватало…

– Если не прыгнешь – не разрешу убивать корпоратов. Отвезу тебя назад, на ферму к отцу!

В глазах Мундалабая была тоска и отчаянье. Он боялся прыгать, но и возвращаться на свою родину не желал (но никуда бы я его, разумеется, не повез, даже если бы была такая возможность).

– Успокойся, – как можно ласковее сказал я ему, – прыгнешь. Нажмешь вот эту кнопку, – я указал ему на кнопку у него на груди, – и рюкзак сам все сделает. Тебе вообще ничего не нужно будет делать. Рюкзак все сам.

– А если сломаться?

– Там еще парашют есть. Все будет хорошо. Лети себе и сверху расстреливай корпоратов. Понял?

Он кивнул.

Я тяжело вздохнул.

Ой, большие у меня сомнения, что он понял и что сделает, как я сказал. И ставить его замыкающим нельзя – он-то всех, кто будет сомневаться, посбрасывает. А оставшись один, хрен прыгнет. Надо выбирать кого-то другого, кто и Мундалабая сможет при необходимости столкнуть.