Верджил смерил взглядом вошедшего. Он был ему знаком: художник, желающий попасть в тусовку избранных – то есть к нему и герцогу Ражскому, но не преуспевший в этом из-за своего характера – склочного и истеричного. Озабоченный своей значимостью, которую никто не видит, потому что вторят ради денег, он умудрился переругаться со всеми и стал человеком, чье имя оказалось в списке нежелательных персон. И вот, оказывается, Джон Смит – племянник известного коллекционера Дугласа! Кто бы мог подумать! Интересно, чем он руководствовался, когда скрывал их родство?

– Ему здесь не место! – тыча пальцем в Верджила, нервно повторил Джон Смит. Ему было около тридцати лет, но выглядел он старше. На нем был ярко-желтый костюм, в руках он сжимал трость золотистого цвета. От него пахло дешевым одеколоном и краской. – Проваливай отсюда, Верджил Аверилл!

– Его имя упомянул в завещании ваш дядя, так что не вам решать, место лорду Авериллу здесь или нет, – строго произнес законник, не дав Верджилу возразить.

– Молодой человек, вы успокойтесь, – миролюбиво произнес капитан Лейка. – Присядьте, послушайте. Изменить, увы, уже ничего не получится. А протестовать против воли умершего и вовсе печальное занятие. Недостойное, я бы сказал.

Смит произнес что-то не разборчивое и сел, предварительно отодвинув стул как можно дальше от Верджила. Тот только порадовался этому.

– Итак, господа, начнем, – кашлянув, сказал законник. – Я, Джонатан Дуглас, в твердом уме и доброй памяти, по собственному желанию и разумению, без участия третьих лиц, оставляю свою коллекцию картин, мастерскую, дом в горах Паппера и пятьдесят процентов своего состояния Верджилу Авериллу. Прилагаю письмо с распоряжениями, как бы я хотел, чтобы он воспользовался моим состоянием. Своему племяннику, Джону Смиту, оставляю пятьдесят процентов своего состояния, дом в Линкольне и особняк на побережье. Господин законник будет регулировать твои расходы, дорогой Джон, я ведь знаю, как ты любишь их тратить».

– За что?! – вскочив на ноги, заорал Джон, с ненавистью глядя на Верджила. – За что этому уроду такие деньги?! Он же сам из богатеньких!

– Завещание вступит в силу через пять месяцев, – не обращая внимания на вопли наследника, продолжил читать законник. – С этого момента всеми моими делами управляет законник, господин Краун. Есть вопросы?

– Я протестую! – двинув стулом, крикнул Смит. Капитан Лейка вздрогнул и неуклюже подпрыгнул от испуга на своем месте.

– Вы мне письмо сейчас отдадите или через пять месяцев? – спросил Верджил.

– Это нечестно! – продолжил кричать Смит.

– Вы получите его вместе со всеми правами на имущество господина Дугласа, – с почтением проговорил законник.

Капитан Лейка поднялся со своего места и, схватив Смита, как опасного преступника – заломив ему руку за спину и заставив пригнуться, не спеша вывел его в коридор. Верджилу сразу стало легче дышать.

– Господин Дуглас не сказал вам, почему принял такое решение? – подавшись вперед, спросил Верджил. – Я ведь никто ему.

– Ему казалось, что вы поймете его, больше, чем кто либо, – сказал законник.

– Скажите, а были ли у господина коллекционера другие наследники? – спросил вернувшийся капитан Лейка. – Или дальние родственники, о которых он со временем забыл?

– Только если его покойной жены, – подумав, сказала законник. – Дуглас овдовел очень давно, ему было чуть за двадцать. Очень тяжело переживал эту потерю и больше никогда не женился. Семья девушки считала его виновным в ее смерти, так что вскоре все связи между ними были разорваны.

– А почему его винили? – спросил Верджил.

– За рулем автомобиля, на котором они попали в аварию, был Джонатан. Более личных деталей я не знаю, – развел руками законник. – Возможно, там был еще какой-то конфликт.

– Вот как, значит, – задумчиво протянул капитан Лейка. – А что вы думаете о Джоне Смите?

– Что он больше похож на самозванца, чем родню, – поднимаясь, сказал законник. – Прошу прощения, но меня ждут клиенты.

– Да, конечно, – торопливо проговорил капитан Лейка и они с Верджилом вышли в коридор. Верджил хотел попрощаться и уйти, но капитан остановил его. – Я думаю, вам надо быть осторожней.

– Считаете, я следующий? – с усмешкой проговорил Верджил.

– Да. И возможно, вам стоит прислушаться к предложению брата и нанять охрану, – серьезный тон капитана Лейки заставил Верджила прийти к выводу, что дело и правда дрянь.

– Со мной все будет в порядке, – заверил капитана Верджил. Тот вздохнул, но спорить с ним не стал. – Я справлюсь сам.

Они обменялись рукопожатиями, и Верджил вышел на улицу, где под присмотром полицейского на скамейке сидел Джон. Он еще долго слышал его проклятья, но остался к ним равнодушен.

***

Верджил опоздал, из-за этого ему не удалось поговорить с Джулией, а после обеда она исчезла. Клод был с ним по-особенному мил, что не заподозрить подвох было невозможно.

– Ты говорил с Джулией? – прямо спросил Верджил, когда они уже были в семейной гостиной.

– Мы цивилизованные люди, и, конечно, мы обменялись парой приветственных реплик, – ровным голосом ответил Клод. Молли бросила на него хмурый взгляд. – Джулия очень милая, я ведь уже говорил об этом. С ней приятно общаться.

– Клод, ты ведь понимаешь, о чем я, – с трудом сдерживаясь, проговорил Верджил. Молли мягко коснулась его плеча, призывая к спокойствию.

– Мы тут посоветовались, – сказала мама, обмахиваясь веером, – что тебе было бы неплохо отправиться в путешествие. Новые места всегда вдохновляют. Разумеется, в сопровождении нашего человека, одного тебя не отпустим.

– Так же, как Дональду? – привалившись спиной к стене, спросил Верджил. Отец с матерью переглянулись. – Спасибо, перебьюсь как-нибудь без свежих впечатлений.

– Мы переживаем за тебя! – с упреком произнесла мать. – И не моем отпустить одного! Нам нужны подтверждения, что ты больше не делаешь глупостей!

– Ты сам виноват в этом, – напомнил Клод. – Это всего лишь последствия твоих ошибок.

– Вы думаете, от того, что вы не верите в меня, я лучше себя чувствую? Что ваш контроль поддерживает меня? – вспылил Верджил. – Нет, это каждый раз напоминает мне о том, какое я дерьмо!

– Верджил! – возмущенно проговорил Клод.

– Я помню свое имя, – сказал Верджил, понимая, что вышел за допустимые рамки, но сдерживаться сил не осталось. Чтобы не наговорить лишнего и не испортить отношения еще больше, он вышел из гостиной. Спустился в сад и, устроившись на скамейке, стал ждать Джулию.

***

Увидеть, как Джулию целует другой мужчина, оказалось неприятно. Ревность тут же ослепила Верджила, заставив его кровь кипеть от негодования. Ему хотелось вышвырнуть этого Мэтью из города, лишь бы он больше никогда не пересекся с Джулией. Но даже если он так поступит, остается открытым вопрос – кто этот парень для нее? Что если, он значит для нее больше, чем он, Верджил? Смириться с таким положением вещей было невыносимо. Им было необходимо поговорить.

Когда они вошли в комнату, Джулия показалась ему взволнованной. Уж не от поцелуя ли Мэтью? Ее глаза блестели, на щеках горел румянец. Верджилу нравилось, что она так легко краснеет, это придавало ей особое обаяние. Закрыв дверь, он убрал ключ и в карман и подошел к девушке. В ее взгляде появилось тревога. Неужели не доверяет ему? Впрочем, он и сам грешит этим.

– Сомневаюсь, что твои родственники настолько бестактны, чтобы вломиться без стука. Они очень трепетно относятся к своему душевному спокойствию, – хрипло проговорила Джулия.

– Ты слишком хорошо о них думаешь, – сказал Верджил, вспомнив недавний разговор. Он подошел к Джулии и взял ее за плечи. От нее пахло солнцем и цветами с легкой ноткой сладости. Она посмотрела ему в глаза и тут же потупилась. – Что у тебя с Мэтью?

– Зачем обсуждать то, что не имеет отношения к работе?

– Наши отношения уже вышли за рамки служебных!

– Но еще не прошли точку невозврата, – сказала Джулия, мягко отстраняясь от Верджила. – И у нас есть шанс ничего не испортить.

– Слишком поздно, – взяв Джулию за локоть и развернув к себе, сказал Верджил. Она вопросительно посмотрела на его. – Я влюбился в тебя, и моя жизнь уже никогда не будет прежней.

– Я думаю, ты преувеличиваешь, – осторожно проговорила Джулия, и Верджилу показалось, что его признание напугало ее. – Мы не так много времени…

– Плевать на время! – разозлился Верджил, притягивая Джулию к себе. Она тихо ахнула. – Ты правда считаешь, что любви нужно время? Что страсть должна настаиваться, как лечебная настойка?

– Ты обещал мне, что, между нами, ничего не будет, – напомнила Джулия. Верджил издал короткий рык, ненавидя себя за тот разговор. Он просто хотел ее успокоить, тогда он сам не понимал, что происходит в его сердце.

– Я забираю обратно это обещание.

– С другими своими словами ты поступишь так же? Как тебе тогда верить? – растерянно произнесла Джулия.

– Понимаю, что я выгляжу как самый ненадежный тип на свете, но ты нужна мне, – взяв в руки лицо Джулии, горячо проговорил Верджил. – И этих слов я не откажусь никогда, клянусь тебе.

– Чтобы доказать своим родным, что ты в порядке и можешь решить все сам? – слова Джулии прозвучали, как пощечина. – Для этого я тебе нужна? Как самая неподходящая девушка, чтобы добавить драматизма ситуации?

– Все дело в моем прошлом, да? – с горечью произнес Верджил.

– Мое прошлое тоже навсегда со мной, Верджил, – сказала Джулия. – Именно поэтому у нас ничего не получится. Не хочу быть клеймом на твоей репутации.

– Клод наговорил тебе гадостей? – догадался Верджил.

– Он здесь не причем. Просто тебе будет лучше без меня.

– Ложь, – хрипло проговорил Верджил. – Ты можешь решать такие вещи за меня.

Джулия хотела отстраниться, но он не дал ей этого сделать, накрыв ее губы своими. В первым момент она попыталась воспротивиться, оттолкнуть его, но потом сама обвила руками его шею, подавшись навстречу. Она подчинилась поцелую, и Верджил ощутил, как в ней пробуждается страсть. Он был ей нужен так же, как и она ему. Понимание этого заставило Верджила потерять голову. Он подхватил Джулию на руки и, не прекращая целовать ее, отнес в кровать.

***

Верджил проснулся поздно. Часы показывали одиннадцать утра. Лениво потянувшись, он перевернулся набок и с разочарованием обнаружил, что Джулии рядом нет. На подушке лежал маленький розовый конверт. Даже еще не взяв его в руки, Верджил знал, что там будет написано. Она ушла. Клод добился своего, вынудил ее уйти. В том, что в этом виноват брат, сомнений не было. Надо было прислушаться к Джулии и ехать на этот обед одному! Тогда бы ничего этого не произошло!

Заставив себя взять конверт, Верджил вытащил сложенный лист и прочитал:

«Благодарю тебя за шанс, что ты дал мне. Я снова почувствовала себя живой и настоящей. Но я также сознаю, что врозь нам будет лучше. Ведь тем, кого любят желают, только хорошего. Знаю, что ты справишься без меня. Перчатка и документы от Матильды оставила в ящике. Не ищи меня и не ругайся с семьей, прошу тебя. Обнимаю, Джулия».

Скомкав письмо, Верджил ощутил, как острые края бумаги врезаются ему в ладонь, сжатую в кулак. Ярость и отчаянье затапливало его, не оставляя места для надежды. Джулия ушла.

Словно во сне, он поднялся в кровати и стал одеваться. Ему хотелось как можно скорее покинуть дворец и больше никогда сюда не возвращаться. Умывшись, он собрал вещи, с досадой поняв, что Сметанку Джулия забрала с собой. А он уже успел привязаться к этому шкодливому котенку.

Спустившись вниз, он попросил слугу вызвать ему такси. Конечно, он мог воспользоваться автомобилем семьи, но даже это вызывало у него отторжение.

В гостиную вошел Клод. В белой рубашке, идеально причесанный и выбритый, он казался символом добропорядочности. Лучший из Авериллов. Самый правильный из братьев, которому даже позволили жениться на женщине, не подходящей ему по статусу, да еще вторым браком! Святой, не иначе. Верджил скрипнул зубами, сдерживая злость.

– Сбегаешь? – заложив руки за спину, спросил Клод, внимательно глядя на брата.

– Изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не опозорить семью еще больше, – холодно ответил Верджил.

– Можешь себе позволить, мы здесь вдвоем, – проводив взглядом слугу, выносящего чемодан Верджила на улицу, сказал Клод.

– Где она? – подойдя к брату вплотную, сурово произнес Верджил.

– Кто?

– Не притворяйся идиотом! Конечно же, Джулия! – с тихой яростью произнес Верджил.

– Я сделал твоей ассистентке предложение, и, раз она ушла от тебя, видимо, оно показалось ей заманчивым, – в голосе Клода слышалось торжество.

– Что же ты ей такого предложил?

– То, чего бы ты никогда не смог. Я обменял ее работу с тобой, на исполнение ее мечты стать дипломатом, – судя по улыбке, Клод был очень доволен собой. – Как видишь, ты не настолько был важен для Джулии, как тебе казалось. Ты снова ошибся в девушке. Скорее всего, ты ее больше не увидишь.

В глубине души Верджил знал, что Клод провоцирует его, манипулирует, чтобы вызвать на эмоции. Но слышать это было невыносимо, и он сам не понял, в какой момент решил ударить брата. Кулак врезался ему в челюсть, Клод отшатнулся, но удержался на ногах. Из его носа потекла тонкая струйка крови и алыми каплями забрызгала белоснежную рубашку.

– Твое здоровье и правда оставляет желать лучшего, – вытирая кровь, спокойно проговорил Клод. – Я сегодня же позвоню доктору. Тебе нужна помощь.

Верджил понимал, что совершил ошибку, будет стоить ему будущего, но ему было все равно. Облегчение от душевной боли было похожим на вспышку и не принесло ему облечение. А место злости заняли тоска и отчаянье. Он положил на стол документы и перчатки для автомобиля.

– Передай Джулии, когда увидитесь. Автомобиль принадлежит ей, – сказал Верджил и, не прощаясь, покинул дворец. – Мне его возвращать не надо.

– Непременно, – ледяным тоном ответил Клод.

Когда он садился в такси, Клод наблюдал за ним из окна гостиной. Но он притворился, что не заметил этого.

***

В Россвиль Верджил приехал поздно вечером. Дорога выдалась изматывающей – сперва он опоздал на поезд, пришлось ждать другой сидя в зале ожидания. А потом, выйдя с вокзала, не мог найти свободное такси.

Уже идя по дорожке к галерее, он вспомнил, что у него нет ключей. Дверь они закрывала перед отъездом ключами Джулии. От осознания этого он похолодел. Тащиться на поиски жилья среди ночи совсем не хотелось. Впрочем, как и ждать утра на скамейке.

На всякий случай Верджил порылся в карманах пиджака – ожидаемо пусто. Потом вспомнил, что в день отъезда был в другом. Открыв чемодан и, проверив его, с облегчением выдохнул. Ключи с брелком Джулии лежали там.

Войдя в галерею, включил свет. Едва не споткнулся на миску Сметанки, и ему тут же стало тоскливо. Одернул себя, напомнив, что никто не умер, а значит, страдать нет причин. Закрыв за собой дверь, обвел взглядом помещение. После отъезда оно выглядело чужим. Что-то не так. Тревога тут же заставила его сердце биться чаще. Он прошелся, внимательно осматривая каждую мелочь. Что-то стояло не на своем месте, пара картин, которые должны были висеть на стене, лежали на подоконнике. Кто-то был здесь. И что-то искал.

Верджил медленно поднялся по лестнице. С каждым шагом ему становилось все тревожней. Он был один, оружия у него с собой не было. Попытка успокоить себя – вряд ли бы вор стал ждать его в спальне, чтобы похвастаться своими успехами, вызвала лишь короткий смешок.

Он толкнул дверь в спальню, и в лицо ударил сквозняк. Похоже, визитеру было жарко, а перед уходом тот забыла закрыть окно. Верджил сомневался, что, тот покидал галерею таким образом, имея ключи. Вещи лежали в беспорядке, книги сброшены на пол. И только фотография Кайи стояла на прежнем месте. Он взял ее в руки и несколько секунд смотрел в лицо девушки, ставшей ему совершенно чужой. Одержимость, с которой он был готов последовать за ней в ад, рассеялась, словно туман. Он больше ничего не чувствовал к Кайе. Выдвинув ящик, он опустил фотографию туда рамкой вниз.

Зайдя в комнату Джулии, Верджил замер, вдыхая запах ее духов, который хранили оставшиеся вещи. Приедет ли она за ними? Ему хотелось в это верить, ведь это была возможность увидеть еще раз, спросить, почему она сбежала от него. Он не верил Клоду, хотя допускал, что такое может быть. Просто ему не хотелось принимать тот факт, что Джулия выбрала не его.

Убедившись, что в мастерской такой же бардак, как и в спальне, а убийца нигде не прячется, Верджил с облегчением выдохнул. Решил, что в полицию пойдет с утра, а сейчас постарается отдохнуть. Он принял душ и едва лег в кровать, тут же провалился в сон.

Его разбудил настойчивый звон колокольчика. Он трезвонил так, словно весь город пожирало пламя. Натянув брюки и на ходу набрасывая на плечи рубашку, Верджил сбежал по ступенькам. Распахнув дверь, он увидел троих полицейских.

– Лорд Верджил Аверилл? – глянув сперва в бумагу, а потом на него, густым басом произнес полицейский.

– Да, это я, – настороженно ответил Верджил. Докторов из лечебного корпуса он ожидал увидеть больше, чем полицейских.

– Вы задержаны по подозрению в убийстве Керии Мур.