Таинственный силуэт был ростом почти с каменную стелу. Сквозь туман смутно виднелись его голова и шея, такие же, как у обычного человека, но в его странной сгорбленной позе было нечто неописуемо жуткое.

Вэньцзинь прошиб холодный пот. Вся группа стояла в месте, где последняя ступень лестницы смыкалась с полом, всего в пяти шагах от огромной фигуры, не то чтобы очень близко, но и не далеко, на очень неудобном расстоянии. Внутреннее пространство бассейна было затянуто густым туманом, а из источников света у них было только несколько не особенно мощных фонариков, так что не получалось даже определить наверняка, человек это или какой-то демон. Но ведь совсем недавно они толпой обшарили дно бассейна диаметром чуть больше десятка метров и точно знали, что, кроме четырех каменных обезьян и стелы в середине, здесь не было больше ничего.

Откуда же взялся этот гигантский «человек»?

Тем временем проклятый Чжан Цилин продолжал сидеть перед стелой, что-то напряженно изучая, будто совсем ничего не чувствовал. Вэньцзинь обуяла такая ненависть к этому парню, что она в ярости заскрежетала зубами, но из-за висящей на ней ответственности никак не желала его бросить. В данный момент она не могла ничего предпринять, поэтому просто приказала всем остальным студентам стоять тихо и не шевелиться.

Пять-шесть минут спустя стало ясно, что огромная фигура, похоже, не собиралась покидать свое убежище в тумане и как-то действовать.

Тут Хо Лин уже не выдержала и негромко позвала:

– Чжан, ну чего ты там сидишь как дурак? Скорее иди к нам!

Вэньцзинь в испуге велела Хо Лин молчать. Чжан Цилин находился слишком близко от этого существа, и, если оно вдруг атакует, на таком расстоянии парню будет сложно остаться целым и невредимым. Лучше всего было пока ничего не делать.

Вэньцзинь быстро оценила обстановку. В древней гробнице можно столкнуться со множеством самых разных опасностей, но как только ты понимал, с чем именно имеешь дело, то уже мог найти способ с этим справиться. А вот если столкнешься с угрозой и не успеешь понять, во что вляпался, то так и погибнешь непонятно от чего.

Немного поразмыслив, Вэньцзинь пришла к выводу, что место для гробницы было выбрано хорошее, правильное, и «цзунцзы» здесь быть точно не может. На протяжении сотен лет человек почти не вмешивался в экосистему островов Сиша и никак не влиял на их рельеф, в результате чего разбросанные по поверхности моря коралловые рифы и атоллы смогли сформировать единую непрерывную систему подводных гор и течений, что и являлось основой фэншуй этого места. Подводные горы и течения собирали энергию ци на морском дне и питали ее. На востоке находилась «голова дракона», на западе – «хвост», и все это образовывало одну из редко встречающихся подводных «драконьих жил». Поскольку драконы прежде всего принадлежали к элементу воды и лишь во вторую очередь парили в небесах, в искусстве фэншуй водные драконы ценились немного выше, чем горные.

В подобном месте поставить свою гробницу мог только человек высокого чина и большого богатства. Если же это и впрямь гробница Ван Цзанхая, ее, говоря языком фэншуй, можно было назвать «местом гармонии Неба, Земли и человека»: если смотреть по иероглифам имени, из пяти элементов[77] ему не хватало именно воды, а подводная гробница идеально восполняла эту нехватку.

В общем, если считать, что в книгах по фэншуй написана не полная чушь, то «цзунцзы» в гробнице появиться никак не могли, и эта мысль принесла Вэньцзинь облегчение. Раз это не оживший мертвец, рассуждала она, значит, либо человек, либо какое-то животное. А их много, и если это существо из плоти и крови, то они легко с ним справятся, будь оно даже не два, а все три метра ростом.

Тут один из парней сказал:

– Вэньцзинь, погоди, что-то не так. Я точно помню, что на том месте стояла каменная обезьяна. Неужели что-то стоит на голове у статуи?

Вэньцзинь вздрогнула. Она вдруг подумала, что это мог быть У Саньсин, который проснулся, увидел, что они куда-то делись, и в их поисках пришел сюда. Он всегда любил дурацкие шутки, и спрятаться в тумане, а потом залезть на голову статуи, чтобы их попугать в отместку за то, что ослушались приказа, было вполне в его духе.

Если это на самом деле был он, его поведение вызывало только возмущение. Вэньцзинь решила, что это объяснение наиболее реалистичное из всех возможных, и закричала:

– У Саньсин! А ну хватит дурачиться! Слезай сейчас же!

Будь это третий дядя, он бы по ее окрику понял, что его раскрыли и дальше торчать на голове у каменной обезьяны нет смысла. Он был человеком открытым и прямодушным, просто посмеялся бы над таким пустяком и тут же забыл, в жизни бы не стал принимать близко к сердцу.

Вэньцзинь совершенно не ожидала, что фигура в ответ на ее крик вдруг вытянет руку и начнет махать, явно веля им всем заткнуться!

Видя, насколько непропорционально короткой была рука по сравнению с телом, Вэньцзинь убедилась, что это и правда человек, стоящий на голове у каменной обезьяны. Дальше она даже раздумывать не стала: уверенная, что это третий дядя, Вэньцзинь сердито топнула ногой, подбежала к статуе и стрелой взлетела на нее, после чего предприняла попытку оторвать сидящему там человеку уши.

Это был единственный прием Вэньцзинь, который она использовала на У Саньсине, потому что в прошлом они договорились никогда не ссориться. Лишь в моменты, когда ярость Вэньцзинь достигала предела, она принималась таскать третьего дядю за уши, дабы тот понял: она крайне, невероятно сильно зла на него. Обычно в подобной ситуации третий дядя, каким бы храбрецом ни был, тут же сдувался и прекращал безобразничать.

Однако едва она запрыгнула на каменную обезьяну, как человек, что сидел на голове у статуи, тут же крепко обхватил девушку руками и зажал ей ладонью рот – Вэньцзинь даже ахнуть не успела.

– Тихо! Я – Чжан! – прошептал он. – Посмотри вниз!

Услышав этот голос, Вэньцзинь, которая еще мгновение назад кипела от ярости, невольно опешила. Это и правда был Чжан Цилин! Но как он оказался на голове у каменной обезьяны?

Тут ее вдруг прошиб холодный пот. Погодите-ка! Но если он здесь, то кто тогда сидит возле каменной стелы?

Она припомнила все, что недавно происходило. Она видела, что перед стелой на корточках сидит какой-то человек с фонариком в руке, и, поскольку среди членов группы не хватало только Чжан Цилина, она машинально решила, что это он. Неужели она с самого начала ошиблась?

С этой мыслью Вэньцзинь высунула голову, взглянула на человека внизу и пораженно застыла. Перед стелой сидел некто в точно таком же гидрокостюме, как у всей их группы, и, судя по фигуре, это был У Саньсин!

Но этот У Саньсин вел себя как-то странно. Сначала Вэньцзинь вообще не поняла, чем он был занят, но потом пригляделась и, к своему удивлению, обнаружила, что он смотрится в гладко отполированную стелу, как в зеркало, и причесывает волосы. Самым жутким были его движения: жеманные, полные кокетства, характерные только для женщины.

Какое-то время третий дядя поправлял прическу, а затем стал вертеть лицом туда-сюда, внимательно разглядывая свое отражение – точь-в-точь молодая девица, которая, расфуфырившись, оглядывает результаты своего труда. Уголки рта на лице У Саньсина, отраженном в каменном зеркале, были слегка приподняты вверх в загадочной мрачноватой улыбке. При других обстоятельствах странное выражение его лица и все эти непонятные манипуляции могли бы показаться забавными, но в тот момент у Вэньцзинь руки и ноги похолодели от ужаса, и она боялась даже вздохнуть.

Тем временем студенты внизу, видя, что двое на голове у каменной обезьяны, похоже, обнялись и не двигаются, решили, что это действительно У Саньсин, которому вздумалось их попугать, и вздохнули с облегчением.

Хо Лин же, волнуясь за Чжан Цилина, вдруг сорвалась с места, подбежала к сидящему перед стелой человеку и тронула его за плечо со словами:

– Эй, Чжан, ну и чего ты тут застыл?

Это оказалось для всех полной неожиданностью. Чжан Цилин тихо выругался под нос и хотел было остановить ее, но не успел. Человек у стелы резко выпрямился, и Хо Лин взвизгнула от испуга. Впрочем, она почти сразу сообразила, что перед ней стоит третий дядя. Страх сменился гневом, и она сердито воскликнула:

– Так это ты, У Саньсин! Ну и чего ты вместо того, чтобы спать, сидишь тут как чокнутый?

Увидев Хо Лин, третий дядя внезапно пронзительно закричал и закрыл лицо рукой, а затем с силой опрокинул девушку на пол, развернулся и помчался прочь. Чжан Цилин мгновенно спрыгнул со статуи и бросился в погоню. Он бежал очень быстро, но возле Хо Лин на миг остановился – хотел убедиться, что она в порядке. Эта короткая остановка все испортила. Видя, что, едва она упала, Чжан Цилин тут же ринулся к ней, Хо Лин подумала, что он за нее волнуется. У нее на сердце потеплело, и она попыталась заключить его в объятия.

Чжан Цилин только тяжело вздохнул про себя. Задержки в пару секунд было достаточно, чтобы позволить У Саньсину уйти. С помощью переката увильнув от объятий настырной девицы, Чжан Цилин бросил взгляд вслед третьему дяде, но тот успел нырнуть в пелену тумана и, судя по движению его тени, уже был у стенки бассейна.

– Встаньте у лестницы! – закричал Чжан Цилин, снова бросаясь в погоню. – Не дайте ему сбежать!

В какой-то момент он смутно заметил, как У Саньсин вдруг нагнулся и в тот же миг словно прошел сквозь стену. Однако из-за слишком густого тумана Чжан Цилин не поручился бы, что видел, куда именно тот делся.

Когда Чжан Цилин добежал до стенки бассейна, то обнаружил, что преследовать уже некого, и ему пришлось остановиться. Разумеется, он не верил, что У Саньсин и правда прошел сквозь стену. Закоренелым материалистом Чжан Цилин не был, но такое объяснение выглядело чересчур невероятно. Что-то во всем этом было подозрительное.

Пару мгновений он задумчиво разглядывал стену бассейна, потом стал прощупывать ее ладонью, но это ничего не дало: стенка была самая настоящая. Но Чжан Цилин не верил, что на свете существует техника, позволяющая людям проходить сквозь стены. Когда он вытянул два невероятно длинных тренированных пальца и прижал к стене, в тот же миг ощутил своими сверхчувствительными подушечками, что стенка с невероятно медленной скоростью вращается вокруг дна!

В голове у Чжан Цилина щелкнуло: вот оно что! А он поначалу и не понял, что весь этот бассейн был одной большой ловушкой!

Он внезапно почувствовал прилив неподдельного восхищения: перед ним было настоящее чудо древней инженерной мысли. В сравнении с безмерно талантливым хозяином гробницы Чжан Цилин со всем его так называемым опытом мог считать себя сопливым ребенком.

Но в чем смысл этой ловушки? За те несколько минут, что они провели на дне бассейна, кругом ничего не поменялось. Проклятый Ван Цзанхай! Вряд ли он стал бы сооружать в собственной гробнице что-то вроде вращающегося ресторана.

Чжан Цилин был очень хорошо знаком с принципами устройства самых разных механизмов. Как он сам говорит, «в ловушках древних китайских гробниц я разбираюсь лучше, чем кто-либо в этом мире» (цитирую дословно). Он знал происхождение, принцип действия и слабые места любой ловушки, даже мог назвать имя ее изобретателя.

Собственный опыт подсказал ему, что механизм на дне бассейна должен быть устроен крайне просто. Какими бы качественными ни были материалы, за века, а то и тысячи лет любые хитроумные пружинные приспособления или ловушки со скрытыми самострелами все равно придут в негодность, их спусковые механизмы сгниют и перестанут срабатывать. Единственное, что всегда сможет остановить расхитителей гробниц, – это какой-нибудь примитивный метод вроде слоя песка вокруг наружной стены (дело в том, что, как только расхитители начнут его раскапывать, массы песка обрушатся на них сверху и погребут заживо. Однако этот метод слишком пассивный. Современные расхитители по песку, зачерпнутому лоянской лопатой, обычно определяют местонахождение гробницы, а затем пробиваются внутрь через крышу, сквозь двенадцать слоев прочного кирпича). Чтобы механизм мог работать даже спустя сотни и тысячи лет, его следовало изготовить из материалов, которые не сгниют, – к примеру, из камня и непересыхающего потока воды. В подводной гробнице было вдоволь и того, и другого. Кроме того, благодаря приливам и отливам морская вода сможет обеспечить дополнительную движущую силу, благодаря чему ловушка станет работать еще эффективнее.

Если владельцем гробницы и впрямь был Ван Цзанхай, то он, судя по его увлечению ловкими трюками и удивительными изобретениями, а также способности встроить их куда угодно, достиг в инженерии недосягаемых вершин. Пожалуй, во всем мире не найти того, кто мог бы его превзойти.

Раздумывая об этом, Чжан Цилин продолжал прощупывать стену в других местах. Он смутно догадывался, что где-то должна быть потайная дверь, и, пока он в нерешительности топтался рядом, та успела сдвинуться вбок. Пройдя на пару шагов вперед, Чжан Цилин и правда обнаружил скрытый проход.

Он покачал головой: не могло быть все так просто. Проходить через обнаруженную дверь он не решился, вместо этого двинулся вдоль стены. Чем дальше, тем сильнее он недоумевал. Когда в конце круга Чжан Цилин остановился и стал считать все потайные двери, которые нашел в этом крошечном пространстве, у него получилось восемь. Поразмыслив над своим открытием, Чжан Цилин понял, что, похоже, имеет дело с «цимэнь дуньцзя».