Ли Сыди плавал как рыба и прекрасно чувствовал себя под водой, поэтому отвечал за все подводные работы. Он явно знал, о чем говорит.

– В течение часа здесь разразится жуткая буря. То, что уровень воды так сильно упал, – самое прямое свидетельство, – объяснил он. – Чуть позже вся эта вода, оттянутая пониженным давлением, ринется назад в форме миниатюрного цунами, а у нас только три маленьких каяка. Боюсь, на благополучный исход надеяться не приходится.

Он старался выражаться как можно мягче, но по его лицу третий дядя понял, что он был уверен: им крышка. Все эти студенты еще никогда пороху не нюхали, вот и побледнели один за другим, а некоторые девушки ударились в слезы.

Взяв Вэньцзинь за руку, дядя ощутил, какая мокрая у нее ладонь, и понял, что она тоже ужасно боится. Третий дядя никогда не бывал в подобных передрягах, но он все-таки занимался расхищением гробниц, и нервная система у него была крепче некуда. Он тут же напомнил себе: ни в коем случае нельзя паниковать! Запаникуешь, и тогда тебе правда крышка!

Дядя пересчитал членов группы. В самом начале путешествия их было десятеро, потом один погиб, а еще один уплыл на судне докладывать о произошедшем и об их находке, так что их осталось восемь.

– Как долго продлится шторм? – спросил дядя у Ли Сыди.

– Такие летние бури обычно быстро заканчиваются, минут двадцать – и все, – ответил Ли Сыди. – Но к тому времени уровень воды поднимется минимум на пять-шесть метров, и рифы целиком затопит. – Он покачал головой. – Эти короткие двадцать минут будут настоящим адом. Если человека смоет такой волной, он либо насмерть расшибется о рифы, либо его утащит в открытое море. Не хочу тебя пугать, но у нас на самом деле большие проблемы!

Дядин мозг заработал с пугающей быстротой. Планы спасения появлялись у него в голове один за другим, но он их тут же отметал. Сесть в каяки и грести прочь? Все равно что смерти искать. Как бы быстро они ни гребли, шторм налетит быстрее. Надеть баллоны и спрятаться от бури под водой? Самая большая глубина внутри атолла – всего семь метров, не поможет.

Третий дядя глядел в воду на уже почти видное невооруженным глазом морское дно, и вдруг в его мозгу, будто молния в ночи, мелькнула новая, крайне дерзкая идея. Однако времени сомневаться уже не было, поэтому он просто скомандовал:

– Время на исходе! Скорее берите баллоны и проверьте, сколько в них осталось воздуха. Мы укроемся от бури внутри подводной гробницы!

Для третьего дяди, опытного расхитителя, спуститься в гробницу было парой пустяков, но многим студентам-ботаникам его предложение показалось чересчур смелым, и они тут же протестующе загалдели. Видя, что мнения разделились, дядя торопливо принялся объяснять им, в чем заключалась выгода такого плана.

– Взгляните на этот шторм! – призвал он, указывая пальцем в сторону горизонта. – Сейчас мы с вами ничего не ощущаем, но все видели документальные фильмы о цунами, правда? С таким не шутят. Если буря налетит, пока мы будем просто сидеть здесь, мы все погибнем и наши трупы никогда не найдут. А там, под водой, готовое убежище. Мы знаем, что внутри гробницы есть воздух, и он явно сойдет для дыхания, раз там есть постоянный приток свежей воды. Нас немного, и мы можем спокойненько посидеть там час, а потом вылезти наружу. Поверьте, это единственный шанс уцелеть!

Третий дядя от природы обладал даром убеждения и воодушевления. Без этого его бизнес никогда бы не стал настолько процветающим. Под влиянием его убедительных речей в сердцах студентов заискрились лучики надежды. Они тут же собрали все водолазное снаряжение, а потом сдули и сложили каяки. Когда приготовления были закончены, дядя показал студентам основные жесты для общения под водой, а потом они всей группой погрузились под воду. Включив свой водонепроницаемый фонарь, дядя первым вплыл в проход, ведущий в глубь гробницы.

В те времена водолазы носили на голове большие шлемы, с виду слишком громоздкие, но зато не знавшие сносу. Даже если впереди притаилась какая-то крупная морская тварь, человека в таком шлеме она точно зараз не проглотит. Думая так, дядя заставил себя успокоиться и поплыл вперед, глядя по сторонам. Чем дальше, тем сильнее сужался тоннель. Если все продолжится в том же духе, перед ними встанет новая проблема: смогут ли они пройти? К счастью, инструменты у них были при себе, и в крайнем случае они смогут просто пробить себе путь.

Стены тоннеля были сплошь покрыты барельефами в виде человеческих лиц, но на них лежал такой толстый слой налета, что определить, к какой эпохе они принадлежали, было невозможно. Молодые неопытные студенты тотчас позабыли об опасности, сгрудились вокруг барельефов и принялись их изучать. Дяде пришлось остановиться и раздраженно поторопить их.

Они плыли вперед около четверти часа и после кучи поворотов совсем утратили чувство направления. Третий дядя понял, что группа дезориентирована, и решил собрать их в кучу, поэтому дал всем сигнал остановиться, а Вэньцзинь велел пересчитать людей и проверить, не отстал ли кто-нибудь. Плыть по такому узкому тоннелю было довольно тяжело, это сильно расходовало силы, так что изнуренные студенты, едва увидев его жест, тут же как попало опустились на дно.

Беспомощно глядя на них, третий дядя подумал: м-да, не очень-то здорово быть лидером. Он посветил было фонарем вперед, показывая остальным, что один сплавает на разведку, но тут Вэньцзинь похлопала его по ноге. Третий дядя обернулся, увидел ее испуганное лицо и невольно встревожился. Неужели правда кого-то потеряли?

Не зная, как донести до него информацию одними жестами, Вэньцзинь суетливо замотала вытянутым пальцем у дяди перед носом. Дядя не был уверен, что правильно понял, поэтому беззвучно спросил: «Одного не хватает?» Прочитав по его губам, Вэньцзинь сперва замотала головой, а потом растопырила на одной ладони все пять пальцев, а на другой показала четыре, после чего сдвинула руки вместе. Поначалу дядя вообще ничего не понял, но потом пригляделся к шевелящимся губам Вэньцзинь и вдруг осознал, что именно она хотела ему сообщить: «Нас стало на одного больше!»