Все эти три дня ребята не были на стройке. А выдались они снежные, вьюжные. Когда на четвертый день появились на работе, строительная площадка неузнаваемо изменилась. Штабеля кирпича и теса превратились в белые курганы. Рабочие прокладывали тропки к подъездам, отвоевывали у снега строительный материал. Пришлось отгребать снег и ребятам, прежде чем они проникли в свою секцию. Зато шуму и гаму здесь было больше. Только Владька не принимал участия в общем шуме, стоял в сторонке, и ждал, когда расчистят тропку. В подъезд он вошел последним и сейчас же юркнул в кладовку за своей шкатулкой. Вернулся скоро — растерянный, даже побледневший. У него дрожали губы. Поднялся на второй этаж с таким убитым видом, что на него сразу обратили внимание.

— Владя, ты болен? — сочувственно спросила Рая, но он даже не посмотрел на нее, ища глазами Степана Герасимовича.

Рыжик подошел к Владьке и, делая озабоченный вид, потребовал:

— Говори, какая муха тебя укусила?

Владька, еле сдерживая слезы, пробормотал:

— Шкатулку украли.

— Тю! — присвистнул от неожиданности Рыжик. — Это великое произведение искусства? Где она у тебя была?

— Там, — неопределенно мотнул головой Владька.

— В кладовке?

— Ну.

— А ты хорошо смотрел?

— Смотрел.

Из-за Костиной спины неожиданно вынырнул Юра:

— Владька, это ту шкатулку, что с музыкой закрывалась, сперли? Как же получилось?

— А вот так, пришли и стянули, — ответил Рыжик.

— Из кладовки? — усомнилась Рая.

Владька вновь кивнул головой.

— Даже не верится. Владька, а ты не обманываешь? — Валя Медведева пристально посмотрела на Жукова.

— Чего вы пристали к человеку? — вмешался Виктор. — Надо помочь поискать. Пошли! — И он двинулся к кладовке. Вслед за ним пустились мальчики, а потом с визгом и криком бросились девочки. Они визжали потому, что Рыжик обязательно хотел какой-нибудь девочке бросить за шиворот комок снега.

Ребята перетряхнули кладовку вверх дном. Ни одного уголка не осталось не обследованным. Но шкатулки не было. Тогда Рыжик сказал, что искать нечего, шкатулку кто-то непременно стащил.

— Эх, Владька, Владька, — покачал он осуждающе головой. — Такую вещь не сберег! Шедевр!

Костя Рябцев хмуро возразил:

— Кому она нужна?

— Много ты понимаешь в искусстве! — усмехнулся Рыжик.

Юра предположил:

— А не ремесленники ли устроили нам такую пакость?

Виктор сверкнул на него глазами:

— Брось! Не знаешь — не говори. А ты, — повернулся он к Владьке, — вытри слюни. Не будь бабой. — У Владьки вид был действительно кислый.

А вообще-то предположение Юры имело некоторые основания. Ученики строительной школы частенько заглядывались на Владькину шкатулку и открыто похвалялись при случае прибрать ее к рукам. Но резонное возражение Виктора немного рассеяло это подозрение. Тогда Рая вслух подумала о том, что это сделал кто-то из бригады Боровкова. На Раю все дружно зашикали, и она обиделась.

Рыжик, посмотрев на Владьку открыто, сказал:

— Послушай, а может, ты ее не в кладовку поставил и морочишь нам головы? Может, она совсем не потерялась, а стоит где-нибудь и посмеивается над нами?

— Эх, Петя-Петушок, — улыбнулась Валя Медведева, — по-твоему, она надела шапку-невидимку?

— Твоя острота не достигла цели! — отпарировал Рыжик. — В прошлом году со мной точно такой же был случай. Приехал я к деду в деревню, и пошли мы с ним на рыбалку…

Все знали, что у Рыжика нет деда и что он не в прошлом, не в позапрошлом году в деревню не ездил, но перебивать не стали.

— Пришли на реку, закинули удочки и сидим, поджидаем когда рыбка клюнет. Я на поплавки поглядываю, а дед носом клюет. Ну, думаю, разморило старика. Только подумал посоветовать деду в тень уйти и подремать малость. Слышу, завозился мой дед. В карманах пошарил, вокруг себя ощупал и спрашивает:

— Петька, ты трубку не видел?

А тут у меня поплавок запрыгал. Я приловчился, дерг и вот… — Рыжик развел руками, но спохватился, что слишком широко их развел, не поверят ведь, убавил малость, — такую щуку выволок. А дед все ворчит: «Петька, кого я спрашиваю?» — «Да ведь трубка, — отвечаю, — у тебя в голенище лежит». — «Нету там. И куда она запропастилась, окаянная?» — «Подожди минутку. Сниму вот щуку с крючка и поищу твою трубку», — «Провались твоя щука, ты мне трубку ищи!» — крикнул дед. А трубку он в руках держал. А тут у него поплавок тоже загулял, схватил дед удочку, а трубку выпустил. Она бултых в воду… Пришлось мне ее доставать.

— То трубка, а это шкатулка, — возразил Костя Рябцев и улыбнулся. — Ох, и силен же ты, Петька, сказки рассказывать!

— Сказки? — искренне удивился Рыжик.

— Шкатулка не трубка, за голенище не сунешь.

— Вот тут ты, пожалуй, прав, — серьезно согласился Рыжик.

— Слушай, Владька, еще раз спрашиваю тебя: — Ты хорошо помнишь, что в кладовку ее ставил? Может, спрятал и забыл? Ты ж всегда ее от нас прятал.

— В кладовке она была, — настаивал Владька.

— Да, сделано — не придерешься, — вздохнул Рыжик. — Прощай шкатулка.

— Опытный, видать, воришка, — согласился Костя Рябцев.

— Это само собой. Вот у Владьки — дело труба. Ты вот что, друг ситный, пойди к Степану Герасимовичу и попроси у него новый инструмент. А шкатулочку я тебе помогу новую сделать. Идет?

Рыжик доверчиво, выжидательно поглядел на Владьку. Костя Рябцев принялся уговаривать не очень-то тужить из-за какой-то паршивой шкатулки.

— С такой шкатулкой в старое время ходили коробейники, бродячие артисты, шарманщики и кустари-одиночки, — нашептывал он Владьке. — Ты ж современный человек, будущий рабочий и нечего горевать. Ее давно в музей надо было сдать. А тебе, подумай, зачем она?

Костя покосился на Рыжика:

— Попросить инструмент можно. А шкатулку делать не надо. У нас в классе ни у кого же нет! Вообще и инструмент не больно нужен. Столярные работы, считай, закончили. Что там осталось? В двух квартирах полы настлать, двери подогнать и все. Так и так скоро все на малярные работы и штукатурку встанем. Владьке самый раз на штукатурку становиться. А со шкатулкой — черт с ней. Сейчас ее и в музей не вдруг возьмут, а ты… помогу. Да больно нужна она Владьке. Может, ты тоже захотел шкатулку иметь?

— Нет, мне не надо. А вон Владьке… Впрочем, ты, Костя, прав. Владьке сейчас самый раз в звено отделочников. Штукатурки у нас хоть отбавляй.

— Хватит вам! — вмешался Виктор. — У парня, можно сказать, трагедия, а они его словами кормят. — Виктор шлепнул Владьку по спине. — Не горюй, не пропадем! Да и шкатулочку, если потребуется, отгрохаем что надо!

Владька вздохнул тяжело, виновато посмотрел на товарищей и пробормотал:

— Ладно уж, столярничайте одни. Я пойду в звено отделочников.

— Вот и порядок, — удовлетворенно согласился Виктор.