Японка едва уловимо повела тонкой изогнутой бровью, глядя на Серова.

— Да, ваша дочь жива, и нет, я не думаю, что увидеть её вам сейчас — это хорошая идея, — последовательно ответила Тэнко на оба вопроса охотника.

Серов стиснул зубы, всеми силами стараясь подавить растущее желание врезать чем-нибудь тяжёлым по этому фарфоровому вежливо-улыбающемуся лицу.

— Почему? Этот ваш «слепок памяти» прямо сейчас над ней проводят? — нахмурился он и невольно повысил голос.

Прежде чем ответить, Тэнко выдержала длинную паузу, на протяжении которой сохраняла сдержанную улыбку, словно специально испытывала пределы выдержки гостя.

— К сожалению, этой информацией я тоже не могу с вами поделиться, — проговорила она и, поднявшись с кресла, грациозной походкой она прошла к закрытому горизонтальными жалюзи окну и начала медитативно поднимать полотно кверху, передвигая обеими руками шёлковую тесьму. — У вас что-то ещё?

Олег повернулся к японке, наблюдая за её действиями и прокручивая в голове недавний разговор с Броневицким. Идея нового руководителя ему в корне не нравилась, но… он был благодарен хотя бы за то, что Сергей Борисович поговорил по-человечески, привёл доводы и предоставил возможность самому принять это сложное решение.

— Я… хотел предложить выгодный обмен, — проговорил охотник. — Вы отпускаете мою дочь, а взамен — получаете информацию, которая, я уверен, вас заинтересует.

— И что же это за информация? — японка прервала занятие, плавно повернувшись к Олегу, и ему показалось, что зрачки зеленоватых глаз вампирши на мгновение стали вертикальными.

— Ведь вы же знаете, кто я, верно? — ответил он вопросом на вопрос.

В комнате повисла тишина, которая нарушалась лишь скрипом поднимающихся жалюзи. Закончив с ними, Тэнко бросила короткий взгляд на улицу, где в холодном свете луны с неба сыпалась мелкая снежная крупа.

— Догадываюсь, — наконец ответила японка, и на короткий миг уголки её губ опустились в презрительной гримаске, после чего лицо снова приняло обычное вежливо-нейтральное выражение. — Вы — тот, кто хочет наполнить водой бездонную бочку.

Серов хмыкнул.

— Что, простите?

— Именно так выглядят ваши попытки противостоять нам, — с ледяным спокойствием пояснила японка. — Вы не понимаете, что силы слишком неравны? Что наши физические ресурсы во много раз превосходят ваши возможности? Но, заметьте, при этом мы не хотим, — она замолчала, тщательно подбирая слово, — истреблять вас…

— В самом деле? — усмехнулся Серов и жёстко добавил: — Скажите это близким тех, кто вчера не вернулся домой. — Он повысил голос. — Скажите это ребятам с колотыми ранами на шее, которые не пережили очередную ночь!

— Возможно, вы не поверите, но я принадлежу к семье, которая всецело придерживается принципов гуманизма, — бесстрастным тоном заметила Тэнко, чем вызвала у собеседника приступ тихого нервного смеха.

— Мои слова кажутся вам… забавными? — Японка вернулась обратно к креслу и с царственным видом вновь опустилась в него.

— Простите, — выдавил Серов, взяв себя в руки. — Нет, ваши слова не кажутся мне забавными. На самом деле это даже хорошо, что вы не видите в нас противника.

— Вот как? — Казалось бы, уже изучив его и прочитав, словно раскрытую книгу, Тэнко вдруг взглянула на охотника с лёгким удивлением и новым интересом. — Почему?

— Потому что я хочу предложить вам сотрудничество, — проговорил Серов на одном дыхании, словно боялся, что эмоции возьмут верх, и он передумает.

По лицу японки промелькнула тень недоумения.

— Мы — с вами? — она усмехнулась одними кончиками губ. — Но что вы можете предложить?

Последние слова прозвучали жёстко и хлёстко, словно японка сняла, наконец, маску любезной хозяйки и обнажила истинное лицо.

— У меня есть сведения о том, почему Липецк в последнее время стал местом притяжения для гематоморфов. Вы ведь наверняка задаётесь этим вопросом? Город небольшой, особо ничем не выделяется — просто один из многих. Хотите знать, что привлекает сюда ваших… соплеменников?

— Интересно, и что же? — резко переспросила Тэнко.

— Такое понятие как «Лабиринт» вам о чём-то говорит?

Вампирша недоумённо вскинула на охотника раскосые глаза, и в них явно сверкнули искры любопытства.

— Вижу, вам оно знакомо, — продолжил Серов, не дожидаясь ответа. — Так вот, дальше я буду говорить только после того, как увижу, что моя дочь жива и здорова!

— Кейриган, приведи, — коротко бросила японка, и вампир, который встретил Серова и на протяжении всего времени наблюдал за разговором, стоя позади кресла Тэнко, с готовностью кивнул. Серов успел заметить лишь его удаляющийся размытый силуэт.

Долго ждать не пришлось. Женя в колоритном наряде готки появилась в холле спустя несколько минут. Она выглядела уставшей и настороженной, но при виде отца её выбеленное пудрой лицо осветилось радостной улыбкой.

— Папка! — Она подбежала к Олегу, плюхнулась на диван рядом с ним и не удержалась от крепких объятий. — Привет! Я знала, что ты меня найдёшь!

Олег сгрёб дочь в охапку и прижал к себе так, будто не видел много долгих месяцев.

— Как ты себя чувствуешь? — он слегка отстранил девушку от себя и, взяв за плечи, внимательно заглянул в глаза. — Что с тобой делали?

— Не волнуйся, я в порядке. И со мной ничего не делали. Мы просто мило побеседовали. Пришлось рассказать про Алекса то, что мне удалось вспомнить под гипнозом, — тихо пояснила девушка со вздохом и перевела взгляд на Тэнко. — И про то, что было дальше…

— Ну что, убедились? — произнесла вампирша сухо, обращаясь к Серову. — Теперь можете говорить!

— Сначала пообещайте, что не будете препятствовать нам с дочерью покинуть ваш дом после беседы.

— Хорошо, мне совсем не сложно, — японка пожала плечами и с обычным лёгким акцентом начала говорить: — Я, Тэнко Сато Куроки Нагварден, обещаю, что вы с Евгенией сможете беспрепятственно покинуть наш дом после того, как я получу нужную информацию.

Вампирша чётко и быстро проговорила слова импровизированной клятвы, ни на минуту не прекращая сверлить взглядом собеседника:

— Теперь довольны?

— Теперь да, — Олег удовлетворенно кивнул. — Вы хотите говорить прямо здесь? — Он обвёл взглядом холл, остановив его на Кейригане, который снова встал позади стула японки.

— У меня нет секретов от ученика, — произнесла Тэнко уверенно.

— Как скажете, — Олег набрал в лёгкие побольше воздуха и, сожалея о том, что не может сейчас закурить очередную сигарету, медленно выдохнул: — Как я понимаю, что такое «Лабиринт», вам рассказывать не нужно, верно?

— Хотелось бы услышать это из ваших уст, — неожиданно мягко улыбнулась японка, снова натягивая маску радушной хозяйки.

Серов пожал плечами и, положив локти на колени, подался вперёд.

— Хорошо, — согласился он. — Но учтите, что мои сведения на этот счёт не претендуют на абсолютную истину. В нашем архиве есть древние свидетельства о существовании «места странствий», которое сейчас мы называем Лабиринтом, — начал рассказывать Серов. — Глиняные таблички с пиктографическими рисунками, которые связывают с одним из кочевых племен, эксперты относят к периоду раннего палеолита. Нашим специалистам удалось расшифровать древние письмена. Оказалось, что, во-первых, тогда люди жили по крайней мере в два раза дольше, чем сейчас. Во-вторых, они знали о таком месте, где обитают Боги. Попав туда, люди могли просить всего, чего только пожелают, но только самые сильные и храбрые получали то, что хотят. Остальные — умирали бесславно от голода и жажды, заблудившись в многочисленных ходах и развилках.

Олег замолчал, оценивая реакцию японки.

— И это всё, что вы знаете? — спросила Тэнко, испытующе глядя на охотника.

— Я могу рассказать вам, как мы сейчас понимаем это место и его возможности, — сухо ответил Серов.

Тэнко заинтересованно повернула голову:

— Любопытно, и как же вы его понимаете?

— В общем, это… что-то вроде… бифуркационной физической модели мироздания. В этой модели миллиарды развилок, — Серов запнулся, подбирая подходящие слова: — Вот например, человек. Рождается в определённой точке этой модели, живёт какое-то время, растёт, развивается, делает свои маленькие выборы. Грубо говоря: пойти ему сегодня в библиотеку или покурить за гаражи, поступить учиться на врача или на художника, встретиться с Васей или Петей, ну и так далее. Иногда даже от одного незначительного выбора жизненный путь кардинально меняется. Лабиринт при этом разветвляется на две части, и человек пойдёт в какую-то сторону. Дальше будет новая развилка и так далее, развилка за развилкой. То есть, существуют определённые ключевые точки, а есть — периоды так называемого «плато», когда коридор идёт ровно и никаких развилок нет. При этом путь каждого человека вплетается в общий глобальный Лабиринт. То есть, ту же модель можно применить и ко всей нашей планете, и ко всей Вселенной.

Олег прервался, глядя на Тэнко и остальных. Японка слушала его с задумчивым видом и едва заметно кивала. Кейриган стоял позади наставницы и, сложив руки на груди, с живым интересом следил за рассказом охотника. Воспользовавшись паузой, он решил задать вопрос.

— Как-то всё расплывчато. То есть, это что, реальный лабиринт с развилками, где можно бродить, как в Хэмптон-Корте? И… в чём прикол?

Тэнко с укором взглянула на ученика, но промолчала, вновь направив всё внимание на охотника.

— Да, это реальный лабиринт, где можно бродить, — подтвердил Серов. — Но находится он, как мы предполагаем, в некоем подпространстве, куда просто так не пройдёшь. Но если проникнуть туда всё-таки получится, ты сразу попадаешь в определённую точку, которая соответствует твоему актуальному положению в системе мироздания на данный момент. И вот тут начинается самое интересное. Попав туда, ты можешь пройти назад и, например, выбрать иную развилку. Или вообще — грубо сломать какой-нибудь нежелательный путь. И когда ты выйдешь из этого пространства обратно в реальность, она изменится. Это если в двух словах… Я повторяю, что не претендую на истину и всего лишь делюсь своим пониманием, основываясь на архивных документах и свидетельствах мэтров — потомственных хранителей Лабиринта, которые эту информацию передавали из поколения в поколение.

Олег снова замолчал, и взгляд его упал на дочь, глаза которой уже загорелись азартом.

— Пап, это… очень круто! — воскликнула она, не стесняясь Тэнко и её ученика. — То есть, мы можем изменить и прошлое, и будущее, если попадём туда? А ты уже был в этом подпространстве? А мне можно?

Под шквалом наивных вопросов Жени Серов даже немного растерялся.

— Современный человек с его физиологией вообще не в состоянии пройти через портал и проникнуть в Лабиринт. Но даже если бы это было возможно, человек бы не выжил внутри этого пространства, — ответил Олег, чем вызвал явное разочарование на лице дочери. — Он даже пары шагов там не прошёл бы в силу своей хрупкости. Древние люди могли заходить туда, но, опять-таки, если верить архивам, они тогда были совсем другими…

— А как насчёт вампиров? — тут же спросил Кейриган, который, судя по всему, как и Женя, впервые услышал о Лабиринте.

Серов кивнул:

— Вампиры — да. И, насколько я понимаю, несколько раз за историю нашего мира такие прецеденты были. Но и тут тоже не так всё просто. Во-первых, нужно знать, где находится портал перехода, а он хаотично возникает раз в пару сотен лет в разных точках планеты, при этом один Выход может закрыться, а где-то, возможно даже на другом конце континента, откроется новый. А во-вторых — этот Выход нужно ещё активировать, открыть. Для этого раньше вампиры использовали особые ритуалы…

— То есть, получается, были случаи, что вампиры входили туда и… меняли что-то? — с растущим любопытством спросила Женя.

— Были, но… очень давно, — вздохнула японка и устремила взгляд вдаль, словно вспоминая что-то. — И каждый раз, когда это происходило, случались глобальные катастрофы.

— Надо думать, мироздание, наверное, сопротивляется такому грубому… вторжению, — прокомментировал Кейриган.

— Новый узор на ткани всегда требует перезаправки челнока, — слегка растягивая гласные, глубокомысленно произнесла японка. — Невозможно изменить один путь в отрыве от целостной картины. Логично, что соседние ветки тоже меняются, и структура Лабиринта в ближайшей зоне перестраивается.

— Тэнко, скажите, а когда именно вампиры в последний раз что-то меняли в этом пространстве? — вновь влезла с вопросом Женя. — Вы говорите, очень давно, но хотя бы примерно? В каком веке?

Японка сдержанно улыбнулась.

— Люди… вы так помешаны на этих датах, — вздохнула она и качнула головой, — а между тем — время как песок: не имеет ни начала, ни конца. Оно бесконечно и остановить его невозможно.

— А что тогда случилось? — спросил Кейриган, и в его глазах сверкнули искры жгучего любопытства.

— О, это была очень трагическая история о том, как можно бездумно распоряжаться свалившимися на голову рычагами управления миром. Я не хотела бы, чтобы когда-либо повторилось нечто подобное.

— И всё-таки?

Взгляд Тэнко затуманился, и она задумчиво опустила взгляд, словно вспоминала эти «дела давно минувших дней».

— Иррата — одна из троих вампиров первого поколения своей семьи — каким-то образом выпытала у ковенанта по имени Грай информацию о Лабиринте, затем с его помощью отыскала Выход и провела ритуал открытия, а после вместе со своими учениками убила этого ковенанта в жестокой схватке. Проникнув в Лабиринт, она отсутствовала несколько недель. Что именно она делала там, история умалчивает, но только после того, как она вышла на поверхность, стали происходить очень странные вещи.

— Что же именно? — нетерпеливо заёрзала на месте Женя.

— Началось с очень сильного гула, который слышали сразу во многих точках Земли. И никто не мог понять, что это за гул и откуда он исходит — то ли изнутри, из недр, то ли снаружи, с самого неба. Люди начали в страхе разбегаться, думая, что сейчас сверху начнут падать горящие камни. Только вот убежать им было некуда, так как гул доносился отовсюду. Через некоторое время пошёл сильный дождь, который никак не хотел переставать. Иррата пыталась управлять разбушевавшейся стихией с помощью своих учеников, среди которых нашлось несколько водных магов, но их сил было недостаточно, а масштаб катастрофы — слишком велик.

— Всемирный потоп? — с сомнением хмыкнул Олег, внимательно слушая рассказ вампирши, который походил больше на легенду или притчу, чем на реальную историю.

— Очень похоже, — уклончиво ответила Тэнко. — Тогда погибли тысячи людей. Учитывая общую численность человечества в то время, это стало ощутимой потерей. Некоторые ковенанты высказали недовольство и, кроме того, они хотели отомстить за гибель Грая, но Иррата бежала и несколько десятилетий скрывалась, периодически создавая новых членов семьи, а попросту — послушных слуг.

— Но ведь ковенанты абсолютно бессмертны, — заметил Кейриган. — Как же тогда Иррата убила этого Грая?

— Она умертвила тело, но дух его оставался в нашем мире и, найдя подходящую физическую оболочку, возродился, переделывая тело под себя и постепенно вернувшись к первоначальной внешности. И вот тогда Грай и несколько других членов семьи Ковен отыскали Иррату и начали преследовать её. Они нагнали её около города Помпеи. Завязалась битва, и Иррата, конечно, не стеснялась применять свою силу. Она была опытным огненным магом…

— Получается, это она спровоцировала извержение Везувия? — ошарашенно спросил Кейриган.

— Это более чем вероятно, — кивнула японка.

— А… Иррата не выжила? — спросила Женя, продолжая с неменьшим азартом, чем ученик японки, следить за её рассказом.

— Нет, над ней совершили показательную казнь, несмотря на то, что её посещение Лабиринта всё-таки принесло для вампиров очевидные плюсы…

— Это какие? — прищурился Серов, сканируя вампиршу взглядом и пытаясь понять, есть ли в её познавательном рассказе хотя бы доля правды. — Или это секрет за семью печатями?

Губы японки снова тронула едва заметная прозрачная улыбка.