Интерлюдия 3.

Земли империи Архил. Место прорыва.

Неучтённое плазменное орудие обошлось людям дорого. Очень дорого. Две платформы с вордхольскими высокоранговыми магами, уничтоженные выстрелами корабельного калибра… Это была незаживающая рана в самом сердце наступательного кулака. И пока Леонид Сидэро возился с этой пушкой — ценой огромных усилий и невероятной удачи — драгоценное время утекало сквозь пальцы.

Пторианцы использовали каждую секунду этой паузы. Парализующая растерянность, охватившая ящеров в первые минуты вторжения, испарилась вместе с дымом пожарищ. Их ИИ проанализировал ситуацию, пересчитал силы и с методичностью холодного механизма начал стягивать войска к точке прорыва. С востока, юга и юго-востока, огибая дымящиеся руины, к позициям людей потянулись колонны бронетехники, антигравитационные платформы с плазменными турелями и плотные цепи пехоты. Ящеры не бросались в бой очертя голову — они методично выстраивались, занимали позиции и смыкали полукольцо.

ИИ Хард фиксировал происходящее в реальном времени: сотни красных точек на тактической карте медленно, неумолимо ползли навстречу друг другу, охватывая людей широкой дугой.

— Активирую резервный сценарий текущего этапа наступления, — произнёс Хард в наушниках всех командиров. Коротко, без лишних слов. — Перегруппировка. Всем подразделениям — движение к обозначенным точкам.

Менять план в разгар боя — это всегда больно. Но этот сценарий готовился заранее именно на тот случай, если у пторианцев обнаружится оружие, способное значительно ослабить основной наступательный кулак человеческой армии — группу сильнейших вордхольских магов. Люди отступили. Это не было беспорядочным бегством — шёл дисциплинированный, организованный отход на заранее просчитанные рубежи. На ходу бойцы огрызались дальнобойными заклинаниями и прикрывали отход огнём с уцелевших платформ.

Расположившись на вытянутом холме, оставшиеся вордхольские маги заняли позиции. Теперь они не торопились. ИИ Хард персонально выдавал команду на запуск: каждый удар был отмерен, выверен и подсвечен интерактивными линзами тактических очков. Заклинания уходили строго туда, где скапливалась техника или концентрировалась пехота врага. Бок о бок с вордхольцами стояли аронские маги. Их площадные удары дальностью до километра выбивали те силы противника, что умудрялись прорваться сквозь первый заслон. Рядом с ними стрелки из Зорта и Райдана, вооружённые винтовками, крупнокалиберными автоматами и гранатомётами, добивали уцелевшие цели.

А перед всеми ними, в низине, живым щитом встали высокоранговые воины. Облаченные в высокотехнологичную композитную броню, изготовленную на оборонных предприятиях Сидэро, они были готовы отдать жизни, лишь бы не подпустить к магам ни одного ящера.

Макс Арон отправил в полёт свой очередной удар… Жёлтый светящийся шар энергии сорвался с его рук и по настильной траектории ушёл вперёд, на ходу увеличиваясь в размерах. Он достиг цели на самом излёте, в глубине строя наступающих пторианцев, и разлился волной яростного пламени, накрывая передовые отряды. Ящеры и их легкая техника мгновенно превращались в живые факелы.

Макс медленно выдохнул… Его магическое ядро опустело, требовалась как минимум минута на восстановление. Он потёр переносицу под тактическими очками и огляделся.

В этот момент из-за горящего квартала, огибая участок, накрытый его же огнем, вынырнула свежая колонна. Тяжёлые колесные бронемашины ящеров шли почти вплотную друг к другу, а над ними нависал массивный антигравитационный транспортник. Он был оснащен спаренными крупнокалиберными пулеметными башнями и короткоствольными плазменными орудиями. Спаренные пулеметы уже работали вовсю: тяжёлые свинцовые очереди яростно вспарывали землю, прощупывая позиции людей и выбивая снопы искр из камней.

Макс успел лишь мысленно прикинуть расстояние и проверить наполненность ядра, как рядом раздался спокойный голос Колда Вайна:

— Понял… Вижу их.

Лучший преподаватель магии земли быстро и умело сформировал дистанционный магический удар, и в следующий миг в сторону противника стремительно отправился коричневый шар энергии. Пролетев примерно триста метров, шар начал расти… Миг — магический сгусток материализовался, и, громко разрезая воздух, на колонну техники понеслась огромная каменная глыба.

Сто тридцать тонн коричневого гранита на бешеной скорости ударили в голову колонны. Первые три машины просто исчезли: их смяло, расплющило и вбило в землю. Остальные разлетелись в стороны и перевернулись, заперев своими тушами проход. Отскочив от поверхности, глыба лишь краем задела транспортник пторианцев, но ему и этого хватило: многотонная машина с помятым боком рухнула, зарывшись в землю под углом и подняв огромный фонтан пыли и обломков. На ходу испаряясь и уменьшаясь в размерах, камень прокатился ещё двести метров, раскидывая в стороны всё, что попадалось на пути, и только тогда остановился.

Тут же с другой стороны послышался нарастающий гул двигателей.

Ещё одна колонна — теперь с юга, она шла быстрее, прижимаясь к прикрытию разрушенных строений. Не успел Макс забеспокоиться о ней, как его вассал, граф Лангр, уже начал формировать магический удар. Результат оказался схожим — с той лишь разницей, что у графа Лангра глыба получилась немного меньше и менее округлой.

Макс поймал взгляд старого друга. Тот едва заметно кивнул — мол, пока ещё держимся. Макс ответил ему ободряющей улыбкой, и тут сверху донесся приближающийся знакомый звук летящих ракет. Не гул, не рокот — именно тот специфический шипящий треск, который невозможно спутать ни с чем другим, если ты однажды уже слышал его над головой в бою. И, судя по насыщенности этого шума, снарядов было много. А значит, пторианцы уже перезарядили автоматические установки, рассыпанные по всей территории империи Архил, и теперь небо над войском людей снова должно было превратиться в шквал взрывов и огня.

Системы ПВО на платформах ожили немедленно: плазменные излучатели застрочили дробными залпами, вырисовывая в небе слепящую сеть. Ракеты вспыхивали десятками — какие-то высоко, какие-то совсем низко, заливая позиции людей горящими обломками и химическим топливом.

Но платформ с комплексами ПВО стало меньше… Это было видно сразу. Не потому, что кто-то объявил об этом вслух, а потому, что в нескольких секторах дуга заградительного огня заметно истончилась. Там, где раньше работали две-три установки, теперь отдувалась одна. Хард компенсировал это как мог: перераспределял сектора, менял приоритеты, но резервы не были бесконечными.

Это стало ещё одним просчётом в расчётах искусственного интеллекта и Ёси, основанных на имеющихся на тот момент разведданных и теоретических выкладках. Ведь судя по ним, к началу боевых действий антигравитационных платформ с противовоздушными комплексами успели изготовить даже больше, чем требовалось. Однако никто не предполагал, что у пторианцев окажется так много исправного высокотехнологичного вооружения — автоматических установок и мобильной техники.

Три ракеты всё же прорвались… Первый снаряд рванул в тридцати метрах от позиций людей — взрывная волна опрокинула сразу десяток воинов, благо от смертельных ранений их спасла броня и высокое телосложение. Двое вордхольских магов в панике упали на землю, прикрывая головы руками…

— Нет-нет-нет! Я не хочу умирать! Я аристократ! Не трогайте меня, пожалуйста! — истерично закричал один из них.

— Поднимайся, мразь! Сражайся! — зло рявкнул вордхольский маг среднего возраста и пнул паникёра в бок. — Не позорь наш род!

Тут прилетела вторая ракета и ударила всего в десяти метрах. Осколки выкосили сразу пятерых пехотинцев: двое повалились с перебитыми ногами, двое были ранены в торс, а один и вовсе не подавал признаки жизни.

Детонация третьего снаряда произошла прямо в гуще людей. И это стало переломным моментом… Всё посыпалось разом, подчиняясь эффекту домино… Один из вордхольских магов, опустошив ядро дальнобойным заклинанием и оставшись без защитного покрова, поймал случайную пулю. Она прошла насквозь через горло, и он осел без единого звука. В этот же миг один из комплексов ПВО заклинило от перегрева, и в образовавшуюся прореху немедленно устремились несколько ракет. Новые взрывы накрыли сразу два десятка бойцов и искалечили соседнюю платформу — её антигравитационные двигатели дали сбой, и многотонная машина накренилась, стремительно теряя высоту.

И пока люди были растеряны и дезориентированы происходящим, с юго-запада — именно оттуда, откуда они не ждали удара — к их позициям прорвалась большая волна пехоты ящеров. Без бронетехники, без поддержки платформ. Просто огромная масса солдат, вооружённых тяжелыми копьями, глефами и секирами — оружием древним, но смертоносным в их лапах. Они бежали в абсолютной тишине, не издавая боевых кличей. Сотни когтистых ног тяжело вбивались в землю, и этот монотонный, грозный гул отчетливо ощущался даже через подошву тактических ботинок.

Большинство магов к тому моменту исчерпали свои силы и теперь ждали, пока восстановится запас маны. Остальные же, увидев приближающееся войско ящеров-людоедов, охваченные страхом и паникой, начали метать в них дистанционные атаки, не подчиняясь командам искусственного интеллекта и не обращая внимания на целеуказатель. В результате часть заклинаний и магических ударов попала в одну и ту же точку, а некоторые и вовсе прошли мимо.

У стрелков из Зорта и Райдана заканчивались боеприпасы, и с каждой секундой становилось всё более очевидно, что войско людей здесь долго не продержится.

— Отступаем к указанной позиции, — раздался в наушнике голос Харда.

В интерактивных очках Макса Арона появилась пульсирующая стрелка, указывающая направление. Он огляделся. Большинство уцелевших платформ уже были заняты ранеными. На палубах трудились маги-целители, вливая в истерзанные тела бойцов целебные зелья и используя свои способности, чтобы затянуть самые страшные раны. Тех, кто мог передвигаться сам, отпаивали из походных фляг, на ходу перетягивали им перебитые конечности и поднимали на ноги. Пешие подразделения организованно снимались с позиций — ИИ Хард дирижировал этим отходом невидимой рукой, перераспределяя потоки, затыкая бреши и выставляя заслоны.

Но к юго-западным рубежам уже на полной скорости бежали ящеры. И именно в этот момент из второй шеренги вперёд вышел один человек.

Макс сначала увидел лишь силуэт — огромный, тяжёлый, почти неправдоподобно широкий в плечах, затянутый в черную тактическую броню, которая сидела на нём как вторая кожа. Секундой позже он его узнал: это был Гор, один из полевых командиров Леонида. Макс видел его прежде, в башне Сидэро, и запомнил сразу — такого гиганта трудно не запомнить. Гор развернулся к застывшим бойцам и демонстративно одним глотком осушил флакон какого-то зелья. Вероятно, это была улучшенная версия «Берсерка». И практически все воины прикрытия повторили за ним. Затем он поднял над головой свою монструозную секиру и прокричал:

— За человечество!!! — от громового баса мужчины, казалось, задрожал сам воздух, перекрывая грохот канонады. — За Империю Сидэро!!! За нашего императора!!! Вперёд!!!

Он резко развернулся и бросился в атаку, а за ним, подхваченные этим яростным кличем, устремились остальные защитники. Высокоранговые воины с боевыми топорами, глефами и копьями. Паладины Чистого в своих узнаваемых латах и накидках — когда-то белых, а теперь серых от гари и багровых от крови. Несколько гибких женских фигурок в облегченной защите с парными топориками в руках — суровые воительницы-садарки.

До строя ящеров было примерно сто метров. Макс сразу всё понял… Искусственный интеллект Хард тщательно рассчитал время: чтобы основные силы успели отойти, кто-то должен был задержать прорвавшихся в ближнем бою. Необходимо было выиграть время. Несколько бесценных минут любой ценой.

Сжав зубы от бессильной злобы, Макс развернулся и побежал вместе с остальными отступающими к точке сбора. Он оглянулся на ходу.

Гор врубился в авангард ящеров, как тяжёлый молот в наковальню. Первый бросившийся на него здоровенный двурукий ящер получил секирой поперёк морды, и его голова разлетелась надвое. Второй попытался уклониться от удара, но человек-гигант двигался с невероятной скоростью, учитывая его габариты. Короткий поворот корпуса, быстрый удар сбоку — и раздался тяжёлый хруст ломающихся костей. Гор работал спокойно, почти методично, без лишней ярости. Он просто делал свою работу с той же будничной деловитостью, с какой крестьяне рубят дрова.

Рядом с ним женские фигурки рассыпались по флангам — юркие, стремительные, совершенно непохожие на него по стилю. Они не пытались убить ящера в лоб. Садарки подныривали под удары, уходили перекатами, разрывали дистанцию в долю секунды — и снова сближались, чтобы коротким, почти хирургическим движением подрубить сухожилие или вскрыть подколенную складку. Ящер-солдат падал не сразу: сначала он терял опору, а затем и всё остальное. Воительницы же уже не обращали на него внимания, мгновенно переходя к следующему противнику.

Макс оглянулся второй раз… Гор уже работал против пятерых одновременно. Троих он ещё сдерживал. Четвертый достал его в бедро — скользящий удар копьём пробил бы обычного бойца, но композитная защита выдержала, хотя нога великана чуть подогнулась. Он даже не остановился, но тут первый и пятый зашли со спины. Макс успел увидеть, как оба тяжёлых копья вошли в спину одновременно — слева и справа, между пластинами брони. Гор покачнулся, как огромное дерево под ударом топора, но продолжал стоять. Нужно было спешить, и Макс уже не видел, что было дальше…

— Ваша жертва не будет напрасной, — прошептал он на ходу, задыхаясь от бега. — Клянусь.

* * *

Указанная точка оказалась небольшим естественным гребнем — невысоким, метра в полтора, но достаточным, чтобы использовать его как огневой рубеж. С флангов платформы выстраивались в линию, прикрывая людей своими бортами. Раненых сгружали прямо за насыпь, где ими продолжали заниматься маги-целители. Стрелки из Зорта и Райдана спешно занимали позиции, укладывая стволы оружия на камни.

Макс Арон встал, убедился, что его ядро вновь полно маны, и принялся формировать дистанционную атаку. Дождавшись, когда линзы подсветят цель, он отправил туда жёлтый, искрящийся от мощи шар энергии… Туда, где сквозь дым и пыль уже проступали силуэты преследователей. Рядом с ним одновременно ударили ещё несколько магов — кто-то воздухом, кто-то водой, кто-то огнём, кто-то тяжёлыми земляными снарядами.

— Крепитесь, — произнёс в наушнике Хард. — Вам во что бы то ни стало нужно удержать эту позицию. Отступления больше не будет.

Макс Арон выпрямился. Вдохнул в лёгкие воздух — горький, с привкусом дыма и горелого мяса — и обернулся к боевым товарищам.

— За Империю Сидэро! — воскликнул он, и в этот миг осознал, что название нового государства больше не вызывает у него, бывшего императора Арона, ни печали, ни разочарования, как это было раньше. Вместо этого в его душе расцвела гордость. — За императора! За человечество! Ни шагу назад!

И войско ответило ему дружным, оглушительным криком поддержки.

Макс Арон понимал, что, скорее всего, им осталось прожить совсем немного… Что, возможно, люди сегодня проиграют эту войну. Но он утешал себя мыслью, что за всю историю сосуществования пторианцев и человечества люди впервые дали ящерам столь сильный отпор. Доказали, что они не просто скот — что с ними надо считаться, их надо бояться и уважать.