Меня разбудила дрожь, пробежавшая по защитному кокону. Спросонья я не сразу понял, на что так бурно отреагировал мой источник. Но спустя несколько мгновений пришло осознание. Прилив, начало которого мы с Селиной предвидели, наконец, начался.

В памяти непроизвольно всплыла одновременно жуткая и захватывающая дух картина надвигающейся темной волны, заслонявшей собой весь горизонт от края до края и жадно поглощающей часть неба.

Я поднялся и сел на ложе. В шатре царил полумрак и тишина. Прикрыв глаза, прислушался к себе. Хм… На первый взгляд отклик, идущий от Теневого перевала, казался вполне обычным. Прилив как Прилив. Но чем глубже я вникал в свои ощущения, тем явственней проступала неестественность и неправильность этого Прилива. Словно эта волна — это отголосок чего-то более крупного и масштабного.

От тревожных мыслей отвлекли не столько движения у входа в мой шатер, сколько беспокойные эманации, распространяемые аурой ночного посетителя.

— Войди, — разрешил я.

Полог отодвинулся, и в проеме показалась широкоплечая фигура Сигурда. Мое чутье не обмануло. Всегда спокойный, словно ледяная глыба, сейчас он был какой-то взвинченный и — что совсем необычно — явно сбитый с толку. Сказать по правде, я впервые видел его в таком состоянии.

— Что случилось?

Казалось бы, я задал простой вопрос, но во взгляде Сигурда мелькнула неуверенность. Похоже, он уже жалел, что побеспокоил меня.

Он нахмурился и провел своей широкой ладонью по затылку.

— Садись и рассказывай, — кивнул я на табурет. — И не тяни быка за хвост.

Сигурд послушно опустился на жалобно скрипнувший под его весом табурет. Слегка прищурив левый глаз и поджав губы, он покачал головой.

— Бездна его знает, что со мной творится. Приснится же такое…

Хм… Теперь отчасти мне были понятны затруднения Сигурда. Побеспокоить среди ночи своего сюзерена из-за какого-то сна. Ни Сигурд, ни Аэлира, к слову, после инициации так и не пожелали освободиться от вассальной клятвы — действительно выглядело странно.

Кроме того, я подозревал, что обычно в подобных случаях, если Сигурда что-то и беспокоило, то он сперва делился наболевшим со своей женой. Но ее сейчас в лагере не было.

Аэлира довольно быстро пришла в себя после инициации и уже рвалась в бой. Так что, когда я три дня назад приказал ей во главе конного отряда отправиться в марку и заодно сопроводить туда часть каравана с продовольствием, ее радости не было предела.

Помимо этого, у Аэлиры было еще одно задание. Она должна проверить, что происходит на Новом тракте, соединяющем Форт де Грис и Гондервиль. И по возможности выяснить причину исчезновения гонцов. Лучше Аэлиры с этим поручением вряд ли кто-то справился бы.

Я молчал и с серьезным видом внимательно ждал продолжения. Видимо, отсутствие скепсиса или насмешки на моем лице придало Сигурду уверенности, и он, уставившись в одну точку, начал говорить.

— В моем сне у меня были крылья и тело птицы, — произнес он. — А еще… Не знаю, как это объяснить… Я как будто находился в двух местах одновременно. И первое место мне было знакомо. Я бывал там когда-то очень давно. Еще когда служил ледяным жрецам…

Он на миг замолчал. Сигурд не любил вспоминать эту часть своей биографии.

— Что за место? — спросил я.

— Свартвальд, — ответил он. — Вернее, небольшой храм в его окрестностях. Мы отводили туда пленных истинных.

Его рот слегка искривился.

— Жрецы уверяли нас, что в храме этим заблудшим душам дадут приют и помогут ступить на путь истинный.

Мотнув головой, Сигурд выдохнул.

— Но не об этом сейчас… Во сне у меня получилось сделать по воздуху круг над храмом и подлететь к нему поближе. Вот тогда-то я и почувствовал его.

— Кого?

— Одного из ледяных демонов. Он явно находился внутри… И он был там не один. Я почувствовал, как прямо из-под земли разит опасностью и смертью. Как будто в храмовых подземельях обустроила логово стая теневых тварей. Их было много… Очень много. Странное дело, я точно знал, что они там и что они как будто спали, но при этом я не слышал биения их сердец и их дыхания…

Я задумчиво помял подбородок.

— А потом я почувствовал зов, — продолжил Сигурд. — Он тоже шел из-под земли. Я поддался порыву и меня странным образом перенесло в огромное подземелье, где я увидел место силы. Гигантский янтарный круд. Он был оплетен толстыми черными энергоканалами. Они, словно мерзкие склизкие пиявки, высасывали жизнь из него.

Сигурд замолчал и провел ладонью по лицу.

— А второе место из твоего видения? — спросил я. — Тоже было под Крылом Стрикса?

Сигурд кивнул.

— Да. Очень далеко. В самом сердце Тени. Там была гора. Огромная, черная, с раскаленной вершиной. Из нее временами выплескивались волны пламени.

«Видимо, вулкан» — отметил я про себя.

— Внутри горы было место силы, — продолжил Сигурд. — Алый круд. Бурый кристалл из подземелий Теневого перевала рядом с ним — что тот небольшой булыжник. Настоящее Сердце горы. И из этого сердца кто-то потихоньку черпал энергию. Алый круд при этом вздрагивал, и от него исходили мощные волны силы. Этот странный новый Прилив и эти волны…

— Связаны, — закончил я за него. — Ты тоже почувствовал его необычность?

— Да, — кивнул Сигурд.

Я быстро поднялся с ложа и взял сумку, висевшую на спинке стула. Порывшись в ее внутренностях, я достал тот самый обрывок пергамента, найденный мной в тайнике Лисьей норы. Карта с местами силы, которую я сперва принял за схему какого-то ритуала. Благо Древник подсказал, куда нужно смотреть.

Расстелив карту на столе, мы с Сигурдом одновременно склонились над ней. Отыскать большой алый круд не составило особого труда. Тем более, Сигурд почти угадал имя этого кристалла. Пламенное сердце. Именно так гласил мой перевод с древнего и скорее всего уже мертвого языка.

— Но ведь это был всего лишь сон… — пробормотал Сигурд, хмуро взирая на карту.

— Думаю, ты уже и сам в это не веришь, — ответил я. — Как я уже говорил ранее, каждый из нас после инициации получает особый дар. Твой частично проявился этой ночью. Уверен, ты уже догадался, кто на самом деле летал в твоем… так называемом сне.

Пока Сигурд, потирая лоб, осмысливал сказанное мной, я медленно провел пальцем невидимую линию от алого круда до янтарного, который сейчас находился под контролем хримтурса.

Ладонь сама собой сжалась в кулак. Источник, почуяв мое раздражение, тут же заворочался, словно потревоженный в своей берлоге медведь. Пока мы тратим время на эти нелепые войны, наш истинный враг опережает нас уже на несколько шагов.

Взяв себя в руки, я заметил как уплотнилась аура Сигурда. Видимо, почуял мой источник. Вон как весь напрягся.

Я поднял голову и положил ладонь на его широкое плечо, показавшееся мне в эту секунду каменным. А затем как можно спокойней произнес:

— Ты получил весьма полезный дар. Отныне, если вдруг снова у тебя будут видения, ты должен незамедлительно сообщать об этом мне. Кроме того, как только льюнари закончат в Гондервиле, я попрошу Селину выбрать самую смышленую из ее сестер, которая будет теперь находиться подле тебя…

Договорить я не успел. Словно подслушав мои слова, полог шатра колыхнулся будто от ветра. Перед нами появилась одна из льюнари.

— Старшая сестра велела передать, что это случится сегодня… — произнесла она мягким голосом.

Я улыбнулся. Наконец-то…

— Благодарю, — ответил я. — Скажи Селине, чтобы на всякий случай оставалась с сестрами в городе. Поближе к городским стенам.

Когда льюнари исчезла, я обернулся к Сигурду.

— Пора встречать долгожданных гостей.

Бергония. Фронтир. Северо-западнее Сапфировой цитадели.

Хельга в одиночку шла по следу убийц Жан-Клода де Бакри вот уже несколько суток. Враг двигался по старой звериной тропе, которая вилась между серыми валунами, поросшими бурым лишайником. Ныряла в заросшие колючими кустами овраги, образовавшиеся после мощных землетрясений, еще недавно терзавших фронтир. Ту тонкую полосу земли, что отделяет обжитые земли от Теневого перевала.

Макс обещал ей поход в Тень. А также обещал показать подземный храм и бурый круд. Место силы, которое чуть было не уничтожил один из старших хримтурсов.

Хельга ждала этого события даже больше, чем погружения в Изнанку. С самого детства она грезила Тенью. В глубине души завидовала дару Астрид. И вот теперь ее мечта должна была очень скоро исполниться. Правда, пройти сквозь Барьер ей предстояло в одиночку, без поддержки.

Хельга на мгновение замерла, прислушиваясь и внимательно осматриваясь. Все ее чувства были напряжены до предела. Защитные и атакующие плетения наготове. Фронтир — не место для беспечных прогулок. В любую секунду может произойти нападение теневой твари, выбравшейся на охоту из-под Крыла Стрикса.

Хельга, продолжая осматриваться, машинально поправила ремень перевязи. Пояс был из кожи теневой твари. Серый, в матовых разводах. Держался плотно, но нигде не давил и не перетягивал. На поясе висел короткий меч страйкера.

Хельга проверила крепление наручей, надавила на пластину доспеха у плеча. Вся экипировка и оружие были прочными, легкими и удобными. Впрочем, в мастерской Урсулы Хуг иного не создавалось.

Хельга, аккуратно держась в тени валуна, приподнялась и взглянула в сторону Теневого перевала, издалека напоминавшего длинный хребет исполинского змея.

Ветер шел с севера, от Барьера. Тяжелый, упругий, почему-то с привкусом железа. Давление Прилива чувствовалось даже здесь, в нескольких километрах от его границы. Воздух был плотнее обычного, как будто сама стихия копила силу перед броском.

Хельга опустила голову и присела на корточки. Затем провела пальцем по краю следа, оставшегося на лишайнике. Удовлетворенно хмыкнула. Свежий и отчетливый, не больше суток. И самое главное — больше никакой волшбы скрыта. Она исчезла окончательно.

Линна, одна из сестер-льюнари, почувствовала это раньше — на исходе первой седмицы погони. Сказала, что чужая волшба впереди стала рваной и заметно ослабла. Еще через день-два пропала совсем.

Кто-то из первородных прикрывал группу диверсантов, а потом покинул их. Видимо, тот, кто шел с ними, тоже почувствовал приближение Прилива и решил, что дальше их пути расходятся. Бросил группу и ушел своей дорогой.

Хельга выпрямилась. Мысли сами собой вернулись в ту злополучную ночь.

Она снова вспомнила пожар. Багровое зарево било в небо, перекрывая звезды. Внутренний двор арсенала был полон криков, ржания лошадей, лязга железа — люди тушили огонь, таскали воду, рубили перекрытия, валили горящие лабазы, чтобы огонь не пошел дальше.

Перед ее взором уже в который раз встало мертвое лицо Бакри. Его глаза, в которых застыл не испуг, а злость.

Хельга тяжело вздохнула, вспомнив резню, которую устроили вервольфы из клана Бакри в лагере кларонского посольства. Кстати, тела Лады найдено не было. Ведьме удалось уйти. При этом она легко расправилась с несколькими оборотнями, прежде чем покинуть лагерь. Да и вервольфы, отправившиеся в погоню за ней, вернулись ни с чем. Потеряв при этом часть отряда. Лада лишний раз доказала, что является одной из сильнейших ведьм на континенте.

Старейшинам кланов вервольфов стоило труда утихомирить молодых оборотней. Бакри был для них не просто лидером. Чудом удалось спасти от расправы Якоба Седого, который чуть ли не каждый день посещал лагерь кларонцев, чтобы быть рядом с Ладой. Сейчас старик, убитый горем, содержался в одной из башен цитадели под охраной нескольких гленнов. До возвращения Макса.

Генералу де Потье при поддержке старейшин вервольфов и офицеров гленнов удалось довольно быстро навести порядок. Пожары были потушены, раненные доставлены в госпиталь, где все это время находилась Хельга с остальными целителями и лекарями. Было выставлено оцепление, усилены патрули на воротах, стенах и внутри замка и цитадели, но врагу все-таки удалось уйти.

К утру картина сложилась.

Вражеский отряд попал в цитадель через тайный ход под скалой. Затем разделился на три группы. Первая и, похоже, самая боеспособная атаковала Бакри и его телохранителей. Две другие подожгли продовольственные склады и арсенал. Обе эти группы были перехвачены и уничтожены. Но им все-таки частично удалось выполнить свою задачу. Один склад сгорел. Еще один — только наполовину. Остальные удалось отбить у огня.

Арсенал был поврежден, но не уничтожен: рухнула одна стена, погибло несколько мастеровых, оставшихся там ночевать, но основная часть оружия и заготовок уцелела.

Среди тел убитых диверсантов нашли стригоев. А также одного бойца в доспехе страйкера. Генерал де Потье опознал убитого — один из бергонских дворян, маг из Сапфировой гильдии.

Собственно, благодаря этому опознанию, появилась догадка о том, как вражеский отряд попал в цитадель. Страйкер сапфировых провел их через тайных ход.

Хельга задумчиво потерла переносицу. Тогда, в момент неразберихи думалось совершенно о другом, но в пути времени у нее было предостаточно, чтобы осмыслить произошедшее. Пожары, смерть Бакри, трупы стригоев, резня в лагере кларонского посольства — все это казалось для нее фрагментами одной цельной картины.

Хельга оглянулась. На горизонте виднелись очертания скальной гряды. Там, за толщей камня и земли оставались те, кто встретят армию аталийцев.

Хельга вздохнула. И, похоже, не только их. Дерзкая и практически молниеносная диверсия в тылу армии Макса по имеющимся признакам указывала на жгучее желание поучаствовать в этой войне еще и короля Кларона.

Хельга еще в те времена, когда отец и дядя были живы, неоднократно слышала от них о правителе Кларона, Ольгерде Третьем, почему-то прозванным в народе Гордым. Все, что много лет назад говорили старшие мужи ее семьи об этом короле, в последние дни только подтвердилось.

Жестокий, расчетливый, умный и безжалостный. От себя Хельга еще бы добавила — ради достижения цели готовый пожертвовать своими людьми словно расходным материалом.

Ольгерду нужен был повод вступить в эту войну, и он его получил. Вернее, создал сам. Так, по крайней мере, все произошедшее виделось Хельге…

К полудню вернулись первородные, которые отправились по только им видимому следу убийц де Бакри. Они действительно ушли через тайный ход под скалой.

Хельга ожидала, что след повернет на восток или северо-восток, к Кларону. Но первородные сообщили, что след уходил на запад, постепенно забирая севернее, к Теневому перевалу.

Донесение первородных они с де Потье слушали вместе. Хельга вспомнила, как они с генералом недоуменно, но в то же самое время понимающе переглянулись в тот миг.

Все выглядело слишком просто и очевидно, чтобы быть правдой. Неужели выжившая группа диверсантов, а, скорее, их командир был настолько самоуверен? Ближайшая точка в том направлении — это Крысобой. Лаборатория Урсулы Хуг. Чертежи, оружейные разработки, метательные машины, теневые арбалеты. Один из ключевых ресурсов Макса, да и всего маркграфства.

Враг не бежал и не отступал. Он готовился нанести следующий удар. Хельга в тот миг еще подумала, что можно было позавидовать осведомленности и дерзости их противника.

Решение Хельга приняла быстро и без лишних слов. Уже спустя несколько часов она во главе наскоро сформированного отряда отправилась в погоню. Ее отряд состоял из опытных следопытов из старших вервольфов, а также двух десятков гленнов.

Также вместе с Хельгой отправилась Линна — одна из сестер Селины, которая в последние месяцы стала якорем для Хельги, без которого выход в Изнанку и возвращение обратно становились слишком рискованными. Кроме того, с этой юной первородной у Хельги образовался не только тандем «ауринг-льюнари», но и начали прорастать ростки дружбы.

Линна чувствовала Тень и ее приливы и отливы лучше всех. Она же чувствовала чужую волшбу скрыта впереди — там, где шел вражеский отряд.

Погоня продолжалась несколько дней. Сперва они ехали верхом, пока местность позволяла. Дальше — на своих двоих. С каждым днем настроение Линны менялось. Она время от времени поворачивала голову в сторону Теневого перевала, настороженно прислушиваясь к чему-то только ей ведомому.

Вражеский отряд постепенно забирал севернее. Не резко, не явно — но день за днем след уводил ближе к Тени.

Хельга поняла их расчет уже на третий день. Враг сознательно вел погоню к границе Тени. А это означало, что среди них остались только страйкеры, которым Барьер не страшен. Чего нельзя сказать об отряде Хельги.

В один из дней, после ночного привала Линна сообщила всем о скором Приливе. После чего Хельга приняла решение продолжать преследование в одиночку. Вступать в бой с врагом она не собиралась. Только идти по следу. Их нельзя было отпускать.

Хельга грустно улыбнулась, вспомнив обеспокоенное личико льюнари и слезы на ее глазах, когда они прощались. Гленны и часть вервольфов уходили обратно в Сапфировую цитадель — с подробными новостями для генерала де Потье и для гонцов, которых тот отправит дальше. Вторая часть отряда и льюнари шли обходными тропами в Крысобой — предупредить Урсулу Хуг и гарнизон крепости…

Ветер усилился, заставив Хельгу поежиться. Давление Прилива стало плотнее. Где-то там впереди ее ждала Тень.

Губы Хельги дрогнули и растянулись в улыбке. Ее охватил знакомый предбоевой мандраж. Легкая дрожь, не от страха, а от предвкушения долгожданной встречи с некогда запретной для нее стихией.

Через некоторое время она поднялась на пологий пригорок и замерла не в силах оторвать восхищенного взгляда от открывшейся ей картины.

От одного края горизонта до другого тянулась исполинская стена. Темная, движущаяся, закрывающая небо. Она накатывалась медленно, как огромная волна, что собирает силу перед тем, как обрушиться своей массивной тушей на все живое. Хельга ощутила эманации магии Барьера, и по ее телу пробежала дрожь. Источник вспыхнул золотом. По энергоканалам и энергоузлам стремительно распространилась энергия.

Хельга неожиданно для себя рыкнула от нетерпения, затем поправила перевязь и двинулась вперед, навстречу Приливу.