Верджил

Верджил непонимающе посмотрел на брата. Он не понимал почему, Клод так занервничал, когда он заговорил о Диего. У этого типа особый вид неприкосновенности? Или ему что-то неизвестно?

– Дело в том, что Диего погиб, – сказал наконец Клод. – И давай больше не будем возвращаться к этой истории. Ты и твоя Джулия теперь в безопасности.

– Погиб? – переспросил Верджил.

– Застрелен. Узнав о случившемся, Клаус счел нужным дать приказ стрелять на поражение, – холодно сообщил Клод. – Учитывая, что Солер только что вышел из тюрьмы и снова нарушил закон, его убийство оправдано. Но Джулии об этом лучше не знать.

– Клаус, конечно, умеет удивить, – задумчиво протянул Верджил, гадая, какие последствия может вызвать выбор кузена. – Впрочем, он же король, ему все можно.

– Это у нас семейное. Я вот тоже не ожидал, что ты бросишься в огонь спасать девушку, – устало улыбнулся Клод.

– Просто этой девушкой была Джулия.

– Я так и понял.

– Как идет следствие по делу Ражского? – спросил Верджил, вспомнив их разговор в ресторане.

– Ну, Дилану светит оказаться в тюрьме, – пройдясь по палате, сказал Клод. – То, сколько он заработал денег на поддельных картинах, просто недопустимо. Оригиналы, которые хранились в наших фондах, были заменены копиями. На него работали сотни художников, способных сделать такую копию, которую даже не всегда могли опознать специалисты. Не понимаю, почему с такой гениальностью не идти своим путем? Не продвигать свое имя?

– Ты много чего не понимаешь, – вздохнул Верджил.

– Надеюсь, ты в этом не замешен.

– Я не настолько гениален. Если бы не донос Яго, о подлогах Ражского стало бы известно?

– Скорее всего, нет. Те документы, что он прислал, были с точными адресами, суммами. Этот Яго словно знал всю эту аферу изнутри, слишком много деталей для простого наблюдателя. Мы пытались выйти на него, но не смогли, – с досадой сказал Клод. – И Клаус запретил упоминать имя доносчика. Откуда ты его знаешь?

– Дилан проболтался.

– Ну дурак… – разочарованно протянул Клод.

Дверь в палату открылась, и вошла медсестра. Бросила на Клода суровый взгляд.

– Вам пора, – строго произнесла она. – Вы и так находитесь здесь очень долго.

– Да, конечно, – спохватился Клод. – Выздоравливай, Верджил.

Верджил проводил брата взглядом и с облегчением выдохнул. Этот разговор отнял у него слишком много сил. Он прикрыл глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце.

***

Верджил с надеждой смотрел на капитана Лейка. Он ждал, что тот сейчас озвучит имя, уже крутящееся у него на языке. Но тот задумчиво покачал головой и сказал:

– Не будем спешить с выводами, – торопливо проговорил он и бросил взгляд на Джулию.

– Но почему? – вскинулся Верджил. – Мы ведь уже в шаге от того, чтобы отправить эту тварь за решетку! Скольких ему еще нужно убить, чтобы он остановился?

– Дайте мне все проверить, – поднимая руки, проговорил капитан. – Вдруг мы что-то упустили.

– Да кого же вы так боитесь… – начал Верджил и осекся, вспомнив, как Клаус быстро разделался с Диего.

– Вам нужно будет усилить охрану. Обоим, – строго сказал капитан Лейка, посмотрев на Верджила, а потом на Джулию. – Постарайтесь быть осторожными.

– Может быть, вы скажете кого опасаться? – спросила Джулия.

– Оставайтесь в кругу семьи, – направляясь к двери, сказал капитан Лейка. – Не усложняйте мне работу.

– Как-то мне неспокойно от происходящего, – призналась Джулия, когда капитан ушел.

– И мне, – не стал скрывать Верджил. Он кожей чувствовал, как тучи над ним сгущаются, и не знал, как избежать этого. – Но мы справимся, все будет хорошо.

***

Джулию выписали раньше и ее забрал Клод, отвезя в дом, который он снял после того, как Верджил оказался в лечебном корпусе. Верджил немного переживал, все ли между его братом и девушкой будет хорошо. Не выкинет ли Клод очередной «умный ход», чтобы спасти его? Время, как назло, начало тянуться очень медленно. Даже сон не помогал – он был коротким и каким-то нездоровым. Верджилу сняли лечебную пленку с кожи, и боль стала сильнее, хотя от ожогов остались лишь покраснения. Врач обещал, что завтра станет лучше, но ему не особо в это верилось.

Уставившись в потолок, Верджил размышлял, почему капитан Лейка не осмелился озвучить имя того, кто прячется за именем Яго. Боялся, что их подслушивают? Или рабочая этика, которую он решился нарушить, ведь преступник еще не задержан? Что если они ошибаются и Яго – вовсе не Тобиас Бейли?

У Верджила не укладывалось в голове, что Тобиас мог быть злодеем. Тихий, учтивый, всегда готовый помочь, но что за ад скрывается за такими приветливым фасадом? Как человек с такой открытой улыбкой может творить зло? Положа руку на сердце, Верджил всегда считал его дурачком и никак не мог понять, почему Кая выбрала его. Что в нем темпераментом могло ее привлечь? А что, если он держал ее рядом с собой шантажом? Возможно, она не просто так просила у него помощи в прошлый раз… На миг ему даже стало стыдно, но потом он напомнил себе, сколько раз Кая манипулировала им и лгала ради своей выгоды и немного успокоился. Он медленно прокручивал в памяти встречи с Тобиасом, о чем они говорили, ссорились ли, и не мог найти в их отношениях ничего такого, чтобы могло спровоцировать у него такую сильную ненависть. Обычные, ничего не значащие фразы.

Верджил вспомнил с чего все началось – был убит его помощник Ян. Почему его убили? Слишком много знал? Помнится, он даже одолжил деньги у своего знакомого… Для чего? Хотел сбежать? Отдать шантажисту? Купить что-то? Хорошо бы еще раз поговорить с этим парнем, одолжившему Яну денег, вдруг что еще вспомнит. И если то, что так интересовало преступника, находилось в галерее, то что он будет делать сейчас, когда она сгорела до тла?

Он вспомнил о картинах в ресторане, которых хотел купить Ражский. Нужно было как можно скорее наведаться туда и поговорить с братом той девушки, которая утонула. Мысленно набросав план, Верджил почувствовал себя чуть лучше и провалился в забытье.

***

Клод прислал Верджилу одежду, и он с удовольствием облачился в костюм, сшитый из самой дорогой ткани, что была в Линкольне. После больничной сорочки это было особенно приятно. Он посмотрел на свое отражение в зеркале. С новой стрижкой Верджил показался себе незнакомцем, но вполне симпатичным и даже приятным. Следов от ожогов не осталось, только легкий дискомфорт при движении.

Выйдя из палаты в сопровождении охраны, Верджил спустился в холл. Там его уже ждали Клод и Джулия. Они о чем-то мило беседовали и, судя по их смеху, были в хорошем настроении.

– Верджил! – бросаясь к нему, взволнованно проговорила Джулия, и они обнялись. Повязки на голове у нее уже не было, и золотистые волосы локонами спускались до плеч. Синяки на лице стали бледнее.

– Я соскучился, – притягивая ее к себе, шепнул Верджил.

– Я тоже, – ответила Джулия. Клод за ее спиной предупреждающе кашлянул.

– Как там Ражский? – спросил Верджил после короткого приветствия с братом.

– Дилана с нами больше нет, – сказал Клод. Джулия тихо ахнула. Видимо, она еще не знала эту новость. Она тут же взяла Верджила под руку и прижалась к нему. – Мне жаль, хоть мы и были не очень близки, но он был частью нашей семьи.

– Ох, Верджил! – с сочувствием проговорила она.

– Когда это стало известно? – спросил Верджил. От этой новости ему стало так больно, будто он потерял лучшего друга.

– Мне с утра позвонил капитан Лейка и сказал. Ночью кто-то пробрался к нему в палату и отключил аппараты.

– Вот как… – опустошенно произнес Верджил. – Убили, значит.

– Тот, кто хотел, чтобы он замолчал, довел дело до конца, – сухо проговорил Клод, пряча руки в карманы серого пиджака.

– Разве там не было охраны?

– Была. Пускали только самых близких родственников, которых охрана знала в лицо.

– И кто же был последним, кто навещал Дилана? – спросила Джулия.

– Я. Мое имя в списке тех, кто был у него в палате. Но в момент его смерти я был дома с Молли и Джозефом, – сказал Клод.

– И ты не заметил ничего странного? – взволнованно проговорил Верджил. Он не знал, сказать брату о Тобиасе или нет. Если капитан не озвучил вслух его имя, значит ли это, что он ведет какую-то операцию и одно неосторожное слово может все испортить?

– Нет. После похорон Дилана мы все вместе едем в Линкольн. Сейчас слишком опасно, чтобы вы находились сами по себе, – строго проговорил Клод.

– Бедная Люсинда, – пробормотала Джулия.

– Она и правда бедная, – согласился Клод. – Теперь на ней висят все долги покойного мужа и, скорее всего, она потеряет большую часть недвижимости.

– Я бы на твоем месте ей не сочувствовал, – сказал Верджил, вспомнив, как Люсинда отзывалась о Джулии.

– Я сочувствую, именно находясь на своем месте, – ответила Джулия. – Ей придется пройти через ад, к которому она не готова.

– А она бы утопила тебя, не моргнув глазом, – с досадой сказал Верджил.

– Неважно, – проговорила Джулия. Клод с интересом посмотрел на нее и тут же отвернулся.

– Мне нужно кое-куда сходить, – сказал Верджил.

– Нет, – резко бросил Клод, даже не интересуясь, куда он собрался.

– Верджил… – посмотрев на него, тихо произнесла Джулия. – Давай в другой раз.

– Но это важно.

– Пожалуйста, – Джулия посмотрела на него, и Верджил понял, что спорить бесполезно. Взяв девушку под локоть, пошел следом за братом.

Чужой дом, временно ставший их пристанищем, был маленьким, темным и пах старой бумагой и пылью, хотя в нем царил идеальный порядок, не было ничего лишнего. Верджил порадовался, что они долго здесь не задержатся. Это место угнетало его. Он подумал, что ему нужно будет найти свой дом. Снова. У него была недвижимость в Линкольне, но ему не хотелось туда возвращаться. Возможно поэтому он с такой готовностью откликнулся на поездку с Джулией в Розборн. Новый город, новые люди… Шанс на счастливую жизнь без тяжести прошлого.

***

Взяв чашку с крепким кофе, Верджил пошел в библиотеку. Она была маленькой и такой же мрачной, как и все остальные помещения. Слуга принес ему стопку свежих газет, о которых он его попросил. Ему хотелось узнать, что Яго напишет о смерти Дилана. Вряд ли он удержится от того, чтобы не сцедить свой ценный яд на публику. Едва он уселся за стол и закинув на него ноги, ощутил себя настоящим аристократом, дверь открылась и впорхнула Молли.

– Доктор Леон готов принять тебя завтра утром, – довольно сказала она. – Я попросила его сделать исключение, так как ты скоро уезжаешь.

– Молли! – Верджил неуклюже убрал ноги, чуть не смахнув чашку со стола. Поднялся и подошел к девушке и обнял ее. – Ты мой лучший друг! Спасибо тебе!

– Постарайся не опоздать.

– Поставлю пять будильников. Кстати, что с моим браслетом?

– Его повредило огнем, но я смогла выудить из него зарегистрированные данные, – с удовольствием проговорила Молли. – Будем в Линкольне, я дам тебе новый. Сейчас мы внедряем доступные кабинки для очищения от магии по всему городу. Пока только в столице, но думаю, в скором времени сможем это распространить повсеместно.

– Я тебе завидую, – честно сказал Верджил. – У тебя есть то, что наполняет твою жизнь смыслом, ты несешь добро людям. А я чувствую себя эгоистом, абсолютно бесполезным для других.

– Ты талантливый художник, не надо прибедняться, – легонько толкнув его в плечо, сказала Молли. – Ты даешь увидеть людям красоту, возможность выйти за грани привычного, сделать паузу. Каждый из нас несет свою пользу. Ты занимаешь свое место и делаешь так, как никто не сможет.

– Мне хочется видеть этот результат. А так я не понимаю этого.

– Ну посмотри на свою работу под другим углом, – предложила Молли. – Может быть тогда ты найдешь иные варианты реализации. Кстати, – девушка вынула из кармана сложенный листок. – Это твои показания с браслета и реакция твоего тела на них, отдай это доктору Леону.

– Спасибо, – снова поблагодарил Верджил. – Обещаю, я тебя не подведу, сестра.

Молли улыбнулась и вышла из библиотеки.

***

Ночью Верджил не смог уснуть. Сперва он лежал, старательно закрывал глаза и расслабиться. Слушал, как тихо дышит во сне Джулия. Но даже не смог задремать. Его мысли возвращались то к Дилану, потерю которого он неожиданно для себя переживал очень остро, то к Маргарет, смерть которой он так и не принял. Он чувствовал себя покинутым и в то же время не мог не думать о том, что с ним может случиться то же самое – их убийца придет и за ним. Пытался представить, как это может произойти, что он почувствует в последний момент и не оставит ли его мужество перед смертью. Прежде он рисковал необдуманно, играл со своей жизнью, даже не думая, что может не прийти в себя, но сейчас все было иначе. У него была Джулия, он хотел жить, чтобы узнавать ее, быть с ней и становиться лучше.

Поняв, что уснуть не сможет, выбрался из постели и пошел в библиотеку. Достал с полки книгу и начал читать.

***

Доктор Леон сидел за столом и внимательно изучал результаты исследований Верджила. Он шевелил губами, читая отдельные слова, тер лоб, словно решал сложную математическую задачу, чем заставлял Верджила сходить с ума от беспокойства. Он даже вспотел и несколько раз вытер лицо платком.

– Душно у вас, – сказал Верджил, когда доктор Леон бросил на него вопросительный взгляд.

– Правда? – рассеяно произнес он. – А я замерз.

И снова принялся изучать бумаги, испещренные странными линиями и точками.

– Все плохо? – потеряв терпение, спросил Верджил.

– Вовсе нет, – не отрываясь от своего занятия, ответил доктор Леон. – Просто хочу быть объективным и не упустить никаких деталей. У вас был очень хороший врач, можете поблагодарить его. Лечение было начато вовремя, это тоже важно. Еще бы месяц и вас бы уже не спасли.

– За это нужно благодарить Клода.

– Сделайте это, – откладывая в сторону бумаги, сказал доктор Леон. – Вы не представляете себе, сколько людей оказываются в корпусе безнадежных, потому что они чуть-чуть опоздали. На это очень больно смотреть.

– Я никогда не задумывался об этом, – честно сказал Верджил.

– Потому что вам повезло. Вы почти здоровы, лорд Аверилл.

– Почти?

– Я не могу предсказать реакцию вашего организма на препараты, которые вы можете принимать от простуды или боли. Но в целом с вами все в порядке.

– Мои дети… если они будут, конечно, будут здоровы? – запинаясь, спросил Верджил.

– Если в ближайшие пару лет вы не будете поглощать всякую дрянь, у ваших детей есть большой шанс родиться здоровыми и красивыми.

Верджил с облегчением выдохнул.

– Спасибо.

– Я для вас ничего не сделал. Сейчас пройдете еще пару тестов на душевное здоровье, и я выдам вам справку о вашей самостоятельности, – поднимаясь, сказал доктор Леон. – Пройдемте со мной.

***

Получив заветную справку, Верджилу захотелось заорать на весь город, как он счастлив, что свободен и снова ни от кого не зависит. Но потом он покосился на охрану, сопровождавшую его, и решил, что будет проживать свою радость молча.

Покинув лечебный корпус, Верджил приказал отвезти его в ресторан. Он наделся, что разговор с владельцем прояснит ситуацию. Возможно, ему удастся найти какую-то зацепку и сложить всю картину происходящего воедино. Сейчас оно напоминало ему разбитое зеркало.

– Добрый день, – обращаясь к администратору, проговорил Верджил. – Я хочу поговорить с владельцем этого чудесного заведения.

– Если вас что-то не устроило… – тут же занервничал молодой человек.

– Меня не устраивает, что вы не спешите к своему хозяину, чтобы сказать ему, что лорд Аверилл хочет поговорить с ним, – строго произнес Верджил, кладя визитку на стол. Он почему-то нервничал и не хотел выдать своего беспокойства.

– Минутку, – торопливо проговорил администратор и скрылся за красной ширмой.

Оставшись один, Верджил снова прошелся мимо картин, висящих в зале. На первый взгляд могло показаться, что ничего не поменялось, но присмотревшись можно было заметить, что это другие картины с прежним сюжетом. Они отличались незначительно – оттенком, художественной деталью, небрежным исполнением. Что если это шифр? Тайные сообщения оставленные у всех на виду? Для тех, кто знает эти картины как свои пять пальцев, прочесть эти знаки раз плюнуть.

Верджил присмотрелся внимательней, стараясь сложить в одно целое картину того, что он видит.

– Вы хотели меня видеть? – послышался за спиной приятный мужской голос. Верджил обернулся. – Я Николас Джеферсон, владелец ресторана.

– Любите искусство? – спросил Верджил.

– Это капризы Милены, моей покойной сестры. Но посетителям нравится, так что пока я решил ничего не менять, – сказал Николас. Он был молод, хорош собой и, судя по его недовольному лицу, в плохом настроении.

– А что случилось с вашей сестрой?

– Несчастный случай. Утонула в бассейне.

– Мои соболезнования. Вы поэтому продаете ресторан?

– Уже не продаю. Вам ли не знать, что случилось с герцогом Ражским? Мы как раз сегодня должны были подписать бумаги, – с досадой проговорил Николас.

– Вот как, – задумчиво проговорил Верджил, пряча руки за спиной. – А как часто вы меняете картины в зале?

– Зачем их менять?

– Вы мне скажите. Они каждый раз у вас разные.

Николас посмотрел на Верджила, как на сумасшедшего – со страхом и недоверием.

– Вам показалось. Эти картины никто не трогал уже год, – раздраженно проговорил он.

– Похоже, вас кто-то обманывает, – сказал Верджил, глядя Николасу в глаза. – Или вы позволяете добровольно?

– Если вы пришли оскорблять меня…

– Я пришел купить ваш ресторан, – озвучил причину визита Верджил. Николас часто заморгал и шумно сглотнул. – И готов сделать это прямо сейчас. А вы готовы пойти мне навстречу?

Николас облизал губы. Вопрос Верджила застал его врасплох. Прежде чем он успел ответить, раздался хлопок, а следом еще один.

Верджил дернулся от боли, обжегшей его словно огнем. Светлая ткань его пиджака стала багровой от крови.